Любовь не пожар, а загорится - не потушишь
Вернувшись домой, Даша поспешила принять освежающий душ, пока ее соседка на скорую руку стряпала ужин. Она не хотела обсуждать с Юлей увиденное ею в ванной Паши, но в то же время эмоции просто переполняли ее, и девушка до сих пор не могла оправиться от шока. Весь ужин она просидела какая-то задумчивая, что не скрылось от глаз Комисаровой, которая всеми способами пыталась выудить из Дарьи информацию. В конце концов, та сдалась, поведав подруге о том, как она неудачно упала в ванной комнате вместе с полотенцем Павла Аркадьевича.
— Твою мышь! Ну ты даешь! Я бы не назвала это «неудачно», подруга, — она подмигнула Канаевой, убирая тарелки со стола. — Я была бы не прочь увидеть это чудо света во всей красе, — она захихикала, но наткнувшись на укоризненное выражение лица Даши, тут же добавила: — Я пошутила. Я просто не понимаю, почему ты не берешь быка за рога, если ты меня понимаешь? Он же явно к тебе неравнодушен, по крайней мере, одеваться не торопился, судя по всему. Почему ты так зациклена на всем этом сексе по любви? Мы живем в двадцать первом веке, подруга. Будь проще.
— И что, это значит, что все должны по первому же зову прыгать в постель? Считай меня старомодной, если хочешь, но пока я не буду уверенна в истинных чувствах человека, я не лягу под него.
— Ох, ты такая нудная, — хмыкнула рыжая, моя посуду. — Так и жизнь пролетит, не заметишь. Такие как Павлик на дороге не валяются. Не знаю, как он так долго терпит все твои обломы, — она заливисто расхохоталась, вытирая руки. — В общем, не упусти свой шанс, дорогая. Ладно, я спать. Спокойной ночи, — она быстро чмокнула подружку в щеку, а после удалилась в свою комнату, оставив Дарью наедине с собственными мыслями.
Девушка застелила диван, переодеваясь в свои обычные шортики и топ, готовясь ко сну. Но сон все не шел. Она корила свой мозг за то, что тот постоянно возвращал ее к сегодняшнему вечеру, когда горничная, откровенно говоря, раздела своего начальника догола. Даже лежа здесь в одиночестве, Канаева не могла не залиться румянцем. Тогда она была поражена происходящим, но сейчас паника прошла, и она была способна вспомнить все в более спокойной обстановке.
Стоит ли упоминать, что его вальяжность и расслабленность смутили Дашу, ведь сама она, находясь в идентичной ситуации, готова была бы провалиться сквозь землю. Но Павел отнюдь не стеснялся своего обнаженного тела, видимо, считая себя неотразимым. И как тут не согласишься! Майкл не шел с ним ни в какое сравнение. Паша оказался довольно подтянутым для парня, который любил постоянно прильнуть к бутылке. На теле почти отсутствовала растительность, если не брать во внимание ноги, но даже «там» не было волос, как успела заметить Дарья к своему стыду. Татуировка, украшавшая правое плечо, придавала ему какого-то шарма, словно он был эдакий бунтарь. Боже, и откуда эти сравнения как у девочки-школьницы, Даша?
Канаева не в силах была прогнать из головы мысль о том, что когда она стянула с него полотенце, то выяснилось, что под ним он был в уже в полубоевой готовности. Льстило ли это девушке? Еще бы! Даже на тот момент, когда он находился в таком состоянии, она могла с уверенностью сказать, что размер у него немаленький. Не такой, о котором всегда щебечут представительницы прекрасного пола на женских форумах, но вполне себе приличный. Черт, о чем она вообще думает? Не хватало только подойти с линейкой и измерить!
Но опять же, если сравнивать с Майклом и его ростом, то он мог похвастаться разве что толщиной, однако Дарья уже давно подозревала, что ей как раз не хватает именно длины, чтобы достичь оргазма. Получала она его всего один раз, когда стащила у соседки по общаге продолговатый вибратор, предварительно, конечно же, начистив его до блеска. В то время в ней вовсю бурлили гормоны, а ее первый парень бросил ее спустя неделю после их первого секса, поэтому Даша долго не решалась вступать в новые отношения. А этот замечательный прибор подвернулся как раз кстати. Именно в тот раз девушка испытала свой первый и, судя по всему, последний оргазм. После увиденного достоинства Паши, у нее в голове мелькнула мысль о том, будет ли он действительно таким, как она его представляет в возбужденном состоянии, и сможет ли парень доставить ей такое же удовольствие, которое она испытывала наедине?
Канаева мигом отругала себя за такие пошлые мысли, пряча лицо в подушку, только сейчас осознав, что за всем этим делом не заметила, как начала возбуждаться. И как бы она не пыталась себя отговорить, чтобы не поддаваться соблазну, но рука уже сама скользила вниз — прямиком к сосредоточению желания. Она выгнулась, стоило среднему пальцу пробраться под шортики и коснуться клитора. Легкий вздох сорвался с губ, а глаза сами собой закрылись, чтобы дать ей сосредоточиться на удовольствии полностью.
«Какая же ты развратная, moja lijepa djevojka…», — внезапно прозвучал в голове голос Павла, и хоть Даша не была до конца уверена, что именно он нашептывал ей на незнакомом языке, но из-за сходства с русским не трудно было догадаться. Бессмысленно отрицать то, что его акцент сводил с ума, а тем более сейчас, когда она активно ласкала себя между ног, вспоминая, как он особенно произносит ее имя, уделяя внимание букве «ш».
Господи, какая же она мокрая! Стыд быстро отошел на второй план, и возбуждение заставило погрузиться в него с головой, пока пальцы неспеша возносили ее на вершину блаженства. Его фраза про то, что ей не стоит придаваться рукоблудству, только подстегивала ослушаться. Внезапное желание узреть его здесь и сейчас, наблюдающего, как она бесстыдно мастурбирует, широко расставив ноги и приподняв бедра, вынудило Дарью застонать, но тихо, ведь она прибывала в квартире не одна. Его имя в любой момент готово была слететь с губ как мольба, но девушка держалась. Она буквально видела его, стоящего неподалеку и усмехающегося своей наглой, но в то же время сексуальной ухмылкой. Осталось совсем немного…
— Павел… Аркадьевич… — к своему удивлению простонала Канаева, сразу же закрыв рот рукой.
«Дрочишь на меня и все еще обращаешься так официально? Это забавно… Просто Паша, милая».
— Паша… — слабо всхлипнула горничная, уже совсем потеряв над собой контроль, яростно массируя свой клитор.
«Видишь как просто? Умница. А теперь кончи для меня… Даша».
И стоило ему опять прошептать ее имя, как она и вправду кончила, подавляя порыв вскрикнуть, прикусывая большой палец, медленно возвращаясь с небес на землю. Одна нога безвольно свисла с дивана, а вторая, согнутая в колене, выпрямилась, приходя в горизонтальное положение. Перед глазами все еще мелькали темные пятна, но хотя бы дышать стало легче.
После такого отличного окончания дня, Дарье уже не хватило ни на что сил, кроме как закрыть глаза и погрузиться в глубокий сон.
***
— Ну, что ты думаешь? — спросил Павел, с улыбкой откидываясь на спинку кресла, сложив пальцы «замочком», ожидая услышать от Даши совет по поводу подарка другу. Его радовало то, что горничная уже спокойно заходила к нему в номер, не проявляя такую враждебность, как раньше. Хотя, учитывая, что она видела его в таком непристойном виде, в котором мало кто имел возможность, то неудивительно, что их отношения стали ближе, интимнее.
Девушка какое-то время разглядывала пузырек со всех сторон, а после отставила его обратно на стол, кривясь.
— Отвратительно, — таков был ее вердикт.
— Это же реликвия! — возмутился Паша, который ждал немного другой реакции. — Ногти Энди Уорхола!
Однако, смотря на Канаеву, он пришел к выводу, то та даже не знала, кто это такой.
— Ладно, не важно. Ваньке все равно понравится, я уверен. На самом деле я позвал тебя сюда, потому что хотел пригласить тебя пойти на его юбилей со мной, — с надеждой в голосе промолвил парень, встав с кресла, обходя стол, чтобы приблизиться к Дарье, но та ловко ускользнула от его прикосновения, а глазки нервно забегали.
— Нет, спасибо, я не очень люблю вечеринки, если честно. — Она громко выдохнула, намереваясь уйти, потому как все, что она делала вчера, всплыло в голове в самый неподходящий момент.
Горничная вздрогнула, когда Павлу Аркадьевичу удалось схватить ее за руку и развернуть к себе лицом. Он слишком близко, и она, кажется, краснеет.
— Подожди, не уходи, — взмолился он, пытаясь на ходу выдумать что-то, чтобы привлечь ее внимание. — Мне стоило тебе сразу сказать… Просто там будет одна тетенька, которая немножко психованная и желает моей смерти.
Подобное заявление слегка обескуражило Канаеву, которая не могла понять, врет ли начальник, или правда опасается за свое здоровье. Но в ответ сказала лишь:
— Тогда вам стоит нанять для себя охрану.
Она снова зашагала прочь, но в который раз парень притянул ее к себе, явно не желая отпускать.
— Все не так просто… Понимаешь, вырубить я ее и сам могу, но не хотелось бы, чтобы кто-то заснял это, а потом выложил в сеть. Да и не привык я руку на женщин подымать. А ты вроде как и сама женщина… то есть, я хотел сказать, что ты — женщина, а значит ты спокойно могла бы уложить ее без угрызений совести. — По нему можно было сказать, что Паша очень нервничает, и Даша позволила себе усмехнуться, сложив руки на груди, продолжая слушать его бред и то, как он старается выдать его за истину. Она уже догадалась, что, скорей всего, никакой тетеньки и в помине нет, но ей нравилось наблюдать за его тщетными попытками. — А еще это выглядело бы ну очень сексуально, — добавил Павел, ослепляя ее своей игривой улыбкой. Заметив, что горничная настроена скептически, он прибег к другой тактике. — Да я тебе клянусь этими гребанными ногтями! Если не веришь, то могу шрам показать, который эта баба мне оставила, если ты вдруг вчера не успела рассмотреть, — с этими словами хозяин отеля вдруг начал расстегивать свой ремень и брюки, отчего те успели слегка съехать вниз, открывая девушке вид на резинку его боксеров, прежде чем она сумела остановить Пашу, моментально зардевшись.
— Не надо, — тихо произнесла она, отворачиваясь, чтобы скрыть свое стеснение, хотя Павел был так увлечен своей легендой, что даже не заметил этого, продолжая стоять с почти что расстегнутыми штанами.
— Если ты все-таки сомневаешься, то я спешу тебе напомнить, что эгоистично использовать человека и не платить ему ничем взамен очень плохо, — укорил ее парень, приводя себя в порядок. — А за тобой не один должок, милая.
В этот момент Дарья ощутила легкий укол в свою сторону, недовольно поджав губы.
— Вам не обязательно на меня давить. Пойду я, пойду, — она выставила ладони вперед, тем самым заканчивая разговор. — Мне нужно сходить домой, чтобы переодеться.
— Советую надеть короткую юбку, а то мало ли… придется хорошенько помахать ногами. Просто предполагаю, — оправдывался он, на что Канаева закатила глаза, выходя из люкса.
***
Шумная музыка, ужасный свет, толпа народу, духота — все это жутко раздражало Дашу, которая уже пожалела, что явилась в этот клуб вместе с Павлом Аркадьевичем, который, казалось, наоборот наслаждался происходящей вакханалией.
— Ну разве здесь не круто? — спросил он, покачивая головой в такт музыке, замечая кислое выражение лица девушки. — Да брось…
Она пожала плечами, продолжая смотреть в одну точку, думая над тем, как ему удается вызывать в ней целый спектр эмоций, причем от одних до полностью противоположных? То он ее бесил, то нравился, то раздражал, то заставлял скучать по нему… Так странно себя Дарья еще не чувствовала.
Тут к ним подбежал и сам виновник торжества, а Павел поспешил представить молодых людей друг другу. От его дружка горничная тоже не была в восторге, но потерпеть один вечер — это несложно. Перекинувшись с Иваном парочкой фраз, она вежливо поздравила его с днем рождения, продолжив не обращать ни на кого внимания.
Для себя Канаева твердо решила, что не возьмет ни капли алкоголя в рот, чтобы оставаться в здравом уме и здоровом теле, так сказать, несмотря на все уговоры Паши. Ее больше волновал вопрос того, где же все-таки пряталась та ненаглядная дама, которую так боялся парень? Разумеется, что она специально подкалывала его, зная, что выдуманная женщина была только поводом для похода в клуб вместе с Дашей. Она захотела испытать его, заявив, что если ненормальная особа не явится, то она пойдет домой. Это взбудоражило молодого человека ни на шутку, и он сглотнул, явно не желая, чтобы она уходила.
И тогда хозяин указал на вошедшую в клуб даму в белом платье, которая помахала им с улыбкой на губах. Дарья даже замерла, не ожидавшая, что кто-то действительно придет. Неужели он не врал? Она окинула ее беглым взглядом, размышляя о том, что делать дальше. Теперь уйти уже было нельзя, ибо он сам ее попросил, а она вроде как пообещала. И пока девушка не успела к ним подойти, Павел уже тянул Канаеву за руку в сторону барной стойки, объясняя это тем, что ему хочется напиться. Не то, чтобы она была в восторге от этой идеи, но и сказать против ничего не могла, поэтому покорно побрела за ним.
***
Уже хорошенько расслабившись после нескольких бокалов шампанского, Паша позволил себе положить руку на плечи Даши, таким образом слегка приобняв ее. Естественно, она это заметила и напомнила молодому человеку, что таких буйных девчонок, как его знакомая, лучше не провоцировать. Он лишь рассмеялся в ответ, но руку так и не убрал. А Дарья опять начала сомневаться в правдивости его слов. Что ж, стоит проверить.
— Я пойду в туалет, — уведомила горничная, но Паша ее остановил, прокричав на ухо из-за громкой музыки:
— А если она подойдет как раз в тот момент, когда тебя не будет?
— Что, двух минут сами продержаться не можете?
— Ладно, так уж и быть, иди, — неохотно согласился парень, делая очередной глоток шампанского, наблюдая, как Канаева исчезает за дверью дамской комнаты.
Для того чтобы напиться, ему нужно было что-то покрепче да побольше, но это не являлось для него целью сегодняшнего вечера. Он уже не знал, как ему подкатить к девушке, чтобы при этом не получить коленкой между ног и не сломать себе палец.
Возвращаясь из туалета, Дарья стала свидетелем очень интересной сцены, глядя на то, как та самая ненормальная женщина оказалась возле Павла Аркадьевича, притом что-то громко с ним обсуждая. Секунду спустя его наградили пощечиной со всего маху, что парень даже развернулся на все 180 градусов, держась за ударенную щеку.
И тут девушка не выдержала, стремительно приближаясь к паре, пытаясь выяснить, что происходит.
— Все нормально, — пытался объяснить Паша, взволнованно смотря на подошедшую Дашу.
— Видела я, как у вас тут все нормально. Девушка, вы чего руки распускаете?
— Да ты кто такая вообще? — фыркнула дамочка, уперев руки в боки.
Павел кидал взгляды то на одну, то на другую, опасаясь того, что сейчас произойдет реальная драка. Но вроде бы женщина все же решила уйти без выяснения отношений, по крайней мере, так показалось молодому человеку.
— Мне надо еще выпить, — проинформировал ее начальник, отходя в сторону.
Но долго пить ему не довелось, так как узнав у друга, что дамочка-то не так проста, как кажется, Павел ринулся обратно к Канаевой, но было уже поздно.
Издалека он услышал крики, а пробравшись сквозь толпу людей, увидел, как Дарья падает на пол, кувырком откатываясь назад. Первым же порывом Паши было кинуться горничной на помощь, что он и сделал, да только с ним эта бешеная баба разобралась так же быстро, как и с девушкой, что уже корчилась от боли, лежа на танцполе. К ней присоединился и молодой человек, заскулив от мощного удара, полученного в живот. Вся выпивка вдруг попросилась наружу, но у Павла все же хватило силы воли, чтобы сдержаться. Да уж, он совсем не так представлял себе сегодняшний вечер…
***
— Извини еще раз, — тихо прошептал Паша, виновато поглядывая в сторону Дарьи.
Она потрогала свою челюсть, чтобы лишний раз убедиться в ее целостности.
— Могло быть и хуже, я все-таки занималась каратэ… еще не так получала, — бросила девушка, поворачиваясь к парню. — Вам стоило рассказать мне всю правду с самого начала.
— Знаю, прости… Боялся, что ты откажешься идти со мной.
Даша не до конца понимала, почему не сердится так сильно, как должна была. Если скула сейчас не болела, то в какой-то мере можно было признать, что было уж точно не скучно.
— Что ж, если это планировалось как свидание, то оно оказалось очень неудачным, — усмехнулась горничная, затягивая хвостик на затылке сильнее.
— А ты хотела бы, чтобы это было свидание? — вдруг выдохнул Павел, замирая и устремляя свой взгляд на Канаеву.
— Мы приехали, — не ответив на его вопрос, заметила она, открывая дверь автомобиля.
— Позволь провести тебя, — предложил молодой человек, и, не дожидаясь ее согласия, буквально выскочил из машины, захлопывая за собой и за нею дверь. Он кинул водителю такси деньги, не требуя сдачи.
— Вы напрашиваетесь на чай? — удивленно приподняв бровь, поинтересовалась Дарья.
— Возможно… — он неловко засунул руки в карманы, топчась на одном месте, чем даже умилил ее. Он редко вел себя как смущенный мальчишка.
— Ладно, пойдемте.
Она была рада тому, что Юля сегодня работала в ночь, а значит, ей не придется ничего объяснять.
Когда они поднялись на нужный этаж, Даша поспешила открыть дверь, ощущая на себе прожигающий взгляд парня. Она пригласила Павла Аркадьевича войти, хваля себя за то, что сегодня утром у нее было время прибраться.
— У нас тут все скромно, как вы видите, так что не обессудьте, — улыбнулась девушка, ставя чайник на плиту.
— Нет, тут довольно мило и уютно, — вставил Паша, оглядывая помещение.
— Наверное, вы просто много выпили, — пошутила горничная, накрывая на стол.
Какое-то время они сидели и говорили ни о чем в такой непринужденной обстановке, что казалось, будто все границы и разногласия между ними исчезли. Напряжение куда-то пропало, и Дарья чувствовала себя как нельзя лучше, рассказывая начальнику о том, как Юля умудрилась чуть не спалить ее платье, оставив утюг включенным прямо на нем, заговорившись по телефону.
— Ты так и не ответила мне… Ты подумала, что это свидание? — вдруг спросил Павел, уже допивший чай и сейчас не отводивший глаз от Канаевой.
— Не знаю, может быть… Вы ведь придумали эту даму, хотя она оказалась вполне себе реальной, — она прыснула от смеха. — Если честно, то вы всхлипывали как девчонка, — заключила девушка, прикрывая рот рукой, чтобы скрыть очередную усмешку.
— Эй! Было реально больно… Эта бабища меня чуть не убила! — возмутился Паша, который, в отличие от собеседницы, уже пребывал в нужной кондиции. Но он выжидал нужного момента — не зря ведь он носил с собой фляжку с коньяком.
— Конечно, я вам верю, — снова засмеялась горничная, кидая в него конфету. И откуда взялось это игривое настроение? Он же ничего ей не подмешал в чай?
— Я серьезно!
— Вы мне что-то подлили? — напрямик задала вопрос Даша.
— Не понимаю, о чем ты, — оправдывался молодой человек, отводя взгляд в сторону.
— Точно! А я-то думаю, чего вкус был такой странный… Вы просто… подлец! — она махнула кулаком, но смотрелось это не устрашающе, а скорее забавно.
— Да, каюсь, но я не думал, что тебя так быстро развезет… Это даже не крепкий коньяк!
— Если бы могла, то придушила бы вас, — Даша начала ощущать, что язык плохо ее слушается.
— Да ладно тебе, просто хотел, чтобы ты тоже повеселела, а то весь вечер угрюмая ходишь. Умей расслабляться, милая, — Паша развел руки в стороны, посмеиваясь. — Сейчас ты более приятный собеседник.
— А вы все равно такой неуклюжий, когда дело касается боя… — продолжала парировать Канаева, злорадно усмехаясь. — Слабак… одним словом.
— Если не прекратишь, то я тебя уволю! — предупредил Павел Аркадьевич, пригрозив Даше пальцем, слегка покачиваясь.
— Неа, не сможете, — фыркнула девушка, вздернув носик. — Я ведь ваша лучшая сотрудница. Когда-нибудь я вообще стану директором и поувольняю всех этих козлих и козлов из нашего отеля! — заявила она прямо.
— Нашего отеля? — Павел выдавил из себя пьяную улыбку, придвигаясь поближе к Даше. — Ты уверена, что сможешь добиться этой должности?
— Да, так как я очень хороша в своем деле, — уклончиво ответила она, кидая в его сторону озорной взгляд.
— И в каком именно деле ты хороша, раз я согласился сделать тебя директором своего отеля, позволь узнать? — проворковал парень, кладя большой палец на ее подбородок, надавив на него так, чтобы ее рот слегка приоткрылся. Его взор метался между ее губами и глазами, ожидая ответа.
— В этом! — выпалила горничная, резко обхватывая начальника руками за шею, упоенно и с жаром целуя его.
— О, мне нравится. Считайте, что вы уже приняты, Канаева, — усмехнулся Павел, возвращаясь к поцелую, позволяя себе потянуть резинку у нее на волосах вниз, чтобы запустить в них свои пальцы. Даша что-то невнятно простонала ему в рот, но целовать не прекратила, прильнув к нему теснее, пока молодой человек с рыком не усадил ее к себе на колени, заставив бедрами обхватить свои бедра. Они одновременно вздохнули, и Паша, воспользовавшись моментом, прошелся влажными губами по тонкой шейке, лаская кожу языком, позволяя Дарье испортить его прическу путем взъерошивания коротких волос.
Она совсем не отдавала себе отчета в своих действиях, впервые за долгое время так легко поддавшись ему, запрокинув голову назад, чем только предоставила ему более удобный доступ к своему горлу. Легкий укус, а затем и язык в ямочке на шее заставили девушку вцепиться в его плечи, потянув темный пиджак на себя.
— Даша, я так долго этого ждал… — в порыве страсти шепнул парень в то место, где шея переходила в плечо, вызвав очередную порцию мурашек по всему телу. Он стал стягивать с нее верхнюю одежду, но когда Канаева заерзала у него на коленях, ему пришлось схватить ее за попку, чтобы удержать на месте. — Если продолжишь, то я кончу, не снимая штанов, — прорычал Павел, слегка впиваясь ногтями в ее сочные ягодицы.
Горничная всхлипнула, закусив губу почти до крови, возбуждаясь от его хриплого голоса и картины того, что только что описал Паша.
Однако, только тогда, когда ладони начальника накрыли ее груди под одеждой, нащупывая преграду в виде бюстгальтера, Даша словно очнулась от какого-то забвения, широко распахнув глаза, упираясь руками в грудь парня.
— Нет, дальше нельзя… — затараторила она, вставая с его колен, чем вызвала мучительный и недовольный стон с его стороны.
— Почему? — допытывался он, стискивая ноги вместе, так как внушительный стояк из-за отсутствия разрядки неприятно пульсировал.
— Мы пьяны, да и вы знаете, что я не такая…
— Bože! Ti ćeš biti smrt za mene! Ты просто… — он пытался подобрать слова, ужасно злясь на нее за такой резкий отказ, но в итоге лишь удрученно посмотрел на Канаеву, еле вставая с дивана. — Хорошо, я уйду, но запомни мои слова — я обязательно добьюсь тебя… рано или поздно. Laku noć! — было последним, что он воскликнул, с силой захлопнув за собой дверь.
Дарья безвольно упала на диван, чувствуя, как ее всю трясет. Она чуть было не отдалась ему прямо здесь! Ох, что-то ей совсем нехорошо… Все-таки ее тело тоже хотело продолжения, но разум подсказывал, что еще не время.
Уснуть быстро, как вчера, не удалось, потому что в голове постоянно крутились его слова: «Я обязательно добьюсь тебя!». И Даша боялась того, что он был уже совсем близок к этому…
Примечание к части
Moja lijepa djevojka - Моя прекрасная девочка
Bože! Ti ćeš biti smrt za mene! - Боже! Ты меня в могилу сведешь!
Laku noć! - Спокойной ночи!