правда
Хан Уль очнулся резко.
Первое, что он увидел — белый потолок.
Второе — капельницу.
Третье…
Он повернул голову.
Я.
И Хана.
Секунда тишины.
— АААААААААААААА!!! — заорал он так, что у меня уши заложило. — Я УМЕР?!
— Я ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО МНЕ РАНО!!!
— ЭТО ЧТО, РАЙ ИЛИ АД?!
Он начал дёргаться, пытаясь отползти назад, запутавшись в простынях.
— НЕ ПОДХОДИТЕ! — закричал он, закрывая лицо руками. —
— Я БОЛЬШЕ НИКОГО НЕ УБИВАЛ, ЧЕСТНО!!!
— Я ВЁЛ СЕБЯ ХОРОШО!!!
— ХАН УЛЬ! — я схватила его за руку. — УСПОКОЙСЯ!
— НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ, ТЫ ТОЖЕ ПРИЗРАК?! — он заплакал. Реально. —
— МАМА, Я НЕ ХОЧУ!!!
Хана стояла в шоке, потом тихо сказала:
— …он всегда такой?
— Иногда хуже, — прошептала я.
Я наклонилась к нему.
— Послушай меня.
Ты жив.
Я живая.
И она тоже.
Он убрал руки с лица. Осторожно. Одним глазом.
— …не ври, — всхлипнул он. — Она умерла…
— Хан Уль, — сказала я мягко, — это правда Хана.
И она жива.
Он моргнул.
Посмотрел на Хану.
— …Хана? — голос стал совсем детским.
Она кивнула. Осторожно. — Да.
Он выдохнул.
— …значит, — пробормотал он, — я всё-таки в аду.
И — бум.
Глаза закатились.
Голова упала на подушку.
Монитор пикнул.
Я замерла.
— …он опять вырубился, да? — тихо спросила Хана.
Я посмотрела на него, потом на неё.
— Ага.
Пауза.
— Ну, — вздохнула я, вытирая лицо. —
Зато на этот раз без криков про апокалипсис. Прогресс.
Хана нервно усмехнулась.
А я подумала:
ему ещё столько всего предстоит узнать…
Он очнулся в третий раз.
Медленно.
Очень осторожно.
Сначала приоткрыл один глаз.
Потом второй.
Белый потолок.
Пищит аппарат.
Запах больницы.
— …ладно, — прохрипел он. — Если это ад, то слишком стерильно.
Он повернул голову.
Я сидела рядом.
Живая. Заплаканная. Настоящая.
Он облегчённо выдохнул.
— Фух… ты настоящая…
И тут он очень медленно перевёл взгляд дальше.
Хана.
Он замер.
Закрыл глаза.
Открыл снова.
— …нет, — спокойно сказал он. —
— Я это игнорирую.
Он отвернулся к стене и натянул одеяло до подбородка.
— Я ничего не видел.
— Ничего не слышал.
— У меня галлюцинации, и мы это уважительно пропустим.
— Хан Уль… — позвала я.
— НЕ НАДО, — перебил он. —
— Если это призрак, то пусть хотя бы будет молчаливый.
Хана не выдержала.
— Я не призрак, — сказала она тихо.
Он вздрогнул.
— …ОНИ ГОВОРЯТ, — прошептал он в ужасе. —
— Всё. Конец. Я сломался.
Я наклонилась к нему и взяла за руку.
— Послушай меня внимательно, ладно?
Без паники.
Без криков.
— Уже поздно, — пробормотал он. — Паника была два обморока назад.
— Это правда Хана, — сказала я. —
Она жива.
Её не убили.
Её заставили исчезнуть.
Он медленно повернул голову.
Посмотрел на неё.
Долго.
Слишком долго.
— …если ты живая, — тихо сказал он, —
почему ты стоишь так, будто сейчас снова умрёшь?
Хана сглотнула.
— Потому что я боялась, что ты не выдержишь, — честно сказала она.
Он хмыкнул.
— Спойлер: я не выдержал.
Тишина.
— Ты правда… — голос дрогнул. —
Ты правда здесь?
Хана кивнула.
— Да.
Он вдохнул.
Выдохнул.
— …ладно, — сказал он. —
— Тогда последний вопрос.
Мы напряглись.
— Если ты не призрак… — он прищурился, —
— почему я всё ещё жив?
И в этот момент дверь распахнулась.
— ОН СНОВА В СОЗНАНИИ?! — влетел врач, глядя в планшет. —
— Это рекорд!
— Доктор, — простонал Хан Уль, —
— если я ещё раз потеряю сознание, можно мне карточку «каждый пятый бесплатно»?
Врач моргнул.
— …простите?
— Он шутит, — сказала я быстро. — Это хороший знак.
Врач посмотрел на Хану.
— А вы кто?
Хан Уль мгновенно напрягся.
— НЕ СПРАШИВАЙТЕ, — сказал он резко. —
— Я только смирился.
Хана слабо улыбнулась.
—я Хана… их друг — она замялась.
Хан Уль фыркнул.
— Самое травматичное из возможных.
Врач кашлянул.
— Ладно, — сказал он. —
— Я вернусь позже.
— Очень позже.
Дверь закрылась.
Мы остались втроём.
Хан Уль посмотрел на Хану ещё раз.
Тихо.
Без криков.
— Если ты исчезнешь ещё раз, — сказал он, —
— я тебя сам с того света верну.
Поняла?
Хана улыбнулась сквозь слёзы.
— Поняла.
Смех ушёл так же внезапно, как и появился.
В палате стало тихо.
Слышно было только аппарат и его неровное дыхание.
Хан Уль смотрел в потолок. Долго.
Потом тихо сказал:
— Ладно…
— Хватит.
Я напряглась.
— Если это правда, — продолжил он, не глядя ни на меня, ни на Хану, —
если ты действительно жива…
я хочу знать всё.
Он повернул голову. Взгляд был серьёзный. Взрослый.
Совсем не тот, что минуту назад шутил про ад.
— Без сказок.
Без «потом».
Без жалости.
Хана медленно подошла ближе к кровати.
— Ты уверен? — спросила она тихо.
Он кивнул. — Я уже пережил твою смерть.
Хуже не будет.
Я сжала его руку.
Хана глубоко вдохнула.
— В ту ночь… в заброшке… — начала она.
— Я не умерла.
Он вздрогнул, но промолчал.
— Я потеряла сознание.
Было много крови.
Я думала, что всё… конец.
Её голос дрожал, но она держалась.
— Меня вытащили не полиция.
И не скорая.
Он нахмурился.
— Меня забрали мать и сестра Шин Хёка.
—а кто это?
—это один их тех парней богатых, их приёмный сын.
Тишина стала густой.
— Они отвезли меня в другую страну, — продолжила Хана. —
Под чужим именем.
Через частную клинику.
Хан Уль резко сел, забыв про капельницу.
— Что?.. — выдохнул он.
— Они спасли мне жизнь, — сказала Хана. —
Но не бесплатно.
Он побледнел.
— Они сделали так, — она смотрела прямо на него, —
чтобы весь мир решил, что я умерла.
Новости. Тело. Похороны.
Его руки начали дрожать.
— Зачем… — прошептал он. —
Зачем им это?
Я не выдержала.
— Потому что Хана — сказала я, —
и Чжи Хо — знали многое.
Он резко посмотрел на меня.
— Их семья убила родителей Ханы, — продолжила я. —
Ещё когда она и Чжи Хо были детьми.
Он замер.
— Поэтому Шин Хёк хотел убить нас обоих, — тихо сказала Хана. —
Это не было издевательство.
Это было зачистка.
Хан Уль закрыл лицо ладонями.
Хан Уль резко поднял голову.
— Он… — дыхание сбилось. —
Он всегда боялся…
Слёзы потекли по его щекам. Без звука.
— Всё это время… — прошептал он. —
Он был один…
Я обняла его за плечи.
( ребята извините, может быть я начну меньше фотки использовать или же вообще не ставить. )