Вдребезги (+18)

Лейла.

— Нет, сестра. Ты сейчас не в том расположении духа, что б заходить в эту комнату.

— А кто в этом виноват? Я ей устрою! Смерти она моей хочет чтоли, не пойму?

— Позволь мне, я сама с ней поговорю. Всё разузнаю.

     Сквозь сон я слышала голос мамы и тети Эльчин. Глаза нехотя открылись. Я взглянула на часы на прикроватной тумбочке. Время 7:15 утра. Ну и чего они с утра пораньше ругаются под дверью. Стоп! Так сегодня ведь у меня свадьба; Я открыла глаза и села, по-турецки собрав ноги на кровати. Ноющая боль внизу живота подтвердила события минувшего дня, которые я надеялась откажутся ночным кошмаром. Увы.
За дверью все еще шла словесная перепалка. На мне была вчерашняя испачканная одежда, а под подушкой лежала та самая купюра. Сомнений никаких не осталось. Это был не сон, а жестокая реальность.
     Наконец дверь открылась и на пороге нарисовалась тетя Эльчин - сестра мамы. Единственный понимающий человек из моей семьи. Она закрыла со собой дверь и, изобразив на лице сожаления, подошла ко мне.

— Малышка, ну ты чего еще спишь? Ты время видела? — Она присела на край кровати. — Опять проплакала всю ночь? Ну мы же говорили с тобой об этом уже, ты обещала мне, что не будешь себя так мучать... Кошмар, ты смотри на эти глаза. Какие опухшие... — Она поцокала и, пытаясь меня ободрить, встала. Подошла к шкафу, на двери которой висело свадебное платье. — Ты будешь самой не красивой невестой, если сейчас же не возьмешь за себя.

— Ты думаешь меня это беспокоит? — вяло ответила я.

— А должно, родная. — Она снова присела и взяла мои руки в свои. — Ты знаешь, как мама твоя перепугалась вчера? Да и не только мама... Ты подумала, что было бы если твой отец не поверил бы и решил посмотреть, почему ты не выходишь из комнаты с вечера?

— Так значит он не знает? — разочарованно произнесла я.

— Глупая, разве ты сейчас сидела бы тут вот так, если бы он знал? Пришлось соврать, что ты расстроенная сидишь в комнате и готовишься к своей свадьбе. А теперь посмотри мне в глаза и скажи правду. Где ты была вчера? Оставила телефон, оставила все и пропала. Что нам надо было думать? Ты пришла домой 3 часа ночи. Ты вообще соображаешь что ты делаешь?

— Ничего ты не понимаешь, тетя. — Глаза уже были на мокром месте, а в душе такое опустошение. Такое безразличие ко всему.

— Понимаю. Я, как никто другой, понимаю. Сбежать думала, да? Надеюсь, хотя бы одна, а не как твоя глупая тетя? — с печальной улыбкой спросила тетя Эльчин.

— Что?  — Удивилась я. Мне никто никогда не рассказывал, что тетя Эльчин бежала со свадьбы.

— А ты думаешь почему я все ещё не замужем? — расстроена начала рассказывать свою историю тетя. — Ведь меня тоже собирались выдавать замуж не любимого человека, но мой был старый и не особо красивый. Вот я решила сбежать и сбежала со своей ошибкой молодости. А этот негодяй испугался, представляешь? Сутки ждала его на месте, где договорились встретиться, а он не пришел. И на свадьбу свою было поздно возвращаться, и родителей опозорила, и в любви своей разочаровалась. Ухх, какая тогда пошла молва обо мне. Вот до сих сижу в старых девах. А с годами  хочется семьи, Лейла. Возможно, Всевышний подготовил мне тогда идеальную пару, а я её профукала.

— Одна. Бежала одна.— после минутного молчания обманула я. Мне так захотелось ее обнять. Так хотелось выложить все что на душе, поделиться своим горем. Ведь она была не осудила, она бы поняла. Но моя рана еще не зажила и теребить ее было слишком болезненно.

— Ну и молодец, опомнилась и вернулась. Брак это ведь не конец всего. То, что ты его не знаешь вообще это еще ничего, у вас на это будет еще целая жизнь.

— Но мы не любим друг друга. Я его даже не видела, он меня тоже. Он мне не написал ни разу, не проявил инициативу увидеться. Даже на помолвке его не было. А если он тоже не хочет этого брака? А может его тоже заставляют?

— Ну не смеши. Он что тебе ребенок маленький, чтоб его заставляли? Напомню, ему 28 лет. И вообще , он богатый во всяком случае. Не будет любви - будут деньги. Хоть что-то, правильно?

— Как все просто для тебя.

— А зачем усложнять? Если уж все будет слишком плохо можно развестись. Лучше попробовать и пожалеть, чем жалеть, что не попробовала вовсе. — Она вскочила. — Так, всё! Я что нибудь придумаю и скажу твоей маме, а ты немедленно в душ. Искупайся и приложи чего нибудь холодного на глаза. Чтоб к приезду визажистов у тебя было нормальное лицо, ты меня поняла, шалунишка маленькая?

— Да. — Под нос пробормотала я.

— Не слышу!!

— Да, тетя. Да.

Тетя вышла и пару часов пролетели как несколько секунд. В доме было столько народу, что дышать нечем. Приехали даже родственники, которых я никогда в жизни не видела. За стенами моей комнаты столько суеты, а я находилась словно в склепе.
Ведь я должна была сейчас быть где-то далеко с Яманом, мы должны были быть счастливы, но я сижу тут в свадебном платье , в ожидании своего мужа. Это ужасно. Сердце обливается кровью, лучше бы мне его вырвали. Лучше бы отец узнал и он убил меня. Ах, если бы только Яман сейчас позвонил мне и попросил снова сбежать, я бы забыла всё что было вчера и нашла способ быть рядом с ним. Точно! Телефон! У меня ведь не было ни минутки, чтоб включить его. Может быть он звонил.
Я сорвалась с места и достала телефон из прикроватной тумбочки, но включить опять таки не успела, в комнату вошла мама. Я бы подумала, что она пришла дать своей дочери наставления во взрослую жизнь, но ее намерения были написаны на лице.

— Что значит проспала остановку и доехала до конечной, а? Ты вообще ума лишилась? Если бы папа узнал... — Воспользовавшись свободной минутой начала ругаться мама.

— Если папа то, если папа это... — Развела я руками. — Тебе самой не надоело, мама? Мне надоело! Мне очень надоело. Всю жизнь бояться, что папа что-то сделает. Нет, ума лишилась не я. Вы тут безумные.

— Как ты разговариваешь? Если гости услышат...

— Я замуж выхожу, мама. Ало! Я покидаю ваш дом, а ты стоишь тут и отчитываешься меня за опоздание, как маленького ребенка? Серьезно? Тебе больше нечего мне сказать, мама? — Я изо всех сил старалась не расплакаться, но было сложно. Глаза пощипывали. — Единственный плюс в этом браке, что я уйду из этого дома. Вот единственный плюс, так и передай папе, который даже не удостоился зайти к дочери и пожелать семейного счастья...

В комнату влетела злая тетя Эльчин. Она гневно посмотрела на сестру.

— Хатидже, почему заставляешь Лейлу плакать? Это девочка с минуты на минуту выйдет замуж по вашему желанию. Она и так расстроена! Зачем ты доводишь ее? Я поражаюсь вам, ужас... — Она перевела дух. — Они уже доезжают, спустись их встретить, Хатидже. А ты перестань плакать , моя малышка.

И вот настал тот самый момент. С улицы послышались приближающиеся звуки машин, сигналы. Эбру - моя подруга, зашла за мной в комнату и мы вместе вышли. Дом у нас был скромным. Да и семьей мы были обычной среднестатистической. Жили в достатке, но по сравнению с наслышанными богатствами моего будущего мужа это, конечно же, ничего. В самой большой из всех комнат стояли гости, в ожидание новых родственников. Меня провели в центр комнаты. Из-за недосыпа веки были такими тяжелыми, но все это сущий пустяк по сравнению с моим внутренним состоянием. Хочется громко плакать и кричать о боли. О боли моральной и физической, ведь каждый мой шаг сопровождался болью внизу живота. Единственное, чего мне хотелось, чтоб закончилось всё как можно скорее, раз это неизбежно.
Дверь открылась и раздался гул восторженных радостных голосов. Я смотрела в пол, словно скромная невеста, которая и не пережила вчерашнюю ночь. Смешно получается. Передо мной встали мужские ноги - и это был мой муж. Я видела только его обувь, а по телу пробежали мурашки. Сердце больнее заныло. Как бы хотелось, чтоб я подняла глаза и там стоял Яман, со своей милой улыбкой.
Он протянул мне большой букет белых роз, я собиралась взять их, но руки застыли в воздухе, когда я подняла на него глаза. Кровь отлила от лица, корсет свадебного платья давил, перекрывая воздух. Я закрыла глаза в надежде, открыв их увидеть не его. Кто угодно, но не он. Этого не может быть. Я сплю и мне снится кошмар...
Эбру коснулась моей руки и привела меня в чувства.

— Лейла, все хорошо? — тихонько спросила она.

Я огляделась, все с замиранием смотрели на меня. Я взяла букет. Ноги подкашивались, начался тремор. Он встал возле меня и, слегка наклонившись в мою сторону, прошептал.

— Вот так - ирония судьбы, не так ли, Лейла? — его низкий грубый голос раздался эхом в моей голове.

И правда. Жизнь сыграла в злую шутку с нами. Вчера этот человек оценил меня в сто долларов, а сегодня женится на мне.
В таком шоковом состояние и прошла моя свадьба. Я не помню ничего, все как в тумане. Я не знаю, какого были его мысли на самом деле, но весь день его нахальная улыбка не сходила с лица. Я же словно в бреду, не могла понять что происходит. Неужели это правда?

Свадьба, организованная семьей жениха, была конечно на высшем уровне. Словно этим они пытались показать кто есть кто. Все веселись, плясали. Меня же разрывало на части. Злость, ярость, ненависть. Нутро пылало, хотелось кричать о том, какой гнусный человек этот Акын. Хотелось покончить с этим тут же. Как он может вот так улыбаться, будто вчерашней ночи не было?
Торжество подходило к концу и это меня пугало больше всего. Гости расходились. Остались самые близкие. Мысли о том, что нам придется остаться с ним наедине триггерит меня. Вот бы этот день не заканчивался никогда.
      К нам что и дело подходили всякие люди, представляясь, желая нам счастья. Его мать, показавшаяся мне еще при первой же встрече с виду очень надменной женщиной, поцеловала меня в щечку и поставила перед фактом, что завтра мы обязаны приехать к ним в гости.
       К нам подошел мой отец. Высокий, несмотря на свои 60 лет, крепкий человек. На его жестоком каменном лице мелькнула еле заметная улыбка. Он хотел поцеловать меня в лоб, но я, сама того не контролирую, отодвинулась. Его карие глаза, так похожие на мои, смотрели мне в лицо пристально, я чувствовала себя маленьким провинившимся ребенком. Он приобнял меня и спокойным голосом произнес.

— Поздравляю тебя, дитя. Ты моя единственная дочь, Лейла, и я желаю тебе счастья. Я уверен, что Акын будет тебя любить и беречь.

— Не сомневайтесь. — Крепче сжимая мою руку, ответил Акын.

     Ну конечно. Все ты знаешь. Из-за твоих тупых взглядом на жизнь, из-за твоего упрямого характера, твоя единственная дочь так несчастна. Отец мой - Халил, был очень строгим, консервативным человеком. Никогда за мои 18 лет он не целовал меня перед сном, никогда не интересовался моим мнением и чувствами. Только постоянный контроль и запреты. Ни разу я даже не была, как нормальные люди, на ночевке у подруги. Не было ни одного друга мужского пола. Яман был самым большим моим риском, был моей скрытой любовью. Слезы снова заполнили глаза.

— Ну где же ты, Яман? — ныло сердце.

       Отец отошел и к нам подошел пьяный друг Акына.

— Братец, продолжение банкета то будет?

— Не сегодня точно, Керем. — Он посмотрел на меня. — Сегодня, сам понимаешь, первая наша совместная ночь, не так ли, Лейла?

— Все все все. Я тебя понял, брат. — Рассмеялся его друг.

— Ну что ж, кажется, нам пора уединиться, женушка. Не так ли?

Мы встретились взглядами. Знал бы он только как я хочу его убить. Впрочем, думаю, он догадывается. Он будто прочитал мои мысли. Смеется мне в лицо. Нахал. Ненавижу. Я была поражена своей стойкости весь день. Как я еще не лишилась чувств или же во всяком случае не придушила этого ублюдка. Но теперь, когда он под руку провел меня к выходу, вихрь мыслей закружился в голове. Нет, я не вынесу этого снова.
Мы сели в машину и водитель поехал. Я старалась сидеть отстраненно и не смотреть на него, а он сидя вразвалку смотрел мне в затылок, его пальцы играли с лентами моего свадебного корсета.
Всю дорогу мы не проронили ни слово. Между нами было такое напряжение, что сердце вот вот остановится.
Автомобиль остановился. Я выглянула из окна, Акын привез меня в этот дом. В дом, где меня оставил Яман. Нет, я ни за что не войду в этот дом.
Акын вышел и протянул мне руку, но я даже не посмотрела в его сторону. Я не хотела с ним говорить. Он не заслуживает даже того, чтоб я смотрела на него. Я твердо решила не буду выходить из машины. Он же не стал заморачиваться, нагнулся и одной рукой вытянул меня из машины. Я не успела его оттолкнуть, как он уже держал меня в своих руках. Я чувствовала его напряженные мышцы, невооруженным взглядом можно было увидеть сколько силы в этом человеке. Пугающей силы.
Мы вошли в дом. Он нес меня через комнату, где вчера сидел,  в крови, Яман. Вокруг всё поплыло. От голода начинало тошнить. Откуда во мне столько силы не упасть в обморок? Я разбита, мне больно. Сердце кровоточит, словно в него впустил свои длинные когти зверь. А всё еще держусь. Когда это закончится?
Он опустил меня на пороге в спальную комнату. Вчера тут было не так красиво, явно постарались к приезду молодоженов. Свечи освещали темную комнату, на белой  постели были лепестки красных роз. Перед глазами яркими красками нарисовалась картина вчерашней ночи.

Вчера.

« На моё плечо легла его рука, он надавил и я поневоле села на кровать...

— Садись, будем знакомиться. — Произнес Акын, сев на прикованную тумбочку. — Меня Акын звать. Тебя?

— Где Яман? Я хочу видеть его...— дрожащим голосом выговорила я.

— Яман говоришь? — Он в голос рассмеялся. — Вот честно, никогда не понимал как девушки могут любить таких никудышных парней, как этот Яманчик. То есть ты же любишь его? — Он вопросительно посмотрел на меня. — Ну же, не бойся меня, отвечай.

— Л...Люблю.

— А он тебя? — с насмешкой прервал меня Акын.

— Конечно. — Голос мой прозвучал куда увереннее, чем я предполагала.

— Ладно... Тогда задам свой вопрос иначе. Ты знаешь почему ты тут? Знаешь где Яман?

— Я не хочу отвечать на ваши глупые вопросы. Я хочу уйти.

— А я хочу немного поболтать, вот такое вот сегодня у меня настроение. Составь мне компанию, потом пойдешь куда захочешь. — Он посмотрел мне в глаза. — Ну так что?

— Я не знаю. Не знаю что вам от меня надо, не знаю где Яман, но...

— Так я тебе расскажу. Яман твой уехал. Да да, оставил тебя тут и уехал.

— Нет, я не буду слушать это галиматье! Откройте дверь, я выйду...

— Твой никчемный любимый должен мне такую сумму, которую ты даже во сне не видела. Сегодня же он появляется передо мной и просит еще немного одолжить. Представляешь? Глупый малый.

— Прекратите!

— Ну а я не совсем терпеливый человек. Говорю ему: «Верни мне мои двести тысяч долларов, и я одолжу тебе немного оттуда». А он смотрит на меня как придурок последний и говорит: «нет таких денег у меня».

— Он никогда... — хотела вставить я, но он не давал мне говорить.

— Ты дослушай, это интересная сказочка. «А что у тебя есть?» - Спрашиваю я. Он молчит. Порылись парни в его карманах, а там только ключи от машины, которая не покроет даже 1/10 ущерба, нанесенный им. Он сразу начал: «Я не могу вам машину отдать, мне нужно помочь девушке. Она меня ждет, я вернусь, как только увезу ее.» и всякая такая глупость. — Он скрестил руки на груди. — Я и спрашиваю его либо сейчас я убиваю его и долг оплачен, либо берем девушку и уже сами решаем что с ней делать. Я ж не чудовище какое то чтоб не предоставить ему выбора. Правильно?... Выбор его очевиден.

— Я вам не верю! — Я и в самом деле не могла поверить. Яман никогда такого не сделал бы. Этот человек врет. Но зачем? Зачем ему врать? Я бросила к дверь, начала дергать ручку. — Откройте дверь! Откройте!!

— В доме никого нет. Только ты и я, но не бойся я тебя не трону... — он подошел ближе ко мне. — Ты ведь не...

     Он снова положил руку мне на плечо и я как-то механически ударила его по щеке. Рука оставила красный след на его волосатом лице . В глазах его вспыхнула ярость. Лицо приняло каменное выражение. Я знала, что значит это выражение. Всякий раз, когда отец злился у него бывало такое же лицо.
      Акын грубо сжал моё предплечье и потянул к себе. Его горячее дыхание коснулось моего лица.

— Ты не должна была этого делать. — сквозь зубы процедил он.

— Сейчас же отпустите меня! — И откуда только во мне столько смелости. — Вы ведь сказали, что никак не поймете как могут любить таких парней, как Яман. Так вот, вы этого и не сможете понять. Потому что таких ублюдком никто не любит и не полюбит никогда. Даже собственные родители! И вы этому подтверждение, иначе вы бы не вели себя так!

    Не прошло и секунды как я полетела на кровать. На меня надвигался Акын и в походке его было столько гнева. Глаза его метали молнии. Он всем своим огромным телом навис надо мной и начал расстегивать  ширинку своих брюк. В горле застрял ком, не давая вымолвить и слова протеста. Я была испугана как никогда. Я пыталась встать, но его сильная тяжелая рука удерживала меня за горло на кровати. Он с такой легкостью раздвинул мои ноги. Его горячие руки полезли мне под платье. Я хотела кричать, но голос совсем пропал. Тело перестало слушаться. Началась паника. Один грубый толчок и между ног пронзила боль рвущейся плоти. Каждое его движение приносило адское мучение. Через 2-3 минуты я уже ничего не чувствовала. Боль стала такой привычной, что казалась чем-то естественным. Я лежала на спине, пока Акын тяжело дыша «работал» надо мной. Глаза мои смотрели в пустоту, из них беспрерывно текли слезы, намокая распущены волосы. Казалось это никогда не закончится.
      Через некоторое время он отошел. Его голые бедра были запачканы моей кровью, как и все вокруг меня. Я сжалась клубочком и тихо ревела. Он натянул брюки, и, стоя спиной ко мне с презрением произнес.

— Твой этот возлюбленный рассчитался со мной тобой, но ты большего не стоишь! — Он вытащил с бумажника стодолларовую  купюру и швырнул ее мне в лицо.»