мне не хочется
"Можешь у меня пожить"
Слёзы будто остановились и сама я остановилась. Внутри меня появились смешанные чувства, но в основном я не верила в услышанное.
"Я тебе мешать не буду?" озадачилась я, хотя вариантов не было и в моём положении сложно было найти квартиру.
"Нет" своим привычным тоном ответила Медведева.
"Адрес скинь тогда, я вещи заберу и приду к тебе" обратилась я к Кире, проходя мимо неё, чтобы направиться в сторону кассы. Девушка мне ничего не ответила, но с её стороны это было странным.
"Я сама закрою смену, а ты иди вещи забирай" сказала Кира, шла за мной.
-----
Сообщение от Медведевой пришло спустя минут 10 с адресом. Идти было не долго, даже не надо на транспорте добираться. Чемодан, рюкзак и я стою у подъезда барменши. Выдохнув, я набрала нужную комбинацию цифр и Медведева открыла мне подъездную дверь. И вот я на втором этаже и дверь в квартиру открылась. На пороге стояла девушка, уже не в своей рабочей одежде, а в домашней. Но в ней определённо отражался её характер.
"Проходи" равнодушно сказала Кира и прошла дальше в прихожую. Однокомнатная, маленькая квартирка от которой уже точно не пахло уютом. Напрягло меня сразу, что только одна спальня.
"Там ванна, тут кухню, тут спальня" поочерёдно указывала Медведева на комнаты.
"Спать я где буду?" поинтересовалась я у девушки, посмотрев ей в глаза.
"Со мной или на полу" ответила без единой эмоции девушка, но при этом не отрывая взгляда от меня.
Я ничего ей не ответила и направилась в комнату. В спальне не пахло чистотой и уютом, хотя от барменши тоже. Вещи я не особо разобрала, лишь взяла то, что надо.
Я закрыла за собой дверь спальни и направилась в ванну. Телефон положила рядом и открыла кран с водой. Умываться пришлось холодной водой, по моему горячей не было. Вода стекал по шее, заставляя вздрагивать, но в каком-то смысле это даже отрезвляло. Почистила зубы, переоделась в чистую футболку и шорты, скрутила волосы в пучок. Я действительно не собиралась изучать эту квартирку, чем меньше вижу, тем лучше сплю.
Когда вернулась в комнату, её наполнила тишина, какая бывает только в поздних часах. За стеной слышался тихий звон посуды, видимо Кира, видимо, что-то делала на кухне. Я почувствовала, как внутри поднимается лёгкое напряжение. Не страх, нет. Скорее… осторожность. Эта девушка была слишком холодной, слишком прямой, слишком открыто доминирующей, даже если молчала. Она была чем то похожа на меня и мне это не нравилось. Общаться со второй мной.
Кровать стояла у стены, обычная двуспальная, не хуже гостиничной, но и не лучше. Одеяло- одно, которое хаотично лежит на кровати. Я подошла, провела пальцами по краю. Тёплое, мягкое. Не моё. И не хочу, чтобы было моим.
Вздохнув, я скинула подушки ближе к краю и улеглась поверх простыни. Холод ткани приятно охлаждал кожу, а отсутствие укрытия казалось почти принципом и маленькой защитой. Я не собиралась лезть под её одеяло. Пусть даже от холода сведёт плечи.
Я легла на бок, подтянув колени к груди, и закрыла глаза. С кухни доносились шаги Киры медленные, уверенные. Она явно знала, что я уже в спальне. Я тоже знала, что она зайдёт.
Но сейчас мне нужно было только одно, провалиться в сон до того, как начнутся вопросы. Или взгляды. Или её решения за меня.
Я сделала глубокий вдох, стараясь расслабить мышцы, и позволила темноте сжаться вокруг меня.
----
Кира
Я сидела на кухне, уткнувшись руками в стол и что то делала в телефоне. Но больше я слушала, как по квартире ходит Маша. Тихо, осторожно, будто боялась лишний звук издать. Шуршание одежды, короткое постукивание зубной щётки о раковину, скрип дверцы шкафа, всё это складывалось в странную, непривычную для меня ощущение присутствия другого человека. Редко кто задерживался у меня настолько долго, чтобы я услышала подобные бытовые звуки.
Потом наступила тишина. Та самая, плотная, наполненная смыслом. Значит, легла. Скорее всего на пол.
Я сделала несколько глотков пива, который давно уже перестал быть вкусным. В животе неприятно тянуло. Будто часть меня знала, идти в комнату не стоит. По крайней мере, не сейчас. Но чем дольше я сидела на кухне, тем сильнее ощущала в себе странное напряжение, как будто воздух в квартире стал плотнее, а расстояние между нами- короче.
Почему я не хотела с ней сталкиваться? Вроде бы всё просто: лишние разговоры, лишние эмоции, лишние незнакомцы в моём пространстве… я это не терплю. Но с темноволосой всё было иначе. Она раздражала меня своей молчаливостью, безэмоциональностью, этой вымученной самостоятельностью, которая будто кричала: "Я справлюсь сама". Я слишком хорошо знала таких людей, потому что я сама такая.
И всё же я поднялась.
Открыла дверь спальни почти бесшумно. Комната была тёмная, только уличный свет пробивался между шторами и ложился тёплыми полосами на пол и кровать. Лурина лежала клубком, маленьким и неожиданно беззащитным. Колени подтянуты к животу, руки спрятаны под щёку. На простыне тонкая тень от её ресниц. Она почти не двигалась, только грудь мягко поднималась и опускалась.
И без одеяла. Конечно.
Я не сразу подошла. Сначала стояла в дверях, прислонившись плечом к косяку. Я ожидала, честно говоря, что она выберет пол. То ли из принципа, то ли из упрямства, то ли чтобы сохранить эту свою независимую маску. Она так напоминала меня. Может, чуть смелее, чем кажется. Или наоборот — куда уязвимее.
Я тихо вздохнула и прошла ближе. Простыня под моими шагами едва слышно шуршала. Я наклонилась, разглядывая её лицо спокойное, расслабленное, но с напряжением в уголках губ. Видно, что сон неглубокий. Усталость на лице, как тень.
И не укрылась. Принципиальная или просто глупая? Хотя нет. Это была та самая предсказуемость о которой я и думала.
Слегка усмехнувшись себе под нос, я потянулась к креслу, взяла тёмный мягкий плед старый, но тёплый и осторожно накрыла Машу. Она чуть дрогнула под движением ткани, но не проснулась. Плед лёг на её плечи, повторяя изгибы её тела, словно создан был под неё.
Я смотрела на неё пару секунд дольше, чем стоило бы. Потом отстранилась и забралась на свою половину кровати. Под своё одеяло не делиться же.
Лежала на спине, сцепив пальцы на животе, и смотрела в потолок. Мысли медленно, тяжело перекатывались в голове, мешая расслабиться. Почему она так на меня действует? Почему мне вообще есть дело до того, замёрзнет она или нет? Обычно я не такая.
Но, наверное, что-то в её взгляде, в её тихой настойчивости, в том, как она вошла в мою квартиру насторожённая, хотя в баре она не такая.
Я перевернулась на бок, спиной к ней. Не смотреть. Не думать.
Однако дыхание Маши было слышно ровное, спокойное. Слишком близко. Слишком- слишком.
И, к своему раздражению, я поняла: впервые за долгое время мне не хочется, чтобы ночь прошла быстро.