Ненавижу
Низ живот ужасно резало. Это сводило с ума.
- Позвони Насте, пусть она приедет. - держась за живот и свернувшись в клубок, попросила Ника Даню.
Даня молча взял Нику на руки и вынес из дома. Открыв дверь в машине, положил Нику на заднее сиденье.
До ближайшей больницы ехать примерно сорок минут, но Даня под болезненными стонами Ники докатил за двадцать. Дальше все как в тумане. Даня занёс Нику в больницу, её положили на каталку и...
Проснувшись, Ника поднялась с койки, живот болезненно тянуло. Поднявшись на ноги, Ника подошла к зеркалу во весь рост, стоящему возле окон. Увидев себя в отражении, Ника побледнела, походя на мертвеца, на ее лице читались шок вперемешку со страхом. Запустив свою тонкую ладонь под длинную серую футболку, Ника провела по животу, который пару-тройку часов назад был на несколько сантиметров больше. На глазах наворачивались слезы, сердце дрогнуло, все рухнуло.
- Нет, - всхлипывая, прошептала Ника, - нет, нет, нет...
В палату забежала обеспокоенная Настя, на ее лице читались ужас и беспокойство. В правой руке Настя держала черный готический рюкзак с вещами, но, невольно переведя свой испуганный взгляд на отражение, её хватка ослабла и рюкзак с приглушённым «бам» упал на идеально чистый кафель белого цвета.
- Ника?..
Ника, ничего не ответив, продолжала повторять:
- Нет, нет, - неразборчивое хлюпанье резко сорвалось на истошный крик, - нет, нет, нет!
Обнаженные колени затряслись и подкосились, Нику начало лихорадить. Настя на бегу поймала подругу у самого пола, не дав той разбить голову. Окончательно сорвавшись, Ника начала бить Настю в грудь в попытках вырваться, но вскоре силы покинули ее, руки, становясь ватными, перестали слушаться, глаза закрывались.
- Ника, - по богровевшим щекам Насти покатился град слез, глаза покраснели, капилляры показались из белков.
Сидя над Никой, Настя не смогла себя сдержать и, прижавшись лицом к плечу Стрельцовой, вся боль выплеснулась в форме вскриков.
В этот пасмурный день Ника чувствовала себя по особенному паршиво: чувство пустоты вновь и вновь вгоняло её в депрессию. Да, этот ребенок незапланированный, да, нежеланный. Но это ребенок. Нельзя делать такой участи невинному созданию. Любая мать, пусть изредка, пусть в неделю раз, но чувствовала в себе тоску, даже если она сама решила избавиться от не родившегося дитя.
Днём позже пожаловал в палату обеспокоенный Глеб. Он принес, как не странно, две розы. В ответ на этот знак Ника с неприязнью покосилась. Он что, издевается?
- Мне жаль. - первое, что произнес Глеб, опустив глаза в пол.
- Поговорить хочешь? - с осторожностью спросила Ника.
Глеб сел рядом с Никой на краешек койки.
- Я переживал, вот и приехал поддержать.
- Ты ведь хотел этого, да? - сложив руки на груди.
- Зачем мне хотеть того, чего тебе могло бы навредить?
- Не прикидывайся, - Ника была настроена не очень доброжелательно, - в душе тебе было обидно.
Глеб положил розы на деревянную тумбу, чуть молчал, после продолжил:
- Ты бы лучше друзей выбирала.
- В смысле? Ты о ком? - непринужденно спросила Ника
- Ребенок то твой умер не сам.
Ника непонимающе выгнала бровь.
- Не говори ерунду. Врачи сделали это, чтобы спасти меня! - уже не выдержав, вскрикнула Ника.
- Да! - не отступал Глеб, вскочив с места. - Однако на это нужно согласие!
- Но я не...
- Верно. - глаза Глеба расширились в огне раздражения. - Его дали за тебя.
- Хочешь сказать, что это ты дал, верно? - уже еле сдерживая слезы.
- Подумай хорошенько, кто мог это сделать.
Ника замолчала. Если не Глеб, то кто? Или он снова врёт в своей манере?
- Если никто на ум не приходит, спроси у Насти.
После этих слов Глеб сразу же покинул палату, оставив Нику один на один с непонятками. В слова Глеба Ника не верила, не могла лучшая подруга так с ней поступить. Нике просто не хотелось в это верить. Но самая отдаленная часть мозга настаивала на том, что нужновызвать Настю, так сказать, на очную ставку. Едва ли сдерживая эмоции, Ника набрала номер Насти и сообщила, что ждёт ее на разговор. И уже через часок-другой Настя стояла перед Никой в неком обеспокоенном состоянии.
- Ну и зачем ты так поступила? - ожидая, что подруга сама раскается, спокойно спросила Ника.
- Что? Что я сделала? - непонимающе спросила Настя, по-прежнему о чем-то сильно переживая.
- Не строй дуру из себя. - угрюмость сменилась улыбкой. - Зачем было поступать? Что я сделала тебе, что заслужила такое?
И тут Настя сдалась.
- Я не знала как поступить иначе. Прости. Мне пришлось все рассказать тете Оле.
- Так ты ещё и родителям все рассказала. - Ника схватила Настю за волосы и притянула к себе. - Какая же ты хреновая лгунья, Насть.
- Отпусти. - заскулила Настя , схватившись за Никино запястье в попытке ущипнуть. - Прошу. Мне больно.
- Тебе больно? - сделала наигранно испуганное лицо Ника. - А мне, по-твоему, не было больно все эти недели? - Ника дала Насте пощёчину, не рассчитывая силу. Настя повалилась на кафель, держась за горящую щеку. На ресницах можно было разглядеть капельку слезы. Ника навалилась сверху и снова дала Насте по уже другой щеке. - Мне не больно было все эти месяцы? - затем ещё и ещё. - Ты не представляешь, как мне было плохо.
Вовремя остановившись, Ника поняла, что натворила, однако о содеянном ни капли не пожалела. Снова схватив Настю за волосы, поспешно выталкала ее из палаты.
- А теперь вон пошла.
Закрыв за собой дверь, Ника села на пол и положила руку на макушку. Заболела голова. На когда-то белом кафеле теперь виднелись брызги крови.