[ эпилог ]
саундтреки к эпилогу - песни из плэйлиста выше.
я разучилась писать, прости господи, надеюсь кому-то еще нужны эпилоги хкхкхкх.
Конец учебного года. Последние дни мая перед выпускным радуют приятным весенним теплом и почти летними огненными закатами. Оранжевый свет проникает в комнату через окно и падает на стоящую перед зеркалом девушку. Она смотрит на себя изучающе и недоуменно, будто там кто-то другой. Жмурится. Но когда открывает глаза, перед ней всё та же Айрин. Только вместо безжизненных глаз и мертвецки бледных губ она видит искрящееся в светлых радужках солнце и алый блеск на губах живого человека. Старой Идльштейн... больше нет?
Девушка неловко отводит от зеркала взгляд, отходит назад, садится и переводит его на красивую коробку на кровати. Тонкие пальцы проходят по шелковому минималистичному оформлению подарка, обводят выведенное золотом название бренда. Elie Saab - это имя видела на вывесках люксовых бутиков, которые всю жизнь обходила стороной, и в интернете после очередного кутюрного показа. Это уже навевает на мысль: "Как такая вещь оказалась здесь". Похоже на какое-то волшебство или последствия ограбления банка. Но нет, это Ирвин подарил. Айрин сходила с ума о том, что у неё совершенно нет вещей, в которых не стыдно пойти на выпускной, но вскоре проблема решилась сама. Но... Слишком дорого, слишком помпезно, слишком не для неё. Слишком щедро. Кажется она заглядывала в коробку сотню раз, но так и не решилась открыть и тем более примерить. Однако этот день настал и, прикусив губу, она убрала крышку.
- О, Господи.
Вдруг в комнату постучали и зашла женщина среднего возраста, её мама. Сначала она говорила шепотом, понимая, что её дочь легко отпугнуть в и так напряженный день, но в итоге не смогла сдержаться. Стоит ли говорить о лавине восторженных ахов по поводу выпускного и причитаний, как быстро растут дети. Когда же она наконец увидела содержимое коробки на своей дочери, уровень радости и предвкушения - в отличии от Айрин, которая до самого последнего момента пребывала в полнейшем смятении чувств - возрос неимоверно.
Воздушное вечернее платье золотистого цвета идеально легло на тонкое тело, открывая взору узкие плечи и выделяющиеся ключицы, которые впервые увидели свет, будучи всегда скрытыми мешковатыми худи и футболками. На их место пришел изящный шелковый верх платья, переходящий в юбку-пачку до пола, полупрозрачная ткань которой сияла множеством вкрапленных в неё блёсток, пронизываемая косыми лучами солнца. Всё это буйство перевоплощения завершили ненавязчивые лодочки на небольшом каблуке, на которых Айрин, как ни странно, споткнулась всего три раза и даже не упала.
Двадцатое мая, время близится к вечеру. Младшие дети в доме совсем не обращают внимания на этот кипишь, в то время как в небольшой подростковой комнате толпятся бабушка, мать и дочь. Первые две активно прихорашивают или любуются последней, которая скрывает волнение за неловким мямляньем. Вдруг кто-то звонит в дверь на первом этаже и все подпрыгивают на месте. Айрин подлетает к окну и видит черный автомобиль. Ирвин приехал, спаси господи. Прошло два месяца с тех пор, как они начали встречаться, но сейчас кажется, будто она спустится вниз и увидит его впервые.
Он пригласил её на выпускной месяц назад. Команда школы Хайберри обыграла соперников под чистую со счетом пять-ноль. Был вечер, вокруг огромного школьного стадиона горели прожектора, на трибунах собрались ученики обеих школ, черлидерши в блестящей форме с помпонами и куча парней в спортивном обмундировании в центре идеально очерченного газона . Айрин тоже, как ни странно, пришла. Обычно она отсиживалась дома и воротила нос от бессмысленно бегающих по полю и сбивающих друг друга существ. И ноги её б тут не было, не будь одним из этих существ Ирвин "ТыОбязанаПрийтиНаМатчСаншайн" Эванс. И что он сделал? Заработав победный тачдаун, прямо при всех во время финала межшкольного футбольного чемпионата, подбежал к трибунам и спросил:
- Айрин Идльштейн, пойдем на выпускной вместе?
* * *
Как прошел этот вечер?
С колотящимся сердцем она спустилась вниз и открыла дверь. Он стоял там, освещенный небом после заката, даже красивее обычного, хотя казалось бы, куда уж дальше. Идеально сидящий черный костюм с розой в кармане, небрежно не застегнутая пуговица рубашки и мгновенно расцветающая улыбка, когда он видит Айрин. На мгновение он, честно, забыл как говорить, и это мгновение просто стоял с открытым ртом, пока не выдохнул:
- Господи, ты такая красивая.
Он подарил её родителям огромный букет роз и, попрощавшись с ними, они поехали в школу. Она будто снова стала совсем молчаливой. Естественно, там ведь будут все ученики, а прошлое никуда не денется, даже если настоящее абсолютно ему противоположно. Даже если оно похоже на прекрасный сон. Но прошлое можно принять и забыть, особенно когда есть кто-то, кто этот сон создает. С того дня, как она чуть не врезалась в Ирвина на велосипеде, он будто запустил процесс оживления давно мертвых эмоций и сейчас они норовят выплеснуться через край. Но она все равно волнуется. Чувствует незаметное прикосновение к уху и роза, такая же как и украшающая пиджак парня, теперь украшает её темные волосы.
- Мы сбежим, если там будет слишком скучно, лучик, - улыбнулся Ирвин, невооруженным глазом замечая это.
- К-конечно.
И они действительно сбежали. Но сначала пришли на бал. Огромный спортивный зал был совсем не похож на место, где занимаются спортом, а скорее был помпезным сияющим банкетным залом. Конечно, ученики и родители в Хэйберри могут позволить себе аренду любого дорогущего ресторана в городе, но школа консервативна и придерживается многолетних традиций. К тому же, за выпускниками уже забронирована афтер-пати в самом крутом ночном клубе города, когда официальная невинная часть вечера кончится. Тем не менее все собравшиеся в девять вечера уже были при полном параде как на фестивале Мет гала, но Эванс и Идльштейн, вот, кто вызвал самый шквал комплиментов или зависти, даже несмотря на то, что у Челси было самое откровенное платье, а Бекка и Рассел стали королем и королевой выпускного. Черные лошадки, красавец и чудовище, популярность и отчуждение. Как выяснилось - лучшее сочетание. Они встретились с друзьями Ирвина и весь вечер провели с ними, смеясь, болтая и просто хорошо проводя время в этих последних мгновениях, пока могли назвать себя школьниками. А потом эти же друзья уговорили их продолжить вечеринку и поехать со всеми в клуб. В первый раз Айрин танцевала, а не стояла, скукожившись где-то в углу, в первый раз сморщила нос от коктейля с почти без алкоголя, в первый раз была не дома в такое позднее время, а именно в полночь. Она даже впервые танцевала медленный танец, издавив Ирвину все ноги и потеряв весь здравый рассудок от того, как это странно. Даже называясь его девушкой, ей было непривычно находиться рядом с кем-то. Однако это чувство покидало её и к концу вечера, началу утра, когда веселье и легкость заполнило всю, даже её забитую страхами голову. Заполнило и вытеснило их, а вместе с ними и все плохие воспоминания. Когда в слепящем глаза лазерами и громком помещении полном людей и музыки стало совсем душно, а бывшие одноклассники начали уходить во все тяжкие, не чураясь алкогольных напитков, они сбежали.
Перед рассветом стало прохладно. Парень любезно накинул пиджак на плечи разгоряченной как и он девушке. Она смеялась и улыбалась так, как никогда раньше и ему совсем не хотелось, чтобы этот день кончался. Холмистая местность, у которой они остановили машину, вся тонула в сочной майской траве, а в бледно розовом небе появились первые лучи нового дня. Они слушали тихую музыку в машине и он поцеловал её впервые за этот вечер. Она уже не жмурится, не вздрагивает и не боится. Но мозг начинает кипеть слишком быстро, так что она отстраняется, ставит музыку громче, и вытягивает Ирвина из машины, а после медленно бежит через луг, забираясь на холм.
- Хэй, подожди, - смеется он, быстро её нагоняя.
Они падают на холодную траву и смеются. На вершине холма теперь видно горизонт и за ним показывается краешек солнца, но Ирвин не может оторвать взгляд не от вида, а от девушки рядом. Ему кажется, или не кажется, что это самое красивое существо на планете, и вовсе не только внешне. Она ловит его взгляд и перестает смеяться, переворачиваясь со спины на живот и улыбаясь уже не как сумасшедшая.
- Спасибо, Ирвин. Я л-л... лю...
Но она так и не смогла произнести то, что хотела, и просто обняла его, уронив голову ему на грудь.
Ирвин улыбнулся.
- И я люблю тебя, саншайн.
_______________________________________
П. С. И ЭТО ЕЩЕ НЕ ВСЕ
в планах еще бóльший скачок во времени следующего эпилога
срочно нужны ваши комменты, ибо я это не для себя делаю, сама я ничего вообще не хочу даже жить ура
просто скажите, говно это или терпимо
если тут не будет особой активности т. е. будет понятно, что в принципе я реально "скатилась" и что писать к этой истории еще что-то просто бессмысленно
то естественно следующего эпилога не будет
ʕ•ﻌ•ʔ
апдейт: будет, дата неизвестна, возможно в формате видео