Эпилог
Шесть лет. Иногда мне кажется, что это сон. Слишком яркий, слишком идеальный, чтобы быть правдой. Но потом я чувствую тепло руки Криса в моей, слышу смех, доносящийся из нашего дома, и понимаю – это реальность. Наша реальность.
Мы подъезжаем к нашему дому – большому, светлому, с огромным окном в гостиной, которое Крис вставил, потому что я сказала, что хочу видеть сад из любой точки первого этажа. Он купил его три года назад, когда стало ясно, что нашей растущей семье тесно в старой квартире.
Ключ поворачивается в замке, и мы заходим в прихожую, пахнущую корицей и свежеиспеченным печеньем, которое, как я сразу понимаю, пыталась испечь Мия.
На нас сразу с визгом бежит наш комок счастья – четырехлетняя Эвелина. Ее ледяные серые глаза, точная копия Крисовых, горят озорством, а каштановые кудряшки, мои кудряшки, разлетаются во все стороны.
– Папа! Мама! – кричит она, и Крис, этот некогда грозный и холодный исполин, мгновенно наклоняется и подхватывает ее на руки, заставляя смеяться еще громче.
Из гостиной появляется Марио, смеясь.
– Она нас обыграла в прятки, пришлось сдаться! – говорит он, и его глаза по-доброму щурятся.
Судьба? Возможно. Тот самый Марио,у которого была вечеринка где меня похитил мой же муж.Они стали лучшими друзьями. Они могут часами что-то чинить в гараже или спорить о футболе. Марио подходит, здоровается с нами крепким рукопожатием с Крисом и теплым объятием для меня.
Следом появляется рыжая голова. Мия. Моя Миюшка. Она и Марио поженились два года назад, а под сердцем у Мии уже растет их сын, Макс. Животик у нее уже заметный, и она сияет от счастья.
– Ну наконец-то! – она обнимает меня, а потом Криса, который уже привык к ее бурным эмоциям.
– Марио, блять, тише, – шипит она на мужа, – я только Лео уложила!
Но ее слова прерывает внезапная волна тошноты. Она строит гримасу и бежит в гостевой туалет. Я посмеиваюсь, вспоминая, как мне повезло – у меня не было токсикоза ни с Эви, ни с Лео.
Лео... Мой сын. Ему два года. Он спит сейчас наверху, и в его сонном личике я вижу Криса – такие же темные прямые волосы и карие глаза, мои глаза, которые как-то по-своему смотрят на мир. Получился идеальный микс.
Мы с Крисом, с Эви на руках у папы, и Марио проходим в огромную гостиную. Мы устраиваемся на большом диване, включаем какой-то смешной мультик для Эви и вполголоса болтаем, дожидаясь Мию. Они приехали к нам на целую неделю, и в доме сразу стало шумно, тесно и по-настоящему по-семейному.
С родителями я не общаюсь. Только короткие «с днем рождения» и «с рождеством» в мессенджере. Это мой выбор. Их выбор – жить с грузом вины в своем тихом, идеальном снаружи и пустом внутри доме. Иногда мне их жаль. Но я не могу вернуться туда.
Зато каждый выходной к нам приезжает Игнат. У него теперь есть Синди, его однокурсница. Они снимают квартиру в соседнем от нас районе. Игнат стал спокойнее, взрослее. Он обожает возиться с Эви и Лео, а Крис иногда помогает ему с ремонтом в их съемной квартирке. В этом же районе, буквально в соседнем доме, живут Мия и Марио. У нас получился свой круг, где все свои.
Я смотрю на Криса. Он укачивает на руках уже задремавшую Эви, что-то тихо говоря Марио. Его лицо, когда-то искаженное болью и гневом, теперь спокойное и умиротворенное. В уголках его глаз за эти шесть лет появились лучики морщинок – от смеха, а не от злости.
Я очень счастлива.
И, бросив взгляд на спящую дочь в руках у мужа, на друга, болтающего с ним, на звуки, доносящиеся из туалета, где моя лучшая подруга борется с токсикозом, я понимаю – я не одна.
Счастливы мы все.