Глава 15
Элиза, приятно уставшая после разговора с Мэг и обнадёженная перспективой завтрашней прогулки, направилась в просторную ванную комнату. Она находилась прямо при спальне, отделённая лишь массивной дверью из тёмного дерева. По рассеянности или из-за привычки чувствовать себя здесь ещё пока гостьей, она лишь притворила её, не защелкнув замок, оставив небольшой зазор, сквозь который пробивалась узкая полоска света из коридора. Скинув с себя лёгкий домашний халат, Элиза быстро разделась догола, почувствовав прохладу воздуха на коже, и затем скользнула в просторную душевую кабину. Кабина была сделана из прозрачного стекла, и изнутри всё прекрасно просматривалось наружу. Струи тёплой воды тут же обрушились на неё, а густая, ароматная пена с запахом тропических фруктов мгновенно обволокла её тело, скрывая очертания. Элиза закрыла глаза, наслаждаясь моментом полного расслабления, чувствуя, как дневные тревоги смываются вместе с пеной.
В это же время внизу послышался глухой шум подъехавшей машины, затем хлопок дверцы. Это был Дамиан. День выдался на редкость долгим и изнурительным: подписание важной сделки, требующей максимальной концентрации, завершилось обязательным тостом с деловыми партнёрами. Лёгкое алкогольное опьянение, всего лишь пара бокалов дорогого виски, лишь усиливало чувство усталости и желание поскорее расслабиться. Он поднялся по широкой лестнице, небрежно скинул пиджак на диван в гостиной, а затем, уже в спальне, стянул рубашку и брюки, оставшись в одних тёмно-синих боксерах. Его тело, отточенное регулярными тренировками, было накачанным, мышцы играли под смуглой кожей, особенно широкие плечи и рельефная спина, освещённые тусклым светом из коридора. В этот момент он не думал ни о чём, кроме как о прохладном душе. Не подозревая о присутствии Элизы, и тем более не заметив приоткрытой двери ванной, он машинально направился к ней.
Дамиан шагнул в ванную комнату. Первое, что он увидел сквозь прозрачное стекло душевой кабины, был силуэт, окутанный белоснежной, воздушной пеной. На долю секунды его взгляд задержался, прежде чем он полностью осознал, что перед ним – Элиза, обнаженная, покрытая лишь облаком пены, и совершенно не подозревающая о его присутствии.
Элиза, погруженная в свои мысли и шум воды, вздрогнула, когда боковым зрением уловила чью-то фигуру. Она резко открыла глаза и обернулась, и её зрачки расширились от ужаса, когда она увидела Дамиана, стоящего в нескольких шагах от душевой, прямо посреди ванной комнаты.
- А-а-а-а-а-а! Господи.. – громкий, пронзительный крик вырвался из её груди, заглушая шум воды и эхом отдаваясь от плиточных стен.
Она инстинктивно прижала руки к груди, пытаясь хоть как-то прикрыться, хотя понимала, что это бесполезно. Сердце заколотилось с бешеной скоростью.
Когда Дамиан осознал, что перед ним обнаженная Элиза, окутанная лишь облаком пены, его взгляд мгновенно отдёрнулся. С лёгким вздохом, который мог означать как досаду, так и лёгкое замешательство, он резко повернулся спиной к душевой кабине и оперся о прохладную, кафельную стену, склонив голову и оперев лоб на согнутую руку.
- О, чёрт... извини, Лиз, – ровным голосом произнёс он, слегка потирая шею. В его тоне не было ни капли стыда, лишь лёгкая усталость и некоторая растерянность. – Я не знал, что ты тут. Дверь была приоткрыта. У сени и в смысле не промелькнула что ты тут.
- Выйди! Немедленно выйди из этой ванной! – Элиза продолжала кричать, её голос дрожал от смеси гнева, смущения и почти истерики. – Ты чертов извращенец! Как ты мог так ворваться?! Что ты тут делаешь?! Ты что, подглядываешь?!
Дамиан издал короткий, сухой смешок, который только подлил масла в огонь её негодования. Он всё ещё стоял спиной к ней, прислонившись к стене, словно стараясь занять как можно меньше места.
Элиза, дорогая моя, – его голос был спокоен, почти насмешлив, но с нотками раздражения. – Я у себя дома, в своей ванной комнате. И, как я уже сказал, дверь была открыта, ты её вообще не заперла. А что касается 'подглядывания', я тебя не ждал. У меня был такой рабочий день, что я меньше всего думал о твоём расписании принятия душа.
- Ты! Ты нарочно это сделал! Нарочно! – возмущенно выкрикнула Элиза, чувствуя, как жар приливает к её лицу, несмотря на холодный душ её гнева. - Ты видел, что я здесь, и всё равно зашёл!
- Правда что-ли ? – в его голосе прозвучала явная ирония. – После сделки века, которую моя фирма пыталась заключить 3 недели и которая сегодня принесла мне несколько миллионов, я думал только о том, чтобы смыть с себя напряжение и усталость этого дня. И уж точно не о тебе, прости за прямоту конечно . Я даже не обратил внимания, что дверь приоткрыта. А когда понял, что к чему, тут же отвернулся, как видишь. Или ты предпочитаешь, чтобы я стоял и смотрел?
Он выпрямился, но не повернулся.
- Да и не так уж много я увидел, чтобы называть меня извращенцем, учитывая количество пены. Расслабься, Элиза. Или мне выйти и подождать, пока ты закончишь свой истеричный монолог и успокоишься?
Элиза, медленно, но верно, начинала успокаиваться, осознавая абсурдность ситуации и его невозмутимое спокойствие. Её гнев уступал место неловкости и даже некоторому любопытству. Её взгляд скользнул по его мощной, но при этом удивительно грациозной спине, покрытой ровной, смуглой кожей. И тут она заметила её – татуировку. Между лопатками, чуть ниже линии шеи, красовались два небольших, но отчетливо выгравированных на коже крыла. Они были изображены в полёте, слегка раскрытыми, а ровно между ними, на позвоночнике, был тонкий, строгий крест. Татуировка была выполнена в тёмных, почти черных тонах, и выглядела одновременно сильно, загадочно и очень стильно. Элиза завороженно засмотрелась, забыв на мгновение о своей наготе и его присутствии.
- У тебя... у тебя красивая татуировка, – внезапно вырвалось у неё, прежде чем она успела себя остановить. Это прозвучало тихо, но в тишине ванной комнаты её голос был отчётлив.
Дамиан усмехнулся, и его плечи слегка дрогнули. Он всё ещё не поворачивался, но его голос стал чуть ниже, с бархатистой ноткой, почти мурлыканьем.
- Правда? – произнёс он. – Ещё немного, и ты сможешь её потрогать. И не только её.
Элиза почувствовала, как её лицо снова заливает краска, на этот раз не от гнева, а от острого смущения, смешанного с чем-то ещё, неуловимым, от его дерзких слов. Напоминание о фиктивном браке, о неизбежной, пусть и не настоящей, близости, которая их ждала, пронеслось в её голове, вызывая целый вихрь противоречивых чувств.
Дамиан, словно почувствовав её состояние, ещё раз коротко хмыкнул.
- Ладно, не буду тебя больше смущать, свою будующу жену," – сказал он, делая шаг назад, к двери ванной, которая была совсем рядом. – Закрой дверь на засов в следующий раз. И приятного тебе душа, стесняшка моя.
И с этими словами он вышел, оставив Элизу одну, с бурлящим водоворотом эмоций под горячими струями воды, которая уже не казалась такой расслабляющей.