двадцать восемь
Алиса носится по всей квартире, собирая в спортивную сумку вещи: костюм, носки, ботинки, мазь, эластичный бинт, шприцы и ампулы с обезболивающими препаратами... Бегает туда-сюда, периодически останавливалась, явно теряясь в собственных мыслях и делах, а после вновь куда-то бежит. Дима, сидящий на постели, лишь наблюдает за ее метаниями.
— Так, а где флэшка? — спрашивает у самой себя, хмурясь. — А, блин, Макс же должен был забрать ее у Геры... А он забрал?
Достает из кармана спортивных штанов телефон, спешно печатая сообщение. Несколько минут напряженно вглядывается в экран, топая ножкой по полу, а после получает утвердительный ответ и успокаивается.
— А ремни я положила?
И вновь начинает бегать по комнате.
— Лисен...
— Портупея в сумке, мазь я тоже... а шприцы?
— Алис...
— Так, а ампул сколько?
— Алиса!
Она резко останавливается, едва не поскользнувшись на носках, и поворачивает к нему голову. Масленников поднимается на ноги и подошел к ней.
— Родная, перестань так суетиться. Ты все положила и проверила уже с десяток раз. Ты второй час носишься по квартире.
Алиса лишь шумно выдыхает. Дима обхватывает ее лицо руками, улыбаясь, а после целует в нос.
Чемпионат завтра. Всю неделю Алиса пропадала в зале на тренировках, а после возвращалась домой, падала лицом в подушку и спала следующие часов двенадцать. Просыпалась, решала какие-то дела по учебе, дистанционно сдавала зачеты, или же ездила в университет на сдачу каких-то проектов и экзаменов, а после вновь мчалась на тренировку. Остановить ее было невозможно, как бы он и ребята не пытались. Сейчас она нервничает — это видно. Этот чемпионат важен для нее.
— Во сколько начало? — он обнимает ее за талию, сцепив руки в замок на ее пояснице.
— В одиннадцать, но надо приехать раньше, чтобы передать флэшку с музыкой, решить организационные вопросы, поучаствовать в жеребьевке... — Алиса перечисляет, устало глядя куда-то в стену.
— Хорошо. Поедем раньше, — Дима делает к ней шаг, целуя в лоб. — А сейчас, пожалуйста, иди в душ и давай спать.
— Ладно.
Девушка лишь улыбается. Отходит от него, вытаскивает из шкафа пижаму и уходит в сторону ванной.
Возвращается в комнату минут через пятнадцать. Распускает импровизированный пучок из косичек, позволяя им рассыпаться по плечам, откладывает вещи на стул и заползает к нему на постель. Масленников убирает телефон, протягивая к ней руки, и укладывает девушку себе на грудь. Алиса ложится и прикрывает глаза. Чувствует, как он гладит ее по спине, слышит каждый спокойный удар его сердца. И это расслабляет. Чрезмерная тревожность стихает, мысли в голове уже не скачут хаотично, а желание подскочить и в сотый раз все перепроверить сходит на нет. Алиса трется щекой об него, облегченно выдыхая.
— Какой это твой чемпионат по счету? — он спросил тихо, предполагая, что она уснула.
— Седьмой. Для моей команды пятый. После операции я же не занималась, они выступали один раз без меня, заняли первое место. Я тогда только в баттлах участвовала. — Голос у нее уже сонный.
— В баттлах? — Дима вскидывает брови.
— Угу. Я участвовала в баттлах каждый год, начиная с пятнадцати лет. Последние четыре года достойно несу титул победителя, — девушка усмехается.
— Так, чего еще я о тебе не знаю? — серьезно спрашивает Масленников, начиная посмеиваться.
— Много чего. — Алиса усмехается в ответ.
— Мне уже интересно.
— Будет случай, я тебе еще много интересного расскажу.
— Хорошо, — он целует ее в макушку. — Спи, лисенок.
***
Алиса закрывает дверь гелентвагена, закидывает на плечо спортивную сумку и оглядывает здание, в котором будет проходить чемпионат. Дворец Культуры, который явно давненько не ремонтировали. Карпова усмехается.
— Такой масштаб мероприятия, а места все еще выбирают сомнительные, — она поворачивает голову к ребятам. Сударь, Даник и Тема поехали с ними. Из соседней машины выходят Аля и Эмиль.
Брюнетка натягивает на голову капюшон, прячась от сырости моросящего дождика, чувствует, как Дима берет ее за руку, и решительно направляется с ними ко входу. Ребята уже ждут ее, а увидев, некоторые спешно выкидывают сигареты и улыбаются, встречая.
— Готовы?
— Да, капитан! — в унисон произносят все, до единого, а Макс умудряется приложить руку к голове, словно отдавая честь, и получает от нее в лоб.
— К пустой голове руку не прикладывают, салага, — ухмыляется девушка.
— Каюсь, товарищ командир!
— Ладно, пошли.
— А, еще, — останавливает ее Маша, — Ксюша с командой тут.
— Оу, — тихо доносится со стороны Эмиля и Али, ребята же ничего не понимают.
— Ясно, — усмехается Алиса, — в очередной раз покажем ей и ее ребятам, что сцена только для одной команды.
Хмыкает и двигается к дверям. Ребята только переглядываются, кивая головой, — Алиса настроена на победу.
В холе дворца культуры уже толпятся участники других команд, стоя в очереди к организаторам. Карпова скидывает с головы капюшон, двигаясь решительно вперед, а танцоры, с важным видом, идут следом. Масленников и ребята — за исключением Али и Эмиля — пребывают в легком шоке. Некоторые люди из толпы оборачиваются, замечают ее, а после дергают стоящих рядом. Шепот проходится по всей толпе: «это же Алиса Карпова!», «она вернулась в хип-хоп?», «ребята, можно собирать вещи и ехать домой, победитель уже есть». Дима слышит эти тихие переговоры, смотрит на происходящее и приятно удивляется. Его девушка действительно важная фигурой в танцевальном сообществе — ее уважают, ею восхищаются, и она дает понять, что тягаться с ней и ее ребятами будет не так-то просто. Все буквально расступаются, пропуская ее к столу организаторов. Алиса, не обращая внимания на перешептывающуюся толпу, проходит вперед.
— Здравствуйте, команда...
— Сомневаюсь, что вам стоит представлять вашу команду, Алиса Андреевна, — мужчина-организатор приветливо улыбается. — Вы войти не успели, а остальные участники уже шептались о Вас. Проходите, пожалуйста. На втором этаже Вам подскажут, куда пройти переодеться.
— Спасибо, — Карпова улыбается, проходя дальше.
Ребята следуют за ней, гордо вскинув головы. Как львята за мамой львицей.
Дима с друзьями, стараясь не отставать, спешат следом. Алиса поднимается по ступеням, входит в холл второго этажа, где уже расположились участники некоторых команд. Девушка не успевает подойти к организатору, как он вдруг сам оборачивается и сияет улыбкой при виде нее.
— Алиса! Да ладно! — не стесняясь, тут же крепко обнимает ее. — Я уж боялся, что больше тебя не увижу!
— Привет, Сереж. Ты все еще в команде организаторов?
— Обижаешь! Я здесь с начала и планирую до самого конца, — он усмехается. — Идите дальше по коридору, там третья дверь слева. Ваша.
— Спасибо.
Алиса оборачивается к ребятам, словно проверяет, чтобы все были здесь, и идет дальше. Комната напоминает небольшую гримерку. Стоят столы, стулья, вешалки и маленький диванчик у окна. Карпова тут же бросает на диванчик сумку и выходит обратно в коридор к друзьям.
— Ладно, мы будем готовиться. Вы, наверное, идите в зал. Скоро начало, — девушка улыбается.
— Ну, мы впечатлены тем, как тебя здесь встретили! Держишь всех на коротком поводке? — Никита усмехается
— Типа того. Несколько побед подряд делают свое дело, — Алиса чувствует, как Дима обнимает ее одной рукой.
— Кого я вижу! — доносится из-за спины. Брюнетка вскидывает бровь и оборачивается. — Сама Алиса Карпова вернулась! — светленькая девушка улыбается, но эта улыбка скорее подходит под описание ядовитой, нежели приветливой.
— И я рада видеть тебя, Ксюша. — Девушка скрещивает руки на груди, склоняя голову. Взгляд у нее острый, холодный.
— Я смотрю, у тебя проблемы с коленом, — Ксюша дергает уголком губ, опуская взгляд. — Травмы не способствуют победе, ты же знаешь.
— Решила все-таки дать шанс новичкам, — она хитро стреляет глазками.
Никита и Артем отворачиваются с тихим «у-у», Алия только усмехается. Дима наблюдает за этим всем с таким видом, словно едва ли сдерживается, чтобы самодовольно не ляпнуть «да, это моя девочка».
— Раненные лошади до финиша не добегают, — грубо бросает Ксюша и проходит дальше, задев Алису плечом. Карпова только хмыкает и оборачивается к друзьям, продолжая смотреть уходящей вслед сопернице.
— Так хочется посмотреть на лицо этой суки, когда мы заберем кубок, — ухмыляется, а после переводит взгляд на друзей.
— Мать, твой настрой впечатляет! — восклицает Даник.
— Желаем удачи! — они поочередно ее обнимают.
— Удачи, Лисенок, — Масленников обнимает ее, коротко целуя, — порвите их всех.
— Мы иначе не умеем.
Она подмигивает ему и скрывается за дверью.
Девочки уже переодеваются, перебрасываясь колкими шуточками с парнями, Маша даже умудряется запустить в Глеба свой кроссовок за неприличную шутку. Алиса проходит к диванчику и садится, начиная доставать вещи из сумки. Не обращает никакого внимания на ребят, стоя к ним спиной в нижнем белье и переодеваясь, а те, в свою очередь, стараются не смотреть в ее сторону — настолько ее уважают. Она застегивает ремень на талии, поправляет ремешки на бедрах и собирает косички у лица резинкой сзади. Смотрится эффектно. Не спешит надевать ботинки для выступления, достает маленькую аптечку из сумки и принимается набирать шприц для укола. Ребята из команды переглядываются. Выступление — не тренировка, где ты можешь танцевать в пол силы. Здесь нужно выложиться на сто процентов и больше, выйти за предел твоих возможностей. Станцевать один раз, но так, чтобы зал взорвался. И риск получить травму именно вовремя выступления из-за резкого или не осторожного движения велик.
Алиса вгоняет шприц в бедро, морщась от неприятных ощущений. Зажимает место укола ваткой, массируя, а после убирает шприц обратно в сумку, чтобы выкинуть позже. Достает эластичный бинт и обматывает вокруг колена, чтобы скрыть синяк.
— Ну, что? Готовы?
— Как никогда!
***
Дима с друзьями сидит в зале. За пятнадцать минут до начала прошла жеребьевка — капитаны команд вышли на сцену к ведущему, вытянули бумажку из шляпы с порядковым номером своего выступления. Алиса и ее команда седьмые. Кажется, он никогда не забудет эпичности всего момента, когда его девушка вышла на сцену, а все остальные буквально расступились, пропуская ее. Ксюше же пришлось протискиваться. Это отчего-то забавляет.
Алиса и команда стоят за кулисами, ожидая своего выступления. Девушка, рядом с которой стоит Макс, с критикой смотрит за выступлениями остальных.
— Синхрон упал, — шепчет ей на ухо Макс.
— Парень слева поторопился, — добавляет Алиса.
— А тот, что справа забыл движение...
В какой-то момент они переглядываются и тихонько смеются.
Они посмотрели выступление первых пяти команд, так и стоя за кулисами. А когда с ними поравнялась шестая команда, внутренние критики проснулись, улыбнулись и были готовы рвать и метать. Карпова поворачивает голову к Ксюше, дергает уголком губ, стоя со скрещенными на груди руками.
— Удачи, — бросает Макс, кивая парням из команды соперника, когда они движутся на сцену. — Ох, сейчас мы повеселимся, — гаденько смеется парень, потирая ладони.
Они отмечают каждый маленький косяк в их хореографии. Каждую не состыковку. Конечно, здесь играет роль и предвзятое отношение к соперникам, но это не удивительно. Мелких косяков достаточно. Когда один и заметный — не так страшно, частый случай. А когда много маленьких — все впечатление от просмотра выступления в сумме блекнет.
Алиса снимает с себя толстовку, отдает ее девочке из другой команды, что выступают десятыми, кажется. Девочке лет семнадцать, и она смотрит на Карпову как на кумира, а потому с радостью соглашается помочь. Ксюша возвращается за кулисы и хмыкает, словно уже победила. Алиса лишь усмехается.
— А сейчас, дамы и господа, я с радостью представлю вам замечательную, невероятно крутую команду, которая уже четыре года подряд увозила с собой кубок! Их капитан, поверьте мне, горяч, — толпа смеется, а Масленников закатывает глаза, друзья усмехаются. — Тринадцать ноль девять под руководством Алисы Карповой, встречайте!
Алиса с командой медленно выплывают из-за кулис.
— Тринадцать ноль девять? — Дима и Даник с непониманием глядят на Эмиля.
— Название странное, согласен, но интересное, согласитесь?
— Это дата создания команды — тринадцатое сентября, — с улыбкой поясняет Алия.
Что ж, зал действительно готов взорваться, а слюни мужской части зрителей, кажется, вполне смогут затушить этот пожар. Динамика, манера, движения... Все настолько крутое, что в какой-то момент ты действительно забываешь, что смотришь реальное выступление, а не какую-нибудь вырезку из фильма «Шаг вперед». Алиса с девочками абсолютно точно приподнимают «настроение» всем, кто смотрит, своей хореографией. А облегающие костюмы лишь усиливают эффект, который производят сексуальные движения. Парная хореография тоже не оставляет без ярких впечатлений.
Глядя на все это сейчас, Даник, Сударь и Тема открывают рты, пребывая в шоке, Эмиль сидит с самодовольной ухмылкой, кивая головой в такт песням, Алия с улыбкой снимает на телефон, а Дима просто так горд и рад за свою девушку. Все ее труды оправданы. Вся ее усталость, каждая тренировка, даже травма, кажется, получена не зря — их выступление затмевает все шесть предыдущих.
Алиса танцует последнюю связку, чувствуя боль в колене, которая напрягает — действие обезболивающего укола длится до двух часов. Но девушка продолжает танцевать, превозмогая боль. В какой-то момент, буквально на последних секундах хореографии, она чувствует и слышит странный хруст в коленной чашечке, который лишь добавляет паники. Они заканчивают. Стоят, тяжело дыша. А она понимает, что не может не то, что встать на ногу — даже просто на нее опереться. Кажется, правая нога стала ватная, словно у тряпичной куклы. Это пугает и радовало одновременно — с одной стороны, хорошо, что они уже закончили, а с другой — хруст и потеря опоры явно не являются предвестниками выздоровления. Что-то пошло не так. Алиса еще раз пытается перевести вес на ногу, но ощущает, что заваливается в бок и цепляется за плечо Макса.
Дима, заметивший ее странное выражение лица и стойку на одной ноге, напрягается.
— Лиса, в чем дело? — сквозь зубы, чтобы не привлекать внимания, спрашивает Макс, не поворачивая к ней головы.
— Держи меня. Я не могу встать на ногу.
— Что? — он удивляется, едва ли поворачивая к ней голову.
— Я не могу встать на ногу.
Большего и не требует. Макс поворачивается к Глебу и несколько раз щелкает по собственному кончику носа, словно бы почесывает. На самом же деле это отработанный годами жест, который они применяют на выступлениях. Он означает, что кто-то получил травму, или случился конфуз с костюмом — порвался, например, — и человека нужно незаметно прикрыть.
Они уходят со сцены. Ребята буквально окружают Макса, который тут же подхватывает Алису на руки, чем причиняет боль. Она цепляется за его плечо, зашипев. Дима, заметив, что его девушка не идет на своих двоих, не то, что напрягается, а конкретно беспокоится.
По дороге в свою «гримерку» ребята узнают у организаторов, есть ли врач, и, слава Богу, он есть. На таких мероприятиях как минимум есть медсестра, потому что случаи бывают разные. Макс усаживает ее на диван, аккуратно снимает эластичный бинт, но ничего необычного не замечает.
Масленников, Эмиль и Аля, извиняясь десяток раз, выходят из зала и направляются искать Алису. Заходят в гримерную спустя минут десять. Девушка сидит, положив на диван ногу, и морщится от неприятных ощущений. Ребята стоят или же сидят рядом, выясняя, что случилось. На лице каждого беспокойство.
— Все в порядке? — Дима оглядывает каждого.
— Не совсем.
— Что случилось? — Аля беспокоится.
— Я не могу пошевелить ногой. Колено болит, хотя я сделала укол перед выступлением.
— Коленная чашечка начинает отекать, — мрачно заключает Маша.
Врач заходит минут через пятнадцать. К этому моменту отек уже заметен. Мужчина в белом халате просит девушку спустить ногу с дивана, потом просит встать, но безуспешно — без опоры стоять она не может — а после ощупывает ее колено, отчего Алиса вздрагивает и шипит, а Масленников же злится. Неужели нельзя аккуратнее?
— Вероятнее всего — разрыв связок.
Алиса замирает, глупо моргая, глядя на врача. Все обеспокоенно переглядываются.
— Я приложу холодный компресс, но лучше ехать в больницу. Это не шутки. Травма серьезная.
— Хорошо, спасибо.
Врач приложил лед, попрощался и вышел. Карпова все еще сидит, глупо глядя перед собой и держа у колена лед.
— Алис, надо ехать в больницу. — Еникеева говорит серьезно.
— Я не могу сейчас уехать.
— Почему это? — Эмиль жестко на нее смотрит.
— Я дождусь награждения, потом съездим.
— Ну, уж нет, моя дорогая, — Макс поднимается на ноги. — Мы прекрасно выступили. Награждение будет вечером. Ты видела, сколько там команд? Так что не дури — езжай в больницу. А мы тебе потом позвоним и обо всем сообщим.
Ей очень хочется с ними поспорить, но бессмысленно. Алиса только кивает, начиная собирать вещи в сумку.
***
— Нам на третий этаж, — подсказывает она Диме, который несет ее на руках. Аля и Эмиль идут следом.
Из кабинета Юрия Германовича как раз выходит медсестра. Масленников останавливается, но девушку на диванчик сажать не спешит.
— Извините, Юрий Германович у себя?
— Да, у вас что-то срочное? — медсестра оглядывает их, пытаясь понять, что произошло.
— Да. — Кивает Аля.
— Подождите, пожалуйста, две минутки. У него пациент, — девушке явно неловко говорить эту фразу, глядя на Алису, которая морщится от боли в колене.
— Хорошо.
Дима аккуратно усаживает ее на диванчик и садится рядом. Друзья остаются стоять. Карпова отнимает от колена компресс, лед в котором уже успел нагреться и растаять, и оглядывает собственное колено. Отек меньше не стал, но и не увеличился, а вот синяк, кажется, стал ярче.
— Это все твои тренировки. Не умеешь же остановиться и отдохнуть, — ворчит Эмиль.
Алиса только улыбается. Эмиль беспокоится за нее, но не может выразить свое беспокойство никак иначе — только ругается и ворчит на нее. Алия кладет руку ему на плечо, призывая замолчать. Двери кабинета открываются, оттуда выходит мужчина и тут же направляется дальше по коридору. Выглядывает хирург.
— Алиса Андреевна? — Юрий Германович хмурится.
— Здравствуйте.
— Я так полагаю, вы не просто зашли в гости, — мужчина тяжело вздыхает, а после входит в кабинет, сильнее открывая дверь. — Заносите ее.
Дима поднимает ее на руки и заходит, друзья остаются в коридоре. Масленников усаживает ее на кушетку, а сам отходит в сторону. Юрий Германович качает головой, вновь глядя на нее. Надевает перчатки и подходит, начиная осматривать ее колено.
— Рассказывай, что случилось?
— Выступали. Услышала и почувствовала хруст в коленной чашечке. Не смогла встать на ногу.
Хирург только кивает. Пару минут тщательно изучает ее колено, а после тяжело вздыхает, снимает перчатки и садится за стол, начиная заполнять что-то в ее карточке.
— У тебя разрыв связок. Предположительно крестообразной. Дело серьезное. Сейчас пройдем с тобой на рентген, а там уже решим, что делать дальше.
Алиса кивает. Юрий Германович заполняет бумагу, а после встает на ноги.
Дима поднимает ее на руки. Они выходят из кабинета, следуя за врачом. Девушка кратко шепчет подруге «мы на рентген».
Все эти хождения, пересадки ее с места на место лишь тревожат колено, вызывая боль. Когда снимок оказывается у хирурга в руках, Алиса поднимает на него заинтересованный взгляд, а друзья и любимый человек подходят поближе, чтобы узнать заключение. Юрий Германович несколько минут изучает ее снимок, а после смотрит на девушку.
— У тебя разрыв крестообразной связки. Будем делать пластику.
— Операция? — Аля беспокоится.
— Да. — Врач кивает ей, а после вновь смотрит на брюнетку. — Под общим наркозом.
На лице Алисы отражается странная эмоция, напоминающая испуг. Хирург выглядит так, словно только что отсчитал ей год жизни, а не просто сделал заключение рентгена.
— О-общий? — медленно переспрашивает, не сводя глаз с врача.
— Да. — Он вновь кивает, поджимая губы.
— А что не так с наркозом? — Дима склоняется к Эмилю, ничего не понимая.
— В прошлый раз, когда ей делали операцию, она очень тяжело от него отошла. Анестезиолог забеспокоился, что они переборщили с дозой. Алиса долго не просыпалась. — Шепотом поясняет Эмиль.
Непонимание сменяется тревогой и даже страхом. Анестезия дело серьезное.
— Так что, Алиса Андреевна, — вздыхает врач, — добро пожаловать в наш стационар. Вновь. Постараемся прооперировать Вас завтра, затягивать нельзя. Вероятнее всего утром. Я сообщу вам немного позже.
— Хорошо, — девушка кивает, глядя пустым взглядом куда-то перед собой.
— Попросите близких или друзей, — он оборачивается к ребятам, — пусть привезут Вам вещи. Ближайшие недели две Вы точно будете тут.