знакомства
Хан Уль сидел, прислонившись к стене, уставившись в пол. В голове всё ещё гремели слова отца, крики, решётки.
— Долго ещё будешь смотреть в одну точку? — раздался голос из соседней камеры.
Хан Уль медленно поднял голову.
Парень лет его возраста сидел на койке, закинув руки за голову. Лицо с синяком, разбитая губа — но взгляд спокойный. Слишком спокойный для этого места.
— Тебе какое дело? — хрипло бросил Хан Уль.
Парень усмехнулся.
— Никакого. Просто обычно так смотрят те, кому пытаются сломать голову. А не кости.
Хан Уль промолчал.
— Из-за девушки? — продолжил тот. — Всегда из-за девушки.
Это задело.
— Ты много говоришь, — Хан Уль встал. — Лучше молчи.
— А ты много орёшь, — спокойно ответил парень. — И это тебе не помогает.
Тишина.
Потом Хан Уль вдруг сел обратно.
— Её отец, — выдохнул он. — Он врёт. Но я не могу доказать.
Парень повернулся к нему внимательнее.
— Вот теперь интересно.
Хан Уль рассказал всё. Без прикрас. Про тебя. Про нож. Про Джунхо. Про отца. Про то, как его специально заперли.
Когда он замолчал, в камере повисла пауза.
— Знаешь, — наконец сказал парень, — если бы её отец был спокоен… он бы просто дал тебе правду.
— Он сказал, что Джунхо — не главный, — процедил Хан Уль. — Но не сказал кто.
Парень хмыкнул.
— Потому что ты уже близко.
— К чему?
— К тому, кто ему подчиняется, — он наклонился вперёд. — И это его
пугает.
Хан Уль нахмурился.
— Если бы он был уверен в контроле, — продолжил парень, — он бы не путал тебя. А он путает. Значит, боится.
—Что? — спросил Хан Уль.
—брат. Бро. Друг мой. Её отец тебе путает! Ты нашёл его человека, а именно Джунхо а это значит что ты можешь убить его а отец от этого боится потому что следующий будет он, вот почему он говорит что есть кто то другой кто будет вас убить, он говорит это чтобы ты сделал ошибку и он смог тебе победить и убить вас обоих, так что он явно врёт.
—значит....
—Значит он врёт тебя, не верь ему.
— Думаешь, он меня специально запер?
— Думаю, он выиграл время, — спокойно сказал тот. — Пока ты здесь, ты не копаешь.
Хан Уль медленно выдохнул.
Мысль ударила слишком точно.
— Чёрт… — прошептал он. — Это… реально может быть так.
Парень усмехнулся.
— Я всегда прав.
— Кто ты вообще такой? — Хан Уль посмотрел на него.
— Чжи Хо, — коротко. — И я не люблю, когда мной манипулируют.
— Ты мне поможешь?
Чжи Хо посмотрел на решётку. Потом обратно на Хан Уля.
— Если ты вытащишь меня отсюда — помогу.
— И сделаем это красиво.
Хан Уль впервые за всё это время слегка усмехнулся.
— Я тебя вытащу.
— Тогда, — Чжи Хо ухмыльнулся, — считай, что у тебя появился мозг.
— А у тебя — защита.
Они переглянулись.
В этом месте, где ломаются люди,
начался союз.
Шаги. Лязг ключей. Металлический звук, от которого внутри всё сжималось.
— Телефон, — резко сказал Хан Уль, поднимаясь. — Сейчас.
Охранник посмотрел на него с раздражением.
— Я же сказал ——
— СЕЙЧАС, — перебил Хан Уль. Голос был спокойный. Опасно спокойный.
— Или ты потом будешь объяснять, почему не дал его вовремя.
Охранник замер. Потом выругался сквозь зубы и протянул телефон.
— Одна минута.
Хан Уль уже набирал номер.
Гудки.
Один.
Второй.
— Говори, — раздался голос отца. Холодный, как всегда.
— Мне нужен выход, — без прелюдий сказал Хан Уль. — Мне и парню из соседней камеры.
Пауза.
— Ты в своём уме? — усмехнулся отец. —Ты попал в тюрьму с другом? Это портит твою и мою реакцию!
— Мне плевать, — отрезал Хан Уль. — Ты знаешь, почему я звоню.
Снова тишина. Уже другая. Настороженная.
— Мне и моему другу предъявили обвинения.
— Ты их снимешь. Сейчас.
Долгая пауза.
Потом — коротко:
— Передай телефон полицейскому.
Хан Уль медленно улыбнулся и протянул трубку охраннику.
— Он хочет поговорить.
Охранник нахмурился, но взял телефон.
— Да… Понял… Конечно… Сейчас.
Он отключился и посмотрел на Хан
Уля уже совсем иначе.
— Сядь, — сухо сказал он. — Сейчас всё оформят.
Чжи Хо из соседней камеры тихо усмехнулся.
— Неплохо, — бросил он. — Даже лучше, чем я думал.
Хан Уль посмотрел на решётку.
— Я же сказал, что вытащу тебя.
— Тогда считай, — ответил Чжи Хо, — что ты только что начал войну.
Хан Уль сжал челюсть.
— Она уже началась.
Дверь щёлкнула.
— Свободны, — сухо сказал охранник,
даже не глядя.
Хан Уль первым шагнул за порог.
Телефон вернули — холодный, чужой в ладони.
Чжи Хо вышел следом и, не останавливаясь, грубо толкнул
охранника плечом.
— Полегче, — рявкнули ему вслед.
— Привыкай, — усмехнулся Чжи Хо. — Мы не задержимся.
Они вышли на улицу.
Воздух ударил в лицо резко — свободой, шумом, реальностью.
Хан Уль не стал оглядываться. Он уже набирал номер.
— Подъедь, — коротко сказал в трубку. — Сейчас.
Он убрал телефон. Прошло не больше пяти минут.
Чёрная машина остановилась у входа. Водитель вышел и молча открыл дверь.
— Поехали, — бросил Хан Уль.
Они сели на заднее сиденье. Дверь захлопнулась.
Машина тронулась.
Чжи Хо откинулся назад и тихо хмыкнул:
— Ну что, герой. Первым делом — правда или ложь?
Хан Уль не ответил. Он смотрел на
экран телефона.
Твой контакт.
Он нажал «вызов».
Гудки.
— Алло?.. — твой голос. Тихий. Настороженный.
У него сжалось в груди.
— Это я, — сказал он спокойно. Слишком спокойно. — Как ты?
— Хан Уль?.. — ты сразу выдохнула.
— Где ты был? Я… я звонила тебе…
Он закрыл глаза на секунду.
— Были дела, — ответил он. — Всё нормально. Ты как?
Пауза.
— Меня выписали, — сказала ты. — Я сейчас… не дома.
— Где ты? — мгновенно напрягся он.
— У Мин Ги. Временно. Ребята сказали, что так будет лучше.
Хан Уль сжал телефон.
— Хорошо, — сказал он. — Ты не одна?
— Нет. Они рядом.
Он выдохнул.
— Это хорошо, — тихо сказал он. — Отдохни. Я скоро приеду.
— Правда?.. — в твоём голосе появилась надежда. — Ты в порядке?
Он посмотрел в окно. Город проносился мимо, будто ничего не произошло.
— Да, — солгал он. — Всё под контролем.
— Тогда… — ты помолчала. — Тогда просто напиши, когда будешь рядом.
— Напишу, — ответил он. — Обещаю.
Он отключился.
Чжи Хо посмотрел на него внимательно.
— Не сказал.
— Не сейчас, — глухо ответил Хан Уль.
— Знаешь, — усмехнулся Чжи Хо, — самые опасные враги — это не те, кто бьёт.
— А те, кому ты врёшь.
Хан Уль ничего не ответил.
Машина мчалась вперёд.
А между вами
уже лежала первая тайна,
которая могла либо защитить…
либо уничтожить всё.
Машина остановилась у дома Мин Ги.
Хан Уль первым вышел. Осмотрелся
— привычка. Потом открыл дверь с другой стороны.
— Выходи, — коротко сказал он.
Чжи Хо усмехнулся и вышел следом, засунув руки в карманы. Взгляд быстрый, цепкий — он сразу отметил камеры, окна, подъезд.
— Уютно, — хмыкнул он. — Но расслабляться тут нельзя.
Хан Уль ничего не ответил.
Они поднялись и вошли в дом.
В гостиной уже были Кан Ё Соп, Го Так, Сухо, Муён и Мин Ги. Разговор оборвался в ту же секунду, как дверь закрылась.
Их взгляды сразу остановились на Чжи Хо.
Напряжение повисло в воздухе.
— …кто это? — первым спросил Сухо, делая шаг вперёд.
Мин Ги инстинктивно встал чуть ближе ко мне.
Я почувствовала, как сердце пропустило удар.
Хан Уль сделал шаг вперёд.
— Спокойно, — сказал он. — Он со мной.
— Это не ответ, — жёстко сказал Го Так.
Чжи Хо усмехнулся и слегка наклонил голову.
— Чжи Хо, — представился он. — Пока жив. Пока свободен.
— И, судя по лицам, я вам уже не нравлюсь.
— Ты прав, — холодно сказал Кан Ё Соп. — Не нравишься.
— Отлично, — Чжи Хо пожал плечами. — Значит, будем честны.
Я смотрела на Хан Уля, не веря глазам.
Он был здесь. Живой. Реальный.
— Хан Уль… — прошептала я.
Он обернулся.
На секунду весь этот холод исчез.
Он подошёл ко мне и аккуратно обнял, будто боялся сломать.
— Я здесь, — тихо сказал он. — Всё хорошо.
Но я чувствовала — он напряжён. Слишком.
Он отпустил меня и повернулся к остальным.
— Чжи Хо будет с нами, — сказал он твёрдо. — Он поможет найти Джунхо.
Комната взорвалась вопросами.
— Что значит «будет с нами»?!
— Ты ему доверяешь?!
— Откуда он вообще?!
Чжи Хо поднял руку.
— Расслабьтесь, — сказал он. — Я не ваш друг. Я ваш инструмент.
— И мне тоже есть, что спросить у Джунхо.
Тишина.
— Почему? — спросил Мин Ги.
Чжи Хо посмотрел на Хан Уля. Потом — на меня. Его взгляд стал серьёзнее.
— Потому что Джунхо — пешка, — сказал он. — А пешки всегда знают, кто ими двигает.
Хан Уль кивнул.
— Мы начнём с него, — сказал он. — И дойдём до конца.
Я сжала пальцы.
Что-то начиналось.
Что-то опасное.
И впервые за всё это время
я поняла:
он не просто вернулся.
Он пришёл воевать.