15.
Саундтрек: Take Me To Church – Hozier.
***
Их поцелуй уже привычно грубый и болезненный. Кровавый. Аврора складывает брови домиком, пытаясь выбраться из его хватки и коснуться слегка вьющихся волос. Небрежно взъерошить их и по-хозяйски сжать до боли.
Но Стурниоло лишь сильнее впечатывает её в дверь, закрывая одной рукой её на ключ, чтобы ни одна душа не посмела прервать их страсть. Их редкую слабость.
Лагранж знает, что имеет власть над Стурниоло. И Стурниоло имеет над ней власть. Это их безумная игра, в которой они перебрасывают друг другу горящий мяч.
И в этой игре они оба обжигаются, но не уступают друг другу.
— Чего ты хочешь, скажи.. — шепчет Стурниоло между поцелуями. Его дыхание напрочь сбито. — Скажи, Лагранж, я не смогу остановится..
Лагранж слышит стук собственного сердца где-то в глотке. Оно отбивает четкий ритм, бьется в унисон сердца Мэттью.
Она старается думать резонно, осознавать все последствия. Но его губы, мокрые, властные, дурманят разум.
— Тебя.. — срывается с губ быстрее, чем Лагранж успевает осознать.
И это как последний рывок. Последняя пуля навылет, которая пролетает сквозь сердце Стурниоло.
Он отпускает всех своих демонов, что сидели на привязи и гулко рычали. Они срываются с цепей и рвут и мечут всё на своем пути.
Стурниоло наконец отпускает руки Лагранж и подхватывает её за бедра, перемещаясь к столу. Резко опускает её на стол, Лагранж быстро дышит, сбрасывая со стола всё, что мешается.
Они торопятся, словно боясь упустить этот момент. Боятся, что это лишь мираж, и что если медлить, то он исчезнет.
Лагранж притягивает Стурниоло к себе за галстук, раздвигая ноги. Он стоит между её ног, обхватывая талию и сжимая её до красных пятен. Губы вновь встречаются в пьяном танце, языки сплетаются и толкаются. Пошлое чмокивание, прерывистое дыхание, горячий шепот.
Лагранж отстраняется, чтобы расстегнуть непослушными руками пуговицы на белоснежней рубашке Стурниоло. Те не поддаются и Стурниоло, гонимый страстью и невыносимым возбуждением, бесцеремонно срывает их. Его рубашка падает на пол с помощью Лагранж.
Руки тянутся к его ключицам, а затем скользят вниз, очерчивая очертания пресса. Многочисленные шрамы на его теле только красят его. Стурниоло совсем не похож на принца из сказок. Но это в нем и цепляет.
Мэттью поднимает подбородок Авроры пальцем и заставляет выгнуться в спине, а затем стягивает с неё блузку. Смотрит туманным взглядом на небольшую грудь в черном кружевном бюстгальтере. На теле скапливаются многочисленные мурашки. Аврора облизывает губы, позволяя рассмотреть ее всю. Нет никакого стеснения, есть страх, что он не оценит её тело.
Бред какой, Лагранж боится, что не понравится Стурниоло.
Но он быстро развеял ее страхи, медленно поцеловал её в шею.
— Ты невероятно красивая.. — шепчет он, мягко огладив её скулу.
Нежность.
Чувство, которое, казалось, неподвластно такому человеку как Стурниоло.
Лагранж смущена, как маленькая девочка. И Стурниоло улыбается этому. Он склоняется к ней, целуя в уголок губ, подбородок, скулу, лоб и нос.
Земля словно уходит из под ног. Мэттью показал себя с другой стороны. И с каждым днём Аврора узнает его ещё больше и видит, что он – не бесформенный ледник, а многогранник.
Стурниоло обхватывает руками её бедра и тянет на себя. Его напряженная плоть упирается в неё. Он дает прочувствовать, показывает то, что она делает с ним.
— Ты хочешь этого? — он серьезен. Смотрит в её глаза без надежды.
— Да.
И трусики Лагранж тоже летят на пол. Стурниоло касается ее там. Без напора, нежно и аккуратно. Лагранж прерывисто дышит, а Стурниоло хватает каждый её вдох, глядя лишь в глаза.
Один палец проникает в неё, сводя с ума. Аврора сжимает край стола до побелевших костяшек пальцев. Мэттью наращивает темп, касаясь свободной рукой её щеки.
Нежность переплетается со страстью.
— Ещё один? — вскидывает бровь Стурниоло, ухмыляясь.
Аврора быстро кивает, и когда он добавляет ещё один палец, закатывает глаза от удовольствия и запрокидывает голову назад.
Темп до невозможности быстрый. Аврора не может больше сдерживать стоны, поэтому закрывает рот ладонью, тихо мыча.
Его непрерывный взгляд ещё больше заводит. Лагранж только сейчас понимает насколько он сексуален.
— Мне недостаточно только пальцев.. — прерывисто шепчет она, останавливая его пальцы, обхватив запястье.
Стурниоло хрипло смеётся, вытаскивая из неё пальцы и подносит их к губам Авроры. Она поднимает на него взгляд и открывает рот, облизывая его пальцы. Кажется это только сильнее завело Стурниоло, потому что в следующий миг он спускает штаны и приставляет член к Авроре.
Он вводит его медленно и глубоко. Аврора шумно выдыхает, закусив губу. Стурниоло позволяет привыкнуть и только после этого ускоряется и входит все глубже.
Аврора не может не издавать звуки, поэтому с её губ срываются стоны, что рекошетят от стен. Стурниоло закрывает её рот ладонью и продолжает грубо вдалбливать её в стол.
— Тише, Лагранж, ты же не хочешь, чтобы нас услышали?
Она тихо мычит в ответ, быстро кивая.
Шлепки, громкое хлюпанье, приглушенные стоны. Головокружение, жар, невероятная страсть.
Мэттью сейчас красив как никогда. Волосы небрежно упали на лицо, скулы напряжены, губы поджаты. Каждая вена на его сильных руках набухает.
— Мэтт.. — сквозь его пальцы стонет Аврора.
По имени. Непозволительно интимно.
Стурниоло поднимает на неё тяжелый взгляд. Аврора может поклясться, она видела в его глазах космос.
Сам он хрипло дышит, ускоряясь.
Толчки становятся хаотичнее, размашистее, грубее. Пик всё ближе.
— Ещё раз.. — шепчет он, сжимая её грудь. — Назови меня по имени, Аврора.
— Мэтт.. — почти мольба, — Пожалуйста..
Пара толчков. Они оба заканчиваются прямо в этом кабинете. Со стонами в унисон, с именами друг друга на губах.
***
Это было ошибкой. Ужасной, унизительной, немыслимой. Но это было безумно красивой ошибкой. Приятной и сносящей крышу.
Они не проронили ни слова после. Молча собрали вещи, оделись и разошлись по офису. Ни одного словечка. Ни одного взгляда.
И это заставляло Аврору чувствовать себя грязной, использованной, хотя она сама этого захотела. Она сама делала всё, чтобы это случилось. Мерзкое отвращение к самой себе зашевелилось под кожей.
Глядя на себя в зеркало в уборной, Лагранж едва не заплакала. Стурниоло не позволил бы просто забыть о себе. Он оставил на ней следы – засосы и красные пятна. Пометил. Это как напоминание о том, что они натворили.
Работать после этого было невозможно, Лагранж буквально заставляла себя это делать. По несколько раз читала одни и те же строчки в отчетах и не понимала ни слова. Роняла ручку, забывала как пользоваться компьютером.
Стурниоло молча наблюдал за этим, спокойно занимаясь своими делами. Он стал прежним. Ледяным, равнодушным, колючим. Натянул маску хладнокровия и сидел как огромный айсберг.
Будто не было бешенного секса прямо за этим же столом несколько часов назад. Будто он не шептал ей, что она невероятно красивая. Будто не просил назвать его по имени.
— Ты пытаешься выучить текст в отчёте? — звучит его саркастичный тон.
Лагранж поднимает на него тяжелый взгляд и откладывает лист. Нужно закурить, срочно.
Кажется Стурниоло отпустила эта болезнь под названием «Помешательство на Лагранж». Ему было достаточно секса и в нем больше нет этой дури.
А вот Аврора легче не стало. Нет, она не хотела это повторить. Не хотела выяснить его истинные чувства.
Ей хотелось лишь снова увидеть в нем многогранник, а не ледник. Ей недостаточно физической близости, ей нужно узнать каков он внутри. Чем дышит, о чем думает, какие у него ценности и переживания.
— Сегодня поработаем до.. — он смотрит на дорогие часы на запястье. — Ещё час.
Лагранж кивает. Её телефон, что лежит рядом на столе вибрирует. Экран загорается сообщением от незнакомого контакта. Аврора вскидывает брови и начинает быстро читать.
« Добрый вечер, мисс Лагранж. Это Маттео Мауретте, запишите мой номер.
Как вы смотрите на то, чтобы сегодня вместе со мной в восемь часов посетить ресторан моего дядюшки? »
Аврора закусывает губу, чтобы скрыть дьявольскую улыбку. Предвкушение заставляет мурашки скопится на шее. Аврора медленно печатает ответ, тщательно продумывая ответ.
« Добрый вечер, мистер Мауретте. Откуда у вас мой номер? Над тем, чтобы записать ваш, я подумаю.
Я совсем не против, мой вечер сегодня свободен. »
И улыбка ещё шире растягивается на её лице. Она перечитывает ещё раз и убирает телефон в сторону, возвращаясь к работе в хорошем настроении.
Очень хочется думать, что Мауретте поможет забыть о Стурниоло. Может он хороший? Может он в тысячу раз лучше Стурниоло?
— Секс два раза в день с разными мужчинами – это будто не в твоем стиле, Лагранж. — вклинивается Стурниоло, не поднимая глаз.
Лагранж едва не давится своим возмущением, откинув волосы назад. Он до ужаса проницателен, ибо как он узнал, что ей написал Мауретте и пригласил куда то?
— С чего ты взял, что я буду с ним заниматься сексом? — вскидывает брови она. — Не находишь, тебя слишком интересует с кем я сплю и сколько раз?
— Главное, что ты переспала со мной. Остальное меня не сильно волнует.
И он говорит это совершенно будничным голосом, будто это вполне нормально. Будто это просто для галочки.
— Я для тебя просто трофей? Мы что в школе?
— Нет, Лагранж, ты просто очередная девушка, которая помогла мне снять напряжение.
Аврора чувствует как вздрагивает её сердце. Это больно. Больно осознавать, что это ничего для него не значило. Очередная.. Очередная..
Стурниоло поднимает на глаза на неё и явно читает все ее эмоции. Он махнул рукой, скорчив недовольное лицо.
— Только не воспринимай близко к сердцу, ладно? — говорит он.
Аврора торопливо моргает. Горький комок застревает в горле. Нет, нет, нет, Лагранж! Не смей плакать при нем. Ты сильная и независимая. Тебя не доведет до слез никакой жалкий мужчина.
— Откуда тебе знать какова глубина моего сердца, и где для него близко? — выплевывает Аврора, едва не ломая на пополам карандаш, что сжимала в руках. Уголки глаз щиплет.
Стурниоло замолкает. Смотрит на неё с минуту и отступает. Отводит глаза и закуривает. Как всегда. Он делает так всегда, когда ему нечего возразить.
***
Аврора выходит из офиса, вдыхая осенний холодный воздух. Её волосы отбрасывает ветер. Внутри неё тишина. Затишье. Никаких эмоций. Стурниоло выбил из неё абсолютно всё.
Ко входу офиса подъезжает чёрная блестящая машина дорогой марки. Окно опускается и Лагранж видит Мауретте, на лице которого красуется ухмылка. Его небесные глаза скрыты чёрными очками. Он опускает его до кончика носа и подмигивает Авроре.
Лагранж спускается по ступенькам, а Мауретте выходит из машины, по-джентльменски открывая дверь пассажирского сидения для неё. Аврора подмечает, что он красиво одет: тёмно-коричневые широкие брюки и поло бежевого цвета, а на ногах темно-коричневые кожаные туфли. Эти оттенки создают впечатление будто Мауретте излучает тепло.
— Благодарю. — учтиво кивает она, усаживаясь в машину. Пока Мауретте обходит машину, Аврора смотрит в окно и видит у выхода Стурниоло.
Он стоит, как призрак. Аврора видит, как его кулаки сжимаются в карманах брюк, челюсти напряжены. А его глаза.. Они будто уничтожают всё, на что он смотрит. А смотрит он сейчас на Лагранж. Казалось секунду назад Аврора думала как же ей тепло рядом с Маттео, а сейчас она видит Стурниоло и её будто холодной водой окатили.
Её пробирает озноб от его взгляда. Лагранж с трудом отводит взгляд и переводит его на Мауретте, что уже тронулся с места.
— Прекрасно выглядите, мисс Лагранж.
Аврора ежится на сидении, пытаясь прогнать образ Стурниоло из головы. Пытается почувствовать себя обычный дамой, которую пригласил на свидание симпатичный молодой человек.
— Давайте перейдем на «ты»?
— Давай, Аврора. — отзывается Мауретте, быстро посмотрев на неё. Улыбка не сходит с его лица. — Мне так нравится это имя, что оно значит?
— Рассвет или утренняя заря. — улыбается она, заправив выбившийся локон волос за ухо. — В римской мифологии Аврора – богиня утренней зари, приносящая свет.
Мауретте присвистывает, стреляя взглядом в зеркало. Он невероятно харизматичен. И это очень подкупает.
— А ещё я слышал, что Авроры часто настойчивые, упрямые, эмоциональные и творческие натуры. Им свойственна высокая самооценка, стремление блистать в обществе.
Лагранж вскидывает брови, а затем, прищурив глаза, смотрит на него. Слишком он много знает.
— Ты что специально узнавал? — смеется она, скрестив руки на груди.
— Говорю же, слышал. — подмигивает он.
— Что-ж, это правда про меня. — кивает Аврора.
И замечает, что улыбка не сходит и с её лица. Мауретте располагает к себе. Притягивает.
Аврора, взглянув в зеркало, поправляет помаду. Её взгляд приковывается к красному засохшему пятну на нем. Будто отпечаток чьего-то пальцы в крови. Аврора торопливо моргает, опуская взгляд. Не нужно лезть куда не нужно. Лучше промолчать.
Но в голове жужжит целый рой тревожных мыслей. Маттео убийца? Он зовёт девушек на свидание, а потом убивает? А может это он избил Стурниоло? Или их обоих кто-то бил?
— Всё в порядке, Аврора? — невесомо притронувшись к колену, спрашивает Маттео.
Он смотрит на зеркало, замечая это кровавое пятно. А затем смеётся, обнажая ровный ряд зубов.
— Ты чего испугалась? Думаешь, я убийца? — шутливо пугающим голосом говорит Маттео и вытирает пятно салфеткой. — Не бойся, думаю ты знаешь, в каком состоянии был Мэтт пару дней назад. Меня избили с ним же, это моя кровь.
Аврора на толику успокаивается. Хочет верить в это. Усиленно. Поэтому заставляет себя сочувствовать им обоим, на случай если это правда.
— Всё ещё не понимаю, как вы – два огромных и сильных, могли позволить так себя покалечить? И что за изверги там были, вы заявили в полицию?
— Ублюдков не найти, мы уже обращались. Они либо накидались наркотой и ушли в мир иной, либо очень хорошо прячутся. — пожимает плечами Маттео.
Наконец за окном появляется большой люксовый ресторан. Здесь обычно ужинают самые важные и известные персоны. Место для богачей, вроде Стурниоло и лучше.
Мауретте первым выходит из машины и открывает дверь для Авроры, протягивая ей руку. Аврора берется за его руку и выходит, оглядывая ресторан. Он был больше похож на музей снаружи.
Мауретте ведет Лагранж ко входу, придерживая ее за талию. Он него пахнет морем, северным ветром и прибоем. Они абсолютно разные со Стурниоло.
Аврора не может перестать их сравнивать.
— Была здесь уже? — спрашивает Маттео, здороваясь со всеми, кто встречается.
— Нет, но слышала об ресторане. Твой дядя владеет им?
— Да, — бегло отвечает он, провожая её за столик.
Это ВИП место, Аврора сразу замечает. Вокруг нет людей, украшений здесь больше и столик слишком большой, по сравнению с теми, что стоят в большой зале.
Здесь звучит классическая живая музыка оркестра. Стены и колонны бежевые, а потолок и вставки чёрные и глянцевые. Пол из белого мрамора, с черными вкраплениями.
Мауретте отодвигает стул для Авроры и сам садится напротив. На столе множество блюд. Аврора позволяет себе забыть обо всех тревогах и расслабиться.
— Нравится здесь? — спрашивает блондин, наливая в бокалы искрящееся шампанское.
— Да, очень красиво. — завороженно говорит Авроры, рассматривая архитектуру.
— Согласен, — но смотрит Мауретте на Аврору.
— Расскажи мне о себе. — переводит тему Лагранж, приступая к еде. Блюда здесь только изысканные и дорогие. Видно, что Маттео старался произвести впечатление.
Маттео задумчиво мычит, разрезая стейк. Вид крови заставляет Лагранж сглотнуть. Её всегда пугала кровь, открытые раны и тому подобное. Но почему-то, в день, когда Стурниоло пришел окровавленный, она об этом напрочь забыла..
— Я наполовину француз, несколько лет жил во Франции из-за работы. — говорит он, не сводя глаз с Авроры. — В свободное от работы время играю на пианино и катаюсь на лошадях.
Аврора слушает его с интересом. Его французский акцент так красив и делает его речь очень приятной для слуха.
— А что за работа? — она переодически смотрит на него, отвлекаясь на пейзаж за окном. Сад, очень красивый сад за окном.
Мауретте прочищает горло, громко глотая мясо. Кажется, он мешкается. Или хочет соврать. Аврора сразу видит такое.
— Моя семья владеет несколькими компаниями по добыванию ископаемых. Рубины, изумруды, и прочие драгоценные камни. — это отскакивает от его зубов так неестественно. Будто это вызубренная речь. Фальшивая.
Лагранж делает вид, что поверила. Но мысленно помечает этот пункт у себя в голове.
— Верно вы невероятно богаты, — качает головой Аврора, прикидывая сколько денег водится в его руках, если это правда, — Но в таком случае, как ты поможешь в нашем со Стурниоло бизнесе, если ты не относишься к нему?
На фамилии Стурниоло голос предательски дрогнул. Как будто кто то надавали на незатянувшуюся рану.
Мауретте хрипло смеётся, делая глоток шампанского. На его длинных изящных пальцах красуются много золотых колец.
— Я имею много связей, Аврора.
Лагранж немного расслабляется, находя это логичным.
— Почему ты такая напряженная? — вдруг спрашивает он. — Будто ты всегда стоишь в боевой стойке.
Аврора напускает непринужденный вид, посмеявшись. Дьявол, даже Маттео уже заметил её поведение. Почему же она не может просто расслабится в компании мужчины?
— Всё хорошо, я просто привыкаю к твоей компании. — отвечает она, делая щедрый глоток алкоголя. — Теперь моя очередь рассказать о себе? Ну, думаю то, что я стала владелицей корпорации родителей для тебя не новость. Я ещё только учусь всему этому и вся эта работа дается мне тяжеловато. В свободное время, которого у меня не так много, я..
И вдруг Аврора задумалась. Всё свободное время, которое у неё есть, она отдает стычкам со Стурниоло либо мыслям о нем. Он заполонил всю ее жизнь.
— Я читаю.. У меня своя домашняя библиотека.
— Прекрасно, я тоже люблю читать.
Они много болтали. Аврора становилось все комфортнее с Маттео. Он больше не казался ей подозрительным, напротив, казался искренним. Помимо того, он всё время делал комплименты, не лез в те темы, которые Аврора предпочитала избегать.
До одного момента.
— Я заметил, у вас с Мэттом напряженные отношения? — говорит он, глядя на неё так, будто он знает абсолютно всё.
Аврора чувствует как жар прокатывает по её спине. Тревога лезет под кожу, ползет по позвоночнику.
— Наши семьи давно враждуют. Это врожденная ненависть. Так что, да, можно назвать это напряжеными отношениями.
Мауретте кивает, будто слышал это сотню раз. Интересно, Стурниоло рассказывал ему о чем-нибудь?.. О том, что ни одна душа не должна была знать.
— Как же вам удаётся работать вместе при такой сильной ненависти? — в его голосе сквозит ирония.
Аврора не может отделаться от ощущения, что он что-то точно знает.
— Скрипя зубами. — натянуто улыбается она, ковыряя ногти под столом.
***
Мауретте подвез Аврору после ужина до дома. По дороге они снова разговорились. Лагранж почти забыла о том странном разговоре о Стурниоло.
— Спасибо за вечер, Маттео. — пожимая его руку, говорит она.
Маттео целует её костяшки пальцев, заглядывая в глаза. Они даже в полутьме у него светлые.
— Повторим? — улыбается он.
— Как судьба распорядится. — и Аврора уходит, облегченно выдыхая.
***