Глава 81.
После того, как беженцы были связаны, Цзян Линь и Вэй Юньчжао не пошли спать. Цзян Линь чувствовал, что дело еще не закончено: противник наверняка не остановится на одной неудачной попытке и придумает новую. Он же не собирался больше сидеть сложа руки и ждать смерти.
Цзян Линь приказал Сюнь Ци тайно охранять беженцев. Цзян Линь был уверен, что этот дом еще примет партию 'гостей'.
Затем он вызвал Чу Ба и продолжил расспрашивать его о Четвертом принце и Цзян Жоу: "Оба они в последнее время спокойно сидели в Лотосовом монастыре?"
Чу Ба ответил: "Раньше они все время были в горах, но так уж получилось, что вчера вечером они переоделись и пробрались в Шэнцзин."
Как раз в ту ночь, когда беженцы напали на семью Вэй, они вошли в город. И эта внезапно появившаяся девушка из семьи Чжао, сообщившая новость... Стоит только подумать, чтобы понять, кто за всем этим стоит.
"Знаешь, где они сейчас?" - спросил Цзян Линь.
Чу Ба действительно знал и предложил Цзян Линю показать дорогу.
Эти двое бессердечных использовали беженцев, чтобы убить людей из семьи Вэй. Нельзя их так просто отпустить! Чу Ба сжимал меч, его руки чесались кого-нибудь убить.
"Сначала приведи себя в порядок, переоденься, чтобы быть похожей на Цзян Цзиньюэ. Ты был рядом с ней какое-то время, помнишь, как она выглядит?"
"Помню. Госпожа, подождите минутку, я сейчас вернусь," - Чу Ба повернулся, и в мгновение ока его уже не было.
Чу Ба действительно не заставил Цзян Линя долго ждать. Вскоре он вернулся в легком розовом платье - любимом цвете Цзян Цзиньюэ. Чу Ба, мелкими шажками, плавно приблизился, и это лицо издалека напоминало Цзян Цзиньюэ, а вблизи - еще больше. Даже шрам на лице был очень похож.
Только рост немного превышал норму...
Цзян Линь подсознательно спросил: "Чу Ба, ты умеешь укорачивать кости? Цзян Цзиньюэ коротышка, ты слишком высокий."
Лицо Чу Ба вытянулось: "Госпожа, вы слишком многого от меня требуете! Даже если я отпилю себе ногу, я все равно буду выше Цзян Цзиньюэ. Даже если бы я умел укорачивать кости, я бы не смог стать коротышкой!"
Цзян Линь рассмеялся в голос. Ему показалось, что Чу Ба, называя Цзян Цзиньюэ коротышкой, звучит даже более язвительно, чем он сам.
Раз уж укорачивать кости он не умеет, а ногу пилить нельзя, Цзян Линь неохотно принял высокорослую Цзян Цзиньюэ. Они собирались вместе выйти из дома.
Вэй Юньчжао строго наказал Цзян Линю и Чу Ба быть осторожными: "Возвращайтесь пораньше. Если их будет много, не стоит с ними связываться."
Цзян Линь кивнул: "Я знаю. Тогда ты оставайся в доме, чтобы его охранять. Если кто-нибудь посмеет прийти, живых не оставляй."
Вэй Юньчжао ответил согласием и проводил их через заднюю дверь.
Четвёртый принц и Цзян Жоу жили в маленьком дворике. Видимо, они боялись, что их узнают, поэтому выбрали очень глухое место. Цзян Линь и его спутник потратили немало времени, чтобы добраться туда.
В доме горел свет, было очевидно, что они не спали. Цзян Линь попросил Чу Ба сначала посмотреть, сколько там людей и чем они занимаются.
Чу Ба взбежал на крышу, но вскоре спустился, подбежал к Цзян Линю и принялся усиленно тереть глаза: "Там так грязно, госпожа. Может, нам лучше прийти сюда днем? Там слишком грязно, боюсь запачкать ваши глаза."
Цзян Линь: "Четвертый принц и Цзян Жоу занимаются чем-то таким?"
Чу Ба энергично закивал. Цзян Линь при слабом свете заметил выражение отвращения на его лице.
Ему стало любопытно: "А почему криков не слышно? Неужели Четвертый принц в постели никудышный, не смог доставить удовольствие Цзян Жоу?"
Он захотел увидеть это своими глазами.
Едва он это сказал, как из дома раздался голос. Это Цзян Жоу звала принца и просила Четвертого принца поторопиться.
Цзян Линь заметил: "Четвертый принц действительно никудышный. Весь в своего пса-императора."
Цзян Линь подтолкнул Чу Ба: "Пошли, ворвемся внезапно и напугаем его, чтобы он стал еще больше похож на пса-императора", - превратился в евнуха.
Чу Ба не смог остановить Цзян Линя, поэтому ему пришлось стать тем, кто выбьет дверь.
В доме двое громко предавались удовольствиям. Чу Ба одним ударом ноги выбил дверь, она с грохотом упала. Испуганная Цзян Жоу издала пронзительный крик и в панике завернулась в одеяло, прячась в нем. А Четвертый принц от испуга и вовсе обмяк.
Цзян Линь вошел, с улыбкой глядя на застывшего от недоверия четвертого принца, и сделал оценку: "Эх, а ты и правда никуда не годишься."
Цзян Линь достал кинжал, который Вэй Юньчжао ему подарил и которым он ни разу не пользовался, и протянул его четвертому принцу: "Раз никуда не годишься, может, отрежешь его? Кинжал одолжу."
Затем он достал откуда-то книгу, открыл ее и показал четвертому принцу крупные буквы, написанные на ней: "Чтобы овладеть этим искусством, сначала нужно себя кастрировать*."
"Отрежешь, и я этот секретный манускрипт подарю, как тебе?"
Четвертый принц, медленно приходя в себя, наконец очнулся, натянул на себя одеяло, прикрываясь им, и сквозь зубы произнес имя Цзян Линя: "Цзян Линь, какой ты смелый!"
Цзян Линь положил книгу в руки четвертому принцу: "Ваше Высочество перехваливаете меня. Как моя смелость может сравниться с вашей? Интересно, что будет, если я выйду на улицу и закричу во все горло, что здесь четвертый принц?"
Лицо четвертого принца помрачнело: "Как ты смеешь! Цзян Линь, если ты посмеешь закричать, я сделаю так, что ты и весь род Вэй сгинете, и от вас мокрого места не останется."
"О," - равнодушно отозвался Цзян Линь: "Разве у вас не было таких планов с самого начала?"
"Но, возможно, это не сработает. Сейчас ты в моих руках, и только я решаю, кто из нас сгинет."
Цзян Линь повертел кинжал: "Но я добрый и не могу совершить такое злодеяние. Максимум, отрежу тебе корень зла. Ваше Высочество, не стоит меня слишком благодарить."
Цзян Линь, качая головой и восхищаясь тем, какой же он добрый, бросил кинжал. Он вонзился между ног четвертого принца, очень точно.
То ли он действительно поранился, то ли напугался, но четвертый принц издал душераздирающий крик.
Цзян Линь подошел и вытащил кинжал: "Ваше Высочество, проверьте сами, все ли там на месте. Если оно все еще есть, я повторю попытку, но на этот раз сделаю это быстро."
Четвертый принц, крича, ругал Цзян Линя: "Цзян Линь, если ты посмеешь тронуть меня, я сделаю так, что ты будешь умирать медленной и мучительной смертью!"
"Все одно и то же повторяешь, скучно. Но я хороший человек, поэтому решил избавить тебя от мучений."
Цзян Линь быстро дернул четвертого принца с кровати на пол, зацепил ногой лежащую рядом одежду и прикрыл ей то самое место. Цзян Линь не хотел смотреть, ему было противно.
Кинжал дважды крутанулся в его пальцах и вонзился в запястья четвертого принца, по одному удару на каждую руку.
Потом в ноги. Кинжал перерезал сухожилия на ногах, Цзян Линь сказал: "Это тебе за то, что твой пес-отец сделал с моей сестрой Су Цяо."
Цзян Линь не остановился, кинжал опустился на голову четвертого принца, помогая ему побриться налысо: "Раз живешь в монастыре, нужно соблюдать правила. Лысым даже лучше."
Четвертый принц пытался сопротивляться, но безуспешно. Во-первых, он не мог встать, во-вторых, он боялся, что Цзян Линь не рассчитает силу и случайно проткнет ему голову.
Закончив с головой, кинжал скользнул по лицу четвертого принца: "Слышал, ты хотел стать императором, но людей с уродствами и инвалидностями исключают в первую очередь, так что твоим мечтам не суждено сбыться." - кинжал запятнался кровью, и Цзян Линь сказал: "Этот шрам никогда не заживет."
Кинжал медленно опускался к шее четвертого принца. Возможно, почувствовав дыхание смерти, его взгляд из злобного и яростного превратился во взгляд с ужасом, и даже говорить он стал с трудом: "Цзян... Цзян Линь, если ты посмеешь тронуть меня... меня, отец не простит тебя."
Уголки губ Цзян Линя слегка приподнялись: "Кто узнает, что это сделал я? К тому же, я уже начал действовать."
Цзян Линь полоснул шею четвертого принца. Пошла кровь, но рана была неглубокой, она не убьёт его.
"Ваше Высочество имеет высокое положение, я не буду вас убивать. Я лишь позволю тем беженцам, которых вы использовали и подстрекали убивать простых людей, свести с вами счеты."
"Завтра их отправят в тюрьму, их дни сочтены. Полагаю, узнав, кто их использовал, они хорошо отблагодарят Ваше Высочество."
Глаза четвертого принца расширились, он, казалось, собирался отругать Цзян Линя, но Цзян Линь не дал ему шанса и просто вырубил его.
"Раз уж ты так тщательно все это спланировал, то должен умереть достойно."
Закончив говорить, Цзян Линь посмотрел на кровать. Угол одеяла на кровати вздулся, что-то дрожало под ним.
Цзян Линь жестом приказал Чу Ба сорвать одеяло. Чу Ба сделал несколько шагов вперед, намеренно приблизился лицом. Как только одеяло сорвали, Цзян Жоу закричала "Аааа!"
Чу Ба поднял подбородок Цзян Жоу, заставляя ее обратить внимание на свое лицо.
"Призрак!" - увидев лицо Чу Ба, очень похожее на лицо Цзян Цзиньюэ, Цзян Жоу затряслась еще сильнее, готовая уменьшиться до микроскопических размеров и залезть в любую щель.
"Сестрица Жоу," - Чу Ба голосом Цзян Цзиньюэ обратился к Цзян Жоу.
Цзян Жоу, махая руками, отгоняла Чу Ба: "Уйди, уйди! Ты уже умерла, не подходи ко мне. Я не крала у тебя ничего, не ищи меня, не ищи меня..."
Ужас на лице Цзян Жоу был слишком очевиден, на лбу висели крупные капли холодного пота, казалось, она в любой момент может умереть от страха.
Цзян Линь, расслышав слова Цзян Жоу, приказал Чу Ба прекратить. Вместо него он сам окликнул Цзян Жоу по имени.
Страх Цзян Жоу перед Цзян Линем был не меньше, чем перед Чу Ба, выдававшим себя за Цзян Цзиньюэ. Цзян Линь предположил, что ее напугали его методы издевательств над четвертым принцем.
"Так боишься? А я помню, раньше ты была довольно смелой. То отравляла, то наводила проклятия. Что случилось за полгода, что ты стала такой трусихой?"
Цзян Линь смотрел на Цзян Жоу, постоянно наблюдая за выражением ее лица. Ему казалось, что сегодняшняя Цзян Жоу сильно отличается от той, что он помнил.
Цзян Линь спросил: "Кто-то или что-то велело тебе притвориться испуганной, чтобы избежать этой участи?"
Цзян Жоу подсознательно подняла голову и посмотрела на Цзян Линя. Цзян Линь не упустил мелькнувшее в ее глазах удивление.
Цзян Линь усмехнулся: "Похоже, я не ошибся. В твоей голове появилось что-то чужое. И это 'что-то' раньше следовало за Цзян Цзиньюэ. Вот почему ты сказала, что не крала у нее ничего."
"Да, ты действительно ничего не украла. Это оно само вышло на тебя, верно? Цзян Жоу, давай заключим сделку. Ты поможешь мне узнать у него, почему оно так стремится, во что бы то ни стало, убить меня и Вэй Юньчжао. Если ответ меня устроит, я тебя пощажу."
Цзян Линь похлопал лезвием кинжала по щеке Цзян Жоу: "Ты знаешь, мне убить тебя ничего не стоит. И твой статус не такой высокий, как у четвертого принца. Я не боюсь мести твоего отца."
Ужас на лице Цзян Жоу постепенно рассеялся, уступив место колебаниям. Она осторожно спросила Цзян Линя: "Как ты узнал, что в моей голове что-то появилось?"
Цзян Линь ответил: "Естественно, потому что я много знаю."
"Хм, итак, ты заключаешь эту сделку или нет? Если ты откажешься, мне останется только убить тебя."
Нежный тон был полон соблазна, но холодное лезвие на шее заставляло Цзян Жоу дрожать от страха.
Она хотела жить. Был только один путь: "Я согласна. Я спрошу прямо сейчас."