Глава 97.
Хотя мать пятого принца и происходила из незнатной семьи, она все же была одной из наложниц императора. Понятное дело, что она не могла сравниться с другими, но, по крайней мере, пятому принцу не приходилось голодать, в отличие от шестого, которого всячески притесняла Цао Ланьэр. Хотя пища и не была изысканной, он хотя бы был сыт.
В детстве Юэ Хэну приходилось пить лекарства гораздо чаще, чем есть досыта. С попустительства Цао Ланьэр, он часто оставался полуголодным или вовсе голодным – лишь бы только не умер.
Однажды он, измученный голодом, поднял шум, требуя еды, и был оттолкнут евнухом в пруд. Пятый принц со своими слугами случайно проходил мимо и вытащил его из воды. Так они по-настоящему познакомились.
Поскольку мать пятого принца происходила из простолюдинов, принца и его мать часто обижали. Он знал, как это тяжело. Увидев, что Юэ Хэну еще хуже, маленький Юэ Чэн проникся к нему сочувствием и взвалил на себя тяжелую ношу – заботиться о младшем брате.
Это в основном выражалось в том, что он прорыл туннель под стеной, окружающей покои Юэ Хэна, и каждый день тайком передавал ему половину своей еды. Юэ Хэн каждую ночь тихонько выбирался из постели, чтобы поесть. Пусть жизнь была трудной и печальной, но благодаря заботе пятого принца, он смог пережить те самые тяжелые времена.
Человеческая память устроена странно. Мы склонны забывать какие-то вещи, но при этом очень хорошо помним другие. Юэ Хэн, например, никогда не забудет, как в детстве, прижавшись к углу стены, он жадно глотал холодную пищу у маленькой дыры.
Именно поэтому он так отчетливо помнил всю доброту своего старшего брата.
Юэ Хэн был умным человеком, и пятый принц тоже не был дураком. Иначе им бы не удалось так долго хранить свою тайну в секрете.
Когда Юэ Хэн начал заниматься боевыми искусствами со своим дядей по материнской линии и начал создавать свою собственную сеть влияния, он увлекся тем, что дарил пятому принцу книги. Все книги, до которых мог дотянуться, он посылал ему, но больше всего книг было по военному делу и трактатов о правлении государством, которые он тайно переписывал.
Пятый принц смутно что-то подозревал, но продолжал притворяться простодушным и немного туповатым, втайне штудируя все книги, которые ему присылал Юэ Хэн.
Когда Юэ Хэн начал действовать против Цао Ланьэр и ее приспешников, он прямо сказал пятому принцу, что хочет видеть его на троне.
Пятый принц тогда лишь улыбнулся и сказал: "Я всегда думал, что ты давно уже об этом задумался".
Юэ Хэн действительно давно об этом думал, но после начала своей мести он лишь утвердился в своем решении.
Юэ Хэн помнил, что пятый принц сказал ему тогда, что быть хорошим императором очень сложно, но он готов попытаться, и попросил Юэ Хэна следить за ним. Если он вдруг изменится, Юэ Хэн может смело свергнуть его и выбрать нового правителя.
Пятый принц сказал, что Юэ Хэн более проницателен и лучше знает, чего хочет, а он сам боится, что, выросший в тени власти и став императором, в руках которого будет жизнь и смерть всех людей, он потеряет свою истинную сущность.
Тогда Юэ Хэн и понял, что его пятый брат обязательно станет хорошим императором, потому что он прекрасно понимал, что он за человек.
Юэ Хэн знал, что он не хочет быть императором, но он мог бы помогать своему брату. Он был уверен, что правление их братского тандема принесет благоденствие стране.
Самое главное, его пятый брат настрадался от самоуправства евнухов и придворных дам, и насмотрелся на грязные методы, к которым прибегают женщины в гареме в борьбе за власть. Он никогда не позволит своим детям повторить его судьбу, и не позволит своим женщинам вести себя подобным образом.
"Но там, где есть люди, всегда будут разногласия. Всегда найдется, с чем сравнивать. Пятому принцу придется разбираться с важными государственными делами. Неужели у него хватит времени следить за тем, чтобы женщины в его гареме не соперничали за его внимание?"
Шестой принц был не самым лучшим рассказчиком. Цзян Линь, хотя и проникся глубиной их братской любви, все же сомневался в последней части его рассказа. Если женщин много, то и интриг не избежать.
"Вот именно! Поэтому пятый брат решил, что у него будет только одна императрица, и все! В гареме будет лишь одна женщина! Если она захочет поругаться с кем-нибудь, то сможет ругаться только с ним! Но вы, люди, уже побывавшие в браке, наверняка знаете, что ссоры в спальне быстро забываются".
Юэ Хэн говорил это, подмигивая Цзян Линю и Вэй Юньчжао, намекая на что-то очень личное.
Цзян Линь, смущенно: "... Ваше высочество, вы, оказывается, много чего знаете".
Юэ Хэн принял важный вид: "Я все разузнал! Если ссоры в спальне не забываются, значит, дело в мужчине!"
Он перевел взгляд с Цзян Линя на Вэй Юньчжао, и в его глазах появилась зависть: "У вас же, как я понимаю, можно просто заменить одного на другого, если что-то не так. Уж точно все будет хорошо!"
Цзян Линь: "... Он знает слишком много."
Недолго думая, Цзян Линь решил атаковать и разрушить все иллюзии Юэ Хэна: "Что там насчет ссор в спальне? А вот скажи, Су Цяо согласилась выйти за тебя замуж?"
Это был удар под дых! Юэ Хэн тут же сник на глазах.
В отличие от Цзян Линя, которому было весело дразнить шестого принца, Вэй Юньчжао был более тактичен и вернул разговор к пятому принцу: "Пятый принц действительно решил, что у него будет только одна императрица?"
"Конечно", - уверенно ответил Юэ Хэн. "И даже кандидатуру уже выбрали".
Цзян Линь и Вэй Юньчжао переглянулись, поражаясь такой оперативности. Но в их головах тут же возник вопрос: "Кто?"
"Вы тоже ее знаете. Это девушка из семьи Инь. Та самая, что была невестой бывшего наследного принца".
Не важно, что все братья Юэ Хэна положили глаз на девушку из семьи Инь! Зачем нужно было отбирать у наследного принца и титул, и невесту?
Юэ Хэн пояснил: "Когда старик решил сделать моего брата наследником престола, тот сначала немного колебался. Тогда старик предложил ему выдвинуть условие. И что же? Мой брат заявил, что ему приглянулась одна девушка. И, как назло, это была невеста бывшего наследного принца! Чтобы трон не достался мне, старик исполнил его маленькую просьбу и даже выдал отдельный указ, назначающий Инь Фэйфэй наследной принцессой".
Цзян Линь: "..."
Вэй Юньчжао: "..."
Они не знали, чьи действия были более дерзкими.
"Послушай, твой пятый брат действительно любит Инь из семьи Инь, или просто хочет избавить ее от брака с бывшим наследником?" - Цзян Линь был немного сбит с толку.
"Единственная императрица, естественно, должна быть любимой! Не волнуйтесь, девушка из семьи Инь согласилась добровольно".
Это хорошо. Цзян Линь немного успокоился. Он боялся, что девушка вырвалась из огня, да попала прямо в полымя. Инь Цзи наверняка сошел бы с ума.
Облегченно вздохнув, Цзян Линь тут же выдал свою любопытную натуру. "А как, интересно, пятый принц познакомился с девушкой из семьи Инь? Это же невозможно! Он днями сидит взаперти, а Инь Фэйфэй - знатная барышня. Как такое могло произойти?"
Цзян Линь смотрел на Юэ Хэна с выражением "только не ври мне".
Юэ Хэн усмехнулся: "Откуда вам знать, что он не выходит из дома? До того, как я привел его к вам, разве вы знали, как он выглядит?"
"А вот детали знакомства я вам не расскажу. Но у вас ведь есть своя маленькая шпионка, близкая к Инь Фэйфэй. Вот и выпытайте у нее правду."
Цзян Линь все понял. Отшельником он притворялся только для посторонних. Мало кто знал, как выглядит пятый принц, так что он мог гулять по улицам средь бела дня, и его бы никто не узнал.
"Значит, пятый принц много помогал тебе?" - спросил Цзян Линь.
Юэ Хэн лишь улыбнулся в ответ. Этот жест подтвердил то, что Цзян Линь был прав.
Вэй Юньчжао подхватил: "Это хорошо. Если девушка Инь согласилась добровольно, то отцу Инь больше не придется беспокоиться о ее браке".
Юэ Хэн не стал комментировать это. Он достал свой любимый веер и несколько раз обмахнулся им. "Ладно, время позднее. Су Су, наверное, уже ждет меня на ужин. Мне пора".
Юэ Хэн встал и с счастливым видом направился домой.
Но, не успев сделать и двух шагов, он вернулся. "Ах да, чуть не забыл сказать вам! В ближайшие пару дней вас ждет еще одна хорошая новость! Просто подождите!"
Цзян Линь и Вэй Юньчжао переглянулись. Цзян Линь подозвал Бай Вэй и попросил ее передать Вэй Юньцзя, чтобы она сходила к семье Инь и узнала, действительно ли Инь Фэйфэй согласилась на брак добровольно.
Цзян Линь с восхищением произнес: "Эта девушка Инь Фэйфэй, видимо, взяла себе роль главной героини! Кто на ней женится, тот станет императором! У нее хорошая карма и счастливая судьба!"
По сравнению с теми, кому промыли мозги системы, как Цзян Цзиньюэ и Цзян Жоу, она была настоящей избранницей судьбы.
Вэй Юньчжао сказал: "Возможно, это просто совпадение".
Но нельзя было не признать, что все, кто ухаживал за Инь Фэйфэй, были принцами и претендовали на трон. Независимо от того, кто в итоге взойдет на престол, она станет его императрицей.
"Если шестой принц нам не врет, брак Инь Фэйфэй можно считать решенным делом. А наша девочка все еще ждет и надеется. Когда старый пес-император умрет, старший принц наверняка вернется в Шэнцзин. Может быть, тогда стоит расторгнуть помолвку?"
Вэй Юньчжао ответил: "Пусть сначала вернется и увидит его. Юньцзя сама решит". Судя по переписке с первым принцем, Вэй Юньчжао считал его неплохим человеком. Как брат, он считал, что тот, безусловно, сможет обеспечить его сестре счастливую жизнь.
Но одного его мнения было недостаточно. Его сестре должно было понравиться то, что было решено.
С сердцем "заботливой мамы", Цзян Линь выдвигал кучу претензий к принцу: "Он старше нашей девочки на целых десять лет! Плюс ко всему он постоянно находится на границе! Ты хочешь, чтобы Юньцзя моталась с ним по окраинам, страдала от ветра и солнца? И самое главное! Граница – так далеко! Раз в год, может, приедет! А если эту маленькую глупышку кто-нибудь обидит, мы даже не сможем за нее заступиться!"
Короче говоря, этот брак Цзян Линя не устраивал.
Вэй Юньчжао попытался его успокоить, смеясь: "Каждому поколению – своя судьба. Не переживай".
Какая еще "своя судьба"! Цзян Линь изящно закатил глаза в ответ, что заставило Вэй Юньчжао тихонько хихикнуть.
... ...
Через два дня Цзян Линь и его спутники действительно получили хорошие новости. Первая – Цао Ланьэр умерла в тюрьме, высосанная досуха кровяными червями.
Бывшая всесильная императрица погибла от собственного же коварного изобретения – искусно выращенных ею кровяных червей.
Однако это событие не вызвало большого резонанса. В конце концов, после ее свержения она потеряла всякую ценность и не стоила того, чтобы на ней фокусировать внимание.
Вторая хорошая новость заключалась в том, что Чжао Цюжу перестала сходить с ума, выпив лекарство, которое передал ей Цзян Линь.
Благодаря советам Цю Шуй, Чжао Цюжу узнала много нового: ее сын в изгнании, а дочь мертва. Она вспомнила многое, включая те чаши с отравленными лекарствами, которые ей насильно вливали слуги.
Чжао Цюжу узнала, что семья Чжао сделала за ее спиной. Ее ненависть к семье Чжао сейчас не меньше, чем ненависть к Цзян Линю.
Убить Цзян Линя и отомстить за дочь стало навязчивой идеей Чжао Цюжу. А теперь к этому добавился и сын, что сделало ее ненависть к Цзян Линю просто безграничной.
Цю Шуй, проявляя заботу, напомнила ей: "Вы можете мстить семье Чжао, вам никто не помешает. Но если вы все еще планируете напасть на наследника, лучше сначала подумайте о своем единственном сыне. Нельзя, чтобы у вас ничего не осталось, чтобы вы не зря прожили жизнь".
Чжао Цюжу посмотрела на живот Цю Шуй: "Ты и вправду готова всю жизнь быть наложницей? Готова отдать положение наследника Цзян Линю, этому мерзавцу?"
Цю Шуй мягко улыбнулась: "Знаете, почему я сейчас жива и хорошо себя чувствую? Потому что я знаю, чего хочу, знаю, что можно делать, а что – нельзя. Госпожа, вы умнее меня. Неужели вы до сих пор не понимаете, что происходит?"
Чжао Цюжу все понимала, просто не хотела признавать.
Спустя долгое время она, словно смирившись, сказала: "Если я сделаю то, что хочет Цзян Линь, он не тронет моего Хуэй'эра?"
Цю Шуй сказала: "Наследник не трогает невиновных. А то, что вы собираетесь сделать, - это месть за себя, и к наследнику это никакого отношения не имеет. Не путайте теплое с мягким".
Чжао Цюжу усмехнулась: "Я поняла. Время прошло, и Цзян Линь больше не тот мерзавец, которого можно было бы легко уничтожить".
Цю Шуй кивнула: "Прекрасно, что вы это понимаете".
Вскоре тихий и спокойный Шэнцзин вновь забурлил, на этот раз из-за новой трагедии:
Дом семьи Чжао был охвачен пламенем. Пожар почти полностью уничтожил родовое поместье. По странному стечению обстоятельств, слуги остались невредимы, а вот члены семьи Чжао в полной мере ощутили на себе силу огня: их лица были изуродованы, а тела – покрыты страшными ожогами.
В пожаре погибли всего два человека: жена главы семьи Чжао и сошедшая с ума жена графа Аньяна, урожденная Чжао.
Этот пожар нанес сокрушительный удар по семье Чжао, даже несмотря на то, что погибли всего лишь невестка и выданная замуж дочь.
Изуродованные лица, страшные ожоги... Члены семьи Чжао больше никогда не смогут занимать высокие посты. С такими уродливыми лицами им больше не будет места в приличном обществе.
Как и подобает представительнице рода Чжао, Чжао Цюжу точно знала, как заставить своих врагов страдать при жизни больше, чем от самой смерти.
Они сами навлекли на себя это проклятие и не заслуживали ни капли сочувствия.
События в семье Чжао подтвердили слова системы, сказанные Цзян Линю: этот мир переходит под контроль второстепенных персонажей. А первоначальные герои, вместе со всеми, кто извлекал выгоду из их существования, должны исчезнуть.
Теперь остались только бывший наследный принц и император Чандэ.
Спустя два дня император Чандэ перед лицом всех придворных объявил о передаче трона пятому принцу Юэ Чэну и издал указ, предписывающий старшему принцу немедленно вернуться в столицу.
В ту же ночь Юэ Хэн отправил людей за Цзян Линем, Вэй Юньчжао и Су Цяо, и велел доставить их во дворец.