Глава 45. Жестокий и безжалостный господин Ян
Тцк!
Едва слова сорвались с губ Ян Цина, как он тут же пришёл в себя и осознал, что только что произнёс. Однако его самообладание было на высоте - его лицо не покраснело и дыхание не сбилось. Он повёл себя так, будто вовсе не произносил тех слов, лишь торопливо сказал:
- Иди, прими душ.
Чжан Ую внимательно окинул взглядом лицо Ян Цина, а затем медленно ответил:
- Ага.
Ян Цин не знал, показалось ли ему, но он почувствовал, что в этом слове Чжан Ую скрывалось куда больше смысла. Однако он по-прежнему сохранял ледяное спокойствие и с холодным лицом спросил:
- Ещё не ушёл? Хочешь ещё немного позаниматься?
- Я уже иду. - С улыбкой на лице Чжан Ую направился к двери, но, почти свернув за косяк, вновь обернулся, сияя липкой, слащавой улыбкой, полной самодовольства и кокетства, и гордо сказал: - Ты тоже поторопись. Я жду, когда ты намажешь мне лекарство.
Ян Цин: «...» Чёрт возьми! Он всё понял!
Чжан Ую пустился наутёк, переполненный одновременно и возбуждением, и восторгом. Ян Цин застыл на месте с каменным лицом, и лишь спустя долгое время протянул руку, коснулся мочки уха, и с долей гнева и досады тихо пробормотал:
- Ублюдок!
****
Су Яньян, скрываясь в полумраке за поворотом лестницы, смотрела ядовитым взглядом, как Чжан Ую, сияя от радости, прошёл мимо лестничной площадки и направился прямиком в комнату братца Яна. Она отступила в темноту, её слегка опущенные веки прикрывали зрачки, придавая взгляду холодную и жестокую выразительность.
Чжан Ую! Чжан Ую! Пока он остаётся в доме семьи Ян хотя бы один день, взгляд братца Яна не обратится на неё. Нужно придумать способ... придумать способ...
****
Чжан Ую с наслаждением принял ванну, обернулся банным полотенцем и без тени стеснения вышел в комнату. Однако человек, который обещал намазать ему лекарство, в комнате отсутствовал. Он сделал несколько шагов в сторону кабинета, где сквозь дверь едва доносился низкий бархатный голос Ян Цина, произносивший что-то вроде: «Уверен, что это он? Доставь его сюда» и тому подобное.
Прекрасные глаза Чжан Ую забегали, в голове мелькнула смутная догадка, но она рассеялась под звуки приближающихся шагов Ян Цина.
- Хозяин. - Чжан Ую остался стоять на месте, ожидая, когда Ян Цин подойдёт ближе. Его лицо всё ещё сохраняло лёгкий румянец после купания. Он смотрел на мужчину, слегка запрокинув голову, словно милый розовый питомец, стремящийся угодить ему.
Ян Цин положил лекарство ему в ладонь и подтолкнул в сторону кровати:
- Уже поздно, нанеси лекарство сам и ложись спать.
Чжан Ую замер:
- Хозяин, а вы не ляжете со мной?
Ян Цин уже взял пиджак и перекинул его через запястье, и слегка приподнял подбородок, когда услышал эти слова:
- Ложись первый.
Видимо, маленького козла отпущения уже доставили к двери.
Чжан Ую всё отлично понимал, но телом плотно прилип к Ян Цину, следуя за ним вплоть до двери, и лишь тогда тихо, полным зависимости голосом прошептал:
- Хозяин, а ты... вернёшься спать?
Ян Цин нахмурился и спросил:
- Если не вернусь, то где же мне ещё спать?
Чжан Ую удовлетворённо рассмеялся, протянул руку, зацепив его мизинец, и кокетливо сказал:
- Тогда я подожду тебя.
Слова «Не нужно» уже вертелись на языке, но в последний момент, подумав, что этот малыш вряд ли будет так уж послушен, он лишь сказал:
- Ладно, иди спать.
- Хозяин, возвращайся пораньше, я буду ждать.
****
Закрыв дверь, маленький питомец, ещё минуту назад умолявший хозяина поторопиться, тут же сбросил пушистую маскировку и ловко выпрыгнул в окно, почти одновременно с Ян Цином, достигнув комнаты допросов. С той лишь разницей, что один был внутри, а другой - снаружи.
****
Как он и предполагал, маленький козёл отпущения был туго привязан к тому же стулу, на котором сидел Тан Цзин. Сцена была точно такой же, разница заключалась лишь в том, что сменился сидящий человек.
Ци Ань плотно сжал губы, его слегка детское лицо было опущено вниз, как будто полностью отказавшись от сопротивления. С позиции Чжан Ую можно было увидеть только половину его лица, но даже этого было достаточно, чтобы совместить его с прошлой жизнью - потерянному младшему господину семьи Ци. Именно он оказался козлом отпущения.
Неудивительно. Неудивительно, что в прошлой жизни Жуан Байчунь была так близка с семьёй Ци. Думая об этом сейчас, личности двух других маленьких ягнят стали очевидны.
****
Ци Ань был наслышан о системе безопасности дома Ян — в их кругах это была эталонная отметка. Тех, кому удавалось обойти эту систему и уйти невредимым, можно было пересчитать по пальцам, но на его памяти был лишь один такой случай. Он думал, что будет вторым... Теперь же, пойманный с поличным, он мог лишь признать, что его навыки недостаточны.
Он не особо волновался. Ведь вещи в итоге не были украдены, да и реальных убытков у семьи Ян не было. Но когда они спросили о местонахождении «Маски царицы», Ци Ань остолбенел.
- Я не крал это, это был не я! - Ци Ань был немного взволнован: — Это моя первая попытка...
Ян Цин сидел в кресле, и, хотя на его лице не было никакого выражения, подавляющую ауру вокруг него нельзя было игнорировать. Мужчина поднял веки, его глаза сами по себе излучали грозную мощь. Ци Ань встретился с ним взглядом и мгновенно потерял голос.
Семья Ян ловила множество воров, и те, кто решался проникнуть на их территорию, обладали большим хладнокровием и выдержкой, чем среднестатистический человек, и поначалу они точно не говорили правды.
Ян Цин взглянул на подчинённого. Тот сразу же достал специально изготовленный гвоздь большого размера. Основание гвоздя было размером с ладонь, а сам шип толщиной с мизинец взрослого человека. Одного удара таким было бы достаточно, чтобы пронзить кисть руки насквозь.
Ци Ань всё ещё ошеломлённый взглядом Ян Цина был тихим, как мышь, но теперь, увидев приближающегося человека с этим гвоздём, не на шутку запаниковал и начал отчаянно вырываться:
- Что вы собираетесь делать? Не я! Правда, это правда был не я! Господин Ян, это не я! Честно, не я!
Ван Чжи ещё при поимке снял отпечатки подошвы его обуви и теперь сравнивал их с имеющимся у него.
- Хм? - Он издал озадаченный звук.
Ян Цин переключил часть своего внимания на Ван Чжи.
- Господин Ян. - Ван Чжи наложил два изображения друг на друга и поднёс к глазам Ян Цина.
Размеры двух отпечатков полностью совпали, но даже невооруженным глазом было видно разницу. Один имел явные следы износа, другой был совершенно новым. И проблема заключалась в том, что отпечаток, полученный во Франции, имел очевидные следы использования, а вот обувь Ци Аня была совершенно новой. С ноской обувь не может становиться новее.
Аура Ян Цина заметно сгустилась. Они посмели подсунуть подделку, пытаясь провести его?! Он поднялся с кресла, и в комнате допросов тихо прозвучал его голос:
- Подай!
Подчиненный, который собирался провести допрос, на мгновение замер, но тут же сообразил, что обращаются к нему, и почтительно протянул огромный гвоздь Ян Цину. Мужчина небрежно взял его в руку.
Его кожа была холодного белого оттенка, отчего синие вены на руках проступали довольно отчётливо, и теперь, сжимая гвоздь, они слегка выпирали, наполненные силой. Глаза Ци Аня тревожно моргали, его охватила паника, заметная всем присутствующим.
Ян Цин подошёл к нему. Тень мужчины, отбрасываемая светом за его спиной, падала на Ци Аня, который чувствовал себя куском мяса, на который уставился дикий зверь. У него совсем не было сил сопротивляться, он мог лишь пассивно ждать, пока зверь сожрёт его.
— Кто послал тебя? - Брови Ян Цина были сурово сдвинуты, остриё гвоздя в его ладони упёрлось в тыльную сторону кисти Ци Аня. Кончик был острым, и мужчина не проявлял пощады - за мгновение гвоздь пробил кожу, и наружу проступила кровь.
Горло Ци Аня сжалось, его голос бессознательно дрожал:
- Ни... никто. Я сам... А-а-а-а!!
Шип толщиной с мизинец взрослого человека безжалостно пронзил кисть насквозь и, вонзился в деревянный подлокотник, намертво пригвоздив его левую ладонь к стулу.
****
Что это была за сила, если он смог сделать это голыми руками? Чжан Ую, находившийся за окном, почувствовав неловкость, инстинктивно прижался к темному углу, необъяснимо почувствовав тупую боль в собственной ладони.
****
Лицо Ци Аня было бледным, губы непрестанно дрожали.
- Следующий. - Ян Цин протянул руку.
Ещё один большой гвоздь оказался в его руке. Мужчина был подобен бесстрастному богу смерти. Второе остриё уперлось в тыльную сторону правой кисти Ци Аня. Голос Ян Цина был низким и холодным:
- Кто тебя послал.
Ци Ань дрожа разжал губы, но не издал ни звука. Ян Цин слегка наклонился, приблизившись к нему. Ци Ань оказался окружён запахом табака и холодным ароматом мужчины, частота его дрожи заметно возросла. Бархатный голос Ян Цина прозвучал у самого его уха:
- Моё терпение иссякает. Три.
Ци Ань не сразу понял.
- Два.
Теперь Ци Ань понял, что он имел в виду. Его лицо стало ещё бледнее, губы вновь разомкнулись, но, как и прежде, не последовало ни звука.
- Один. - Ян Цин с силой надавил ладонью!
Под хриплый вопль Ци Аня остриё гвоздя пронзило его правую руку и вонзилось в подлокотник стула. Ци Ань полностью лишился цвета на губах. Всё его тело непроизвольно выгнулось, словно у рыбы, вытащенной из воды, но, будучи привязанным к стулу, он лишь отчаянно стучал им по полу, издавая отрывистые звуки.
Ян Цин принял у Ван Чжи влажную салфетку и не спеша вытер пальцы один за другим:
- Ты очень храбрый.
В ушах Ци Аня стоял звон.
- Жаль, что ты разменная пешка.
Ци Ань расслышал слова Ян Цина, но боль затуманила его сознание.
— Кто подарил тебе эту обувь?
[Автору есть что сказать]: Ую: ...???