ГЛАВА 19.«Что, если всё правда?»
Февраль. Тот самый день.
Ликуся сидела в машине.
На ней — пальто, шарф, нейтральный макияж. Глаза — холодные, собранные.
Никита вышел из дома в чёрной куртке и очках, как будто пытался спрятать глаза.
Молчали всю дорогу.
У здания ЗАГСа толпа — другие пары. Счастливые. Настоящие.
А они — наоборот.
Он посмотрел на неё:
— Ты уверена?
— Мы договорились.
Он кивнул.
Она смотрела в одну точку.
Слишком устала, чтобы злиться. Слишком чувствовала, чтобы говорить.
Кабинет. Печать. Подпись.
— Расторжение зарегистрировано, — сказала женщина за столом.
— Поздравляю. Или... сожалею.
Никита усмехнулся. Ликуся ничего не сказала.
Выходили молча. Ветер бил по щекам.
— Тебя подвезти? — спросил он.
— Нет, меня заберут.
— У меня съёмки.
— Понял.
Пауза.
Она смотрит на него. В последний раз как... жена. Даже если фиктивно.
— Будь осторожен, хорошо?
Он кивнул.
— Ты тоже.
Они не обнялись.
Не поцеловались.
Даже не коснулись друг друга.
Спустя день. Квартира.
Она собрала вещи. Без истерик.
Оставила ключи на кухонном столе.
Написала коротко:
«Спасибо за дом. Увидимся.»
Он пришёл вечером.
Заметил пустоту. Тишину.
Тарелка, в которой она ела хлопья. Браслет, который случайно забыла.
Пустота, которая врезалась в грудь.
Через неделю.
Они переписывались редко.
"Как ты?" —
"Норм".
"У тебя концерт?" —
"Да, завтра".
"Удачи." —
"Спасибо".
Без голосовых.
Без смайлов.
Без души.
Через месяц.
Ноль сообщений.
Ноль встреч.
Оля как-то написала Ликусе:
«Ты не хочешь просто ему позвонить?»
Ликуся ответила:
«Если бы хотел — он бы уже пришёл.»
А Никита, в это же время, говорил Егору:
— Я хочу, но я боюсь. Что она скажет: "поздно".
Разные места. Один вечер.
Она смотрит в окно, в студии.
Он сидит с наушниками, но не пишет.
Её шарф до сих пор в его шкафу.
Его треки — всё ещё про неё.
Но они — молчат.
А чувства?
Они уже не фиктивны.
Но, может, слишком настоящие, чтобы их вынести...