Глава 91. Мама тоже возродилась?
Недаром Ван Чжи до сих пор одинок. Если бы его пик ухаживаний за человеком не начался так поздно, его бы давным-давно уже приняли за извращенца и арестовали. М-да, этот цветок персика распустился слишком поздно.
Чжан Ую увидел, что он всё ещё бережно гладит злополучную тетрадь, исписанную липкими слащавыми словами, и не мог не почувствовать беспокойство за его любовные перспективы и становление личной жизни:
- Хватит обнимать эту штуку, она лишает рассудка.
На лице Ван Чжи появилось выражение несогласия. Чжан Ую сделал вид, что не заметил этого, и спросил:
— Ты уже назначил встречу с Хань Таном?
— Я... я ещё не придумал, как с ним заговорить. – При упоминании Хань Тана, Ван Чжи смущённо улыбнулся, проявляя редкую застенчивость, с оттенком невинности маленького девственника. — Просто... я просто хочу ещё немного подождать.
Чжан Ую никогда раньше не видел у Ван Чжи такой стороны и не мог не скривиться, словно дедушка в метро, смотрящий в чужой телефон. Как раз в этот момент Ян Цин случайно обернулся и, увидев его таким, тихонько достал телефон и сделал пару фотографий. Его движения были очень ловкими, и Чжан Ую ничего не заметил. А вот Ван Чжи, видя такое выражение лица Чжан Ую, не мог не оправдаться:
- Мы обычно поддерживаем связь.
- О? - Чжан Ую задумался о его поведении, ведь большую часть времени у того не хватало смелости флиртовать с другими. Он не ожидал, что это будет так многообещающе, и не мог не спросить с любопытством: - И о чём вы говорите?
Ван Чжи снова смутился:
- В последнее время он очень занят. Каждый раз, когда я спрашиваю «ты тут?», он всегда отвечает «я занят».
Чжан Ую:
- ...Ха??? - И это ты называешь общением?
«Ты тут?»
«Я занят».
...И это всё? Это явно означает, что человек не хочет с тобой общаться! Чжан Ую бессильно склонил голову на широкое и крепкое плечо Ян Цина, думая про себя: Кто бы мог подумать, что некоторые люди выглядя умными и способными, когда сталкиваются с любовными делами, словно попадают под действие проклятия, становясь совершенно безмозглыми.
Чжан Ую покачал головой. Если он не вмешается, Ван Чжи абсолютно точно останется холостяком на всю оставшуюся жизнь. Ради их прошлой жизни, он должен помочь ему.
Чжан Ую немного подумал и решил начать с того, что больше всего беспокоит Хань Тана:
- Связывалась ли Жуан Байчунь с «Сю»?
Заговорив о Жуан Байчунь, Ван Чжи стал серьёзным.
- В настоящее время она живет в доме У Илэ. Из тех пятидесяти человек, которых мы вернули в «Сю», десять согласились сотрудничать с нами. Как только у неё будут какие-то движения, они немедленно свяжутся с нами. - Немного помолчав, он добавил: - Но пока всё спокойно, ничего не происходит.
Чжан Ую провёл языком по дёснам.
- Она не из спокойных. Недели ей достаточно, чтобы найти другой выход. В конце концов, это «Сю» - её старое пристанище. Если она действительно захочет что-то сделать, эти несколько человек не обязательно смогут что-то разузнать. Вот что, — улыбнулся Чжан Ую и его глаза изогнулись в дуги, —переведи Хань Тану 20 000 и скажи ему, что это предоплата для расследования. Объектом расследования является Жуан Байчунь, конкретные детали и требования нужно обсудить при личной встрече.
Служебное дело... всё ещё может связать его с Хань Таном? Ван Чжи немного опешил, но его язык уже опередил мозг:
- Э-это сработает?
- Не узнаешь, пока не попробуешь.
Ван Чжи поднял голову и взглянул на господина Яна, которого Чжан Ую использовал как подушку... Успешный пример прямо перед вашими глазами.
Он достал свой телефон, нашёл WeChat Хань Тана и быстро перевёл 20 000. Система выдала ярко-красный восклицательный знак и любезно подсказала: «Сообщение отправлено, но было отклонено другой стороной». Ван Чжи был совершенно изумлён:
- Он... он добавил меня в чёрный список!
- Как так? – Удивился Чжан Ую: - Дай-ка посмотреть.
Ван Чжи обеими руками почтительно подал ему телефон. Чжан Ую взял его, взглянул и обнаружил, что на странице чата между Ван Чжи и Хань Таном выстроился длинный столбец исходящих сообщений — «Ты тут?» Все это было отправлено Ван Чжи. Каждый день. Утром, днём и вечером. По одному сообщению. Содержание всегда одинаковое, всего два слова — «Ты тут?»
Ян Цин изначально не собирался слушать любовные переживания своего подчинённого, но сейчас, опустив голову, он увидел страницу чата. Эти действия, вызывающие неприязнь, заставили его с отвращением отвернуться.
Чжан Ую глубоко вздохнул и искренне сказал:
- На его месте я бы уже давно тебя заблокировал! - Хань Тан действительно обладает большим терпением при вспыльчивом характере. Если бы кто-то целый день приставал ко мне с вопросом «Ты тут?», но не говорил, что ему нужно, я бы и сам его давно добавил в чёрный список! А Хань Тан смог продержаться целую неделю. В некотором смысле его можно считать уравновешенным.
Чжан Ую бросил трубку обратно Ван Чжи, и не смог сдержаться, чтобы не задать вопрос, идущий из глубины души:
- Ты что, реинкарнация магнитофона?
Ван Чжи уныло опустил голову:
- Я просто хотел спросить, когда у него будет больше времени, чтобы спокойно поболтать.
Глядя на убогий вид этого человека, Чжан Ую снова стало его немного жалко. Если оставить всё как есть, эти двое, вероятно, больше никогда не пересекутся в этой жизни. Он потёр переносицу и скомандовал:
- Позвони ему сейчас же.
- А? – Спросил Ван Чжи заикаясь: - И ч-что сказать?
- Про Жуан Байчунь!
Возможно, из-за того, что шум в гостиной стал слишком громким, к ним вышли У Цзыцзюнь с Чжу Сюаньанем.
- Малыш. - Сначала послышался голос, а потом появилась и сама У Цзыцзюнь. — У нас гости?
Её голос был нежным и мягким, особенно когда она произносила слово «малыш», в окончании которого всегда звучала нотка безграничной любви, от чего досада Чжан Ую, вызванная странными действиями Ван Чжи, полностью исчезла.
- Мама. - Чжан Ую встал, чтобы встретить её, но как только он взял У Цзыцзюнь за руку, почувствовал, как всё её тело напряглось, а глаза широко распахнулись, словно она увидела что-то пугающее.
- Ты. - Взгляд У Цзыцзюнь застыл на стоявшем перед ней Ван Чжи.
Ван Чжи поднялся с дивана и вежливо поздоровался:
- Здравствуйте, тётя.
- Ван Чжи. - У Цзыцзюнь произнесла слова чётко, с лёгкой дрожью в голосе.
- ...Хм? - В сердце Чжан Ую зародилось сомнение.
Это была первая встреча У Цзыцзюнь и Ван Чжи. По логике вещей, она не должна была его знать. Но только что она не только точно назвала имя Ван Чжи, но и её эмоции были очень необычными.
— К-как ты здесь оказался? - У Цзыцзюнь выглядела растерянной.
Ян Цин заметил её ненормальное состояние, встал и поддержал с другой стороны, помогая сесть на диван. Ван Чжи, стоявший напротив У Цзыцзюнь, был ошарашен этим вопросом. Разве ему... не следует здесь быть? Он перевёл взгляд на Чжан Ую, умоляя о помощи.
Чжан Ую слегка кивнул и обернувшись, успокаивающе похлопал У Цзыцзюнь по спине. Он тихо сказал:
— Это дом семьи Ян, а Ван Чжи — наш друг, поэтому неудивительно, что он появился здесь.
- П-правда? - Глаза У Цзыцзюнь слегка дрожали, а выражение лица говорило, что она этому не верит.
Ван Чжи не должен быть вместе с Ую. Когда она видела Ван Чжи в последний раз, Ую был... был... был...
...был что? Она не могла вспомнить.
Возможно, выражение лица У Цзыцзюнь было слишком испуганным, поэтому Ян Цин сказал:
- Тётя, ты, наверное, немного устала? Хочешь вернуться в свою комнату и отдохнуть?
После этих слов он бросил тяжёлый взгляд на Чжу Сюаньаня. Как профессиональный психиатр, Чжу Сюаньань обязан обеспечить пациенту наилучший отдых и лечение. Тот вышел вперёд и сказал:
- Извините, что так долго с вами разговаривал, мне следовало заметить раньше, что вы устали. Я провожу вас наверх?
У Цзыцзюнь с беспокойством смотрела на Ван Чжи и неуверенно сказала:
- Я... я хочу немного посидеть здесь.
- Посидеть и поболтать тоже неплохо. - Чжу Сюаньань был похож на траву у стены*, всегда склонялся только на сторону У Цзыцзюнь.
*Китайская идиома, «человек, который «похож на траву у стены» (или «как трава у стены»), вероятно, относится к выражению 「墙头草」 (qiáng tóu cǎo), что буквально означает «трава на стене» и описывает лицемера, двурушника, приспособленца, меняющего своё мнение или лояльность в зависимости от того, с какой стороны дует ветер — с одной стороны или с другой. Такой человек не имеет твёрдых убеждений и подстраивается под сильного или выгодного в данный момент.
Ян Цин взглянул на этого ужасного лечащего врача и тут же захотел заменить эту штуку. Чжан Ую с усмешкой на лице взглянул на Чжу Сюаньань и успокаивающе похлопал Ян Цина по тыльной стороне руки.
Чжу Сюаньань взглянул на левую и правую стороны от У Цзыцзюнь. Он хотел сесть рядом с ней, но, с одной стороны, она крепко держала руку Чжан Ую. Двое, мать и сын, сидели в широком кресле, и места вроде бы хватало, но, если бы и он захотел сесть, это было бы слишком недружелюбно по отношению к креслу. И главное, с другой стороны, сидел Ян Цин, похожий на бога смерти.
Он только недавно противоречил воле этого живого царя загробного мира, и сейчас у него не хватало смелости присоединиться к этой компании. У него не было выбора, кроме как отступить и сесть рядом с Ван Чжи. Он взял на себя инициативу начать разговор:
- Только что у вас тут было очень оживлённо, поэтому мы решили присоединиться к веселью молодёжи.
Едва эти слова слетели с его уст, как У Цзыцзюнь возбуждёно вскочила словно получила нервный удар. Пара её прекрасных глаз была полна растерянности и беспокойства. Взглянув на Чжан Ую рядом с собой, она вдруг указала пальцем на Ван Чжи и резко крикнула:
- Вон отсюда, ты злобный обманщик! Мой Ую в порядке! У него не вырвали сердце! Прочь! Обманщик!