Глава 7
POV Раф.
Вот зачем он это сделал? Зачем? А точнее пытался? Я не понимаю, почему он хотел меня поцеловать? С чего это вдруг Сульфус вообще стал обращать на меня внимание? Господи, столько мыслей в голове, а ответов на них ни одного. Я просто не знаю как себя теперь вести, когда брюнет будет рядом. Не знаю, что делать.
С самого утра я хожу по комнате и пытаюсь хоть что-то понять, но все тщетно. Ничего не приходит в голову. Оставив все раздумья на потом, я стала собираться в колледж. Учёбу никто не отменял. Сегодня я надела чёрные джинсы, белую футболку и серый свитшот, чёрные кеды. Положила нужные учебники в рюкзак, взяла телефон с зарядки и спустилась вниз. Пройдя на кухню, я заметила, что все уже накрыто на столе.
— Доброе утро, милая! — сказала мама и обняла меня. Папы ещё не было.
— Доброе!
— Давай садись за стол и ешь. Только поторопись, а то опоздаешь. — сказала мама и показала на часы. Блин, уже почти девять. Точно надо торопиться.
Позавтракав и попрощавшись со всеми, я побежала в колледж, чуть не забыв рюкзак. У входа в здание я остановилась и стала ждать Маринетт. Время до начала занятий ещё было. Я стояла в стороне, наблюдая за всеми и пытаясь увидеть подругу, но мне на глаза попалась совсем другая картина. А увидела я подходящего ко мне Сульфуса, но его остановила Фокс, которая налетела ему прямо на шею, а сам брюнет обнял её за талию и чему-то улыбнулся. Я хотела уже отвернуться от них, но то, что я увидела далее заставило меня замереть на месте. Они поцеловались. В груди что-то больно щелкнуло. Я с трудом заставила себя отвернуться и сдержать слёзы. Да что это с тобой, Раф?! Раньше у тебя же не было такой реакции на них! А что сейчас изменилось? Изменилось то, что Винсент начал замечать меня! А вчера вообще чуть не поцеловал. Он бы это сделал, если бы я не отстранилась. За всеми своими раздумьями я даже не заметила, как пришла Мари. Она положила свою руку мне на плечо, а я посмотрела на неё.
— Хей, привет. Ты чего такая грустная?
— Привет. — сказала я и кивнула головой в сторону. Дюнэн-Чэн посмотрела туда и увидела то, что меня расстроило. В её взгляде я видела сожаление и непонимание.
— Ужас. — сказала она и продолжила. — Рассказывай, что вчера было?
— Ничего такого. — ответила я и взяла ее за руку, ведя туда, где нас точно никто не услышит. — А я смотрю тебе уже лучше. Вот зачем ты пошла на этот фильм?
— Да, вроде я в норме. Сама задаюсь этим вопросом. Скорее из-за Адриана пошла. Мне хотелось побыть с ним, но похоже это не самый удачный выбор. Эта ночь для меня была кошмаром.
— Представляю. А что родители?
— Они переживали. Были удивлены, что я решилась пойти на такой фильм. — ответила Маринетт. — И не смей переводить тему. Что произошло вчера? Ты неспроста так отреагировала на поцелуй.
— Вчера... Сульфус... пытался поцеловать меня. — с трудом выговорила я. Тяжело, очень тяжело.
— А ты?
— А я не дала это сделать. Потому что это неправильно! Он встречается с Фокс, но проявляет внимание ко мне. Вчера он пытался поцеловать меня, а сегодня уже целуется с ней! — я уже начинала выходить из себя. На глазах наворачиваются слезы. Я просто не понимаю, почему он так поступает? Он хочет просто посмеяться надо мной?
— Эй, успокойся. Знаешь, я знаю как тебя успокоить и поднять настроение. — сказала Мари и хитро улыбнулась.
— Как? — спросила я и посмотрела на неё выжидающе. Брюнетка стала рыться в рюкзаке и достала оттуда какой-то пакет.
— Вот, держи. Они точно поднимут тебе настроение. — подруга дала мне этот пакет, и я посмотрела что внутри. Там лежало печенье с шоколадной крошкой. Достав одну, я попробовала.
— Ого, а вкусно. — с восхищением проговорила я.
— Мой папа испек. — тут прозвенел звонок. — Ладно, пора идти. Оставь печенье себе. Я их тебе принесла.
— Хорошо. А ты не заблудишься? — спросила я. Она ещё толком ничего здесь не знает, может заблудиться.
— Я её провожу. — сказал Адриан, стоя за её спиной. Я только легонько улыбнулась, но эта улыбка быстро спала с моего лица. Около него стоял тот, кого меньше всего хотелось сейчас видеть. Сульфус. — Кстати, привет!
— Привет! — сказали мы с Маринетт, и она наконец-то повернулась. Во взгляде подруги на Сульфуса была видна маленькая злость.
— Ладно, идите. А мне надо уже бежать. — протараторила я и собралась уходить, но меня остановил Винсент.
— Давай я тебя провожу?
— Не стоит. Я знаю куда идти, не заблужусь. — понимаю, что звучало немного грубо, но по-другому я не могу сейчас. После сказанного, я развернулась и ушла.
Не знаю, что именно на меня нашло, но я не смогла спокойно ответить. Скорее, меня просто обидела эта ситуация с поцелуями. Конечно, а кому бы было приятно, когда человек, который тебе нравится пытается тебя поцеловать, а на следующий день целует другую? Особенно, если эта «другая» его девушка, а ты никто. Вот именно. Никому. Это очень обидно. И теперь у меня в голове только это и вертится. Я ни о чем больше думать не могу.
Уже сидя в аудитории, я заметила, что вокруг все о чем-то шепчутся и незаметно поглядывают на меня. Мне это сразу не понравилось. Что-то здесь не так. Что я такого сделала, что на меня вот так начали обращать внимание? Что? Поймав на себе косой взгляд однокурсницы, сразу захотелось провалиться сквозь землю. От всех этих взглядов, я почувствовала, как по коже пошли мурашки. Становится как-то не по себе от всего этого.
— Здравствуйте, ребята! У меня для вас отличная новость! Совсем скоро в нашем колледже пройдёт бал-маскарад. На него надо обязательно прийти всем в масках, девушки должны быть в платьях, а юноши в костюмах. — сказала наша преподавательница, как только вошла. По аудитории прошелся радостный гул. Все тут же принялись обсуждать эту новость.
— А когда он будет? — спросил кто-то. Я старалась не обращать внимание на все.
— Это ещё неизвестно. Но в ближайшие дни вы всё узнаете. — ответила женщина. И знаете, что первое пришло мне в голову от этой новости? МАРИНЕТТ ПОПЫТАЕТСЯ УГОВОРИТЬ МЕНЯ ПОЙТИ НА ЭТОТ БАЛ! Я не хочу на него идти. Нет никакого желания. Мне там нечего делать. Остаётся только объяснить это Мари.
***
Вот что он ко мне пристал? Что он от меня хочет? Все время, как только я выходила с лекций, то у моей аудитории уже был Сульфус. Брюнет пытался подойти ко мне и поговорить, но я старалась избегать его. Уходила под каким-то предлогом или меня спасала Маринетт. Она понимает меня и знает, что я не хочу с ним разговаривать. По крайне мере сегодня...
Ура, пары закончились, и теперь я свободна. Можно со спокойной душой иди с Дюпен-Чен домой. Собрав в рюкзак все учебники, я направилась к лестнице. На этаже никого, кроме меня, уже не было. Да, я ещё и медленная. В одну секунду я даже не поняла, что произошло. Кто-то схватил меня и, закрыв рот рукой, потащил куда-то. Я пыталась вырваться, брыкалась, но все тщетно. По рукам я поняла, что сзади меня девушка. Нет. Только не она... Впихнув меня в уборную, я смогла увидеть ту, что меня схватила. От испуга я вжалась в стену. Ведь передо мной стояла Маккензи Фокс.
— О, наша мышка испугалась? — иронично произнесла она и стала медленно подходить ко мне. Подойдя слишком близко, она схватила меня за волосы. А я просто стояла и ничего не могла сделать, только сильнее вжалась в стену. Страх сильнее меня. — Вот и бойся. Сколько раз я говорила, чтобы к Сульфусу никто не лез?! Но ты похоже ничего не понимаешь, глупая мышь! — девушка так сильно дернула меня за волосы в сторону, что я упала. Я хотела кричать, но у меня не получилось. Голос пропал. — Я последний раз предупреждаю. Не смей к нему даже на метр подойти. Он мой! И только! А если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с ним, как вчера, то я сделаю все, чтобы ты больше не попадалась мне на глаза. — я старалась не смотреть на нее и аккуратно приподнялась на локтях. Она наклонилась ко мне — А я всегда держу свое слово. — встав, Маккензи несколько раз пнула меня, попадая в живот, по рукам и ногам. После блонди с презрением посмотрела на меня и ушла, а я так и осталась лежать на холодной плитке в туалете.
Все тело ужасно болело. Я не могла двигаться, но через какое-то время я смогла приподняться и присесть к стене. Повернув осторожно голову, я заметила рядом рюкзак. Достав оттуда телефон, я хотела позвонить Маринетт, но он оказался выключенным. Чёрт! Мне ничего не оставалось делать, как убрать его обратно и просто сидеть, почти в лежачем положении. Живот так ужасно болел, что я схватилась за него рукой.
Не знаю сколько я здесь времени провела, но мне очень хотелось закрыть глаза и провалиться в темноту. Сил почти не было. Когда я хотела уже закрыть глаза и не открыть их, то услышала, как кто-то вошёл и моментально сел около меня. Из-под опущенных век я смогла увидеть свою лучшую подругу. Она испуганно смотрела на меня, стараясь всю осмотреть.
— Боже, Раф, что случилось? Кто это так? — брюнетка попыталась поднять меня на ноги. Слабо стоять могла, но если меня отпустить, то сразу упаду. — Надо позвать парней. Они помогут. — она хотела уже достать телефон свободной рукой, но я ее остановила.
— Нет! — выдавила я из себя. Уверена, она увидела мои испуганные глаза. В голове так и сидели слова Фокс.
— Это Она сделала, Раф? — спросила Мари, выводя меня. В ответ я только кивнула. — Она тебе пригрозила? — снова кивок. — Хорошо, я не буду им звонить, но напишу, что я тебя нашла. Они, как и я, испугались за тебя. Особенно Сульфус. — «особенно Сульфус»...
На это я больше ничего не сказала. Трудно говорить сейчас. Мы вышли из здания и я заметила, как Маринетт написала Адриану что нашла меня, и мы уже идем домой, что за нами идти не надо. По пути ко мне домой, на улице практически никого не было, очень повезло. У меня сейчас был не тот внешний вид, чтобы все видели. Когда мы уже были дома, то голубоглазая отвела меня в комнату и уложила в кровать, а сама куда-то ушла. Вернулась уже с аптечкой и водой в руках. Я же лежала, свернувшись в клубочек, держась за живот. Туда она сильнее всего пнула.
— Раф, можешь сесть? — спросила она и присела на край кровати. Я медленно стала садиться и все же получилось. Первым делом брюнетка дала выпить таблетку обезболивающего, а после принялась осматривать мои руки, шею, ноги и обрабатывать синяки с царапинами. — Подними футболку. — я скривилась, но подняла её. От увиденного Дюпен-Чен прикрыла рот рукой. Там была большая гематома чуть ли не во весь живот. Подруга взяла в руки мазь и стала аккуратно мазать болячку. Было больно от ее прикосновений, но приходилось терпеть. Она посмотрела на спину и намазала мазью пару маленьких синяков. — А теперь ложись и попытайся поспать. Тебе сейчас это необходимо.
— Спасибо тебе. Ты у меня самая лучшая. — слабо проговорила я и закрыла глаза.
— И ты у меня. — последнее, что я услышала, а после уснула.
***
Проснулась я от того, что услышала разговор внизу, в гостиной. По голосам узнала, что там мои родители и Мари. Я слушала, как девушка им соврала, и была ей благодарна. Им не стоит знать правду. Особенно маме. Из своей комнаты я не могла услышать о чем они говорят. Вдруг там настала тишина, и, как я поняла, они разошлись. Тут в комнату вошла Маринетт и увидела меня не спящую.
— Ну, как ты? — спросила она и подошла ко мне ближе.
— Уже лучше. Мама с папой пришли?
— Да, только что с ними говорила.
— Ты им ничего не рассказывала?
— Нет, но твой отец понял, что я соврала.
— Он всегда распознает ложь. Мне нельзя появляться перед ними в таком виде. Что делать?
— Не волнуйся, сейчас что-нибудь придумаем. — подруга подошла к шкафу и открыла его. Постояв там несколько минут, она достала оттуда штаны и тоненькую кофточку с длинным рукавом. — Вот, надень.
— Спасибо! — когда я была готова, мы спустились на кухню к маме.
— О, а вот и дочка проснулась. — сказала мама, улыбаясь, и обняла меня. От ее прикосновений я немного скривилась, но не произнесла ни звука.
— Привет, мамочка! — сказала я и отстранилась.
— Вы голодные? Кушать будете?
— Да, давай. — мы сели за стол и стали ждать свой обед.
После обеда мы принялись делать уроки. Каждая делала свой предмет, и иногда мы смеялись, если у кого-то из нас что-то не то получалось. Чем могли помогали друг другу. Так мы даже не заметили, как прошло время и смогли сделать все свои уроки. Маринетт надо уже домой, её родители ждут. Спустившись вниз, мы с семьёй пошли провожать и прощаться с брюнеткой.
— До свидания! Пока, Раф! — попрощалась Дюпен-Чен.
— Пока, Маринетт! Приходи в следующий раз с родителями. — сказала мама.
— Будем ждать вас в гости. — подхватил её папа.
— Пока, подруга! — я обняла ее и тихо добавила. — Спасибо тебе!
— Не за что! — в тон мне ответила она. Отстранившись, Мари ушла домой.
***
На улице ночь и я собираюсь ложиться спать. Переодевшись в пижаму, я улеглась в кровать и уже хотела выключить свет, как в мою комнату постучали и, не дождавшись ответа, вошли. Оказывается это был папа. Он вошёл и присел на кровать рядом со мной. Мне пришлось натянуть одеяло чуть ли не до шеи, потому что не хотела, чтобы папа видел в каком я виде. На его лице была такая тёплая улыбка, которую я с детства люблю, но по глазам сразу было видно, что он не просто так пришёл. Отец знает, что Мари соврала и хочет поговорить о случившемся.
— Папа... — начала я, но мне не дали договорить. Вот улыбка пропала и его лицо стало серьёзным. Папа протянул руку и чуть-чуть спустил одеяло. Так как на мне была майка с шортами, то смог увидеть один из синяков на ключице.
— Кто это сделал? — спросил папочка и легонько прикоснулся к синяку.
— Это... Я не могу сказать. — я беспомощно выдохнула. Ему лучше не знать. Зная папу, то он прямиком пойдёт разбираться, а мне этого не надо. Ведь тогда я буду не просто «серой мышкой» в колледже, а Фокс тем более от меня не отстанет.
— Почему? Раф, за что тебя так? Ты можешь все мне рассказать. Ты же знаешь, что я тебя всегда выслушаю.
— Я знаю, папа, но я правда не могу сказать. Я сама со всем разберусь. Возможно, когда-нибудь я расскажу, но не сегодня. — я виновато опустила глаза вниз. Не могу сейчас смотреть в глаза самому родному мне человеку. Я хочу рассказать, но тогда будет только хуже. Так ведь?
— Хорошо, но пообещай, что такого больше не повторится, что если что-то случиться, то ты сразу придешь ко мне. — отец приподнял мою голову за подбородок и посмотрел прямо в глаза.
— Обещаю, папочка. — не выдержав, я обняла его за шею и прижалась к нему.
— Ну, дочка, все ведь хорошо. — я почувствовала поглаживание по спине.
— Люблю тебя!
— И я люблю тебя, милая! А теперь ложись спать. Спокойной ночи! — папа уложил меня в кровать, укрыл одеялом и поцеловал в лобик. Все как в детстве.
— Спокойной ночи!