eighteen
Смотрю в окно на пейзаж, голова откинута на подголовник кресла. Руки сложены на коленях. Холмы Тосканы всегда оказывали на меня глубокое, умиротворяющее действие. Если смотреть на них из поезда на полном ходу, кажется, будто они движутся, догоняя меня своими очертаниями красной земли. Остаюсь в неподвижности, заставляю замолчать все мысли и сосредотачиваюсь на том, что происходит вокруг. Шум колес, голоса, которые накладываются друг на друга. Трели мобильных телефонов, двери открываются и закрываются. Тоннель. Темнота. Потом солнце, потом опять темнота и опять солнце.
Я начинаю все сначала именно отсюда, с этой земли, которая бежит навстречу Риму. Менее чем через два часа я буду в столице, с Филиппо. Это рискованный поступок, совсем не в моем стиле, но я долго думала и в конце концов поняла, что это лучший вариант – самый верный. У меня с собой ничего нет, только желание попросить прощения, не требуя быть прощенной. Возможно, Филиппо не будет рад видеть меня, возможно, мы не сможем преодолеть скалистый утес нашей последней ссоры и вернуться к тому, что было раньше. Но я хочу хотя бы поговорить с ним, сказать, что очень сожалею и что поняла свою ошибку. Я могла бы написать ему или позвонить, но подумала, что время в пути послужит мне искупительным путешествием. Я заказала номер в маленьком отеле рядом с Сан-Джованни… В худшем случае эта поездка будет просто коротким отпуском.
* * *
Прибываем в Термини в три часа дня. Меня встречает теплое солнце, которое заливает все вокруг, поэтому сразу снимаю куртку. Теплый воздух Рима согревает мое сердце обещанием новых начинаний. Выхожу из здания вокзала, волоча за собой небольшой чемодан, сажусь в первое свободное такси.
– Виале-делла-Музика, – говорю таксисту.
Хочу поехать на стройку. Последний раз, когда мы общались по скайпу, Филиппо дал мне этот адрес. Мне кажется, что с того разговора прошел целый век, я совсем не уверена, что найду его там. Но хочу попытаться: это единственные координаты, которые он дал мне во время наших видеозвонков.
Такси пересекает город, переполненный машинами и звуками, и вот уже ЕУР открывается перед нами во всем своем строгом могуществе.
Выхожу из машины и прохожу несколько метров пешком, не зная, куда идти. Вдалеке видно огромное сооружение из стекла и цемента, окруженное подъемными кранами и лесами, направляюсь в его сторону. Когда я нахожусь почти под ним, поднимаю взгляд – здание не закончено, и кто знает, сколько времени еще понадобится, но уже сейчас можно почувствовать гармонию и особенную красоту, устремленную в будущее.
Неуверенными шагами углубляюсь на территорию стройки, держа в одной руке телефон, в другой – чемодан. Оглядываюсь по сторонам с легким испугом, рабочие смотрят на меня с любопытством, но никто меня не останавливает. Я движима одной-единственной надеждой – найти Филиппо.
А вот и он. Узнаю его издалека: он стоит ко мне спиной, на голове – защитная каска. Я уверена, что это он. Только у Филиппо такие смешные жесты. Он разговаривает с рабочими, указывая на одну сторону здания, и кажется очень уверенным в своих движениях и словах. Мое сердце начинает учащенно биться. Но мне нечего бояться, теперь я знаю, что нахожусь в начале и конце путешествия.
Когда рабочие отходят, я набираю его номер. Филиппо ищет в кармане пиджака «барберри» свой телефон. Я вижу, как он колеблется, качает головой, поднимает удивленно брови, и странное выражение пробегает по его лицу. Теперь я действительно боюсь: кажется, он не хочет отвечать, будто между нами действительно все кончено.
В это мгновение я молюсь, чтобы он ответил, и в тот же самый миг его голос проникает мне в ухо, как теплый ветер.
– Алло!
– Повернись! – просто говорю ему.
Когда он оглядывается, наши взгляды пересекаются. Филиппо широко раскрывает глаза и замирает, парализованный. Потом снимает каску, кладет ее на кубы цемента и медленно идет ко мне. У меня в горле комок, колени слабеют, но я готова к встрече с ним. Он останавливается в полуметре от меня, взгляд твердый, непроницаемый.
– А ты что здесь делаешь? – спрашивает он.
– Я приехала, чтобы попросить прощения, – говорю на одном дыхании. – Фил, хотела просто сказать тебе, я ошиблась. Я была сумасшедшей, наговорила ерунды, а потом позволила тебе уйти. Я знаю, что ничего уже не исправить, но попросить прощения всегда можно. И я хочу этого всем своим сердцем, которое немножко и твое…
Пока я говорю это, не переводя дыхания, его взгляд становится мягче, а губы расплываются в потрясающей улыбке.
– Ты ненормальная… – он не верит своим ушам. – Иди сюда, Биби, – говорит он, притягивая меня к себе.
Боже, как же мне не хватало этого объятия и этого человеческого тепла! Рядом с ним я наконец-то расслабляюсь, чувствую себя спасенной. Впервые после долгого времени. Теперь прошлое кажется мне иллюзией, которую нужно забыть, а будущее полно надежд.
Я смотрю на Филиппо, а он смотрит на меня. Потом прислоняется щекой к моей. Слышу, как его сердце бьется в унисон с моим. Чувствую его руки, его губы, которые медленно движутся по направлению к моим. Я по-прежнему нужна Филиппо. А он нужен мне.
Все остальное не имеет значения.