Ты только попроси | 18 +

В пятницу Юнги приглашает меня поужинать в чудесном ресторане. Определяемся с датой переезда — решаем, что это будет в середине января. Что касается моей квартирки, то я ее оставляю, не хочу ее ни продавать, ни сдавать, чтобы в любой момент можно было приехать в Дананг и было где остановиться. Мне помог купить эту квартиру отец, когда я переехала жить и работать в Дананг.

В этот вечер Юнги выглядит счастливым, но мне кажется, что у него болит голова. Он принял две таблетки, но опускает эту тему и горячо обсуждает нашу будущую жизнь в Кореи.

Выходя из ресторана, встречаем его друзей. Приветствуем друг друга, и через пару минут Юнги спрашивает:

— Как ты смотришь на то, чтобы я пригласил Виктора в отель и мы там втроем поиграли?

У меня колотится сердце, и я, покраснев, киваю. Юнги улыбается.

— Я сейчас поговорю с ним. Уверен, что он не откажется.

Мужчины удаляются, а я остаюсь поболтать с девушкой Виктора, Лоли. Краем глаза наблюдаю за Юнги. Вдруг у него звонит телефон, он отвечает на звонок, и с его лица исчезает улыбка. Он подходит ко мне и сухо говорит:

— Мы уходим.

Виктор и Лоли в недоумении остаются там, где стояли, а потом разворачиваются и идут в ресторан.

Что случилось?

По дороге в отель Юнги молчаливее, чем обычно. Пытаюсь поговорить с ним или пошутить, но он не реагирует. В конце концов я умолкаю. Когда Юнги в таком состоянии, лучше его не трогать.

Он заказывает бутылку шампанского в номер. Снимаю туфли и сажусь на край кровати. Мне хочется поиграть, потому что предложение Юнги меня очень возбудило.

Он снимает пиджак и аккуратно вешает на плечики. Когда стучат в дверь, у меня сердце уходит в пятки, но, увидев официанта с шампанским и бокалами, я с облегчением вздыхаю.

Когда мы остаемся наедине, Юнги открывает бутылку, наполняет бокалы шампанским и, протягивая мне один из них, говорит холодно и отрешенно:

— Я догадываюсь, что ты завелась от моего предложения, не так ли?

Думаю, что ответить. Я могла бы соврать, но не хочу.

— Да...

Юнги кивает, отпивает глоток шампанского и спрашивает:

— Тебе ведь очень нравится, когда я предлагаю тебя другим мужчинам?

— Юнги!

— Отвечай, Лиса.

Я вздыхаю и бормочу:

— Да, мне нравится.

Он садится рядом со мной и прикасается к коленке.

— Уверяю тебя, что мне это тоже очень нравится, и я надеюсь предложить тебя другим.

— Другим?

— Да... другим. У меня в запасе еще много игр, и я уверен, что ты и дальше будешь играть, не так ли?

Его слова меня распаляют, по телу поднимается жар... О, я вся горю!

Юнги снова наполняет мой бокал и вырывает меня из грез.

— Ты хотела бы еще поиграть с женщиной?

Удивленная, пожимаю плечами.

— Нет.

— Точно? — настаивает он.

Меня тревожит его напор, и когда я хочу что-то сказать, он хватает меня за руку и всматривается мне в глаза.

— Почему ты не сказала, что вы с Марисой знакомы?

Это выбивает меня из колеи.

— Что ты сказал?

— Я хочу знать, как часто ты встречаешься с Марисой.

— Я с ней не встречаюсь.

Гнев застилает ему глаза, и он цедит сквозь зубы:

— Не ври мне, черт побери!

— Я тебе не вру. Она ходит в тот же спортзал, что и я, и мы там пару раз виделись. Больше ничего.

Момент кажется мне подходящим для того, чтобы рассказать ему то, о чем я так долго умалчивала, но Юнги вдруг взрывается.

— Черт побери, Лалиса! Я ненавижу ложь. Почему ты не сказала, что вы знакомы, когда мы были с ними в отеле?

— Я не... не знаю... я...

Не контролируя себя, Юнги отходит на несколько шагов.

— Лалиса, тебе лучше уйти. Я сейчас очень зол и не хочу разговаривать.

— А я хочу разговаривать и не желаю оставлять неразрешенным вопрос, как ты обычно делаешь, когда сердишься.

— Лиса... — рычит он.

— Юнги, мы должны поговорить! Ни к чему не приведет, если все так и останется. Разве ты этого не понимаешь?

Он сжимает голову руками, и я понимаю, что он плохо себя чувствует. Он открывает несессер, берет несколько таблеток. Меня это тревожит, я не хочу, чтобы он страдал. Он выходит из спальни, оставив меня одну. Машинально надеваю туфли и тоже выхожу. Юнги стоит на террасе и всматривается вдаль.

— У тебя болит голова?

— Да.

— Ты и вправду хочешь, чтобы я ушла?

— Да.

— Юнги, дорогой, я не знаю, что там тебе наговорили, но это неправда, поверь мне.

— Я скажу Томасу, чтобы он отвез тебя домой.

— Нет.

— Да. Он отвезет тебя домой. Пока, Лиса, до завтра.

Он не смотрит на меня, не двигается, и я в конце концов покоряюсь. Разворачиваюсь и с тяжелым сердцем ухожу.