part thirty-five
Мои глаза уставились в потолок. Странно, что я спала на спине, а не на животе, так, как делаю это обычно. Мои губы пересохли и потрескались от того, что нос был заложен; я, на минуточку, практически не дышала. Виски сдавливало, пронизывая всю голову сумасшедшей болью. Что со мной, черт возьми, произошло?
Мой взгляд лениво прошёлся по стенам. Справа от меня висел постер с Джастином Бибером и The Weeknd, под ним была прикроватная тумба, на которой находились разбросанные банки от энергетика, шнуры от зарядок и прочий хлам. Напротив находился шкаф-купе, письменный стол, подставка с медалями... Всё располагалось в странном порядке, совсем не так, как в моей комнате. И тут ко мне пришло осознание: я была вовсе не дома.
Комната Макса Вэйкера.
В голове потихоньку всплывали вчерашние события: этот вечер откровений, наш разговор, мои слёзы. Тёплые объятия Макса, след которых будто до сих пор оставался на моём теле. На душе было не так тоскливо и неприятно, как это было в течение недели. Казалось, с моих плеч упал тяжёлый груз — ноша, которая была на мне ещё с самого момента нашего знакомства. В отличие от вчерашнего вечера, когда меня поглощала вина, сейчас я чувствовала себя проще. Проще, но это не означало, что всё прошло. Мне стоило быть честной с ним, не скрывать. Предупредить о том, как сложно наладить со мной контакт. Возможно, если бы Макс изначально познакомился с моей настоящей натурой, он не пытался бы бегать за мной, быть ближе, чем мы могли себе позволить.
Однако я не жалела о разговоре; поздно было о чём-то сожалеть. Что имеем, то имеем, а в нашем случае — очень малое. Сегодня из списка того, что мы имеем, со спокойной душой можно вычеркнуть букет недоговорённостей. По крайней мере, большую их часть, потому что я всё ещё молчала о Остине и не планировала портить Максу жизнь ещё и этой неблагоприятной новостью.
К тому же, после всего, что Вэйкер теперь знает, он имеет полное право отказаться от всего, что было между нами. Это его заслуженный выбор, и я буду готова к любому решению, даже в том случае, если он действительно предпочтёт не меня. Мне совсем не хотелось этого, но я знала, что так лишь проще. Возможно, со временем мы бы всё равно пришли к тому, чтобы расстаться, даже дав шанс нашим «отношениям». Я слишком тяжёлый груз. И это не значит, что я имею плохое мнение о себе. Вовсе нет. Я просто проявляю заботу о человеке, которого наконец осознала, что люблю.
Вдохнув запах Макса, которым был пропитан каждый сантиметр, я прикрыла глаза. Мне всё ещё не хотелось понимать, что я здесь забыла.
Дверь скрипнула, и в проходе показалось сонное лицо Вэйкера. Он не выглядел как человек, который только что проснулся, но при этом не был бодрым и свежим, как обычно.
— Доброе утро, — улыбнулся он, как ни в чём не бывало. — Как ты себя чувствуешь?
— Доброе утро, — растерянно произнесла я, натягивая одеяло на ключицы. Только сейчас я заметила, что на мне и в помине не было вчерашней одежды. Лишь длинный белый лонгслив и нижнее бельё. — Эм-м... довольно неплохо. Не объяснишь, что тут в целом происходит?
Я испугалась того, что он мог самостоятельно меня переодеть, увидев много ненужного. И это даже не интимные части моего тела, а грёбаные шрамы, которыми усыпаны мои руки и ещё некоторые незаметные места.
Я поёжилась.
Кареглазый легко ухмыльнулся, садясь на край кровати. Его лицо было таким спокойным и непринуждённым, будто бы вчера я не открыла ему страшную тайну своей чертовой жизни.
— Неудивительно, что ты можешь не помнить некоторые детали, потому что мы немало выпили, — я удивлённо вскинула брови. Из моей головы чудом вылетело то, как вчера мы вдвоём опустошили бутылку рома. — Но не пытайся убедить меня в том, что ты не способна вспомнить наш разговор, Бритт.
Я сглотнула, кивая.
— Ладно, хорошо. Теперь пазл постепенно складывается. Но... — я вздохнула, указывая руками на свой прикид.
Шатен закатил глаза, отворачиваясь.
— Не переживай, ничего того, что может не понравиться твоему парню, не произошло, — голос шатена моментально ожесточился. Я слышала эту горечь, но не говорила правду.
— Макс... — промямлила я. Но для чего? Что я могла ему сказать?
— Да, Бритт? — спокойно выдохнул шатен, пока буря в нём бушевала в хаотичном порядке. — Что ты хочешь мне сказать? Выплестни это прямо, хорошо?
— Я не хочу, чтобы ты держал на меня обиду, правда. Всё так, как оно есть. Я... — конечно, я чувствовала вину. Всю эту грязную игру с фейковыми отношениями вела я, хотя на деле нуждалась в нём больше, чем он во мне. — Забей.
— Я не хочу портить то, что мы сейчас имеем, Бритт. Да, мне это не нравится. Чертовски сильно. Но пока, после нашего разговора, я не хочу оказать на тебя давление, — его губы слегка дрогнули. — Тебя переодела Райли, если ты всё ещё хочешь знать.
— Спасибо... — я кивнула. — Что терпишь меня.
Это было откровение и то, что выражало мою вину. Мне было жаль, что я такая идиотка и боюсь правды, но пока это было моим единственным найденным решением.
— Бритт, я не терплю тебя. Мне нравится проводить время вместе, и вчерашний разговор был для меня прекрасным разделённым с тобой моментом. Но я не совсем понимаю, что сейчас происходит. Потому что это выглядит так, будто ты что-то не договориваешь. Описать это иначе я не могу. Остин в твоей жизни — как бельмо на глазу, но он есть там, и, несмотря на всё, он там остаётся, — Вэйкер коснулся волос так, как делал это обычно, когда находился в недоумении. — Отложим это сейчас.
— Ты прав, но сейчас я действительно не хочу поднимать эту тему. Давай хотя бы раз проведём время в спокойном обороте. Без споров, — кареглазый кивнул, соглашаясь. — Ты не против, если я приму душ в твоей ванной?
— Конечно, ты можешь выбрать любую ванную на первом или втором этаже, — я поплелась за парнем, когда он повёл меня в сторону первой ванной комнаты. — В первом ящике шкафчика у зеркала есть полотенце. Возьми любое.
— Хорошо, спасибо, — улыбнулась я, запирая дверь.
Уставившись в своё отражение, я глубоко выдохнула. Нос потихоньку начинал дышать, но голова всё также сдавливала мозг, что замедляло моё мышление в два раза. Макияж, на удивление, не был слишком размазан по моему лицу, благодаря стойкой туши.
Я шагнула в душевую кабинку, не закрывая её из-за страха замкнутого пространства. Нанося на волосы мятный шампунь, который предварительно лежал на полке, я почувствовала, как напряжение постепенно покидает моё тело. Я размышляла о многом, пока смывала пену с волос, а затем размазывала нежный гель по своим плечам, животу и остальным частям тела. И только спустя некоторое время я поняла, что слишком задержалась.
Чёрт.
Окутав себя полотенцем, я поняла, что ту одежду Макса, ранее надетую на мне, я по случайности кинула в корзину для стирки. Вдруг в мою светлую голову пришло осознание того, что, чтобы попросить Вэйкера о новых вещах, мне придётся выйти к нему лишь в этом чертовски тонком полотенце, плотно прилегающем к моему телу.
Боже, почему я такая глупая?
Натянув на влажное тело единственное нижнее бельё, я снова плотно обернула себя тканью, открывая дверь.
Мне оставалось лишь молиться, чтобы Макса не было в спальне, и я могла самостоятельно отыскать вещь в его шкафу. Но, когда я наконец протоптала дорожку в комнату, мои глаза встретились с жадным взглядом Макса.
Я задержала дыхание. Я не могла выдохнуть, словно подавилась воздухом.
— Я... хотела попросить у тебя что-нибудь из одежды, к сожалению, я по инерции бросила тот лонгслив в стирку. А моя одежда мокрая, потому что Райли, по всей видимости, её постирала.
— Они приезжали сегодня в десять, несмотря на похмелье, потому что Райли очень волновалась. Она переодела тебя, постирала вещи и сказала, как правильно с тобой обращаться, — шатен пустил усмешку.
Сказанное им вызывало во мне гордость за подругу. Райли — идеальный пример того, каким должен быть настоящий друг. Я была так невероятно благодарна её заботе обо мне и понимала, которым вниманием она наградила меня.
— Она прекрасная подруга, — улыбнулась я. — Дашь мне одежду?
— Если ты так просишь, — Вэйкер поднялся, стараясь не смотреть на меня слишком часто. Я замечала это и в какой-то степени ловила невероятный укол неловкости. — Кхм... держи, — прокашливаясь, произнёс Макс. Его голос значительно понизился.
Обводя меня взглядом, шатен остановился на моих губах, втягивая воздух.
— Выйдешь?
— Если хочешь.
Макс усмехнулся, предоставляя мне возможность одеться.
Захлопывая дверь, я потерла виски, тяжело выдыхая.
Max Derk Veyker
Какова вероятность ещё раз в своей жизни увидеть Бриттни Уилз, завернутую в тонкое полотенце, в своей комнате? Я возбудился от одного стыдливого взгляда брюнетки, когда она шагнула внутрь, запинаясь и стараясь подобрать правильные слова. Я представлял эту картину в своей голове так давно, почти с момента нашей встречи. Я не мог прекратить желать её ни на минуту после того, как она плотно засела в моём подсознании.
Чёрт возьми.
Факт того, что моей девочке приходилось так страдать из-за того дерьма, что устроили в прошлом её родители, вводил меня в бешенство. Мне хотелось поджечь чертов Остин вместе с ними, чтобы эти твари хоть на секунду вкусили то, что по сей день переживает Бриттни. Я испытывал ярость, я бы даже хотел мести, но это не то, что сейчас нужно Уилз. Поддержка. В ней нуждается почти каждый. Даже я, будучи, кажется, таким чертовски независимым от общества, ежедневно получал поддержку от семьи и лучшего друга. Они были моей опорой, хоть им я в этом и не признавался.
Сейчас же я чувствовал на себе ответственность за девушку, которую любил. Ответственность за её сохранность и здоровье. Я знал, что она даже на минуту мне этого не позволит, но это ни на минуту не останавливало меня.
Когда я вышел из душа, останавливая поток своих мыслей, натянул на себя боксеры и серые спортивки, встряхивая мокрые волосы. Мне было лень сушить их, как и обычно.
— Ма-а-кс, где у тебя расческа? — крикнула Бриттни из комнаты.
Я усмехнулся, снова ступая в ванную, где в выдвижной полке лежала моя расческа. Взяв её, я подкрался к двери в мою спальню, затаив дыхание. Я не мог прийти в себя, возбуждаясь, как чертов похотливый подросток. Думаю сейчас, это последнее, в чём нуждалась Уилз. Но что я, мать вашу, мог поделать? С момента, как я осознал, что действительно испытываю к ней чувства, у меня не было ни одной девушки, даже на одну ночь. Я просто никого не хотел. Кроме неё, конечно. Но я с радостью готов был подождать.
— Ну ты идёшь?
Я снова тихо рассмеялся, наконец входя в комнату. Уилз стояла у зеркала, её распущенные волнистые волосы едва доставали до лопаток. Когда я впервые встретил её, они были короче, не доставая до плеч. Меня удивляло, что я замечал такие мелочи, но я не мог такого не делать.
— Держи, — протянул я. В моей черной рубашке и туго зашнурованных черных штанах она выглядела потрясающе. Эти мешковатые вещи не меняли её привлекательности, даже увеличивая её.
— Спасибо. Надеюсь, на ней нет чьих-то длинных волос, — пошутила она, расчесывая свои локоны.
— Например, чьих? — подняв брови, спросил я, подходя ближе, вставая за спину девушки, чтобы видеть её лицо.
— Не знаю, мало ли кого ты сюда приводишь.
— О, да ладно, Уилз, — рассмеялся я. — Тебя волнует, кто здесь бывает помимо тебя, или ты брезгуешь?
— Определённо второй вариант, — твёрдо произнесла она.
Brittney Elizabeth Wheels
Я слегка растерялась от своих запросов, но, как и ожидалось, не показала это Вэйкеру. Конечно, чёрт возьми, меня волновало, кто помимо меня сюда заявляется. К кому помимо меня прикасается шатен и кто спит в кровати, в которой я сегодня ночевала.
Но я не имела права заявлять на него никаких прав.
— Второй вариант? — переспросил шатен, наклоняясь к моему уху. — К твоему сведению, в моём доме, помимо семьи и нескольких друзей, никто никогда не появляется. А в этой кровати, — он указал взглядом, — спали только я и ты, — прохрипел Макс, обдувая мою кожу горячим дыханием.
— Ты хочешь сказать, что никогда не приводил к себе девушек? — насмешливо спросила я.
— Я не хочу, чтобы они спали в моём доме.
Я сглотнула, когда его губы почти касались мочки моего уха.
— Тогда почему я ночую здесь? Тебе просто неудобно выставить меня за дверь? — я снова поддалась напору, задавая очередной ненужный вопрос.
— Думаю, этому есть логическое объяснение, — я опешила, когда он рывком развернул меня к себе, впиваясь в мою шею.
Его язык провёл дорожку по моей пульсирующей венке.
— Макс... — прошептала я. Эта была самая чувствительная часть меня, по крайней мере из всех, к которым я когда-либо допускала прикосновения.
— Ты должна признаться мне в одной вещи, — он был так близко. — Что за спектакль с Остином, Уилз?
— Какой спектакль? — прошептала я, делая вид абсолютно непонимающего человека.
Я боялась, что он заподозрит что-либо. Происходящее было максимально неестественной картиной, потому что по сути я была девушкой Остина, но целовалась и испытывала явную слабость к Максу.
— Прекрати корчить из себя актрису, Уилз. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы быть уверенным, что ты не стала бы изменять.
Я понимала его. Ни один адекватный человек не хотел бы участвовать в измене, Макс в том числе.
— Мы с Остином не пара. Это всё, что тебе нужно знать. Я не изменяю, — быстро ответила я. — А теперь поцелуй меня, наконец.
Вэйкер выдохнул, вроде успокаиваясь, но в его глазах всё ещё играло напряжение.
— Я всё равно выпытаю из тебя всю информацию. Просто позже. — И, тяжело сдерживая себя, он подхватил меня за бедра, садясь со мной на кровать.
Оказавшись на коленях парня, я почувствовала жар. Жар абсолютно повсюду. Во мне вспыхнуло странное первобытное желание, я не ощущала такого ранее. Мой пах сжало тугим узлом, когда своей промежностью я коснулась его возбужденной выпуклости в спортивках. Вэйкер втянул воздух от этого соприкосновения, наконец овладевая моими губами. Это был поцелуй с невероятным напором, с каждым разом перерастающим в ещё большую страсть.
Руки Макса блуждали по моему телу, пробираясь под рубашку.
Сквозь бюстгальтер он погладил мою грудь, надавливая на сосок. Мне было почти достаточно этого, потому что я тихо всхлипнула, подавившись воздухом.
— Чёрт, Макс. Мне кажется...
Конечно, он понял меня с полуслова.
Я не ожидала того, что он решил делать дальше, но вряд ли я была в состоянии возражать.
Пальцы Макса пробрались под мои спортивки.
Чёрт возьми...
— Макс...
— Доверься мне, хорошо? Я хочу, чтобы ты почувствовала это, — я кивнула, подавляя стон, когда Вэйкер провёл пальцами в том самом месте под моими кружевными трусиками.
Чёрт, несмотря на свой буйный характер, я стеснялась даже думать об этом.
— Ты, блять, такая мокрая.
Проводя вдоль моей чувствительной плоти, Вэйкер круговыми движениями касался клитора. Я тяжело выдохнула в его шею, когда он ввёл кончик пальца, сжимая мои плечи.
Движения едва словили ритм, когда я почувствовала собственное освобождение. Я протяжно простонала, прикусывая кожу Вэйкера. Дрожь прошлась по всему моему телу вместе с удовольствием. Вэйкер вынул пальцы, снова впиваясь в мои губы.
Я не смогла выдержать этого, отрываясь и роняя голову на голое плечо.
Мне не верилось, что это вправду произошло...