Вишня и табак

— То есть, вы всё знали, но ничего мне не сказали? — Алиса щурится, переводя взгляд с друзей на Лену.

— Да, — четко отвечает Эмиль, делая глоток чая. — Это сюрприз! Мы просто не могли его испортить.

Карпова лишь тяжело вздыхает. Делает глоток чая, чувствуя, как тепло распространяется по телу. Друзья и Лена пришли к ней в гости, дабы узнать впечатления от вчерашней вечеринки. Уселись на кухне с кружками чая.

— Ты уже все подарки открыла? — Аля улыбается.

— Нет. Думаю, вернусь с Питера и все открою, — девушка улыбается в ответ. — Вы, кстати, не знаете, насколько он собирается меня украсть?

— На неделю, вроде, — без запинок выдает Эмиль и тут же получает подзатыльник от своей девушки, позабыв, что эту информацию тоже нежелательно разглашать.

— Чего? — Алиса ошалело смотрит на друга. — Но у меня же учеба, тренировки...

— Так, — спешит успокоить ее Еникеева, — расслабься. Там всего-то пять дней. Твои ребята без тебя не погибнут. Макс обещал отправлять тебе видео отчеты.

Алиса едва ли не воет.

— А если серьезно, то тебе не помешает отдохнуть. Ты как белка в колесе носишься последние недели, — подмечает Иманов.

— Да и к тому же, — вступает в разговор Лена, — что тебе сказал Юрий Германович? Сократить нагрузку на колено. Вот. Лучше не спеша гулять по Петербургу, нежели несколько часов подряд прыгать в зале.

Карпова ничего не отвечает. Да и что она скажет? Она одна против троих... проигрышное дело.

Ребята вскоре ушли. Алиса опустилась на постель, морщась от неприятных ощущений в колене. Сняла бандаж, облегченно выдыхая. Он не мешал, не давил, но периодически хотелось освободиться от него и, пусть и хромая, пройти несколько шагов, спокойно сгибая и разгибая ногу. Отек немного сошел, остался лишь синяк.

В семь вечера, Алиса, собрав все вещи, не спеша одевалась, по несколько раз проверяя, точно ли она взяла все свои документы, мазь — даже захватила обезболивающие уколы! Оделась и просто слонялась по квартире, ощущая эту раздражающую нервозность. Руки едва заметно дрожали, а девушка не могла найти себе места. То ли из-за того, что не могла поверить, что все-таки окажется в городе-мечте, то ли просто нервничала, что всю эту неделю они с Димой будут вдвоем. Сейчас где-то внутри переживала — а что, если у них не получится поговорить? Что, если все и останется такой неразберихой?

Около восьми потихоньку обувается, надевает черное пальто, завязывает шнурки на кроссовках, и только хотела взять в руки сумку, как в домофон раздается звонок. С недоумением открывает дверь подъезда, не совсем понимая, кто мог нагрянуть к ней — все знают, что она уезжает. Буквально через пару минут дверь в квартиру открывается, и перед ней предстает Масленников, довольно улыбаясь.

— Привет, — она с толикой непонимания оглядывает его. — А ты чего поднялся?

— Привет, — блогер заходит, — давай сумку.

— Я бы вынесла, Господи...

— Карпова, цыц!

Брюнетка только закатывает глаза. Выходит из квартиры вслед за ним, запирая дверь на ключ, и убирает его в кармашек рюкзака. Входит в лифт, нажимая кнопку первого этажа. Прислоняется к стене, стоя напротив него, и поднимает глаза. Дима смотрит на нее с теплом и легкой улыбкой, сам не до конца веря, что через какие-то несколько часов они будут только вдвоем в северной столице. Алиса дергает уголком губ и выходит, когда двери открываются.

Пока Масленников складывает ее сумку в багажник, девушка, не без труда, забирается на переднее сидение. Только оборачивается, чтобы положить рюкзак, когда замечает Тему.

— О, Боже...

— Можно просто Тема, — Чернец смеется.

— Напугал. Хоть бы голос подал, что ты здесь, — Карпова улыбается. — Ты с нами что ли?

— Не-е-ет, я просто потом гелик отгоню.

Алиса только кивает. Дима садится за руль, оглядывая их. Девушка пристегивает ремень безопасности и откидывается на сидение.

— Как твоя коленка? — Чернец высовывается к ним.

— Также. Болит. — Брюнетка поворачивает к нему голову. — Но в бандаже еще вроде ничего. Ходить можно.

— Вы там сильно-то не гуляйте, — Тема хмурится, но обращается, кажется, к Масленникову.

— Ты что? По Питеру только и делать, что гулять!

— Мать, ты если угуляешься там, то на чемпионат, в лучшем случае, приползешь, — Артем усмехается.

***

Тема забрал у Масленникова ключи от машины, когда они приехали в аэропорт, пожелал удачи и уехал. Они направляются проходить регистрацию. Дима тащит и свою сумку, и ее, не прекращая улыбаться — Алиса медленно идет позади и ворчит, что в состоянии донести сумку сама.

В самолете оказываются в бизнес-классе, что тоже вызывает у нее волну негодования, а точнее вредности — девушка не упускает шанса отругать его за то, что он потратил деньги.

— Лисенок, — строго произносит Дима, глядя на нее, — успокойся. Вообще забудь про деньги на эту неделю.

Карпова ничего не отвечает, только смеряет его строгим взглядом. Разворачивает плед, кладет на колени, укрываясь. Достает из кармана рюкзака наушники и телефон. Дима глядит на экран и хмурится — разбит напрочь, покрыт сеточкой трещин.

— Где ты уже умудрилась телефон разбить?

— Уронила на ступеньках, — Алиса слишком увлечена перелистыванием песен в своем плейлисте, а после поворачивается и протягивает ему один наушник.

Он улыбается, забирая наушник у нее из рук. Карпова включает песню и кладет голову ему на плечо. Дима наклоняется и целует ее в макушку. Лететь полтора часа. Они слушают музыку, а после девушка все же засыпает у него на плече. Блогер прижимается щекой к ее макушке.

***

— Хочу курить, — тихо скулит брюнетка, глядя на него с максимально несчастным видом. — А тут нельзя курить.

Алиса строит грустную моську. Они стоят и ждут свой багаж. Дима смотрит на нее, не сдерживая улыбки и рвущегося наружу смеха — ну очень забавно это выглядит.

— Че ты смеешься? У меня трагедия, — Карпова грустно оглядывает зал аэропорта.

— Бедная моя, — улыбается, обнимая ее одной рукой и прижимая к себе. — Сейчас приедем и покуришь.

— А долго ехать?

Она поднимает на него глаза. Между их лицами несчастные пару сантиметров. Алиса смотрит на него, как кот из мультика «Шрек».

— Не долго, — Масленников чмокает ее в нос и уходит за сумками, пока девушка с детской вредностью утирает нос рукавом.

Стоит остаться вдвоем и все уже становится лучше. Общение становится легким и более близким. Алиса вновь начинает шутить и строить моськи, ругается и подкалывает его. А этого очень не хватало.

Они садятся в такси, и когда Дима называет адрес, девушка с недоумением на него смотрит.

— Мы разве не в гостинице?

— Нет, — он хитро улыбается.

***

— Масленников, ты точно сошел с ума!

Он снял квартиру. Квартиру, мать его. На эту несчастную неделю. Ей даже не хочется думать, сколько это стоило. Квартира находится в центре Питера, и вряд ли на нее тут были большие скидки.

— Не ругайся, — он улыбается, обнимая ее одной рукой, но она продолжает строго смотреть на него. — Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Дима берет ее за руку и ведет в сторону спальни. Комната просторная: двуспальная кровать, две прикроватные тумбочки с лампами, шкаф для одежды, дверь, ведущая в ванную. Нашелся даже телевизор, но Алиса не уверена, что он слишком уж им понадобится. Брюнетка оглядывает комнату, а после поворачивается к нему.

— Ты решил удивить меня спальней?

— Выйди на балкон.

Алиса смотрит на него с легким прищуром, а после поворачивается и направляется к окну. Отодвигает в сторону полупрозрачный белый тюль и открывает дверь. Широко раскрывает глаза, пребывая то ли в чистом восторге, то ли в шоке. Открытый балкон. А с него вид на весь Невский проспект. Она аккуратно ступает на балкон, подходя ближе к перилам и оглядывается: вот тебе и Дом Книги, вот тебе и соборы... Все так близко. И все такое красивое в сумеречном свете белых ночей. Алиса завороженно наблюдает. А Дима стоит сзади, опираясь на косяк, и не сводит с нее глаз. Порыв прохладного ветерка растрепывает темные пряди волос и вновь разносит шлейф вишневого аромата. Она такая счастливая сейчас, просто увидев главную часть города, который так любит. Это вновь вызывает улыбку — ее легко сделать счастливой и заставить улыбаться. Не нужно дорогих подарков — за это вообще можно отхватить — не надо дорогих ресторанов, всей этой роскоши. Она рада даже пачке любимого овсяного печенья или несчастному киндеру. Алиса качает головой, прикусив нижнюю губу, словно до сих пор не может поверить, а после оборачивается через плечо. Масленников подходит ближе.

— Это... очень красиво, — зеленые глаза прямо-таки сверкают.

Она стоит так близко. Ничего не стоит сейчас наклониться и поцеловать ее, но что-то внутри все равно останавливает. Девушка смотрит ему в глаза, а после отводит взгляд и уходит в комнату. Хочется фактически взвыть. Алиса возвращается спустя минуту с пачкой сигарет в руках. Облокачивается на заборчик, поежившись от холода, и зажимает одну сигарету губами. Поджигает, делая первую затяжку и с облегчением выдыхая дым с терпким привкусом шоколада. И вновь этот единый аромат — вишня и табак. Алиса увлечена городом, гуляющими людьми и мерцающими фонарями, и потому не замечает, как он достает телефон и фотографирует ее. Ну, невозможно этого не сделать. А после подходит ближе, поставив руки по обе стороны от нее. Девушка поднимает на него глаза.

— Ты уже придумала, куда хочешь сходить?

— М-м, — она задумчиво прикусывает внутреннюю сторону щеки. — Мы точно сходим в Дом Книги...

— Само собой, — он улыбается.

— Я бы погуляла по крышам... там до невозможности красиво на закате.

— Лисен, вот прогулки по крышам с твоей больной коленкой — последнее, что стоило бы делать.

— Ладно... Можно сходить в Русский Музей, говорят, там очень красиво. Надо обязательно сходить в булошную Вольчека, я много про нее слышала! Еще одно максимально глупое желание — я хочу купить тут кроссовки. Не спрашивай, почему именно тут, так надо, — Карпова усмехается. — А вообще... я бы просто гуляла по городу и делала фотографии.

— Хороший план.

Масленников улыбается. Все просто — не нужно что-то выдумывать. Ей хочется насладиться городом, по большей части. Просто гулять, делать фотографии, купить всем открытки. Она докуривает, тушит сигарету в пепельнице, что нашла на подоконнике, и еще раз окидывает взглядом город.

— Пойдем спать?

— Да, а завтра гулять, — она поворачивается к нему с довольной улыбкой.

— Обязательно.

— Я первая в душ!

И тут же скрывается в комнате. Он только смеется.

***

Когда Масленников выходит из ванной, Алиса сидит на постели и что-то листает в телефоне. На ней забавная пижама — короткий белый топ на тоненьких лямках и шорты голубого цвета, покрытые рисунком в виде бабочек. В глаза вновь бросается то, что она похудела. Реберные кости еще заметнее, плечи стали острее, а руки тоньше. Он внутренне усмехается сквозь беспокойство — кажется, основным маршрутом этой недели у них все же станут какие-нибудь пекарни и рестораны. Девушка не обращает на него внимания, продолжая что-то увлеченно читать, поднимает глаза, лишь, когда он ложится рядом.

Удивительно, но и этот факт ее не смущает — спать вместе. Алиса откладывает телефон, тянется и снимает с ноги бандаж, шумно выдыхая от облегчения. Масленников замечает, что синяк больше и ярче. Карпова не наносит мазь или что-то еще, молча забирается под одеяло и ложится, повернувшись к нему лицом. Дима подвигается ближе.

— Руки не распускать, — произносит, прикрывая глаза.

— Я подумаю, — он хитро улыбается.

— Нет такого варианта ответа, — она открывает глаза, пристально глядя на него.

— Ну, ты же понимаешь, что я все равно смогу тебя обнять, когда ты уснешь.

Она смотрит на него с легким прищуром. Дима тянется и целует ее в лоб.

— Спи, лисенок.