Господин Хуа, давайте постараемся!

Вечеринка, как говорится, прошла что надо, только вот Се Лянь не учел, что сегодня им на работу к восьми утра, поэтому, когда в четыре зазвонил будильник, он даже не понял, кто он и что происходит. Кое-как разлепив глаза, первое, что парень осознал - его кто-то обнимает. Второе - звонит будильник. Почти вслепую дотянувшись до тумбочки, менеджер отключил его и, посмотрев на время, скривил лицо.

Боже... за что?

Бросив телефон на кровать, Се Лянь протер глаза и повернулся назад, наблюдая умиротворенное лицо Хуа Чэна, которого сейчас, казалось, и пушечный выстрел не разбудит. Стоп... Хуа Чэн?! Менеджер резко подскочил, принимая сидячее положение и во всю пялился на свою модель. Так ночью ему не показалось, и они действительно спали в обнимку?! От этого факта, парень словил такой заряд бодрости, что сон как рукой сняло. Ему даже не нужно было зеркало, чтобы понять: он красный, как помидор.

Недолго думая, менеджер аккуратно вылез из чужих объятий и улизнул из комнаты, закрывшись в ванной. На то было две причины. Первая, ему нужно было успокоиться, потому что парень не мог не признать, что находиться так близко к Хуа Чэну очень волнительно. Вторая, Се Лянь не хотел будить модель раньше времени, все-таки будильник у него был поставлен заранее, с расчетом на то, что он будет ночевать у себя дома, поэтому у его подопечного было еще законных полтора-два часа, чтобы досмотреть сон.

Выдохнув, менеджер принялся приводить себя в порядок. Холодный душ помог окончательно проснуться. Выйдя из ванной, Се Лянь аккуратно заглянул в комнату хозяина дома, чтобы оставить там свою пижаму, после чего также тихо переместился на кухню. Он хотел позавтракать, но стоило открыть холодильник, как его надежды разрушились. Нет, там конечно были продукты, но вот готовой еды не было, что было вполне логично, вчера они ели доставку.

Почесав затылок, Се Лянь решил, что приготовит завтрак сам. Он конечно не такой искусный повар, как Хуа Чэн, но с чем-то простым точно справится. Поэтому, вытащив бекон, помидоры и яйца, он отправился к плите. Отправив на сковородку первые два ингредиента, чтобы поджарились, парень решил, что без кофе он сегодня никуда, а значит, нужно запустить кофемашину... но это очень громко. Хотя, навряд ли сейчас кто-то проснется. Хуа Чэн спал, как убитый, Цинсюань, по опыту проживания с ним в общаге, а потом и в его квартире, не всегда проспался, даже если включить пылесос. По рассказам Ши, Хэ Сюань спал довольно крепко, да и у Эмина с этим вроде тоже проблем не было. Значит, ничего страшного не случится.

Запустив кофемашину, парень вернулся к плите, помешивая содержимое сковородки, после чего разбил туда четыре яйца и закрыл ее крышкой. Вскоре кофе и яичница были готовы. Он уже собирался положить еду на тарелку, как услышал, что какая-то дверь открылась. Парень сморщился от этого факта. Все-таки... кого-то он разбудил. Решив не отсиживаться и извиниться сразу, Се Лянь быстро вышел из кухни и застыл на месте, с легкой паникой наблюдая за только что проснувшимся человеком.

Хуа Чэн шел по квартире с закрытыми глазами, в прямом смысле передвигаясь наощупь, очевидно - не до конца проснулся. Он неторопливо шел в сторону ванной, и Се Лянь вздрогнул всем телом, когда тот промазал мимо входа и впечатался лицом в стену, после чего помотал головой и сменил курс, попадая в нужное помещение, затем раздался звук воды из крана. Менеджер даже не знал, что делать: вдруг парень просто ходит во сне? Правда в итоге Се Лянь все же отмер, чтобы поймать модель, когда тот вышел из ванной и направился в сторону кухни, снова чуть не поцеловавшись со стенкой.

Схватив его за плечи, менеджер довел парня до кухни, намереваясь усадить за стол, но Хуа Чэн, как танк, попер к кофемашине, собираясь ее запустить, и Се Лянь не стал бы мешать, если бы парень не поставил кружку на поддон вверх ногами.

Все же посадив Хуа Чэна за стол, менеджер решил сам сделать кофе, только какой? Латте? Он тут не поможет. Повернувшись к модели, Се Лянь понял, что тут вообще ничего не поможет, потому что парень уже почти лег на стол. И как им сегодня работать, если его подопечный в таком состоянии? Точнее, в состоянии не состояния...

Вздохнув, менеджер потряс парня за плечо, чтобы растормошить, получив в ответ недовольное «Мммм», и спросил:

- Сань Лан, какой кофе тебе сделать? - парень ответил что-то невнятное. - Сань Лан, если ты не ответишь, я сделаю на свой вкус.

Впрочем, похоже Хуа Чэна это не очень пугало... а зря.

«Что ж, двойной эспрессо, так двойной эспрессо»

С этими мыслями, Се Лянь повернулся к кофемашине и, поставив чашку нормально, нажал заветную кнопочку, которая должна была поставить его подопечного на ноги. Подождав немного, он повторил процедуру, после чего поставил чашку с дымящимся напитком пред моделью, который, казалось, на автомате оживился и, даже не принюхиваясь, сделал нормальный такой глоток, а дальше...

Хуа Чэн скривился так, будто со всей дури ударился мизинцем о тумбочку. Рухнув головой на стол, он стал бить по столешнице свободной рукой. Похоже... эспрессо действует, вон сколько энергии.

Се Лянь был уверен, что если бы Хуа Чэн не выпил все одним махом, то точно выплюнул бы. Подойдя поближе и, сочувственно похлопав парня по плечу, он спросил:

- Ну как? Проснулся?

- За что ты так со мной? - кое-как выдавил модель, посмотрев на собеседника и все еще корчась от горечи.

Се Лянь уже начал двумя руками поглаживать парня по плечам, успокаивая:

- Все для твоего же блага, ты не хотел просыпаться.

- Гэгэ меня обманывает, - недовольно буркнул тот.

- Сань Лан, ты врезался в стену, - шутливо ответил Се, отходя к плите. - Если бы не кофе, ты бы уснул прямо на кухне, - разложив еду на две тарелки, он поставил их на стол и продолжил. - Давай есть и собираться.

- Гэгэ, давай не поедем? - жалобно попросил Хуа, беря в руки вилку. - Я не хочу несколько часов к ряду слушать, как этот беременный карандаш капает мне на мозги.

Менеджер тяжело вздохнул, прекрасно понимая своего подопечного. Они уже работали с этим брендом и человек, с которым они заключали договор, постоянно находится на съемочной площадке и его вечно что-то не устраивает. Мало того, что он достает словами, так еще и его внешний вид очень соответствовал характеристике, данной Хуа Чэном: мужчина был худым, но при этом у него было огромное пузо. В общем... он был мерзким во всех смыслах. Но работать то надо.

- Нет, Сань Лан, мы и так уже переносили эти съемки. Если откажемся сейчас, придется платить штраф.

- У меня есть деньги! Я заплачу! - тут же оживился парень.

- Нет, Сань Лан, - твердо сказал Се.

- Вообще-то я твой начальник, - недовольно посмотрев на парня, заявил модель. - И я отменяю работу сегодня!

Приплыли... сбылось то, о чем предупреждал Инь Юй... и что делать? По-хорошему, Хуа Чэн прав, он действительно является начальником Се Ляня... но нельзя же идти у него на поводу? Он так когда-нибудь вообще всю работу отменит! Отложив вилку в сторону, менеджер выпрямился и, серьезно посмотрев на модель, заявил:

- Я куплю тебе брауни, - увидев сомнение в глазах Хуа Чэна, он продолжил. - Две штуки.

- Так чего же мы ждем? - стразу же оживился тот. - Давай быстрее собираться, у нас каждая минута на счету!

Се Лянь с облегчением наблюдал, как Хуа Чэн быстро затолкал в себя завтрак и ушел собираться, что-то напевая себе под нос. Да здравствует Цинсюань! Его совет все же пригодился.

***

Это, наверное, первый раз, когда Хуа Чэн приехал на съемки заранее. Модель сам сел за руль, барабаня по нему пальцами и напевая какую-то песенку всю дорогу, из-за чего Се Лянь тихо посмеивался, наблюдая за этим ребячливым поведением. Они еще минут двадцать сидели в машине наслаждаясь прохладой кондиционера, прежде чем выйти на душную улицу и быстро забежать в здание, где будут проводиться съемки.

Обменявшись приветствиями со съемочной группой, Хуа Чэн сел за туалетный столик, активно с кем-то переписываясь, пока его красят. Скорее всего с Хэ Сюанем или Цинсюанем, все-таки ребята еще спали, когда они уехали. Благо, дома был Эмин, который мог закрыть за ними дверь, когда те уйдут, да и в целом подсказать и помочь если что, хотя... учитывая, как вчера эта парочка без зазрения совести заняла гостевую комнату и не спрашивала, где что лежит... скорее всего они частенько бывали в гостях у братьев Хуа. Менеджер даже не удивится, если узнает, что в огромной связке ключей Цинсюаня есть ключ от квартиры Хуа Чэна.

Но сейчас не это главное. Се Лянь знал, что сегодня будет очередная съемка духов, только вот, он никак не мог вспомнить концепт этой самой съемки, а установленные декорации в виде шикарного дивана, приглушенного освещения и нескольких живых растений делу не помогали. Большинство съемок духов проходят в такой обстановке. Но почему-то именно сейчас ему хотелось знать, что именно сегодня будет. Как бы менеджер ни пытался вспомнить, у него не получалось. Когда парни заключали договор, Се Лянь только проверил, что там не будет ничего такого, что могло бы навредить репутации его подопечного, хотя там точно было что-то, что его смутило, но Хуа Чэн, как всегда не заинтересованный с бумажной волоките, махнул рукой и сказал подписывать, что собственно менеджер и сделал.

Пока Се Лянь старательно пытался вспомнить, что же там было, Хуа Чэн уже успел отдать ему свой телефон и уйти переодеваться, а значит, меньше чем через минуту начнутся съемки. Витая в своих мыслях, парень пропустил момент, когда модель вышел на съемочную площадку и к нему подбежал «беременный карандаш», уже объясняя, как он видит эту фотосессию и что нужно сделать. Се Лянь пропустил мимо ушей начавшийся спор и пришел в себя только после громкого:

- Я соглашусь, только в том случае, если это будет он!

Подняв взгляд, менеджер увидел, что Хуа Чэн указывает на него пальцем. И о... он вспомнил, что это за съемки, а от фразы, брошенной его моделью, парень почувствовал, как предательский румянец покрывает его лицо.

Хуа Чэн был одет в узкие черные брюки, выгодно подчеркивающие его ноги, на которых были лакированные туфли. А вот его торс прикрывал только расстегнутый пиджак, демонстрирующий любому желающему подтянутый живот с кубиками пресса, на шее же был повязан узкий длинный шелковый галстук, даже... скорее небрежно наброшен, чем повязан. Его волосы свободно струились по спине. Образ дополняли подкрашенные глаза, делая взгляд более острым и выразительным, а вот губы... их накрасили так, будто парень несколько минут к ряду с кем-то очень страстно целовался. Но проблема была не в этом... по задумке съемок, на груди, шее и лице модели должны были быть следы от помады, как будто его туда поцеловали и самое страшное: вся съемочная группа прямо сейчас с надеждой смотрела на Се Ляня.

Менеджер даже пикнуть не успел, как к нему подлетел «беременный карандаш», хватая его за руку и утягивая к модели, попутно говоря:

- Господин Се, если не ошибаюсь? - получив в ответ неуверенный кивок, он продолжил. - Выручайте! Всего пара минут, ничего сложного! - выхватив у какой-то девушки из рук помаду, он протянул ее менеджеру, буквально впихивая в руки. - Вот, хорошенько прокрасьте губы, а я скажу, где именно нужно будет оставить отпечатки.

С этими словами, он оставил парня одного, отправляясь узнать, как проходит настройка оборудования и все ли готово.

Се Лянь стоял ни жив ни мертв. Он нервно теребил тюбик помады в руках, не зная, стоит ли ему отказаться от этого предложения и все же уговорить свою модель потерпеть чужие прикосновения, или все же сделать, как просят и не подводить остальных? Самое ужасное, что он прекрасное понимал Хуа Чэна в этой ситуации, более того, чувство долга говорило ему, что как менеджер, он должен обеспечить своему подопечному максимальный комфорт во время работы. Из тяжелых мыслей и сомнений, его вырвал голос Хуа Чэна:

- Гэгэ умеет красить губы?

Се Лянь перевел на него взгляд, наблюдая, как его подопечный расслабленно сидит на диване, подперев щеку рукой, и терпеливо ждет ответа от своего менеджера, сил которого хватило только на неуверенный отрицательный моток головой. Нет, он конечно красил губы, но гигиенической помадой, чтобы не обветривались, а там соблюдать четкие контуры не то, чтобы нужно, поэтому, когда Хуа Чэн мягко похлопал по месту рядом с собой и предложил свою помощь, менеджер, как завороженный, тихо подошел и сел рядом, молча передавая модели помаду.

Хуа Чэн сразу же открыл тюбик, выдвигая ярко-красную помаду и, подцепив подбородок Се Ляня согнутым указательным пальцем, приподнял ему голову, принявшись аккуратно красить чужие губы, в то время, как менеджер надеялся, что тот не слышит гулкое биение его сердца, которое, казалось, сейчас пробьет грудную клетку.

Когда Хуа Чэн закончил, к ним как раз подошел «карандаш». Убедившись, что на губах достаточно помады, он покивал и быстро разъяснил, где именно должны быть поцелуи: под правой ключицей, слева от кадыка и смазанный поцелуй в уголке губ. Се Лянь крепко зажмурился, силясь не закрыть лицо руками, чтобы не смазать труды своего подопечного.

Чтобы не заставлять других ждать, парень выбросил из головы лишние мысли, стараясь думать о чем-то другом, например, что сегодня было бы неплохо пропылесосить в квартире и заняться стиркой, а сам в это время быстро наклонился к своей модели буквально клюнув его чуть ниже правой ключицы. Но вот незадача, он такого быстрого прикосновения помада отпечаталась плохо, неровно и тускло, из-за чего «карандаш» цыкнул и, отдав распоряжение визажисту стереть этот «ужас», принялся давать советы:

- Нет-нет, господин Се, нужно, чтобы помада хорошо отпечаталась, так что задержитесь на одном месте, не действуйте так резко, иначе все смажется!

О Боже... борясь с внутренним смущением, менеджер увидел, что Хуа Чэн снова открыл помаду, поманив его пальцем, чтобы обновить цвет. Тихо и протяжно выдохнув, он снова позволил накрасить свои губы после чего, сделав еще пару глубоких вдохов, прижался к тому же месту, немного ниже правой ключицы, задержавшись на пару секунд, чтобы все точно хорошо пропечаталось, а затем, с горящими щеками, отстранился, с легким ужасом наблюдая результат своей работы: под ключицей модели красовался след от поцелуя, который на его белой коже просто горел красным и выглядел не то, чтобы соблазнительно... скорее даже развратно.

В этот раз результатом остались довольны и, напомнив, где должен быть следующий поцелуй, попросили снова обновить помаду. Се Лянь, с сердцем, стучащим где-то в горле, начал вспоминать невинные стихи, которые они учили в школе, чтобы хоть немного отвлечься и расслабиться, что совсем не помогало. Взгляд то и дело возвращался к алому следу от помады на коже Хуа Чэна.

Как только модель убрал помаду в сторону, менеджер снова тихонько выдохнул, готовясь к следующему поцелую, тут же теряя все свое спокойствие и уверенность, когда его подопечный, с только ему присущей небрежной элегантностью, отвел волосы в сторону и слегка наклонил голову, освобождая место для работы.

Сжав в кулаки вмиг вспотевшие руки, Се Лянь с тихим «прошу прощения», подался вперед и прижался губами к чужой шее, с ужасом понимая, что слегка промазал и попал точно на венку, в ту же секунду с удивлением отмечая, что та бьется удивительно быстро, отдаваясь легкой пульсацией в губах. Не дав себе задержаться на этом факте слишком долго, парень отстранился с легким замиранием сердца наблюдая за новым алым следом на чужой коже. Менеджер уже был готов к тому, что все скажут переделать, но «карандаш», на удивление, остался доволен и сказал, что так даже лучше, после чего время пришло для самого сложного: поцелуй в уголок губ.

Но тут все прошло не так гладко. Как только Хуа Чэн обновил помаду, Се Лянь, не дав себе и секунды на размышление, прижался к уголку чужих губ, почти сразу же отстраняясь и избегая смотреть кому-либо в глаза. Он был уверен, что даже в этом приглушенном свете всем прекрасно видно, как его щеки горят огнем. Парень уже собирался встать и уйти куда-нибудь, чтобы проветрится, как услышал:

- Нет же! Вы забыли, что этот поцелуй должен быть смазан? - без дальнейших указаний, к модели подошла визажист, специальной салфеткой стирая поцелуй, который стоил Се Ляню титанических усилий. - Прикоснитесь губами и проведите ими немного в сторону, чтобы один край был слегка размыт.

Менеджер не знал, смеяться ему или плакать. Его сердце билось уже с такой скоростью, что казалось еще немного и, не выдержав нагрузки, оно остановится навсегда, хотя может это и к лучшему. Он не представлял, как сможет еще раз решиться на что-то такое? Он не сможет еще раз отключить все свои мысли, особенно когда теперь ему известно, какая горячая и мягкая кожа Хуа Чэна.

Се Лянь нервно перебирал в руках край своей толстовки, когда почувствовал, как его аккуратно взяли за подбородок, приподнимая голову, а затем его подопечный прижался уголком своих губ к его рту, почти сразу же поворачивая голову немного в сторону.

Он тоже слегка промахнулся, и поцелуй получился не совсем в уголок, менеджер все же зацепил часть его губ, из-за чего задержал дыхание, с легким шоком наблюдая, как уши Хуа Чэна, смотрящего на мужчину и уточняющего, все ли так и нужно ли и этот поцелуй переделывать, покраснели. Се Лянь рвано выдохнул, наблюдая эту очаровательную картину. Он что... смог смутить Хуа Чэна?

Как только «карандаш» сказал, что все прекрасно и велел начинать съемку, уже пихая в руки модели флакон духов, менеджер тут же встал с места, желая всем удачной работы и скрылся в уборной, закрывая за собой дверь за защелку.

Опершись о раковину, парень посмотрел в зеркало, покрываясь новой волной румянца. Его губы были красными, а один край смазался, выходя на щеку, почти также, как и у Хуа Чэна, щеки почти окрасились в цвет помады, а зрачок был расширен, будто он стоял не в светлой комнате, а в полной темноте.

Смотря на свое отражение, парень завороженно коснулся кончиками пальцев своих губ, которые слегка подрагивали, про себя отмечая:

«А ведь это был мой первый поцелуй.... И судя по реакции... не только мой»

______________________________________________

От автора:

Спасибо, я кончил.

Ну а если серьезно, то я снова вернулся! Юху! Ребятки, подписанные на мой тг (ссылочка в шапке профиля), знали, что я ушел в отпуск, ну а сейчас с новыми силами вернулся к вам, надеюсь, меня ждали, и эта глава сможет порадовать вас в эту пасмурную погоду!

Также нам нарисовали арт к этой главе! Юху!!! Большой спасибо всем, кто рисует арты! Мне очень приятно.
(⁠ ⁠◜⁠‿⁠◝⁠ ⁠)⁠♡
Ай, как мне нравится то, как нарисованы поцелуйчики♡ ♡ ♡

Ну а на этом все, берегите себя и своих близких, до скорых встреч!))