39. Ночной гость
В полной тишине я лениво ковыряла вилкой макароны с сосисками, приготовленные Гуком. Есть не хотелось вообще, мозг терзали сотни вопросов, сердце снова сжимала тревога, не покидающая меня вот уже несколько дней. Только показалось, что можно расслабиться, как вдруг я узнала: та авария – вовсе не несчастный случай. Теперь я снова боюсь за Чона и совсем не знаю, как его защитить.
Пока я боролась с немалой порцией макарон, выданной мне Гуком, парень сидел напротив и что-то искал в своём мобильном. Я не стала спрашивать что именно, понимая, что он вряд ли скажет мне правду.
— Как там твой друг? — решилась спросить, накалывая на вилку очередной кусочек сосиски. До сих пор страшно подумать, что на месте этого человека мог бы быть Гук.
— Стабильно тяжело, — вздохнул парень, откладывая в сторону телефон, показывая, что внимательно меня слушает. — Врачи говорят, что выкарабкается, но когда и сможет ли он жить полноценно – нельзя ответить.
— Как так вообще вышло, что он взял твой мотоцикл? — продолжила расспросы, пользуясь моментом, когда Гук не пытается всё от меня скрыть.
— Гону до этого никогда не участвовал в гонках, а тут решил попробовать. Уговорил меня одолжить ему мотоцикл, раз я от участия отказался, так как своего у него пока нет, — с прежним спокойствием ответил брюнет, неотрывно за мной наблюдая. — Я знал, что это херовая идея, но всё же согласился, решил, что он не маленький мальчик и знает, что делает.
— Ужасно вышло, — пробормотала я, потупив взгляд в тарелку с макаронами. — Надеюсь, ты не чувствуешь себя виноватым, ведь это не из-за тебя всё так...
— Я чувствую только желание прикончить урода, который это сделал, — оборвал меня Чонгук, нахмурившись. — Но пока его имя мне неизвестно, поэтому я сижу рядом с тобой.
— Мне кажется, преступником должна заниматься полиция, — робко заметила, ковыряя совсем остывшие макароны.
— Им должен заниматься тот, кто его раньше найдёт, — хмыкнул Гук, снова уткнувшись в экран своего мобильника.
Мне это не нравится. Куда он ещё собрался ввязаться? Хватает, что на его совести избиение Тэхёна. Ох, со всеми этими происшествиями я уже и забыла, что злилась на Чона из-за этого. По-прежнему злюсь, только уходить от него больше не хочется. Но просто так я это всё равно не оставлю. Я должна добиться у Гука снисходительности к влюблённости его сестры, иначе снова стану прежней слабохарактерной и беззащитной Чеён, какой мне быть совсем не хочется.
Только хотела было заговорить с Чонгуком о Дохи, как вдруг раздался настойчивый звонок в дверь.
— Кого принесло так поздно? — пробормотал парень, направляясь к выходу из кухни. Я отложила в сторону вилку, вскочила из-за стола и на всякий случай поспешила за ним.
Даже не взглянув в глазок, Гук открыл дверь. На пороге стоял совершенно незнакомый мне молодой человек с тёмно-каштановыми волосами и слишком светлыми, на мой взгляд, серыми глазами. Ростом незнакомец был чуть ниже Чона, а вот по телосложению и накачанности ничуть ему не уступал. Не спрашивая разрешения, парень ввалился в квартиру, на ходу снимая куртку, что Чонгук, похоже, ничуть не удивило.
— Привет, у тя пожрать есть чё-нибудь? — поинтересовался шатен у хозяина квартиры, и только тогда обратил внимание на меня. Я же всё это время не сводила удивлённого взгляда с Чона, надеясь, что хоть что-то он мне всё же объяснит. — Опа, Дохи! — обрадовался парень тем временем. — Сто лет тя не видел! Слушай, а ты подросла... и перекрасилась... — уже менее восторженно заговорил он, приглядываясь, — и линзы цветные вставила... Это не Дохи, да? — изумлённо поинтересовался, обернувшись к Чонгуку.
— Какая догадливость! — закатил глаза брюнет, усмехаясь. — Бурундук Чэнн, это мой старый друг – Юнги, — представил, наконец, мне гостя Гук. — Юнги, это Розэ — моя девушка, — с этими словами он прошел мимо парня ко мне и притянул к себе за талию.
— Ага, даже так, — буркнул себе под нос Юнги, на пару секунд зависнув. — Ну, очень при... Стоп! Как девушка?! — возмутился вдруг он, огромными глазами взглянув на Чонгука. – Блять, ты трахаешь ребёнка? Ой, прости, детка, это плохие слова, не запоминай, — попросил шатен, снова обращаясь ко мне, — ушки лучше заткни, дядя много матерится. Сколько ей? Четырнадцать? Пятнадцать? Jk, ты совсем больной?
— Мне шестнадцать, — пролепетала я, чувствуя, что я здесь явно лишняя.
— Шестнадцать! — с прежним негодованием воскликнул парень. — Как ваще можно трахать ребёнка, педофил ты хренов?! Слушай, убери ты от неё руки, я себя уже соучастником преступления чувствую! — заявил он, покосившись на руки Чона, обвившие мою талию.
Гук рассмеялся, уткнувшись носом мне в плечо, крепче прижимая к себе. Я в это время краснела, словно варёный рак, но высвободиться всё равно не пыталась, привычно покрываясь мурашками в объятьях парня.
— Чё ты ржешь, уголовник будущий? Мать твою, с кем я дружу?! — Юнги возвёл глаза к потолку. — Она же совсем мелкая ещё! Бля, как у тя только стоит?! Бля, дитё, не слушай! Блять, есть жратва в этом доме?!
— На кухню топай, — ответил ему Чонгук, зачем-то действительно затыкая мне уши. — И хватит мне ребёнка портить, у неё и так психика неокрепшая.
— Мне срочно нужно пожрать, — проворчал шатен, и быстро скрылся за дверью в кухню. — Опа, макарошки!
— Бурундук, если хочешь, давай домой тебя отвезу, — предложил брюнет, поворачивая меня к себе. — Мне кажется, ты пока не готова к нашествию моих друзей.
— Нет, всё нормально, — покачала головой я, старательно изображая спокойствие. Мне не хотелось, чтобы Гуку когда-нибудь пришлось выбирать между мной и компанией друзей. Рано или поздно мне всё равно придётся с ними познакомиться, лучше уж начать с одного, а не всей толпы сразу, особенно если все они такие странные. Признаться, напоминание о разнице в возрасте между нами сильно напрягает. Не хочу, чтобы кто-то считал меня слишком маленькой для Гука, пусть даже порой я сама об этом задумываюсь.
— Точно? — Чонгук снисходительно улыбнулся. — Бурундук, правда, ты не обязана это терпеть. Юнгея порой даже я едва выдерживаю.
— Всё нормально, — уверенно повторила я, приподнимаясь на носочках и чмокнув его в щёку. — Идём.
— Бурундук Чэнн, ты удивительная, — усмехнулся Гук, сжимая мою руку. — Оденься только. Дружба дружбой, но меня бесит, когда на твои ноги пялится кто-то кроме меня.
— Хорошо, — быстро согласилась, ощутив себя совсем неловко. Я и забыла, что выскочила навстречу другу Чона в одной его футболке. Надеюсь, джинсы уже высохли.
— Кстати, Гону передавал те «привет»! — послышалось вдруг из-за двери вперемешку с чавканьем.
— Он очнулся? — удивился Чонгук, отпуская мою руку и направляясь в кухню.
— Не, но эта херня прикроватная у него так замельтешила! — ответил Юнги не менее громко. — Точно он чёт сказать пытался. О, а куда мелкую дел? Спать уложил? Jk, ты реально педофилище, я те говорю...
Дальше слушать это я не стала, потому что слова ночного гостя всё больше меня злили. Сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и скрылась за дверью в ванную.