ПАША•|•ДАША ∆ Ты мне доверяешь?

Последующие несколько дней прошли вполне размеренно, хоть Даша и старалась по возможности избегать встреч с Павлом Аркадьевичем, который, в свою очередь, также не донимал ее постоянными (якобы случайными) встречами.
Деньги в подушке не давали девушке покоя, и из-за этого она то и дело попадала в глупые передряги, которые, как и все ее проблемы, в итоге имели возможность разрешаться. Юля пока что оставалась в неведении по поводу большого куша, спрятанного у них в гостиной, а Дарья все выжидала удобного момента, чтобы сказать подруге о своем секрете, но никак не решалась. Наверное, стоит подождать, пока не пройдет два месяца, а потом уже действовать.
Через неделю к ним в отель заявился этот странный писатель, и тогда Канаева на своем опыте узнала, что такое творческая натура. Еще никогда в жизни ей не было так стыдно, когда она заходила в его номер, чтобы прибраться. Горничная уже не знала, куда ей прятать глаза, но тут Егор подкинул ей замечательную идею, которая, правда, обернулась не совсем так, как планировала Даша.
Кондиционер, разумеется, заставил мужчину накинуть на себя халат, чтобы скрыть свое не самое привлекательное тело, не говоря уже о том самом, но наведываясь к нему, она успела простудиться.
Из-за своего состояния ей все-таки удалось отпроситься, чтобы уйти пораньше, но не успела она дойти до ресепшена, как в здание вошел Паша вместе с какой-то девушкой, слегка приобнимая ее за талию. Выглядела эта особа сногсшибательно, если не сказать больше: в шикарном платье и на каблуках, распущенные волосы спадали до самой поясницы, а на всем теле несколько видов разных украшений (явно не дешевых). При этом она мило улыбалась Павлу, в то время как он что-то ей рассказывал, вызывая улыбку на губах дамы. Они вместе прошли мимо Канаевой, и, кажется, хозяин отеля даже не обратил на нее внимания, о чем-то воркуя со своей «ненаглядной». Конечно, она не ожидала от парня того, что он поменяется. Очередная фраза-уловка, чтобы вернуть ее сюда. Но ей-то все равно, с кем он спит и проводит свое время. Ведь так…? Тогда почему горничной вдруг показалось, словно ей плюнули в душу?
Не смея больше задерживаться, она поспешила покинуть это место, чтобы словить такси, так как домой захотелось добраться поскорее.
Когда следующим утром она шла на работу в плохом расположении духа, ее нагнал Егор, замечая, как девушка шмыгает носом, он предлагает ей свой кофе, чтобы та немного согрелась. Но вместо этого Дарья нечаянно чихает прямо в стаканчик, быстро извиняясь перед парнем, вытирая уже покрасневший нос.
— Может, тебе таблеток каких взять? — неподдельная забота прозвучала в его голосе, когда он выбросил уже испорченный кофе в урну.
— Да нет, спасибо, я как-нибудь сама, — она улыбнулась, неловко отворачиваясь, чтобы высморкаться. — Прости…
— Нет-нет, очень даже романтично, — засмеялся Егор. — Но позволь тебе все-таки помочь. Подожди здесь, я скоро.
И, оставив ее сидеть на лавочке, портье скрылся из виду. Даша разблокировала телефон, чтобы позвонить Юльке, которая сегодня была дома, чтобы та купила малинового варенья к чаю, как взгляд ее наткнулся на последние входящие, где светилось имя Павла Аркадьевича. Девушка снова вспомнила его вчерашнюю пассию, заскрипев зубами. Неужели все мужики так любят лгать? Или только ради секса?
С психу она удалила все входящие, все-таки написав смс подруге, когда к ней вернулся Егор с пузырьком чего-то в руке.
— Вот, держи. Это настоящая настойка от нашего дяди Бори. Она тебя точно на ноги вмиг поставит, — он улыбался во все тридцать два зуба, протягивая ей лекарство.
— Ох, я даже не знаю… — замялась Канаева, разглядывая это «чудо» народной медицины. После открытия крышки, резкий запах ударил в нос, отчего горничная отстранилась, недоверчиво поглядывая на Егора. — Что здесь такое?
— Кхм… как бы сказал он сам — «бобровая струя», — замялся парень, выдавая ей неловкую улыбку.
— Что?
— Секрет бобра, если говорить по-другому. Короче, бобер никому ничего не скажет, — он рассмеялся, но вот Дарье было не особо забавно пить подобную настойку. Правда Егору все же удалось убедить ее в эффективности данной процедуры, поэтому пара глотков все-таки была сделана. Кажется, что у нее даже нос пробился.
— Ох, спасибо, — откашлявшись, сказала Даша, пряча эту дрянь поглубже в сумочку.
— Да не за что, — не распознав в ее голосе сарказма, ответил парень, не прекращая улыбаться. — Знаешь, я тут подумал…, а ты не хочешь пойти в кафе куда-нибудь? — как бы ненароком поинтересовался Егор, непринужденно почесывая затылок.
— Эм… даже не знаю, просто работы так много… к нам же китайцы приедут сегодня. Нужно, чтобы номера были свежи и чисты, как говорит наша главная… Прости, может, в другой раз?
— Да, разумеется, — немного потупив взгляд, согласился он. — Что ж, пора приступать к своим обязанностям, ведь гости сами не заселятся, — как будто бы снова ободрившись, вставил портье, закидывая рюкзак себе на плечо.
— Это точно, — Канаева хихикнула, тоже вставая, проходя в холл, пока Егор удерживал для нее дверь. — Еще раз спасибо, — она встала на носочки и потянулась к парню, чтобы запечатлеть на его щеке легкий поцелуй в знак благодарности. Он даже чуть не врезался в стойку на обратном пути, обескураженный таким дружеским порывом со стороны горничной.
Ну, а Дарья с улыбкой на губах побрела в раздевалку, совсем не замечая, что неподалеку за колонной стоял Павел, от глаз которого, естественно, не утаилось ничего. Резко сжав в руках стаканчик с кофе, отчего тот пролился прямо на пол, он просто отшвырнул его, гаркнув на первую попавшуюся горничную, проходящую мимо, приказывая все это убрать. Та вежливо кивнула, наблюдая, как владелец отеля широкими и быстрыми шагами удаляется в неизвестном направлении.

***

Разгневавшись, Павел буквально вломился на планерку, плюхаясь на стул, вальяжно закинув ноги на стол под шокированные взгляды всех присутствующих. Раньше он заваливался сюда пьяным в стельку, но сегодня был настроен отнюдь не дружелюбно, скрестив руки на груди.
— Слушайте, а нам так необходимо, чтобы на ресепшене было два человека? Мне вот кажется, что та симпатичная блондиночка вполне могла бы справиться со всем сама, — начал парень, снимая очки и окидывая «коллег» угрюмым взглядом.
— Но Павел Аркадьевич… — запнулась София Яновна, не ожидавшая, что владелец отеля вдруг примет участие в их брифинге. Она попыталась объяснить, что Егор очень ценный сотрудник, хотя Паша слушал ее в пол-уха, все еще внутренне закипая. И ведь правда… увольнять его не за что, так как работает он хорошо, а просто проявить свою ревность публично было глупо — даже Павел это понимал.
— Тогда давайте обсудим другой вопрос, — фыркнул он, откидываясь на спинку стула. — Что-то мне не нравится то, каким мрачным кажется наш отель. Надо бы придать ему немного красок, не находите? Вот, как твой галстук, — Павел Аркадьевич указал на Михаила, что сегодня был одет в красный галстук.
София не стала спорить с начальником, понимая всю бесполезность данной затеи, а лишь кивнула и улыбнулась, в тайне желая, чтобы молодой человек ушел отсюда поскорее.
— В общем, берите в руки валики и краску и принимайтесь за дело!
Паша похлопал в ладоши, будто бы подгоняя персонал, а сам стремительно вышел за дверь, оставляя всех остальных в недоумении.
Однако его странное поведение этим не ограничивалось, потому что как только отель был перекрашен в нужный цвет, Павел скривился, прикидывая, как это выглядит со стороны, после чего заявил, что нужно возвращать все, как было. Не стоит говорить, что у Михаила Джековича и Софии чуть было не отпала челюсть.
— Но вы же сами сказали…
— Да, сказал, а теперь говорю вам, что мне не нравится! Переделать, живо! — крикнул парень, собираясь закрыться у себя и набухаться в дрова.
Уже несколько дней как он решил завязать, не пробуя ничего крепче кефира, но сегодняшнее происшествие, если его можно было так назвать, совсем выбило его из колеи. Расстроило Павла именно то, что Даша рассказывала ему, будто бы ей не нужны никакие мужчины, и что вот так просто на шею она не вешается, а тут лезет целоваться, да еще и с этим…!
Хлопнув дверью, Паша схватил первую попавшуюся бутылку с виски, откупоривая ее и выпивая прямо из горлышка. Закашлявшись, он отставил ее в сторону, кривясь. Даже алкоголь сейчас не лез в горло, а нехорошие мысли вытеснили из его головы все остальные. Он прекрасно осознавал, что вымещать злобу на персонале и вести себя как маленький вредный ребенок глупо, но так он хоть немного успокоил свои нервы, стараясь не думать о том, чем сейчас могла заниматься Дарья вместе с Егором.

***

А Даша с Егором в этот момент как раз рассуждали над тем, что же им делать с проявившейся аллергией девушки на выпитую настойку. Парень пытался как-то отшучиваться, чтобы сгладить углы, так сказать, но Канаевой было совсем не до смеха. И как с таким лицом ей дальше работать?
— Может, ты тогда лучше домой пойдешь?
— Мне еще один номер остался…
— Да, теперь точно ни в какое кафе не сходим…
— Ты серьезно? — упрекнула его горничная, косо поглядывая на портье. — Мне бы домой дойти в таком-то виде. Надеюсь, что освобожусь раньше, чем заявятся китайцы, а то не хватало еще и перед ними светиться. Ладно, пойду. Чем быстрее закончу, тем быстрее слиняю отсюда.
— Что ж, удачи. Радует, что хоть простуда прошла, — он издал тихий смешок, который Даша, тем не менее, услышала. — Ты сейчас улыбаешься или злишься?
Не удостоив его ответа, девушка просто швырнула в него бутылку с водой, пошагав к последнему номеру, который предстояло убрать. И только посмотрев в список, она поняла, что это люкс хозяина отеля. Остается уповать на то, что его там нет. Все же у него появилось новое увлечение на каблуках. Интересно, надолго ли? Хотя нет, ей совсем это неинтересно.
Вздохнув, Канаева медленно отворила дверь в номер, в котором было темно, а значит, что Павла здесь не наблюдалось. Включив свет, она улыбнулась про себя, хватая тряпку и губку, решая начать прямо отсюда, сначала не услышав позади приближающихся шагов, но когда кто-то положил руку ей на плечо, девушка завизжала, резко подскакивая и оборачиваясь, готовая защищаться, и тут же раздался второй крик — это был крик Павла Аркадьевича, который прямо-таки отпрыгнул от Дарьи с диким ужасом на лице.
— Даша? — наконец, прошептал он, протирая глаза и вглядываясь в ее лицо. — Это ты? Что с тобой? Не могло же меня так вштырить от трех глотков виски? Или могло?
— Успокойтесь, — ответила горничная, тоже пришедшая в себя после секундного испуга, — это я. Как оказалось, у меня аллергия на одно лекарство… это долгая история. В общем, вот что из этого вышло… — она обвела пальцем свое лицо, пожимая плечами.
— Понятно… — медленно протянул Паша, все еще неуверенный, что это не сон.
— А что вы тут делаете? Я думала, что вас нет…
— Ну, это мой номер. Если ты про свет, то я просто немного прикорнул, а проснулся, когда ты вошла, и, если честно, то перепугался до чертиков, сначала предположив, что я либо бухой, либо сонный, — он усмехнулся, окончательно успокоившись.
— Я постараюсь не мешать вам, — коротко ответила Даша, возвращаясь к своим обязанностям.
Павел почувствовал, что вся злоба и обида на нее из-за утренней сцены вдруг резко улетучилась, и он улыбнулся, ведь они в последнее время совсем не виделись.
— Ты мне не мешаешь, Даша, — произнес он, заметив, как она замерла, но потом снова принялась натирать маленький столик.
— Наслушавшись того, какой у вас резкий перепад настроения, я бы не была так уверена, — хоть он и не видел ее лица, но услышал толику смешливого тона в ее голосе.
— В смысле?
— Ну, перекрасить отель ведь ваших рук дело?
— Ах, это… — молодой человек внезапно вспомнил о причине сего поведения и отвел взгляд, — был повод…
— Какой же? Я думала, что вы сейчас должны быть в очень даже приподнятом настроении, если вы меня понимаете. Хотя мне не стоит обсуждать подобное с вами.
— Обсуждать что? — не понял парень, внимательно смотря в спину горничной, которая даже обернулась, чтобы ответить ему:
— Просто видела вашу новую… девушку. Очень хороша собой, насколько я могу судить. Уж точно получше некоторых сейчас, — ее припухшие от аллергии губы исказила усмешка, хоть глаза ее совсем не улыбались.
— Какую девушку? — все еще не догонял Паша, напрягая свою память. — Ты про Валерию?
— Мне не важно, как там ее зовут, — пробормотала она, яростнее полируя стол, который уже чуть ли не блестел от ее стараний. Однако по ее тону и не скажешь, что Даше настолько уж было безразлично.
— Ты же в курсе, что к нам сегодня приезжают китайцы? Она как раз их и представляет — хотела обсудить все ли будет готово к их заселению. Между нами ничего не было, разве что я злоупотребил своим обаянием, вот все, — промолвил он, не в силах стереть с лица довольную улыбку. — Даш, ты что… ревнуешь?
— Нет, совсем нет. Дел у меня больше нет, как ревновать вас к длинноногим и красивым девушкам.
— Сказала длинноногая и красивая девушка, — усмехнулся Павел, расправив пиджак.
На эту реплику ей было нечего сказать, но Канаева ощутила, как начали гореть ее уши, так как это прозвучало словно комплимент.
— Я думал, что у тебя нет времени следить за мной, так как ты и сама недолго горевала после разрыва и нашла замену своему Майклу. Не лучшую, если хочешь знать мое мнение, но все равно…
— Нет, мне неинтересно ваше мнение, но я не понимаю, что вы имеете в виду?
— Егор или как его, — делая безразличный вид, фыркнул парень, тарабаня пальцами по стене.
— Мы с ним просто друзья. Уж не знаю, чего вы там себе удумали… — закончив со столом, Дарья развернулась, чтобы пойти в ванную комнату и заменить полотенца, но хозяин перегородил ей путь, не давая пройти дальше.
— То есть у вас тоже ничего не было?
— А это уже не ваше дело. Вы позволите мне продолжить? — раздраженно хмыкнула горничная.
— Нет, не позволю. Почему ты тогда избегала меня все это время? Я же сказал, что ничего тебе не сделаю…
— Дело не в вас, просто… ну, не совсем в вас, — она не понимала до конца, почему так откровенничает с ним, но ей хотелось хоть с кем-то поделиться своими переживаниями, пусть Павел Аркадьевич и не являлся самой подходящей кандидатурой. — Мне приснился неприятный сон, вот все… я была не в духе из-за этого.
— Обо мне? — он подошел ближе, но не решился дотронуться до нее, опасаясь, что она, как и обещала, поломает ему палец. Зная ее темперамент, этого вполне можно было ожидать.
— Да… — к его удивлению, ответила она честно, пряча глаза. — Это глупо, я знаю, ведь это просто сон, но вы были… — она не знала, как сказать это, не выдавая интимных подробностей. — В общем, вы были не очень приятным человеком. Давайте закончим на этом. Теперь уже все нормально. Я хотела бы уйти домой пораньше, ибо с таким лицом не пристало шляться по отелю среди гостей.
Набравшись смелости, молодой человек все-таки аккуратно сжал ее плечи, удерживая девушку на месте.
— Чтобы я там не говорил или делал, это и правда всего лишь сон. Позволь мне доказать, что в жизни я совсем другой, — он нежно улыбнулся ей, чем ввел Канаеву в ступор. И что ей на это ответить?
— Я не уверена, что это хорошая идея…
— Я пообещал, что не буду приставать, хотя, видя тебя, я начинаю думать, что палец не такая уж большая потеря, — его бархатистый смех раздался в тишине комнаты, и почему-то у Даши на душе даже стало легче. Но вспомнив про свой внешний вид, она мягко отодвинула его руки.
— А такая я вам нравлюсь? Разве прекрасное личико — это не самое главное для вас, Павел Аркадьевич? — его имя было произнесено с некой насмешкой. Но он уже успел изучить Дарью, поэтому знал, что это всего лишь ее защитная реакция, когда она хочет скрыть свои настоящие эмоции.
— Меня покорила не твоя внешняя красота, хотя признаюсь, что поначалу, еще не зная тебя, ее сложно было игнорировать, — он улыбнулся, нерешительно коснувшись ее щеки, боясь после этого оказаться в травмпункте, но Даша не шелохнулась, продолжая внимательно смотреть на него. — Ты сама говоришь, что меня постоянно окружают фотомодели из журналов, вот только они тупы как пробка. Все, что они могут, это подставлять свое личико под вспышки фотоаппаратов и продавать себя подороже. Ты же показала мне, что хрупкая наружность не означает хрупкую натуру. Именно это мне в тебе и нравится — крепкий стержень, пусть он и мешает мне достучаться до тебя, — иронично заметил Павел, вздыхая. — Ты удивительная девушка, Даша. Меня привлекло в тебе именно то, что ты не похожа на других. И, да, меня не пугает твое лицо. Ты все равно прекрасна, — в довершении всего он провел рукой по ее волосам, ожидая худшего.
Однако Канаева только и смогла, что выдавить из себя:
— А вы точно не пьяны?
Он рассмеялся, поглядывая на нее исподлобья.
— Насколько мне известно, то нет… Признаюсь, я… успел даже соскучиться без тебя… — прошептал парень, склонив голову набок.
В очередной раз горничная не нашлась, что ответить, и впервые ей не хотелось врезать ему или испортить все какой-то неподходящей фразой. Они просто стояли и смотрели друг на друга, пока Даша продолжала держать чистые полотенца в руках, собираясь повесить их в ванной.
— Настолько, что без раздумий бы поцеловал тебя даже в таком состоянии, в котором ты находишься сейчас, если бы ты, конечно, позволила мне… — большой палец молодого человека легонько погладил ее щеку, а милая улыбка тронула губы.
— Я… — оставшиеся слова застряли где-то в горле, потому как сердце пульсировало уже в ее висках, а мозг хаотично соображал, что в данной ситуации лучше всего предпринять. Она заморгала, не особо желая, чтобы ее такую кто-то целовал, но если говорить о самом поцелуе как таковом, то Канаева не могла сейчас сказать твердое «нет».
Напряжение между ними можно было резать ножом, и она заметила, что Паша даже склонился чуть ниже, как вдруг в его дверь постучали, заставив молодых людей отпрянуть друг от друга.
— Павел Аркадьевич, китайцы уже здесь и хотят встретиться с вами, — послышался голос Софии с обратной стороны.
— Иду! — недовольно крикнул он, бросая последний виноватый взгляд на Дарью, оставляя ее одну в номере, крепко стискивающую несчастные полотенца. Она почти позволила ему самому поцеловать ее! Пусть это и казалось бы странным — целоваться с кем-то, чье лицо словно побывало в пчелином улье, но не так странно, как-то, что Даша искренне была расстроена, что поцелуй не состоялся. Черт, она хотела его, и отрицать данный факт далее она была не в состоянии.