хорошо
Ты попробовала чуть-чуть приподняться, пошевелиться - буквально совсем немного.
Но в животе будто что-то разорвалось заново.
Резкая, жгучая боль пронзила тебя так сильно, что дыхание сорвалось.
- а-а...
Ты тихо застонала, сжала зубы, пытаясь не закричать.
Хан Уль моментально заметил это.
Его глаза расширились, он мигом подался ближе.
- Эй, эй... не двигайся. Не надо.
Он осторожно положил руки тебе на плечи, почти не касаясь, но удерживая от лишних движений.
Ты судорожно вдохнула, слёзы сами выступили на глазах.
- ...болит...
Он сжал губы, будто эта боль была не у тебя - у него.
Он посмотрел на твой живот, на повязку, слегка приподнял одеяло и увидел, как ты дрожишь.
- Конечно болит... тебя... тебя резали, шили без наркоза...
Голос дрогнул, он отвернулся всего на секунду, чтобы не показать, как у него снова глаза наполняются слезами.
Но ты тихо выдохнула от боли, и он тут же вернул взгляд к тебе.
Мягкий, почти отчаянный.
- Не двигайся. Не напрягай мышцы. Даже чуть-чуть - нельзя.
Он аккуратно поправил подушку за твоей спиной, поддерживая тебя, чтобы ты не напрягала живот.
- Скажи мне, где больнее всего? Живот? Нога? - спросил он совсем тихо, будто боялся причинить боль даже голосом.
Ты попыталась сказать, но боль сорвала слова, поэтому ты просто моргнула, показывая вниз - на живот.
Хан Уль резко выдохнул, провёл рукой по волосам, потом наклонился к тебе ближе:
- Хорошо. Не говори. Я всё вижу.
Он убрал прядь с твоего лица, коснулся твоей щеки кончиками пальцев - едва-едва.
- Т/и... ты такая хрупкая сейчас...
Он заглотнул.
- И я до сих пор не могу поверить, что меня рядом не было... что ты была одна...
Ты снова попыталась чуть-чуть шевельнуться - рефлекторно, но тут же вскрикнула от боли.
Хан Уль тут же схватил твою руку.
- Нет! Не делай так!
Он взял её в свои ладони и прижал к губам.
- Я здесь. Просто лежи. Всё остальное сделаю я.
Он сел рядом на край кровати, одной рукой продолжая держать твою, другой - обнимая тебя за плечи, поддерживая.
Ты лежала, дыша тяжело и осторожно.
Он смотрел на тебя, не отводя взгляда, будто боялся моргнуть и потерять тебя снова.
Ты лежала, пытаясь дышать ровно, боль понемногу утихала, но слабость была сильная.
Хан Уль сидел рядом, всё ещё держа твою руку, смотря на тебя так, будто боялся моргнуть.
Вы пару минут просто молчали.
Тихо. Спокойно. Слишком спокойно после той ночи.
И вдруг он отвёл взгляд.
Плечи напряглись.
Губы дрогнули.
Ты сразу поняла - он пытается что-то сказать, но не может.
- Хан Уль?.. - тихо позвала ты.
Он выдохнул. Резко. Глубоко.
Опустил голову, ладонь, которой держал твою руку, задрожала.
- Я... не заслуживаю тебя.
Ты чуть приподняла брови, не веря услышанному.
Он говорил хрипло, срываясь:
- Я плохой. Я... не защитил тебя. Я не ответил на твои звонки... я был обижен... а ты там... одна...
Он сжал кулаки, взгляд стал стеклянным.
- Ты могла умереть. Из‑за меня.
Ты попыталась пошевелить рукой - больно, но ты всё равно коснулась его пальцев.
- Хан Уль...
Он покачал головой, слёзы блеснули в уголках глаз:
- Ты не должна быть рядом со мной. Ты не должна была меня прощать. Я... я недостоин.
Ты смотрела на него - на его сломленный голос, дрожащие руки, взгляд, полный боли и вины.
Он никогда не показывал себя настолько уязвимым.
Настолько настоящим.
Тихо, очень мягко, ты сказала:
- Я простила тебя... потому что люблю тебя.
Он замер.
Полностью.
Как будто его дыхание остановилось.
Его глаза расширились, дыхание сбилось, он даже не моргнул - просто смотрел на тебя, будто услышал невозможное.
- ...любишь...? - прошептал он, будто боялся, что ослышался.
Ты кивнула.
Медленно, но уверенно.
И в тот же миг он наклонился вперёд, осторожно положил ладонь на твою щёку - нежно, бережно, как будто ты могла разбиться от любого прикосновения.
- Т/и...
Он с трудом сглотнул.
- Не говори так... если ты не уверена... потому что я...
Ты тихо прошептала:
- Я уверена.
И он не выдержал.
Он наклонился и поцеловал тебя.
Не резко, не страстно - а осторожно, медленно, будто этот поцелуй - самое драгоценное, что у него есть.
Будто он боялся причинить боль твоим ранам.
Его губы дрожали.
Дыхание у него сбилось.
Он держал твоё лицо обеими руками, словно боялся, что ты исчезнешь, если он отпустит.
В этом поцелуе было всё:
страх потерять, вина, облегчение...
и любовь, от которой он не мог больше прятаться.
Когда он отстранился, он всё ещё дышал тяжело, а его лоб касался твоего.
- Я тоже тебя люблю... Т/и.
- прошептал он, почти неслышно.
И снова поцеловал - чуть сильнее, но всё так же нежно.