Глава 48. Роман
Дорожка из нашей одежды вела прямо в мою спальню и это был лучший натюрморт, который можно было бы представить. Вот это я понимаю, современное искусство: настоящая страсть, необузданная эмоция, недосказанность, тайна за закрытой дверью, оставляющая снаружи только подсказки и непристойные фантазии.
Самое приятное, что я был в центре этих фантазий, я был за этой дверью и наслаждался телом женщины, в которой сосредоточился весь мой мир. Ее волосы рассыпались по моей подушке, в то время как я мягко придерживал ее за шею и входил все глубже и глубже. Легкий нежный стон, мокрые губы, закрытые глаза, мурашки, бегущие под моими пальцами по тонкой шее, капелька пота, сползающая по ключице... Боги, все это разжигало и без того сметающий все предохранители огонь. Я погружался в нирвану, получал удовольствие от каждого движения, впервые так кайфовал от медленного протяжного секса, от натяжки каждого нерва.
– Люблю тебя, малыш, – я шептал это уже в сотый раз как мантру, все время, что мы провели в постели, я был будто не в себе, все казалось какой-то игрой разума, туманом, сладким помутнением.
– Люблю... да... – простонала моя девочка, больше поддавшись ко мне бедрами. – Да, вот так! – я слегка увеличил темп и закидывая ее правую ногу себе за спину. – Да... да-а...– и это лучшие слова, которые может услышать мужчина от своей женщины.
– Покажи мне, – простонал ей в губы, сдерживая разрядку. – Не сдерживайся, малыш.
Она резко выгнулась вместе с неожиданным криком, будто все ее тело парализовали током, плотно закрыв глаз, стала активнее насаживаться на мой член, причитая и задыхаясь. Такое зрелище не выдержал бы ни один мужчина, а я и без того чувствовал себя с ней каждый раз как после дембеля.
Пока она извивалась в своей агонии подо мной, я сжал до белых костяшек простынь по обе стороны от ее головы и кончил, грубо ударившись два последних раза о ее бедра. Простите, но в такие моменты мы переставали контролировать свои тела, часто только на утро мы замечали синяки, укусы и засосы.
– Агх... – я издал нечленораздельный стон, окончательно опустошая себя и уткнулся ей в шею, переводя дыхание. – Прости, не рассчитал силу своего возбуждения.
Крис хихикнула между попытками усмирить частое дыхание.
– Я вообще не помню свое имя, за последнюю минуту я умерла и родилась заново, – она снова хихикнула: – Ты вообще кто?
– Ха-ха, – рассмеялся я. – Знаешь, я твой муж, у нас четверо детей, живем мы в скромном доме, я плотник, а ты домохозяйка.
– Я попала в ремейк фильма «За бортом»?
– Все может быть, – я наконец-то скатился с ее идеального тела. – В душ? – встав, протянул ей руку.
– М-м... – она нехотя свернулась калачиком. – Я хочу запомнить эти ощущения, а то вдруг я сплю и стоит мне сменить плоскость, как все исчезнет.
– Если это так, я не хочу просыпаться, – тихо заключил я.
– И я, – она широко улыбнулась, а я в очередной раз потерял голову, как такое возможно? Как можно настолько хотеть человека? Растворяться в нем, игнорируя все предупреждающие сигналы.
– А, черт! – я снова накинулся на нее припечатывая к кровати губами. – Ты. Плохо. На. Меня. Влияешь, – констатировал я, запечатывая каждое слово мокрым поцелуем.
– Ты тоже, – она хихикнула.
– Прекрати так делать, – строго заметил я.
– Как? – ее глаза расширились.
– Так улыбаться! – я провел большим пальцем по ее губам. – И так смотреть и... вообще прекращай быть такой милой, я такими темпами не доживу до завтра.
– Тогда в квартире найдут два трупа, потому что ты делаешь со мной все то же самое, – она загадочно провела пальцем по моему прессу. – Вот эти штуки в комплекте с... – коснулась моих губ. – Этой улыбкой и... с этим голосом, – она приподнялась и томно прошептала в ухо. – Также не будем забывать про главную достопримечательность этого парка похоти.
– Никто еще меня не называл «парком похоти», – я рассмеялся, хоть ее голос и комплименты заводили не хуже ее тела.
– А богом секса? – деловито поинтересовалась она.
– Ты первая, – я улыбнулся. – Во многом первая, и мне это безумно нравится.
– Ты тоже, – тихо заключила, снова пробежала взглядом по моему телу и взглянула мне в глаза, затопила самой искренней эмоцией. – Я так люблю тебя.
Казалось, она вот-вот заплачет, будто ожидала, что я прямо в этот момент исчезну.
– Так сказала, будто прощаешься, – я улыбнулся. – Я с тобой, слышишь? Только с тобой, и нигде больше не хочу быть.
Я так и не ушел в душ, после обнаженных откровений нас снова накрыла волна желания. Переплетая тела, вымазывая простыни в последствия громких оргазмов, мы изматывали друг друга всю ночь, пока наконец-то не уснули.
***
Запах свежезаваренного кофе всегда действовал на меня как будильник. Перевернувшись в сторону окна, я с трудом попытался разлепить свои глаза. Открывшаяся мне картина сразу насторожила, перед мной сидела Кристина, полностью одетая в свои джинсы и свитер. Она собирается сбежать? Сейчас?
– Привет, далеко собралась? – со спокойной улыбкой спросил я, хотя уже давил внутреннюю панику внутри.
– Вообще-то я уже пришла, – с озорной улыбкой ответила Крис, а я чуть-чуть расслабился.
– В общем, – она плюхнулась рядом со мной. – Я хотела сделать блинчики, не то чтобы я была в этом сильна, но хотелось порадовать тебя завтраком в постель, но, оказалось, у тебя нет муки. Хотя откуда у тебя может быть мука, согласна. У меня ее тоже дома нет.
– Это так мило, – я залился смехом, ее неконтролируемый поток слов, искреннее желание что-то сделать для меня и полное отсутствие повадок той роковой красотки, которой она мне встретилась впервые – все это настолько подкупало, что еще немного, и мое сердце просто не выдержит.
– Так вот, я не отчаялась, решила все заказать, но потом вспомнила эти противные пластиковые контейнеры, в них часто еда приезжает, как будто ее уже кто-то пожевал, – она рассмеялась и перевернувшись на спину расположила голову у меня на груди.
Я, не долго думая, приподнялся, чтобы иметь возможность наблюдать за ее лицом во время рассказа и взял руку, чтобы поиграться с ее миниатюрными пальчиками.
– Итого мы остались без завтрака? – поинтересовался я, водя ее рукой себе по губам, черт, это тоже заводило, особенно когда она увлеченно о чем-то рассказывает, а ты будто невзначай начинаешь свою похотливую игру.
– Эм, нет! Я сходила в кофейню на первом этаже и все купила. Там, конечно, тоже в контейнерах отдали, но как минимум я все проконтролировала и нести нужно было всего пару метров до лифта.
– Мгм, так и где мой завтрак? – я перебрался к ее шее и стал покрывать нежными поцелуями, в то время как одна моя рука проникла под свитер, а вторая расстегивала джинсы.
– На столе, потому что у тебя нет подноса, ты в курсе? – она возмущенно повернула ко мне голову, будто не замечая, что я с ней делаю.
– Понятия не имел, но, если очень надо, давай закажем прямо сейчас, – к этому моменту я уже расстегнул джинсы и ровным движением скользнул ей в трусики.
– М-м-м, – она откинула голову мне на плечо и приподняла немного попку так, чтобы моя рука продвинулась еще глубже. – В общем... завтрак на столе... можем... – я дико хотел есть, но оторваться от этого зрелища было невозможно, видеть, как твоя женщина задыхается от наслаждения и знать, что ты этому причина, – наркотик. Гребаный допинг для всего, что может сделать мужчина в этой жизни.
– Малыш, я умираю с голоду, поэтому предлагаю тебе кончить как можно быстрее, – я стал шептать ей в ухо. – Потому что еще немного и я съем на завтрак тебя.
– Ай, – она еще больше выгнулась и насадилась на мои пальцы. – Так, может... м-м-м... э-это вы недостаточно быстро... ах, – она вскрикнула. – Да... – я ускорил темп, сжав под свитером ее левую грудь, она же бесстыдно стала поддаваться мне навстречу. Я почувствовал, как по рукам стало растекаться горячее подтверждение ее удовольствия. Кристина продолжала стонать, сжимая одной рукой простынь, другой – мой затылок, притягивая к себе.
– Крис, ты сведешь меня в могилу, – шептал я, не понимая, как с таким стояком собираюсь просто идти есть. – Черт, завтрак мы будем есть все же холодный, – с этими словами, я резко перекинул ее на живот, стянул джинсы до колен и грубо вошел сзади. Пока она плескалась в лаве своего оргазма, это был идеальный момент продлить ее экстаз и высвободить свой.