Дети Греха

— Какое душераздирающее зрелище...

Я едва удержалась, чтобы не зарычать от возмущения. Ну не умею я подтягиваться, что с меня взять! Для меня эти семь раз — уже настоящий рекорд! Так нет же, одному пушистому критику обязательно нужно прокомментировать каждое движение!

— Глазам откровенно больно смотреть на это, — продолжил кот невозмутимо.

— Так не смотри! — сжала я зубы и, не удержавшись от раздражения, отпустила железную перекладину и тяжело спрыгнула на утоптанную землю уличной спортивной площадки.

— Не могу, — Куро театрально покачал чёрной головой. — Как вечно живущий древний вампир я просто обязан запечатлеть для будущих поколений эту историческую сцену великого превозмогания. Жаль только, что я не рисую — это была бы поистине эпичная картина для галереи. Хм, а может, всё же стоит попробовать взяться за кисть? — он задумчиво посмотрел на розовеющее рассветное небо.

Руки зверски ныли от непривычной нагрузки — ведь перед подтягиваниями я ещё и отжималась под аккомпанемент его едких комментариев. Но, стерев пот со лба, я подошла к чёрному коту, удобно устроившемуся на деревянной лавочке.

— Слушай, умник, если такой невероятно крутой и опытный, так давай вперёд. Покажи мастер-класс, — я воинственно ткнула пальцем в сторону турников.

— А нафига мне это? — он равнодушно наклонил голову набок. — Мне этот гемор совершенно не нужен. Это ты тут выделываешься. Машешь ногами перед моим носом. Скачешь как подбитый заяц и бегаешь как хромая лошадь на трёх копытах.

—А ты не офигел?! — взорвалась я. — Я тренируюсь!

— Где-то это я уже слышал и даже, кажется, смутно помню, чем именно закончилось.

Кот сделал вид, что напряжённо думает, подняв хитрые глаза к небу.

— Ах да, точно вспомнил! Разбитые колени, руки в кровавых ссадинах... Кажется, это было полторы недели назад. Или нет, может быть вчера? А может, позавчера? Хотя возможно, что каждый божий день до этого момента? Ой, да и сегодня тоже! — и он демонстративно опустил насмешливые глаза к моим традиционно перевязанным бинтами коленям.

Да, я снова упала! И вчера упала! И позавчера тоже! От резко возросшей физической нагрузки ноги попросту предательски заплетались на ровном месте! Сразу вылезли наружу все детские проблемы с координацией, о которых я наивно думала, что уже давно позабыла.

Но зачем каждый раз напоминать об этом?! Ранки-то и так уже через пару часов полностью затягивались благодаря регенерации евы.

— Гр-р-р...

— О, а это что — тренировка грозного рычания? — Куро оживился с притворным интересом. — Вот здесь получается совсем неплохо, надо признать. Твёрдые шесть баллов из десяти возможных. Цени мою исключительно высокую оценку.

— Боги всемогущие, за что мне досталось такое наказание в напарники?! — проныла я и безнадёжно закрыла лицо ладонью.

— Это должны быть мои слова, — невозмутимо парировал кот.

И так каждый проклятый день! Абсолютно невыносимо! Поверить не могу, что уже целый месяц терплю его отвратительный характер и язвительные замечания!

А ещё я уже начинала всерьёз проклинать собственное желание заняться физической подготовкой. Но всё же недавний бой с вампирами дал мне богатую пищу для размышлений и позволил трезво оценить свои довольно скромные боевые возможности.

Вот я и взялась приводить своё хилое тело в хоть какую-то норму. Обидно будет глупо подохнуть только из-за того, что чисто физически не смогу выполнить нужное действие.

А мне ведь катастрофически не хватало скорости реакции, выносливости, да ещё и после каждой стычки нещадно болели неподготовленные мышцы. Вот и, начав с ежедневных утренних пробежек, я решила заняться и другими видами физических нагрузок.

Нет, я прекрасно понимала, почему Куро постоянно язвил и ныл. Я его рано будила, чтобы успеть добежать до спортивной площадки, где методично зависала на целый час. Потом ещё одна обратная пробежка — и мы наконец возвращались домой.

Ему волей-неволей приходилось бегать со мной рядом, ведь рюкзак больно отбивал ему бока в кошачьем облике, а держать его в руках при беге я физически не могла — и так вечно спотыкалась на каждом шагу.

Погода, кстати, первые дни была дождливой, поэтому бедный кот в любом обличье почти всегда оказывался промокшим до нитки, что настроения ему решительно не добавляло.

К обеду мы традиционно выбирались в ближайший парк, где я пряталась от назойливого дождя и любопытных взглядов прохожих, и принималась серьёзно заниматься управлением теней. Кот в это время обычно залипал в мобильном телефоне и откровенно скучал.

Хотя нет, не просто скучал — у него появилась по-настоящему дурная привычка ехидно подкалывать меня по любому мало-мальски подходящему поводу.

Но всё же, если мысленно опустить большинство откровенно обидных комментариев, то Куро довольно часто давал действительно ценные практические советы. Главное — суметь расслышать их за завесой его привычных колкостей.

Так, именно благодаря ему, я сумела избавиться от парализующего страха перед нечеловеческими скоростями вампиров — потому что сама научилась становиться по-настоящему быстрой.

В этом мне неожиданно помогло более глубокое понимание управления тенями и заражения. Изначально я слишком уж сильно контролировала циркуляцию теней: целенаправленно направляла их в руки для формирования когтей, насыщала хвосты покрова для увеличения силы — мне казалось, что именно так будет правильнее и эффективнее.

По совету Куро я позволила тёмной энергии свободно течь по всему организму, словно вторая кровеносная система — и это мгновенно ускорило восприятие реальности и мою собственную скорость движений.

Я уже стала заметно быстрой, но если, поддерживая единый уровень теней во всём теле, чуть сильнее концентрировала потоки в ногах, то скорость возрастала в несколько раз.

Проверено на четырёх реальных стычках с бродячими вампирами за прошедшие две недели.

Куро демонстративно отступал в сторону, позволяя мне тренироваться, но надёжно страховал. И я могла ему полностью довериться в критических ситуациях. Если не успевала вовремя уйти от смертельного удара, то кот мгновенно вытаскивал меня за шкирку в безопасное место, прикрывал собственным телом или... просто устранял угрозу одним движением.

Но всё же в основном я сама разбиралась с нападающими вампирами. Так сказать, училась на практике. А кот, когда переставал старательно изображать воплощение космической лени, помогал мне, детально разбирая совершённые ошибки.

Последняя группа подчинённых Цубаки вышла на меня вчера с самого утра. Я мирно занималась на спортивной площадке, никого не трогала. А тут внезапно появилась целая группка — шесть оскаленных морд с горящими красными глазами.

Следователь Бреннан всё же оказался прав в своих предупреждениях. Вампиры в очередной раз совершенно наплевали на спокойно сидящего рядом Куро и бросились именно на меня. Возможно, здесь свою роль сыграло и то, что мои колени постоянно были разбиты и кровоточили.

Что могу сказать? Пришлось основательно повозиться — всё же противников было довольно много, но возросшая скорость решала исход боя: они физически не могли меня поймать, да и я успевала вовремя уворачиваться от большинства атак. Как и призванные темняки приобретали мою скорость и становились действительно грозным оружием.

Мне действительно удалось стать быстрее обычных подчинённых вампиров. Куро даже не вмешивался в схватку, только внимательно следил со стороны. И моя рука уже давно не дрожала, когда я обращала в прах очередных подчинённых Уныния — унылых.

Итог вчерашнего боя — всего пара неглубоких царапин на предплечье.

Только стоило мне отозвать защитный покров, как я тут же на идеально ровном месте споткнулась и разбила колени с руками. Ещё и носом неудачно ударилась о твёрдое покрытие.

Вот и лежала я после победы, беспомощно размазывая кровь по лицу, и истерически хохотала над абсурдностью всей ситуации. А рядом сидел закрывающий морду лапой чёрный кот в знаменитом жесте «рука-лицо».

Хотя был и один неприятный момент. Однажды вечером, когда мы возвращались домой, я проморгала нападение на себя. Попросту не ожидала. Куро выдернул меня из-под когтей вампира, чуть не вскрывшего мне горло. А потом позволил мне расправиться с ним. Но я видела его мрачность. Оказалось, кот был зол не из-за самого нападения, а из-за того, что это был вампир Гнева, не сумевший справиться с голодом.

Это было очень отрезвляюще. Для меня были опасны не только официальные враги, но, как оказалось, и союзники.

Но физическими тренировками дело не ограничивалось. Кроме постоянной работы с заражением, я усердно училась использовать и обычную магию света и тьмы. Продолжала совершенствовать работу с молниями — ну нравилось мне с фирменным зловещим хохотом Императора Палпатина пускать синие разряды из кончиков пальцев.

Создавала армии послушных светляков для освещения и стаи тёмных сгустков-темняков для атаки. Темняки в сочетании с моим новым ускорением и вовсе превращались в смертоносные снаряды. Правда, к их траектории полёта ещё надо было привыкнуть и наловчиться.

Но дальше начинался настоящий ступор. Моя обычно неуёмная фантазия неожиданно пасовала перед магическими возможностями. Я не знала, в какую форму её облечь.

А ещё были частые встречи и совместные тренировки с Тэцу. Было довольно интересно выйти против него. Но то ли парень не относился к поединку достаточно серьёзно, то ли я действительно оказалась быстрее его в движениях. Получалось так, что пока Тэцу снимал с плеча свой тяжёлый гроб-управление, я уже успевала до него добежать, ловко опутать теневыми хвостами и приставить смертоносные когти к беззащитному горлу.

И это ещё без использования магического ускорения тенями — на тот момент Куро мне ещё не объяснил их уникальные свойства. Темняков я тоже не использовала, боясь ранить.

Пробовали подобные поединки несколько раз с небольшими вариациями — итог неизменно получался одинаковым.

А вот если я намеренно мешкала в начале схватки, давая Тэцу время подготовиться, то уже мне приходилось активно бегать и уворачиваться. Из раскрытого гроба с оглушительным грохотом вырывались мощные взрывы, ослепительные молнии и тучи чёрных летучих мышей с горящими глазами.

С последними особых проблем не возникало — я успешно от них отбивалась теневыми хвостами. Но мало приятного было в ощущении десятков мелких коготков, болезненно царапающих открытую кожу.

А к самому Тэцу мне всё равно удавалось незаметно подкрасться со спины, пусть и приходилось долго кружить вокруг него, терпеливо выжидая подходящий момент для решающего броска.

Вот, кстати, именно в такие моменты кот переставал язвить — и по-настоящему помогал дельными советами. Именно после одного из подобных спаррингов он посоветовал использовать тени для значительного ускорения, а против назойливых мышей — кардинально изменить структуру хвостов, сделать их острее и добавить ядовитых шипов.

Так и развлекалась, но и не забывала о... работе, которую повесили на меня вампиры.

Изначально мне казалось, что вампиров в мире не так уж и много. Пусть их и нельзя пересчитать по пальцам рук, но всё же, может, максимум с сотню подчинённых у всех сервампов наберётся.

Это предположение оказалось катастрофически наивным. Суровая правда была гораздо более пугающей и масштабной.

Официальных сервампов действительно было семеро плюс ещё один неучтённый восьмой, но количество их подчинённых даже по самым скромным прикидкам выходило около шести тысяч вампиров по всему миру.

Шесть тысяч!

За многие сотни лет своей бессмертной жизни и во время бесконечных странствий в поисках очередной подходящей евы, сервампы постепенно обрастали целыми кланами верных им вампиров. Подчинённые либо оседали навсегда по всему их пути целыми семьями, либо неотступно следовали за своими мастерами.

Один лишь мой ленивый паразит выделялся на общем фоне своим принципиальным одиночеством.

К слову, вампиры по каким-то неведомым причинам старательно избегали посещать Северную и Южную Америку. Хотя в далёкой Австралии обосновалась небольшая семья подчинённых Чревоугодия. Имелись также немногочисленные вампиры-наёмники Гнева и того же Чревоугодия, разбросанные по Африке.

Но был ещё один любопытный и тревожный факт. О существовании вампиров знали не только сотрудники С3, но и достаточно широкий круг обычных живых людей. Очень многие из них намеренно держались поближе к своим воскрешённым родственникам, добровольно становясь для них постоянными донорами крови. Некоторые просто работали на вампиров за хорошую плату. Существовали даже целые семьи, торжественно присягнувшие на верность сервампам — особенно в этом отличился Гордыня.

Всё это было по-настоящему жутко.

Современность и вовсе значительно облегчила повседневное существование вампирам: упростился ночной быт благодаря электричеству, появилось множество способов быстрого перемещения на большие расстояния благодаря развитому транспорту. Я уж не говорю про удалённую работу.

В Токио сейчас находилось несколько сотен подчинённых, экстренно подтянувшихся на угрозу их мастерам. Но основная часть подопечных известной мне пятёрки сервампов была разбросана по всему земному шару. Однако все они единогласно выразили полную готовность немедленно приехать в японскую столицу по первому приказу своих мастеров.

Услышав это торжественное предложение, мне искренне захотелось перекреститься и сбежать в ближайшую церковь, чтобы помолиться.

Не дай Боже такого!

Но проблема заключалась в уже взятых мною обязательствах. Куро, возможно, и мог просто забить на настойчивые хотелки своей кровожадной родни. Только вот я всей своей обострившейся магической интуицией чуяла, что не могу просто взять и отказаться от ответственности.

Да, формально я прямо не соглашалась на роль лидера. Но неформально согласился сам кот, решительно остановив мои бессмысленные возмущения и протесты. Я это поняла не сразу — всё-таки в голове тогда зудели совсем иные мысли и переживания.

Но через пару дней ничегонеделанья и восстановительного отдыха в собственной уютной квартирке я неожиданно ощутила странное давление, тяжесть где-то глубоко внутри. Это гнетущее чувство исчезло только тогда, когда я всерьёз села размышлять над тем, что конкретно делать с проблемой вампиров.

Дело было в том, что меня буквально разрывало от мучительной неопределённости. С одной стороны, было откровенно лестно оказаться во главе сплачивающихся вампиров. С другой — память о боли и страхе, как и постоянные нападения не давали забыть о недавно пережитом кошмаре. О смертоносных клыках. О пролитой крови. О невинных жертвах.

Я отчаянно хотела узнать о природе вампиров как можно больше подробностей. И одновременно хотела держаться от подчинённых как можно дальше — ведь достаточно было одного случайного глубокого пореза, и я мгновенно превращусь не в еву Лени и уважаемого руководителя объединения, а в аппетитную потенциальную добычу.

Хотела собрать всех кровопийц вместе, чтобы точно знать текущее местоположение каждого вампира — и прекрасно понимала, что подобное масштабное объединение может стать смертельной угрозой для миллионов обычных людей.

Внутри настойчиво шептал неумолимый голос о долге, о необходимости стереть с лица земли всех демонов — в ответ ярко пылала искренняя привязанность к Куро и к Сакуе.

Эти болезненные противоречия кружили во мне бесконечной изматывающей каруселью, нещадно мучили день и ночь. Я не знала, что мне делать дальше. Я не знала, какие мысли были действительно моими, а какие навеяны Книгой и новыми агрессивными осколками.

Я вообще ничего не знала наверняка! И в этом заключалась главная проблема.

Вампирская социальная сеть тоже особо не помогла в поисках ответов. Сперва я наивно думала, что это будет что-то вроде простых персональных блогов, но нет — передо мной предстала полноценная современная соцсеть, очень похожая на популярные Facebook или наш японский Mixi. С детализированными личными страницами, тематическими группами по интересам, встроенным мессенджером и даже многофункциональным аудио- и видеоплеером.

Кто-то явно основательно заморочился ради удобства вампиров.

Погуляв несколько часов по различным страницам и группам, я разочарованно признала, что там предсказуемо были лишь непроверенные слухи и пустые сплетни, которыми активно обменивались скучающие подчинённые сервампов.

И от этого хотелось взвыть. Я ещё школу не окончила, чтобы так резко вступать во взрослую жизнь с её ответственностью и необходимостью решать чужие проблемы.

Если и было что-то, что я искренне ненавидела всей душой, так это необходимость вести за собой других, руководить, принимать ответственные решения и раздавать приказы направо и налево. Нет, тишина и покой были мне гораздо ближе по духу — я никого не трогала, и меня никто особо не доставал.

Не зря я так легко и сошлась характерами с Куро — в этом мы с ним были удивительно похожи.

Но сервампы хотели, чтобы именно мы с ленивым котом возглавили всех остальных...

— Чтобы всех отыскать, воедино созвать, — пришла тогда на ум знакомая цитата из «Властелина колец», и, невесело хмыкнув, я мысленно продолжила по памяти: — И единою чёрной волей сковать там, где вековечная тьма...

Но цитата мне определённо нравилась и подсказывала по-настоящему интересные идеи. Тем более что вампиры были неразрывно связаны с самой тьмой по своей природе.

Я действительно предпочла бы точно знать, где именно находятся все кровопийцы, чтобы максимально эффективно отслеживать, кто из них переступил недопустимую грань. Сервампам нужен был способ справиться с угрозой Цубаки?

Прекрасно!

Когда они будут постоянно поддерживать связь друг с другом, регулярно обмениваться свежими разведданными и любой другой важной информацией, начнут страховать собратьев в критических ситуациях — тогда они и получат реальную возможность противостоять Унынию.

Правильно организованное объединение вампиров решило бы множество проблем разом.

А чтобы вампиры не стали смертельной угрозой для миллионов беззащитных людей, следовало их «единою чёрной волей сковать» — установить жёсткие правила или даже непреложные законы.

Осталось только найти надёжный способ неминуемого наказания нарушителей.

К счастью, Куро хотя бы подтвердил неограниченную власть сервампов над своими подчинёнными. Как и доходчиво пояснил мне, что клятвы вампиры чтут.

Это знание порядком облегчило мне дальнейшую задачу.

В тот же вечер я отправила Тэцу пространное сообщение, которое он должен был передать Гордыне или кому-то из его ближайших вампиров. Дело в том, что в вампирской соцсети, как я успела заметить во время изучения, особенно активничали именно многочисленные подчинённые Хью.

Вампиры, как неожиданно выяснилось, были ещё те неутомимые сплетники и любители поболтать. Вот я и поручила вампирам Гордыни тщательно прошерстить весь информационный мусор постов и комментариев, чтобы отыскать среди хлама настоящие бриллианты важных сведений.

Моё предложение о создании специализированной информационной группы показало себя с неожиданно отличной стороны. Подчинённые с огромным энтузиазмом ринулись работать сообща над общей целью. За перспективную задачу взялись не только подчинённые Гордыни, но активно подключились и представители других кланов.

И теперь ценная информация стекалась регулярно не только от вампиров, разбросанных по Японии, но мы получали свежие новости и из других стран. Поэтому и знали достоверно, что подчинённые Уныния были замечены во многих крупных городах мира. Правда, при первых признаках опасности они предпочитали поспешно сбежать и надёжно скрыться. Увы, большинству беглецов это прекрасно удавалось — Цубаки явно научил своих людей конспирации.

Со всем этим информационным потоком мне неожиданно помогал Мисоно. И я должна была признать — хохолок оказался на удивление толковым организатором и аналитиком.

А ещё постепенно вырисовывалась крайне интересная картина вампирского общества.

Сервампы были разобщены между собой. Каждый следовал исключительно за своей евой, беспрекословно выполняя её приказы, при необходимости пользуясь возможностями и связями подчинённых. А ещё я не заметила у них искреннего желания хоть что-то кардинально изменить в существующем порядке вещей.

Ранее мне казалось, что только мой кот был столь ленив и пассивен. Надо серьёзно постараться, чтобы заставить его хоть что-то делать — так сказать, Лень в полной мере соответствовал своему персональному греху.

Но оказалось, что подобная инертность в значительной мере была присуща абсолютно всем сервампам. Даже пообещав всестороннюю помощь, они тут же отошли в сторону — просто под моим настойчивым давлением через Махиру и Мисоно нехотя связали меня со своими подчинёнными, с которыми теперь в основном я и поддерживала связь.

Потому что, в отличие от сервампов, младшие вампиры, к моему удивлению, прекрасно сотрудничали друг с другом. Им это было... интересно? Или просто в новинку?

Над детальной идеей полноценного объединения я и размышляла буквально каждую свободную минуту. Листы с рукописными схемами и заметками уже давно прописались плотным разноцветным ковром на всей поверхности моего письменного стола. Некоторые особенно важные схемы я даже приклеила на стену над рабочим местом — для лучшего обзора общей картины.

Но основную концепцию будущего объединения я уже чётко представляла. С иерархией, правилами, системой взаимного контроля и даже вариантами развития на несколько лет вперёд.

Осталось только терпеливо дождаться подходящего случая, чтобы предложить разработанную стратегию самим вампирам — да так, чтобы они сами захотели этого.

* * *

С тяжким вздохом, в полной темноте я пыталась отыскать телефон, который настойчиво надрывался. Веки слипались, пальцы неуклюже шарили по тумбочке, натыкаясь на пустоту. Тряхнув головой, сбрасывая сонную муть, я вспомнила, что бросила его на стул с одеждой.

Дотянувшись, я вытащила мобильный и, зажмурившись от яркого света экрана, хриплым ото сна голосом приняла звонок:

— Слушаю.

— Симидзуки-сан, доброе утро! — раздражающе бодро отозвался на той стороне знакомый мужской голос с жутким акцентом. — Извинить за ранний звонок, но я звонить по ваш указаний.

— Указанию? — сонно пробормотала я.

— Наша группа раскопать пара тревожных новость, — продолжил голос, старательно выговаривая каждое слово. — Мы работать над эти слух и можем говорить точно — Цубаки планировать акция страх... устрашений. Вы просить сразу сообщить, если будет найти такая информация.

Слово «Цубаки» мгновенно прорезало остатки дрёмы ледяным ножом. Спина сама собой выпрямилась, пальцы крепче сжали телефон.

— А, всё, поняла, — подавив зевок, я уселась на кровати, откидывая волосы с лица, и наконец опознала, с кем говорила. — Это вы, Майкл, да? — уточнила я уже на английском, переключившись на более привычный для собеседника язык.

— Вы правы, это я, — с явным облегчением отозвался вампир на родном для него английском, и в голосе сквозило освобождение от необходимости мучить бедный японский.

Майкл Стоун — подчинённый Гордыни. Сам по себе мужчина был довольно тихим и каким-то серым, растворяющимся в толпе. Но когда дело касалось информации, в его глазах загорался азартный огонёк охотника.

К слову, он оказался автором популярной колонки одной из ведущих газет Англии. Пусть Стоун и был вампиром, но он, как и многие другие, продолжал работать. Просто у таких бессмертных работников рабочий день начинался с утренними сумерками и заканчивался только после заката, когда опускались уже вечерние сумерки. Или вовсе была ночная смена.

Именно Стоуна Хью рекомендовал в качестве главы созданной информационной группы. И, надо признать, Майкл стал идеальным решением. Новая задача, да ещё и основанная на работе с подчинёнными других сервампов, его настолько воодушевила, что Стоун, бросив всё, прилетел в Японию на следующий вечер. Собрав таких же энтузиастов — а желающих оказалось неожиданно много, — Майкл быстро превратился в довольно жёсткого руководителя группы и твёрдой рукой наладил работу.

У новостных хроник социальной сети не было и шанса — их буквально разобрали на молекулы, безжалостно препарировали каждый пост и комментарий. Вслед за ними пали новости уже людские — Стоун организовал круглосуточный мониторинг всех крупных информационных ресурсов не только Японии, но и остального мира. Тотчас рядом сформировалась вторая группа, взявшая на себя проверку слухов и уточнение сведений — они выезжали на места происшествий, опрашивали свидетелей, незаметно вытягивали информацию у правоохранителей.

Ну и вот результат.

— Сбросьте мне материалы, ознакомлюсь, — попросила я, давя очередной предательский зевок, от которого выступили слёзы в уголках глаз.

— Сейчас сделаю, — деловито отозвался Стоун, и я услышала его заглушённый голос, когда он отдавал чёткие распоряжения кому-то на заднем фоне. Слышались быстрые шаги, щелчки клавиатуры, приглушённые голоса — группа явно работала в полную силу. — Выжимка отправлена. Что-нибудь ещё?

— Мне надо подумать, — честно призналась я. — Прочитаю и свяжусь с вами.

— Буду ждать, — в голосе Майкла слышалась готовность немедленно действовать по первому приказу.

Распрощавшись с журналистом, я со стоном откинулась вновь на подушку, которая предательски манила мягкостью и теплом. Щурясь от яркого света, резавшего привыкшие к темноте глаза, глянула на экран мобильного и с обречённостью увидела, который час.

Три ноль семь утра.

— Только три, — прохныкала я в подушку, зарываясь лицом в прохладную ткань наволочки, и отбросила телефон на кровать, где он глухо стукнулся о матрас.

Спать хотелось зверски. С кошаком только около часа легли. Праздновали месяц нашего знакомства. Даже не верилось! Время так быстро пролетело!

Хотя кошак назвал это поминками по его свободе — да ещё с таким трагичным выражением лица... Но согласился, что это был прекрасный повод расслабиться и забыть о проблемах хотя бы на пару часов. Вот и накупили целый пакет фастфуда с газировкой и зависли на несколько часов в нашей любимой игре.

Теперь я уже начала жалеть, что не легла раньше.

Натянув одежду и заправив кровать, я тоскливо направилась приводить себя в адекватное состояние. Душ слегка взбодрил — горячая вода смыла липкую сонливость, расслабила затёкшие мышцы, вернула телу лёгкость. А крепкий чай немного вернул ясность уму. Горький вкус с лёгкой горчинкой обжигал язык, но именно это и было нужно.

Ноутбук, шумя кулерами, наконец прогрузился, и я открыла письмо. Экран залила стена текста с скриншотами, фотографиями с мест происшествий, картами с пометками. Майкл и его группа подробно изложили выводы и гипотезы.

Материала было немного, но, как говорится, чем богаты. Позавчера группа Чревоугодия столкнулась с вампирами Цубаки. Бой закончился быстро — противник был уничтожен.

Рядом с телами поверженных вампиров, уже начинающих рассыпаться прахом, наши обнаружили потрёпанную спортивную сумку. Стоило только открыть её, потянув за молнию, как прогремел взрыв.

Новости показали сюжет о взрыве газа — официальная версия, — повреждённых домах, выбитых стёклах. Семнадцать пострадавших людей, хорошо хоть без смертей. А вот среди вампиров Эбера из восьми выжило двое, контуженных, остальные обратились в прах.

Были ещё три подобных случая — все за последние четыре дня — и теперь у нас в распоряжении несколько обезвреженных сумок со взрывчаткой. Среди вампиров Гнева нашлись сапёр и взрывотехник, причём последний изучил бомбы и, опуская детали, отметил, что они самодельные, но качественно сделанные.

— Тьма, что за нафиг? Ты чего не спишь? — со стороны дверей донёсся сонный, слегка хрипловатый голос Куро, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Подняв голову от экрана ноутбука, я невольно улыбнулась — картина перед глазами была до смешного милой. Щурясь от яркого света кухонной лампы, Куро стоял в дверях и страдальчески смотрел на меня, сонно потирая кулаком покрасневший глаз. На голове творился настоящий художественный бардак — пепельные волосы торчали во все стороны, несколько прядей упрямо лезли в глаза. Одеяло с котятами висело на нём как античная тога, небрежно накинутая на одно плечо, а свободная рука прижимала подушку к груди, словно плюшевого мишку.

Умилительно — другого слова не подобрать.

— Твоему младшему братцу неймётся, что-то планирует опять, — ответила я, беря смартфон, и включила камеру. — Вот и смотрю, что подчинённые нарыли. Иди спать в мою комнату, если мешаю шумом, — и незаметно сфоткала его.

— Вот тебе заняться-то нечем, — проворчал кошак недовольно и с широким зевком — так, что я даже услышала, как хрустнула его челюсть, — поплёлся по коридору, волоча за собой одеяло.

Усмехнувшись его вечному ворчанию и представив, как он сейчас закапывается с головой в одеяло, я с весельем глянула на сделанную фотку. Не удержавшись, тихо посмеялась и, отложив телефон в сторону, сосредоточилась вновь на тексте отчёта. Улыбка медленно сошла с лица, когда я продолжила читать доклад.

Одной из групп, отправившихся выяснить, что произошло, удалось поймать, как говорится, языка — подчинённого Цубаки. Узнать смогли лишь о некоем мероприятии, запланированном на эти выходные — то есть буквально на завтра или послезавтра, — но когда и где конкретно — неизвестно, и что оно собой представляло тоже не особо понятно. Пленник говорил обрывками, путался, явно боялся, и умер, обратившись в прах, прежде чем успел сказать что-то действительно ценное.

А «унылые» — как мы прозвали вампиров Цубаки — вчера резко сократили деятельность. Хотя раньше ежедневно десятками доносились панические сообщения в соцсети о стычках и погонях. Словно их отозвали и приказали затаиться.

Затишье перед бурей.

Вот только я не знала, что делать. В целом я была согласна с выводами Майкла и его команды о том, что планировалась какая-то крупная акция, что-то значительное. Тем более, в субботу в Токио проходил фестиваль фейерверков. Тысячи людей на набережных, в парках — идеальная цель для атаки.

Но вот её конкретная цель? Место? Время? Майкл предупредительно предоставил детальную карту с цветными пометками, где именно сталкивались с вампирами Цубаки за последний месяц, а где поймали тех, кто нёс взрывчатку. Но это мало о чём говорило. Метки были разбросаны по всему городу без видимой системы. Рядом в тех местах было всё — от школ и больниц до довольно оживлённых торговых улиц, станций метро, развлекательных центров.

Возможно, целью являлось что-то и вовсе иное — не место, а конкретные люди? Или какие-то магические заморочки?

Я потёрла виски, чувствуя, как наливается тяжестью голова. Слишком много неизвестных. Слишком мало времени. А с С3 вампиры работать не будут.

Впрочем, решение само напрашивалось. Пора было начать воплощать идею, которая зрела в голове уже несколько недель. Идею объединения. Идею координированных действий. Идею настоящей организации, а не разрозненных групп вампиров, каждая из которых действовала сама по себе.

Цубаки дал мне повод — и я им воспользуюсь.

Пальцы сами потянулись к телефону, и я набрала уже знакомый контакт.

— Майкл, — заговорила я, едва вампир ответил на первом же гудке, — у вас есть возможность связаться со старшими вампирами всех сервампов? — я сделала короткую паузу, собираясь с мыслями, выстраивая слова в нужном порядке. — Мне нужны те, кого послушаются остальные подчинённые. Самые влиятельные, авторитетные.

— Нужно связаться со старшими? — задумался журналист, и я услышала, как он что-то быстро печатает на клавиатуре. — Думаю, да, получится. Одну минутку, я уточню.

В трубке воцарилась тишина, прерываемая лишь приглушёнными голосами на заднем фоне. Я откинулась на спинку стула, чувствуя, как напряжение сковывает плечи.

В любом случае я решила использовать эту ситуацию — угрозу от Цубаки, панику среди подчинённых, потери и взрывы — чтобы воплотить и обкатать идею объединения. Кризис всегда был лучшим катализатором перемен. И раз уж сервампы старательно дистанцировались, прячась за спины своих подчинённых, и настойчиво подталкивали вперёд именно младших вампиров, то именно с них я и начну.

Логика была проста: если старшие поддержат идею, остальные последуют за ними. Вампирская иерархия работала именно так — уважение к старшинству и силе было у них в крови.

Осталось лишь надеяться, что я не совершу этим страшную и непоправимую ошибку и не поставлю человечество перед лицом новой угрозы в виде организованных, объединившихся вампиров. Что моя затея не обернётся кошмаром пострашнее любых планов Цубаки.

Желудок неприятно сжался от этой мысли.

— Мисс Симидзуки, — снова раздался голос Майкла, теперь оживлённый и довольный, — я уточнил у своих ребят: сейчас все старшие находятся в Токио. Так что без проблем могу связать вас напрямую или организовать личную встречу, — сразу уловил мою ещё невысказанную вслух идею проницательный вампир.

— Это было бы неплохо, — довольно кивнула я, хотя журналист меня не видел. Встреча вживую была гораздо предпочтительнее — так я смогу видеть их лица, реакции, считывать ложь или искренность. — Свяжитесь с ними и узнайте: свободны ли они сейчас для встречи.

Время, конечно, было неприлично раннее — едва начало светать, — но не только же мне одной не спать в такую ночь! Раз уж разбудили меня, лишив законного отдыха, то пусть теперь все страдают вместе со мной. Некое злорадное удовлетворение согрело изнутри.

— Ещё минутку, — предвкушающе отозвался вампир, явно довольный происходящим, и до меня вновь донёсся его заглушённый голос — видимо, он прикрыл рукой динамик или отошёл от телефона. Послышались обрывки быстрого разговора, чей-то удивлённый возглас, смех. Через пару минут Стоун вернулся: — Они готовы встретиться с вами. Более того, заинтригованы. Цитирую старшего Чревоугодия: «Наконец-то хоть что-то интересное случилось».

— Просто чу-дес-но, — пропела я с иронией, не сдержав усмешки, и задумалась на пару секунд, прикидывая время. — Так-с... Сейчас только четыре утра. Рано, конечно, неприлично рано, но если вспомнить об информации, что вы нашли...

Взрывы. Жертвы. Угроза нового теракта на фестивале.

Нет. Нельзя терять время.

— Не будем тянуть, — решительно сказала я, выпрямляясь на стуле. — В общем, передайте им, что жду их у себя через два часа. В шесть утра. Думаю, этого времени вполне хватит, чтобы добраться до моей квартиры даже с другого конца Токио. Адрес мой у вас есть?

— Есть, мисс Симидзуки, — подтвердил Майкл. — Сейчас передам координаты.

— Спасибо, Майкл, — улыбнувшись искренне, поблагодарила я, и в голосе прозвучала настоящая признательность. — И ребятам вашим тоже. Вы проделали отличную работу — быстро, качественно, профессионально. Не каждая спецслужба так оперативно справится.

— Рад был помочь, — довольно отозвался вампир, и я почувствовала, что он улыбается. — Обращайтесь в любое время. Мы не спим.

Отключив звонок, я на секунду замерла, глядя на тёмный экран телефона. Решение было принято. Пути назад не было.

Ну что же. Пора действовать.

Время я не стала тратить попусту — два часа пролетят быстро. Поднявшись из-за стола и потянувшись, разминая затёкшую спину, взялась за приготовления.

Сначала завтрак для Куро — он наверняка проснётся от шума гостей, а голодный кот был невыносим. Изучив холодильник, решила сделать оладьи. Пока жарила их, приготовила закуски для гостей, поставила греться чайник. Достала из шкафа белый чайный сервиз с золотыми узорами — единственный приличный, которым, честно говоря, никогда не пользовалась.

А ещё следовало привести в порядок себя. При Куро я спокойно ходила с шухером на голове, в старых бриджах и растянутой футболке. Но сейчас предстояла официальная встреча, почти деловые переговоры. Надо было играть роль.

Я терпеть не могла весь этот театр с нарядами, но пришлось красться к шкафу в моей спальне, чтобы не разбудить спящего кота, и с мысленным ворчанием залезать в синее строгое платье с длинными рукавами. Оно жало под мышками, но зато скрывало рваный шрам на предплечье. Волосы убрала в пучок, со шпильками пришлось повозиться. Подкрасила ресницы, чтобы казаться взрослее, а не семнадцатилетней школьницей, вздумавшей командовать древними вампирами. Критически осмотрела себя в зеркале и поморщилась — всё равно выглядела слишком молодо.

Сплошная тоска.

Ближе к шести я подтащила в гостиной журнальный столик к дивану. Выставила закуски, выпечку, горячий чайник с вьющимся паром. Хотела увести всех на кухню, там просторнее, но рядом с плитой и кастрюлями я больше походила бы на воинствующую домохозяйку, чем на руководителя клыкастой бессмертной братии.

Хотя, возможно, просто накручивала себя.

Пугало и то, что я сама пригласила подчинённых в свой дом — в место, где должна чувствовать себя в безопасности. Невольно вспомнились мифы, что вампиры не могут войти без приглашения хозяина. Глупость, наверное, но тревога липко оседала в груди.

Только осознание, что Куро спит в соседней комнате, немного успокаивало. Если что-то пойдёт не так, он услышит.

Всё будет хорошо. Должно быть.

Гости не заставили себя долго ждать и явились вместе ровно в шесть.

Звонок в дверь прозвучал именно в тот момент, когда я в очередной раз разглаживала складки платья и судорожно репетировала вступительную речь. Сердце предательски подскочило к горлу, но я заставила себя медленно выдохнуть, выпрямить спину и направиться к входной двери размеренным шагом.

На пороге стояли пятеро мужчин — и картина была на удивление упорядоченной, словно они специально выстроились по росту. От высокого светловолосого мужчины лет тридцати до темноволосого мальчика. Красные глаза вспыхнули в утреннем полумраке подъезда, когда они все как один посмотрели на меня.

— Доброе утро, — кивнула я на их приветствия, надеясь, что голос прозвучал уверенно и спокойно, а не дрожал, как мне казалось. — Прошу, проходите.

Я отступила в сторону, пропуская гостей, и жестом пригласила их в гостиную. Они вошли бесшумно — так бесшумно, что это было почти жутко, — сняли обувь и проследовали за мной. Я чувствовала их взгляды на затылке, оценивающие, изучающие, и старалась не сутулиться под тяжестью этого внимания.

Наверное, выглядели мы все довольно странно. Мелкая пигалица в компьютерном кресле у столика и пятеро мужчин от десяти до шестидесяти лет на диване и креслах. Родительское собрание наоборот.

Раз уж пригласила вампиров в свой дом, то надо было брать себя в руки и наконец объяснить причину их столь раннего вызова. Я мысленно поглубже утопила возникшую неуверенность. Вместо неё вытащила и напялила проверенную временем маску отличницы. Той самой, что способна возвышенно вещать с одухотворённым лицом перед директором, как волновалась о рейтинге школы и для этого, вместо посещения полезных скучных уроков, целую неделю усердно готовилась к олимпиадам. И совершенно случайно одной рукой отбивалась от монстров в игре.

Эта маска ни разу меня не подводила. Не подведёт и сейчас.

— Спасибо, что столь быстро откликнулись на мою просьбу, — взяла я слово, переводя взгляд с одного лица на другое, запоминая черты. — Меня зовут Симидзуки Рэн. Я ева Лени, возглавляю альянс против Цубаки по решению сервампов.

Так как среди вампиров были только европейцы, говорила я на английском. Тянуть не стала — время дорого. Быстро познакомившись и выслушав их имена, я сразу перешла к делу, рассказав о находках группы Майкла. Выложила на стол распечатку — несколько листов с цветными пометками. Вампиры потянулись к бумагам, хмурясь и переглядываясь.

Заодно выложила на стол распечатку письма с информацией — несколько листов, где цветными маркерами были выделены ключевые моменты. Вампиры потянулись к бумагам, передавая их друг другу, хмурясь и переглядываясь.

— ...Допустить жертв среди горожан мы не можем, — твёрдо сказала я, сцепив пальцы на коленях, чтобы руки не дрожали. — Понимаю, что вы вампиры и не вам, казалось бы, заниматься спасением людей.

Духи всемогущие, как же сложно подбирать правильные слова!

— Но акцию планирует представитель вашего вида. С-Три знают о вас, но привлекать внимание других спецслужб — последнее, что нам сейчас нужно.

Я сделала паузу, наблюдая за реакцией. Лица оставались непроницаемыми, но по лёгкому напряжению в позах я поняла, что они слушают внимательно.

— С-Три пока справляются с затиркой мелких происшествий, — продолжила я, начиная разливать чай, чтобы занять руки. Ароматный пар поднимался струйками. — Но крупные события могут не скрыть. И тогда...

Договаривать не пришлось — они и сами прекрасно понимали последствия.

— Нам надо прочесать весь город? — воспользовавшись паузой, сразу спросил сидящий напротив светловолосый атлет с грубоватым лицом — Винсент Майер, старший Гнева. Типичный немец лет тридцати, если бы не красные глаза. Он первым схватил распечатку, и, судя по сурово нахмуренным бровям и ходящим ходуном желвакам, информация ему категорически не нравилась.

— Не совсем, я не закончила, — покачала я головой и, поставив чайник, украдкой вздохнула. Сейчас главное. — Идея объединить подчинённых с талантами в журналистике оправдала себя — вы видите результаты. Моё же предложение включает два пункта.

Я выпрямилась в кресле, подняла руку и выставила вперёд указательный палец:

— Во-первых, создание специализированной силовой группы с составом из бывших военных и полицейских. Люди... — я запнулась, поправилась, — вампиры с профессиональным опытом в военной сфере и сфере охраны правопорядка должны будут организовать противодействие вампирам Цубаки. Не хаотичные стычки, а координированные операции.

Во я сказанула, да ещё и на одном дыхании! Но я упрямо продолжила, поднимая второй палец:

— И, во-вторых, создание полноценной... структуры, которая объединит подчинённых по всем областям деятельности: от финансовой и информационной до контроля внутри вашего сообщества. Чтобы вы стали единым целым, а не разрозненными группами.

Вампиры переглянулись — быстро, красноречиво, и в этих взглядах читалось удивление, сомнение, но и любопытство. А я, внимательно следя за их лицами и не пропуская ни малейшего изменения в выражениях, взяла свою кружку обеими руками, наслаждаясь теплом керамики, и смочила пересохшее горло глотком горячего чая.

Высший балл мне по риторике! Не сбилась, не запнулась сильно, донесла мысль!

— Это довольно... неожиданное предложение, мисс Симидзуки, — наконец взял слово седовласый мужчина в безупречном костюме-тройке — Роберт Вудс, правая рука Гордыни. Голос прозвучал низко, с британским акцентом, а его пронзительный взгляд заставлял выпрямить спину и сложить руки, как перед строгим преподавателем. Он медленно отложил распечатку, сцепил пальцы и посмотрел поверх них. — Если мы правильно понимаем, вы хотите, чтобы мы создали свою организацию? — в голосе звучал искренний интерес.

Я кивнула, не отводя взгляда, держа спину прямо:

— Именно, — кивнула я и сделала ещё один неторопливый глоток чая, выигрывая драгоценное время, чтобы лучше сформулировать ответ.

Горячая жидкость обожгла язык, но это помогло сосредоточиться. А то сказать бы хотела им многое — слишком много мыслей роилось в голове, требуя выхода.

— Меня несколько удивляет, — наконец подобрала я нужные слова, — что вы совершенно разобщены. Чем сейчас активно пользуется Цубаки.

— Так повелось издревле, мисс, — виновато развёл руками темноволосый лохматый мальчишка с веснушками, утопающий в подушках дивана — Николя Лабри, старший Похоти. Несмотря на детский вид, в красных глазах читалась древняя печальная мудрость — он был самым старым из присутствующих. — Наших мастеров это устраивало, — продолжил он, теребя футболку. — Они зависят от хозяев. Бывало, сервампы конфликтовали из-за войн между евами, а нас втягивали в распри. У нас нет права голоса, — с горечью добавил он. — Мы следуем приказам. Такова наша природа.

Очень тревожная информация. Значит, всё могут разрушить евы. Надо это учесть, обязательно учесть при разработке структуры.

— Зато этот голос есть у меня, — понимающе кивнув, я мягко улыбнулась. — Вы следуете воле мастеров. А они добровольно передали мне право руководить вами — всеми. Если идея вас устраивает, составим Соглашение, которое регулирует отношения, установит правила и границы. Свяжем клятвами сервампов — тогда оно станет нерушимым.

— Идея отличная, — отозвался смуглый усатый итальянец в клетчатой рубашке, активно жестикулируя — Карло Лупи, вампир Чревоугодия. Я едва сдержала улыбку от его типично итальянских манер. — Но среди нас нет магов, сеньорина. А Соглашение нужно завизировать, придать магическую силу, — он наклонился вперёд. — Иначе нет смысла. Но С-Три не помогут — им невыгодно объединение вампиров. Так?

— Или священников, — тихо добавил из-под светло-русых волос худощавый вампир в чёрной сутане — Уильям Шелтон, подчинённый Зависти. Самый молчаливый и незаметный из всех присутствующих, казалось, он даже сливался с самой атмосферой гостиной, уходил в тень на фоне других.

— Или живых священников, — согласно дополнил Карло и широко ухмыльнулся, обнажив острые клыки.

Вот это уже по-настоящему интересно. Значит, существует разница между магами и священниками, и оба могут скреплять клятвы?

— Не поясните подробнее, для чего здесь конкретно требуется маг? — попросила я, наклонившись вперёд и внимательно глядя на Карло. — И почему священник? В чём принципиальная разница?

— Вы упускаете в своих расчётах ев, мисс Симидзуки, — поучительным, но не снисходительным тоном заговорил Роберт Вудс, сцепив пальцы и положив руки на колено. — Хозяева мастеров могут обнулить клятвы сервампов приказом. Сейчас они вас поддерживают, но что через год? Через десять?

Он сделал паузу, давая мне время обдумать слова.

— Мы не знаем, что ждёт впереди, — продолжил он, и в голосе прозвучала вековая усталость. — Выживут ли нынешние евы? Появятся ли новые с иными взглядами? Контракты с евами редко длятся долго. Но сила мага, принявшего клятвы, не позволит их нарушить. Даже воля евы не заставит мастеров отступить, если клятва скреплена магией.

Вудс выпрямился, и красные глаза пронзительно посмотрели на меня:

— Когда сервампы дадут слово перед магом, все подчинённые из-за силы уз автоматически примут клятву. Что связывает мастера, связывает и подчинённого.

— Маги всегда держат слово, — подхватил Майер, скрестив руки. — Клятвы для них священны. Их магия не позволит нарушить обет. Но если маг предаёт клятву — редко, но и такое бывает, — он расплачивается тем, чем клялся.

Он наклонился вперёд, и лицо стало жёстким, серьёзным:

— Клянётся потерей зубов — ходить ему со вставной челюстью до конца дней. Клянётся жизнью — ждёт смерть, внезапная и неотвратимая. Клянётся светом — больше никогда не увидит солнце. Буквально.

— То есть попросту ослепнет, — перефразировала я, укладывая в голове принцип и чувствуя, как по спине пробегает холодок. — Понимаю. Цена предательства равна самой клятве.

Но о чём-то подобном мне доводилось читать в фэнтези-романах — магические клятвы, нерушимые обеты. Значит, это актуально и в реальном мире магии. Стоило быть осторожнее с формулировками, очень осторожной.

— Это же справедливо и для священников, — вновь взял слово Карло, кивая в сторону молчаливого Шелтона. — Только там уже клятва перед Богом покарает нарушившего. Вернее, обет — правильнее так называть. Святость молитвы ничем не уступает магии по силе, так?

Лупи вопросительно посмотрел на Шелтона, и тот медленно, торжественно кивнул в подтверждение, не поднимая глаз. Вампир Чревоугодия продолжил:

— Просто она имеет, скажем так, иную полярность. Другой источник силы — не из самого человека, а свыше.

Итальянец развёл руками в характерном жесте:

— Так что без мага или священника Соглашение действенно, пока вы держите власть, сеньорина. Но достигнем цели или, не дай Тьма, вы погибнете — всё рухнет. Мы сцепимся между собой, так? Так. Потому что так было столетиями, привычки сильны. Опять же всплывут старые обиды. Так, да? — он вопросительно глянул на остальных вампиров, и те согласно закивали, хмурясь.

Значит, надо выводить младших вампиров из-под абсолютного контроля сервампов и ев, но при этом крепко сковывать нерушимым законом. Дать им независимость, но в строгих рамках. Это даже лучше, чем я изначально планировала.

— Что же, я вас прекрасно поняла, господа, — довольно улыбнулась я, чувствуя, как внутри разгорается азарт. План обретал форму, становился осязаемым. — Тогда к двум пунктам, о которых мы говорили ранее, добавим третий, не менее важный пункт. Юристы должны будут тщательно поработать над текстом документа Соглашения, выверить каждое слово. Но детали уже позже обсудим более подробно, — я встретила слегка непонимающие и местами откровенно разочарованные взгляды вампиров.

Они явно ожидали, что я признаю поражение, скажу, что идея невыполнима.

Я медленно, демонстративно, протянула вперёд правую руку ладонью вверх и хитро улыбнулась:

— Ведь маг у нас есть.

И призвала магию — не тени, а чистую стихийную энергию, ту самую, что текла в моих жилах с рождения. Бело-голубые молнии вспыхнули, заплясали по пальцам змейками электрических разрядов, потрескивая и освещая гостиную холодным сиянием. Запах озона наполнил воздух. Волосы на затылке у вампиров встали дыбом от статического электричества.

Распахнутыми глазами, застыв в абсолютной неподвижности, вампиры заворожённо смотрели на пляшущие по моим пальцам молнии, словно загипнотизированные. В их красных глазах отражались голубые всполохи. Такая искренняя, неподдельная реакция откровенно льстила.

— Будет исполнено, мисс Симидзуки! — первым пришёл в себя Николя, резко соскочив с дивана с мальчишеской энергией. Он весело, заразительно улыбнулся, и, приложив руку к сердцу в театральном жесте, отвесил глубокий, почти игривый поклон. — Это будет честь и удовольствие!

— Если это действительно удастся осуществить... — выдохнул Карло, всё ещё заворожённо глядя на танцующие молнии, и в голосе зазвучало благоговение. — Сеньорина, вы понимаете, что вы предлагаете? Это изменит всё. Абсолютно всё.

— Тогда многие проблемы разрешатся сами собой, — воодушевлённо подхватил Майер, выпрямляясь в кресле, и на суровом лице впервые мелькнула улыбка. — Мы сможем действовать скоординировано. Как настоящая сила.

— Работы предстоит много, колоссально много, — довольно, с едва заметной улыбкой протянул Вудс, и в его глазах загорелся живой интерес. — Но оно того стоит. Безусловно стоит.

Шелтон молча согласно кивнул на их слова и остановил внимательный, пронзительный взгляд на мне — изучающий, оценивающий, но не враждебный. Будто пытался заглянуть в душу, понять мои истинные намерения.

Я погасила молнии, позволив магии отступить, и сложила руки на коленях. Выпрямила спину, подняла подбородок.

— Тогда приступим к деталям, господа, — сказала я твёрдо. — У нас очень мало времени.

Подчинённые заметно оживились, словно прорвало плотину сдержанности, и горячо взялись обсуждать идею между собой — перебивая друг друга, жестикулируя, записывая что-то в блокнотах и телефонах. Майер методично делал пометки интересных предложений крупным разборчивым почерком. Но я, убрав молнии и позволив магии отступить обратно, прикрыла глаза и только наблюдала за ними сквозь ресницы, давая им пространство для обсуждения.

Взяв кружку, я сделала ещё пару глотков уже остывшего чая — он был едва тёплым, чуть горчил, — и, раз уж в бурном обсуждении вампиров образовалась короткая пауза, решила дополнить их идеи своими мыслями:

— Пусть юристы ещё проработают пункт, который не позволит евам стравливать вампиров внутри организации, — предложила я, ставя кружку на стол. — Что-нибудь вроде: если евы и их сервампы по разные стороны конфликта, противостоят друг другу, то они не не имеют права вмешивать в свои разборки подчинённых. Пусть решают между собой.

Вампиры кивнули, обменялись многозначительными взглядами.

— Ещё важно зафиксировать нейтральный статус, — продолжила я, загибая пальцы, — чтобы никакая ева не втянула вампиров в С-Три или другую структуру против воли. Вы должны оставаться независимы.

Подумав, вспомнила ещё один важный момент и подняла указательный палец:

— А также нужно учесть возможность присоединения других к Соглашению, как и вероятность добровольного выхода из организации. У нас же Жадность где-то бродит по миру. Рано или поздно он объявится.

— Принято, мисс, — деловито кивнул Майер и быстро сделал ещё несколько заметок в своём кожаном блокноте.

— И ещё вопрос, — покрутив немного кружку в руках, наслаждаясь остаточным теплом керамики, я вспомнила один волновавший меня момент. — Кто из подчинённых отвечает за сайт вашей социальной сети? За приложение? Кто управляет, следит за безопасностью? Как там с защитой?

— Никто из нас, — неуверенно переглянувшись с остальными вампирами, медленно отозвался Карло, и в голосе прозвучала лёгкая настороженность. — Эта соцсеть создана для нас С-Три. Они её поддерживают и контролируют.

Не вовремя сделав очередной глоток, я просто подавилась чаем от такой шокирующей новости, и горячая жидкость обожгла горло. Закашлявшись и давясь, я спешно, неловко поставила кружку на стол, чуть не пролив остатки.

— Вы... кхе... хотите сказать, что эту... кх-кхе... соцсеть полностью контролирует С-Три? — покашливая и прижимая кулак к груди, я шокированно, не веря своим ушам, глядела на спокойных вампиров. — Серьёзно?

— Всё так, мисс, — беззаботно кивнул Николя, озадаченно глядя на мою реакцию. — У сервампов право создавать аккаунты для подчинённых, но они передали его нам, старшим. А за соцсетью следят маги из С-Три. Они в технике лучше разбираются. Создали нам и приложение для телефонов тоже. Удобно же.

Зажмурив глаза и застонав в голос от осознания масштаба катастрофы, я медленно поднялась с кресла, чувствуя, как гудит голова. Вампиры тут же настороженно соскочили со своих мест, но я просто устало махнула им рукой, чтобы сидели и не дёргались.

Подойдя к окну на негнущихся ногах, я молча рассматривала просыпающуюся улицу внизу — редкие прохожие, машины, лучи солнца, золотящие крыши соседних домов. Скоро надо будет зашторить окно, чтобы не навредить гостям. А в душе хотелось отчаянно вцепиться в волосы и закричать.

Это было... Духи всемогущие, это...

— Вы хоть понимаете, что буквально сливаете всю информацию С-Три? — резко обернулась я, и по их испуганным лицам поняла — взгляд получился пугающим. — Все места, которые вы посещаете, адреса знакомых, личную переписку, фотографии с координатами мест. Вы даёте им рычаги давления. Ваши слабости.

Как же мне хотелось, что-нибудь разбить и сломать. Раздражённо выдохнув, я резко зашторила окно. Прошла по комнате и включила свет под настороженными взглядами.

— Майкл! Майкл, возглавивший ваших журналистов всего чуть больше недели назад, из слухов вытащил ценнейшую информацию о Цубаки, о его действиях, — я говорила чётко, отчеканивая каждое слово. — А что могут специалисты С-Три с их ресурсами? С доступом ко всей информации?

Качая головой, я вернулась и тяжело опустилась обратно в кресло. Проклятье, а ведь я ещё и на телефоне дала доступ и всякие разрешения для их соцсети. Надо будет убрать. Хотя вряд ли С3 волнуют права вампиров и сочувствующих им.

— Да они могут отслеживать ваши перемещения по подключению к сети, по геолокации, — устало добавила я, потирая виски. — Вы для них — открытая книга.

— Мы не знали, что такое возможно, — виновато и мрачно переглянулся с другими Николя, и детское лицо исказила гримаса. — Казалось таким удобным...

— Несколько парней моего мастера говорили когда-то что-то очень похожее, — медленно, будто из глубины памяти, вспомнил Карло, хмурясь и потирая переносицу. — Они хорошо шарят в компьютерах и во всех этих современных штучках. Но я как-то не принял всерьёз их обеспокоенные слова. Думал, перестраховываются.

— Очень, очень зря, — поморщилась я, и в голосе прозвучало разочарование. — Делайте, что хотите, господа, но информация про объединение, про нашу сегодняшнюю встречу, про планы создания организации — ничего из этого не должно всплыть на страницах этой соцсети. Ни единого косвенного упоминания, ни намёка, — я мрачно, тяжело посмотрела на притихших вампиров. — Пусть С-Три считают, что мы пока скромно ограничились созданием журналистской группы. Пусть думают, что это всё. Будем надеяться, что они хотя бы микрофоны скрытно не подключают на смартфонах.

Я выпрямилась, сжала подлокотники кресла:

— Наймите профессиональных программистов или найдите талантливых умников среди своих подчинённых — нужна полностью независимая, защищённая альтернатива этой соцсети. Желательно вчера.

Похоже, подчинённые недалеко ушли в этом от своих мастеров — столь же немного оторванные от современной реальности, технологий и их опасностей.

Вампиры снова начали активное обсуждение, но уже заметно более конструктивное и серьёзное — без прежней беззаботности. Решали между собой, кто и каким конкретным вопросом займётся, распределяли зоны ответственности, и у кого из подопечных имеются нужные навыки, чтобы поработать над поставленными срочными задачами. А я попросту молча наблюдала за ними со стороны, сцепив пальцы на коленях, всё ещё немного ошеломлённая неожиданным известием о такой незамысловатой, но эффективной хитрости С-Три.

— Утречко, — раздался ленивый, хрипловатый ото сна голос от входа в гостиную.

Прислонившись небрежно к дверному косяку стены, ведущей из гостиной в коридор, стоял Куро. Весь помятый после сна, светлые пепельные волосы живописно растрёпаны и торчат в разные стороны — сразу было видно, что только встал с кровати и даже не попытался привести себя в порядок. Но это его, судя по всему, ничуть не смущало и не беспокоило.

Вокруг кота неторопливо, лениво парила полупрозрачная дымка теней, клубясь и переливаясь в утреннем свете. Вздёрнув бровь в характерном жесте, он медленно, оценивающе окинул меня долгим взглядом и перевёл красные глаза на подчинённых. Те мгновенно застыли испуганными кроликами перед удавом, и лишь Лабри осторожно, уважительно поднялся на ноги.

— Где там мой завтрак? — прозвучал вопрос так угрожающе-голодно и тягуче, будто Куро сейчас с удовольствием закусит присутствующими здесь перепуганными вампирами за неимением лучшего.

Тени сгустились, потемнели, поползли по полу.

— Доброе утро, Куро, — искренне, тепло улыбнулась я, не в силах сдержать нежности при виде его сонной, взъерошенной физиономии. — Завтрак не здесь, а на кухне, как обычно.

Я украдкой глянула на часы на стене и удивлённо моргнула: оказалось, мы уже полтора часа сидим и обсуждаем. Время пролетело незаметно.

— Знакомься, — указала я раскрытой ладонью на притихших гостей, — старшие помощники твоих братьев и сестры. Обсуждаем важные дела.

Куро демонстративно меня проигнорировал — даже не повернул голову в мою сторону, — но его тень внезапно разрослась тёмным пятном по полу, принесла запах крови, быстро охватила всю комнату волной и легла мягким, но тяжёлым защитным плащом мне на плечи. Приятный прохладный вес, знакомое прикосновение силы. Я сделала вид, что вообще ничего не заметила, не обратила внимания на этот жест заботы. Но как же чертовски сложно было подавить довольную улыбку, рвущуюся наружу.

Подчинённых же подобная откровенно угрожающая демонстрация силы ещё сильнее напугала: они вскочили с мест практически мгновенно, синхронно, да и побледнели под тяжёлым прищуренным взглядом Куро. Красные глаза потускнели, головы опустились покорно. Только лишь бесстрашный Николя легко, по-мальчишески улыбнулся и, приложив ладонь к сердцу в почтительном жесте, отвесил глубокий поклон:

— Счастлив снова видеть вас, Сонный Эш, — звонкий голос вампира нарушил вязкую, давящую, почти осязаемую угрожающую тишину. — Надеюсь, вы в добром здравии.

Интересно, но Куро, судя по лёгкому изменению в позе, явно узнал мальчишку и коротко, почти незаметно кивнул на приветствие — признание знакомства. Остальные вампиры поспешно, торопливо, перебивая друг друга, поклонились и представились, запинаясь на словах. А затем столь же стремительно и шустро распрощались со мной и котом, явно желая побыстрее убраться отсюда, пока Лень в настроении.

Только напоследок поспешно заверили, что все указания предельно ясны, задачи поняты, и поддерживать оперативную связь пока будем через проверенного Майкла.

Прошло только две с половиной минуты с момента, как заговорил сонный Куро, а мы уже остались совершенно одни в тихой гостиной. Входная дверь захлопнулась, послышались быстрые шаги по лестнице вниз.

Я откинулась на спинку кресла и негромко рассмеялась.

— Ну и ну, — пересела я с неудобного компьютерного кресла на мягкий, просторный диван, утопая в подушках. — Страшный Сонный дьявол распугал своим невероятно сонным и помятым видом несчастных вампиров. Какой ужас.

— Никого я не пугал, — буркнул Куро, но глаза хитро сощурил. — Зато ты, как погляжу, принарядилась. И даже косметикой воспользовалась.

Я растерянно посмотрела на стоящего в дверном проёме, скрестившего руки на груди кота. В голосе звучало... недовольство? Упрёк?

— Ты-то свой уже, мне не нужно тебе постоянно доказывать, что меня стоит послушать и мои слова имеют вес, — пожала я плечами, стараясь говорить легко, непринуждённо, и подлила остывший в чайнике чай обратно в свою кружку. — Я могу быть собой. Ты и так меня слышишь.

— Да ну? — всё ещё щурил красные глаза Куро, сверля меня взглядом, отчего я демонстративно закатила глаза к потолку.

— Я не всегда говорю глупости, между прочим, — повернувшись к нему всем телом и высунув язык в ответ на его сомнение, заявила я вызывающе. — И ты всё равно не отмахнёшься от моих слов просто так. Хотя бы примешь к сведению, обдумаешь. А эти подчинённые...

Я сделала паузу, подбирая слова.

— Они чужие, незнакомые мне люди. Останься я в домашних шмотках, в растянутых бриджах и футболке с котиками, то они прежде всего увидели бы обычную девочку-подростка. Пришлось бы гораздо сильнее доказывать, что ко мне действительно стоит прислушаться, и я не просто шучу или играюсь. Строгий же стиль одежды, да косметика с аккуратной причёской визуально добавляют мне хотя бы годков три-четыре.

И почему, бездна побери, я вообще сейчас оправдываюсь перед ним? Какое ему дело, во что я оделась?

Куро на мои пространные объяснения лишь коротко, неопределённо хмыкнул — не согласие, не отрицание.

— Тебе и не нужно вообще им что-либо доказывать, — медленно, веско сказал он, и ткнул себя указательным пальцем в грудь. — Ты постоянно забываешь важную вещь: ты моя ева. Моя. Для них одного этого факта должно быть более чем достаточно. Самое глупое и бессмысленное, что ты только можешь сделать — это пытаться что-то и кому-то доказывать. Пустое занятие и напрасная трата времени. Если им недостаточно моего слова, то...

Он не договорил, но смысл был понятен.

Куро резко развернулся к дверям, демонстративно отводя от меня напряжённый взгляд, и я невольно облегчённо выдохнула — не осознавая, что задерживала дыхание.

— Просто будь собой, — бросил он уже мягче, почти тихо, через плечо. — Мне казалось, что ты это понимаешь.

И вышел из комнаты мягким, бесшумным шагом, оставив меня в полной растерянности и смятении. Спустя пару секунд в тишине квартиры зашумела вода в ванной — он умывался, приводил себя в порядок, — а несколькими минутами позже на кухне загремели тарелки, зазвенела посуда. А я всё продолжала потерянно, не мигая, смотреть в сторону пустого проёма дверей, пытаясь осмыслить его слова.

Ещё один неожиданный урок от Куро-сенсея? Или это было что-то иное?

Вернулся кот минут через десять, неся в руках дымящуюся кружку с горячим чаем, большое блюдо с горкой золотистых оладий и открытую баночку малинового джема. Стоило ему сесть рядом со мной на диван, и я по традиции стащила у него прямо из-под носа самый верхний румяный оладушек.

Конечно же, тоже строго по традиции, кот проводил украденную еду несчастным, страдальческим взглядом — полным притворного горя и показного предательства. И ничего больше не напоминало о его недавней отповеди, потому и я постепенно расслабилась, откусывая сладкий, тёплый оладушек.

— Бездна, как устала, — широко зазевавшись и почувствовав, как наваливается тяжёлая сонливость, я потянулась всем телом, разминая затёкшие мышцы... Веки наливались свинцом. — Наверное, сегодня без тренировок обойдусь. А то ещё сильнее запинаться и спотыкаться буду. Или вообще засну на ходу.

— Хоть какая-то хорошая новость за сегодняшнее утро, — невозмутимо прокомментировал кот.

Куро методично ел оладушки, запивая чаем. Но потом проглотил, вытер губы тыльной стороной ладони и остро, пронзительно глянул на меня.

— Значит, ты решила пойти против магов? Не ожидал от тебя такого выбора.

Нет, определённо рано расслабилась. Разговор только начинался.

— Почему ты так решил? — осторожно, настороженно склонила я голову к плечу, изучая его лицо. — Я не иду против кого-то.

Отведя глаза в сторону, к зашторенному окну, Куро ответил не сразу — лишь молча, задумчиво уничтожал оладьи, щедро макая их в сладкий малиновый джем. Я терпеливо ждала, не торопя, понимая, что он подбирал слова.

— Маги... — наконец заговорил он глухим, тяжёлым голосом, а взгляд остановился на кружке в его руках. — Гораздо безопаснее и выгоднее для тебя, для твоего будущего, было бы сотрудничать именно с магами, а не со мно... не с вампирами.

Он запнулся, поправил себя, и это не укрылось от моего внимания.

— Они могут реально помочь тебе разобраться с магией, с её тонкостями. Ты сможешь получить доступ к артефактам, знаниям. Опять же — обучение, библиотеки, наставники. Ты же сама хотела развиваться как маг, совершенствоваться? Ну вот и отличная возможность. Тебя пока ещё охотно примут, несмотря на контракт со мной. Пока ты не сделала ничего непоправимого.

А ведь он даже не посмотрел на меня — ни разу, — хотя обычно все наши серьёзные разговоры происходили именно при постоянном обмене взглядами. Глазами можно было сказать очень многое, передать то, что словами не выразить. Куро это умел делать мастерски, как никто другой — одним взглядом мог поддержать, подразнить, предупредить.

Хотя красноречивым, говорящим было и его упорное нежелание сейчас смотреть на меня. Избегание взгляда. Напряжённые плечи. Сжатые пальцы на кружке.

На самом деле он поднял тяжёлую, болезненную тему. Речь шла о будущем, о выборе пути. И Куро был абсолютно прав.

Выбирая сторону вампиров, становясь во главе их объединения, я загоняла себя в глухой тупик. Это объединение вряд ли понравится С-Три — они воспримут его как угрозу своему контролю. Меня вполне могут счесть опасным элементом, который надо нейтрализовать. Вполне вероятно, придётся скрываться, постоянно оглядываться.

Сейчас начались летние каникулы, я была относительно свободна. Но уже очевидно, что я не смогу вернуться в школу осенью. Слишком легко поймать — известное место, расписание, маршруты. Да и одноклассников не хотелось подставлять под удар Цубаки или магов. Они не заслуживали страдать из-за моего выбора.

А если не получу нормальное образование, то можно смело ставить жирный крест на любой карьере, на хорошей стабильной зарплате и относительно спокойной, обычной человеческой жизни.

Куро был совершенно прав — мне объективно выгоден союз именно с магами: бесценная информация, знания, уникальная возможность найти учителя, те же упомянутые котом артефакты. В конце концов, я всё-таки человек по рождению, маг по крови.

Даже короткая встреча с Бреннаном и Финли показала, насколько сложна структура С-Три. Один только следственный отдел со всеми его полномочиями чего стоил. А профессиональные снимки вампиров с городских камер наблюдения? Ещё и способность корректировать память свидетелей.

Опять же — они полностью контролировали социальную сеть вампиров. Оперативно зачищали нежелательную информацию в обычном интернете, а это красноречиво говорило об огромных возможностях и ресурсах организации. Вероятно, даже официальный статус, связи со спецслужбами. Иначе как они могли свободно проворачивать такие масштабные дела с тотальной слежкой, контролем интернета, СМИ и прочими вещами. Такое незаметно точно не сделать.

Наверняка и достойную, интересную работу я смогла бы найти в С3. У меня довольно легко получалось представить себя среди них, в их рядах — обучение, миссии, постепенный карьерный рост. Тем более, у меня уже имелись налаженные личные контакты с несколькими сервампами, определённое влияние на них.

Возможно, звучит самонадеянно, но мне казалось — я смогла бы снизить неприязнь между вампирами и магами, работая на С-Три.

Это был настоящий шанс. Редкая возможность. И не только для меня и моего будущего.

Шанс изменить что-то к лучшему. Для всех.

Шанс, которым я не могла воспользоваться.

— Я действительно хочу научиться магии, освоить её по-настоящему.

Тяжело вздохнув и чувствуя, как сжимается грудь, я медленно посмотрела на свою раскрытую ладонь. Призвала магию — и по пальцам вновь заплясали знакомые бего-голубые молнии, потрескивая и освещая кожу холодным сиянием.

— Только... Только, прежде всего, я твоя ева, а уже потом маг.

Решительно сжав кулак, я развеяла молнии одним движением.

Куро наконец-то повернул ко мне голову, и я абсолютно спокойно, не отводя глаз, встретила его пристальный, изучающий, почти недоверчивый красный взгляд. Пусть видит, что я не лгу.

— Не знаю точно, что у тебя за отношения с магами, какая между вами история, но я же не слепая, Куро, — чуть криво, с горечью дёрнула я уголком губ. — Ты их терпеть не можешь. Старательно пытаешься не допустить моего общения с ними. Только вспомни, как быстро ты прилетел, когда узнал, что я пошла с магами общаться у гостиницы, — ехидно, но без злости напомнила я.

— Это было действительно опасно для тебя, — резко отвернувшись обратно к окну, буркнул кот, и плечи напряглись под футболкой. — Ты не знала, на что идёшь.

— Ну вот видишь, — примирительно пожала я плечами, стараясь говорить мягко. — Я просто не могу не учитывать твои отношения с ними. Если ты лично не видишь в магах возможных союзников, то и я их таковыми не считаю. Если они твои... враги, — я быстро, украдкой глянула на его помрачневшее, постное лицо, пытаясь оценить реакцию, — то для меня они тоже не друзья. Всё просто.

— Не то чтобы прямо враги в классическом понимании, — Куро задумчиво, рассеянно поскрёб щёку, хмурясь и подбирая слова. — Но у нас определённо очень сложные, запутанные отношения. Многовековые. Друзьями и союзниками мы точно никогда не станем — слишком много между нами всего. Пролито море крови с обеих сторон. Как бы ни менялись поколения магов, как бы ни стиралась память о старых обидах, они всегда с радостью избавятся от меня раз и навсегда. Если появится возможность. У меня же в ответ тоже рука не дрогнет. Особенно, если будут серьёзно угрожать тебе или мне. Или просто встанут поперёк пути.

Он сделал паузу, потёр переносицу.

— Но при этом мы вполне можем относительно мирно разойтись в стороны, просто не замечая существования друг друга, не пересекаясь. Всё целиком зависит от конкретной ситуации, обстоятельств, людей.

Пусть я сама и осторожно говорила о возможных врагах, пытаясь нащупать правду, но честно не ожидала услышать описание настолько плохих отношений. Всё-таки остальные сервампы хотя бы отчасти формально сотрудничали с С-Три по различным вопросам, касающихся их подчинённых. А у Куро с магами, похоже, была действительно личная, глубокая вражда, уходящая корнями в далёкое прошлое.

— А с твоими постоянными безрассудными идеями и порывами, — Куро укоризненно глянул на меня, — мы с тобой уж точно рано или поздно крепко сцепимся с магами. Конфликт неизбежен. Если только ты прямо сейчас не остановишься, не откажешься от этой затеи с объединением и не начнёшь послушно работать с С-Три, как они хотят. Тогда хрупкий относительный мир...

Он поправился:

— Вернее, настороженный вооружённый нейтралитет между нами ещё теоретически возможен. Но это всё равно временно.

Куро глубоко вздохнул и, медленно поставив свою почти пустую кружку на журнальный столик, полностью повернулся ко мне всем телом. Красные глаза смотрели серьёзно, без обычной иронии.

— В том письме от очкарика было приглашение для тебя, — поморщившись, неохотно признался он. — Предлагали встретиться, обсудить условия работы, твои возможности. Ты всё ещё можешь прийти к ним, — он смотрел на меня твёрдо, хоть голос стал тише. — Пока ты ещё удавку на своей шее не затянула намертво, пусть и уже накинула её на себя. Поэтому тебе стоит серьёзно подумать о союзе с магами, взвесить всё. На меня вообще не смотри, не оглядывайся. Ты ева, а я всего лишь твой сервамп. Ты решаешь.

Грустно дёрнув уголками губ в подобии печальной улыбки и чувствуя, как накатывает волна нежности вперемешку с горечью, я медленно наклонилась вперёд и осторожно уткнулась лбом в его тёплое плечо. Закрыла глаза, вдыхая знакомый запах.

Если бы всё было так просто.

— Любишь же ты меня испытывать, — тихо, едва слышно шепнула я, не отстраняясь, не открывая глаз. — Проверяешь снова и снова.

— Я указываю лишь на другой возможный путь, который ты по неопытности могла просто не увидеть сама или не решилась оценить его перспективы, — мягко, но твёрдо поправил Куро. — Выбор всегда за тобой.

Медленно отстранившись, я устало провела ладонью по разгорячённому лицу. Потом посмотрела прямо в терпеливо ожидающие моего ответа красные глаза.

— Я не дура, Ку, — начала я, стараясь говорить чётко, убедительно. — Кто я такая на самом деле? Во мне нет ничего ценного: ни глубоких знаний, ни полезных умений, ни связей, ни денег. Единственное, что во мне реально может привлечь внимание магов — это ты. Я прекрасно понимаю, что через меня хотят получить влияние именно на тебя, контролировать тебя. Я нужна им только в качестве удобного дополнения к тебе. Инструмента. Как... как простенький дешёвый пульт управления к навороченной дорогой игрушке.

Я горько усмехнулась этому сравнению.

— Может быть, мне даже подкинут какие-нибудь крохи знаний, пару заклинаний, как кость голодной собаке. Но если ты прямо говоришь, что у вас серьёзный конфликт, старая вражда, то ни тебе, ни мне точно не дадут свободно расти в реальных силах. Нас будут сдерживать, ограничивать, контролировать каждый шаг.

Тяжкий, болезненный вздох сам рвался из сдавленной груди.

— Променять тебя, предать тебя за эти жалкие подачки? — голос дрогнул, и я сжала кулаки на коленях. — Сделать из тебя покорного бойцового кота магов, их послушное оружие? Мне самой прогнуться под них, стать марионеткой? Лишь ради доступа к магии, к их библиотекам?

Я резко покачала головой, и волосы выбились из пучка:

— Нет. Категорически нет. Здесь даже обсуждать нечего. Я не могу и не хочу тебя так подставить под удар. Но даже если я сейчас всё утрирую, преувеличиваю опасность, и нас действительно искренне примут с распростёртыми объятиями, помогут, обучат...

Я сделала паузу, собираясь с мыслями:

— Только на меня наверняка тут же повесят кучу разных обязательств, ограничений, запретов. Не делай этого, не ходи туда, не говори того, отчитывайся о каждом шаге. Не хочу такой жизни, — я поморщилась, представив это. — Это совершенно точно не будет настоящей свободой. А я ищу именно её — свободу выбора, действий, жизни.

Не нужны мне все эти маги с их интригами. В конце концов, я же ещё даже не встретилась с тем загадочным Аспидом. А если и от него в итоге не будет никакого реального толку, никакой помощи — что ж, тогда я просто сама постепенно во всём разберусь и научусь, методом проб и ошибок. Пусть это займёт годы — но это будет моё.

Куро молчал и внимательно изучал моё лицо долгим, пронзительным взглядом, будто пытался прочитать мысли, заглянуть в душу. А через долгую минуту негромко, удовлетворённо хмыкнул, и в уголках глаз появились едва заметные морщинки.

— Надо же, мои скромные вложения в тебя окупились столь невероятно быстро, — пробормотал он задумчиво, почти про себя. — Даже не ожидал такой отдачи.

Какие ещё, к Бездне, вложения?!

— Что, прости? — я недоуменно распахнула глаза, уставившись на него.

— Говорю, хорошо, что ты всё это понимаешь и трезво оцениваешь ситуацию, — абсолютно невозмутимо, как ни в чём не бывало, сказал он совершенно иное, явно уходя от ответа. — Только вот, вероятнее всего, если ты всё-таки вступишь к магам, согласишься на их условия, то тебя довольно быстро настроят против меня. Не пройдёт и месяца, как ты только и рада будешь... героически избавить мир от ужасного чудовища, каким я являюсь. Спасти человечество.

— Высокого же ты мнения обо мне, спасибо, приятно слышать, — язвительно буркнула я, скрестив руки на груди. — Значит, по-твоему, я настолько слабохарактерная и внушаемая?

Потом хитро, прищурившись, глянула на него:

— То есть у магов действительно есть что-то серьёзное, чем можно основательно очернить тебя в моих наивных глазках? Какие-то тёмные тайны прошлого?

— Всегда при желании можно найти чем опорочить любого, выставить в дурном свете, — максимально уклончиво ответил Куро, отводя взгляд. — Особенно если копать достаточно глубоко в прошлом.

— Только я уже не раз говорила тебе, что мне совершенно плевать на твоё прошлое, — твёрдо, убеждённо сказала я. — Меня интересует только то, кто ты сейчас, здесь, рядом со мной.

— Это ты лишь пока так говоришь, не зная деталей, — мрачно возразил он. — Правда может оказаться гораздо хуже, чем ты думаешь.

— Ох, давай, заведи ещё раз свою любимую песню про монстра, — я театрально закатила глаза к потолку и потянулась к блюду, примериваясь стащить последнюю аппетитную оладушку.

— Не знаю о чём ты вообще, — совершенно серьёзно, с невинным видом заявил Куро. — Я очаровательный милый котик.

От неожиданности, что он не поддержал свою же привычную присказку, а выдал нечто противоположное, я аж застыла на полпути к блюду. А Куро совершенно невозмутимо, с невинной миной, молниеносно стащил последнюю золотистую оладушку прямо из-под моих зависших в воздухе пальцев и демонстративно, с явным удовольствием съел её, не торопясь. Даже причмокнул.

Я ошарашенно смотрела на его самодовольную физиономию, всё ещё не веря произошедшему.

— Ты... Ты только что... — я ткнула пальцем в пустое блюдо, потом в него. — Это было нечестно!

— Мяу, — прозвучало достаточно ехидно и красноречиво в ответ.