5
- Извините, - я подошла к Мельсиде, - подскажите где кухня?
- Он кушать захотел? - она с надеждой посмотрела на меня.
- Нет, чай попросил.
Она встала, и мы вместе направились на кухню.
- Спасибо, доченька, что согласилась приехать. Мы это очень ценим.
- Не стоит. Как Джулия сейчас чувствует себя?
- Плохо, врач дал срок до конца месяца.
- Мне очень жаль - я подошла и обняла её.
Пока чайник закипал, мы решили, всё таки, еду тоже положить, в надежде, что Симон что-нибудь перекусит.
- Почему Бруно не знает до сих пор? - задала волнующий меня вопрос.
- Мы даже не знаем, как ему об этом сообщить. Они послезавтра прилетают, вот и решили сказать по приезду.
- Мне кажется он разозлится.
- Он разозлится в любом случае. Пусть эти последние дни они спокойно отдохнут.
- Я вас поняла.
- Аврора, а можно спросить у тебя ? - она нарезала фрукты, а я ковырялась в холодильнике.
- Да, спрашивайте.
- У вас с Симоном были когда-то отношения?
Её вопрос застал меня врасплох. Я перестала двигаться и впервые секунды даже никак не среагировала на её вопрос.
- Извини, я не хотела тебя смутить. Можешь не отвечать.
- Я отвечу. Отношений не было, но мы общались временами - я продолжила копошиться в холодильнике, так и не осмелившись повернуться к ней лицом.
- Временами?
- Ну да.
- Я, как понимаю, между вами были чувства?
Я достала с холодильника всё, что было нужно и положила рядом с ней.
- Нет, просто хорошо дружили - я улыбнулась ей, стараясь скрыть своё смущение.
- Понятно - она улыбнулась мне в ответ, но кажется не поверила мне.
Всё было готово, и мы подняли это наверх к Симону. Зашли в комнату и увидели его спящим, положили всё на столик и собирались уходить. А заодно я подошла к нему и накрыла его одеялом, увидев это,Мельсида улыбнулась. Мы уже выходили из комнаты, но Симон сквозь сон остановил нас:
- Оставайтесь.
- Сынок, спи, отдыхай.
- Ма, чай сделали?
- Сделали - она подошла к столу, взяла стакан и подала ему.
Он открыл глаза и приподнялся, облокотившись на спинку кровати. Взял стакан у мамы, сделал пару глотков и потянулся рукой к ней.
- Спасибо, родная, делаешь самый вкусный чай.
- Ой Симон - она рассмеялась и поцеловала его.
- Аврора, учись у мамы, как правильно делать чай.
- Как скажешь Симон - я улыбнулась, смотря на них.
- Ладно, пойду кормить остальных. Аврора, ты не голодная?
- Нет, спасибо большое.
- Если что, скажешь, не стесняйся.
- Хорошо.
Она ещё раз поцеловала сына и вышла с комнаты. Я взяла тарелку с едой и подошла к нему.
- Перекусишь?
- Не хочу.
- Ну я тут оставлю, захочешь возьмёшь - положила тарелку рядом с ним на тумбочку.
А потом медленно стала направляться к выходу, не понимая, что дальше делать и как себя вести.
- Постой.
Я обернулась и вопросительно посмотрела на него.
- Садись рядом - он похлопал на место рядом с собой.
- Я думала пойти прогуляться по берегу. Хочешь, присоединяйся.
- Нет. С минуты на минуту Джулия проснётся.
- Откуда ты знаешь?
- Больше трёх часов она не спит.
- Ну тогда покушай и наберись сил.
- Я не хочу - он улыбнулся.
- Ты пару дней не кушал, так нельзя.
- Какая ты упёртая.
- У тебя училась.
- Иди сюда, ученица.
Я села рядом и взяла тарелку в руки.
- Ты меня бесишь, Симон. Я тебя буду заставлять сейчас - я потянула вилку с едой к нему.
- Оказывается ты заботливая - с издевкой сказал он.
- Оказывается? А когда это я не была заботливой ? - я положила вилку обратно на тарелку и треснула его по руке.
- Ну ладно, не злись. Давай свою стряпню.
- Мама вообще-то готовила.
- Имел ввиду шедевр кулинарии.
- Дурак.
Он поел совсем чуть-чуть, а потом начал вставать. Привёл свой вид в порядок и стал выходить с комнаты.
- Идём.
- Сейчас, - я взяла стакан с тарелкой и вышла вместе с ним.
Мы спустились к его родным. Он поцеловал дедушку и отца и сел рядом.
- Неужели вышел - дедушка похлопал Симона по спине.
- Неважно себя чувствовал, дед, - он приобнял его за плечи, - ты что делал без меня?
- Пил.
- В одиночку? - Симон игриво прищурил глаза.
- С отцом твоим - дедушка Агап указал на дядь Тагира.
- Ну папа то понятно, но ты то как мог меня предать?
- Что значит папа понятно? - дядь Тагир встал, подошёл к Симону и дал ему подзатыльник, а потом прошёл дальше.
Он подошёл к бару и достал бутылку виски.
- Будешь? - уточнил он у Симона.
- Тагир, какой алкоголь, убери а ну ка - вмешалась мама.
- Пап, наливай, - Симон посмотрел на маму, - всё хорошо, ма, не переживай.
- Совсем себя не бережёте - расстроенно сдалась она.
Я сидела рядом с ней и молча рассматривала ковёр. Он был так необычайно красив, и чем больше я всматривалась в узоры, тем больше видела разных предметов и людей. Да, воображение этот ковёр разыгрывает не на шутку.
- Нравится ковёр? - вдруг услышала я голос Симона.
- Интересный.
- Мы с Мией и Бруно могли сутками над ним сидеть и говорить, что мы видим.
Я посмотрела на него и увидела как он улыбнулся, вспоминая те времена.
- Что ты видишь там? - обратился ко мне дедушка.
- Маленьких детей, мне кажется они во что-то играют и веселятся.
- Где-то я уже это слышал, - он посмотрел на Симона и улыбнулся краем губ, - кажется ты тоже что-то подобное видел?
- Да, ну раз это видит ещё и Аврора, значит там точно это изображено.
- Ну раз Аврора видит - лёгкая улыбка дедушки превратилась в широкую.
Симон немного смутился и подошёл к бару, где стоял дядь Тагир и пил скотч. Сын присоединился к отцу, и они молча переглядывались друг с другом и кажется понимали друг друга и без слов.
Я услышала звук. Это была радионяня. Дедушка резко вскочил и направился куда-то в дальнюю комнату. Я поняла, что бабушка проснулась. Дядь Тагир тоже направился туда вместе с Мельсидой. Я обернулась посмотреть на Симона, а он стоял и разглядывал свой бокал с виски. Я, сжав губы, подошла к нему и прикоснулась к его плечу.
- Иди - аккуратно произнесла я .
- Аврор, ты её не узнаешь, когда увидишь - от боли он закрыл глаза.
А потом резко открыл, выпил залпом весь виски и направился в комнату. Я пошла следом за ним и зашла в комнату очень тихо и медленно, стараясь, чтобы меня никто не заметил.
Симон был прав, я не узнала её. Это была другая женщина. От прекрасной женщины с красивым лицом и пышными формами не осталось ничего. Кости обтянула её кожа, светящиеся глаза потухли, задорный нрав исчез. Это было естественно, ведь человека съедает болезнь, но привыкнуть к такому просто невозможно. Я присела рядом с Симоном.
- Сынок, это Иветта(бывшая жена Симона)? - бабушка взглянула на меня, но обращалась к Симону.
- Нет, бабуль, это Аврора.
От её слов мне стало не по себе. Я сжалась и почувствовала себя ужасно.
- Здравствуйте, Джулия - поздоровалась я с ней.
- Аврора, - она пыталась вспомнить меня, - это дочь Симона и Берты?
- Да.
- Не узнала тебя, иди обними старушку.
Я подошла к ней, и мы обнялись. Было здорово, что она может вспомнить таких людей, как мои родители и ещё и по именам, значит состоянии более менее хорошее.
Мы сидели с ней, разговаривали, она захотела посмотреть телевизор и ей его сразу же включили, но осилила она всего пять минут, а потом отказалась от его просмотра.
Через какое-то время Мельсида попросила мужа отвезти её на рынок за продуктами, и они вместе уехали. А мы с Симоном и дедушкой продолжали сидеть в комнате у Джулии.
- Симон, вы с Авророй дружите? - поинтересовалась бабушка.
- Да, ба.
- С такой девочкой грех дружить, таких замуж надо брать - её слова смутили меня.
- О чём ты сейчас думаешь вообще - Симон не мог сдерживать улыбки.
- Думаю о приятных вещах, как врач посоветовал. Ну так что?
- Что что?
- Женишься? - она улыбнулась, но с трудом.
- Ой, моя родная, никаких больше женитьб.
Я слушала их и не знала куда себя деть. Было так стыдно и некомфортно. Но они были спокойны и непринуждённы.
- Ой, дед твой тоже не сразу меня встретил. Да, дорогой? - она обратилась к Агапу.
- Да-да, десятки дорог прошёл и пришёл к ней.
- Десятки дорог - это он так свои бурные романы называет.
Дедушка рассмеялся, обнял её и поцеловал. Я видела как его глаза наполняются слезами, и он сдерживает себя из последних сил.
- У меня этих дорог побольше дедушкиных будет - продолжал поддерживать веселую атмосферу Симон.
- Ну у меня денег таких не было, как у тебя сейчас.
- Дед, я своим обонянием беру. Харизмой - он стал изображать из себя лорда.
- Бабки! Всем нужны твои бабки - продолжал издеваться дедушка.
- То есть ты сомневаешься в моей прекрасной душе?
- Ну не знаю-не знаю.
- Аврора, ну ка скажи какой я чудесный - Симон обратился ко мне за помощью.
- А я то что? Я лишь подруга - я пожала плечами.
- Молодец, доченька - дедушка показал мне большой палец.
Этот разговор длился ещё долго. Симон пытался доказать деду, что он и без денег способен завоевать сердца шикарных дам, а дед усмехался над ним. А мы с Джулией просто наблюдали за ними.
Но потом наше настроение резко испортилось, когда ей резко стало хуже. Агап моментально среагировал, достал какие-то капсулы, достал шприц и сделал ей укол. Действие было не реактивным, поэтому нам пришлось наблюдать за её страданиями. Агап целовал её руки, говорил ей ласковые слова и пытался успокоить. Симон тоже подошёл к ней и помогал дедушке. Мне было невыносимо наблюдать за этим и я выбежала на улицу. Села на крыльцо и просто стала плакать. Перед глазами всплывали картинки прошлого и эти картинки будто ворвались в мою душу и навели там хаос, разрезая всё на мелкие кусочки.
Минут 15 спустя, ко мне кто-то прикоснулся сзади, а потом сел рядом со мной.
- Ты не обязана переживать это. Если хочешь, поезжай домой - Симон прикоснулся к моему лицу и начал вытирать слёзы.
- Нет. Просто вспомнила брата. Извини, минутная слабость.
- Здесь не за что извинятся. Ей уже стало легче.
- Это хорошо.
- Ну да.
- Бруно должен знать.
- Лучше пусть приедет, и мы сообщим. Мы все должны быть рядом с ним в этот момент.
- Думаешь он тяжелей всех воспримет?
- Не думаю, а знаю.
- Симон - я подняла взгляд на него и смотрела прямо ему в глаза.
- Да?
- Как себя чувствуешь после развода?
- Свободно.
- Это хорошо или плохо?
- Это отлично.
- Всё таки серьёзные отношения душат тебя.
- Меня душат другие вещи.
- Какие например?
- Я не хочу об этом.
Я опустила взгляд, и спросила еле слышно:
- А ты любил её?
- Тебе это важно знать?
- Ну раз спрашиваю.
- Ты сама знаешь ответ на свой вопрос.
- Я хочу слышать ответ с твоих уст.
- А я не хочу доставлять тебе такого удовольствия.
- Кто бы сомневался.
- А ты?
- Что я?
- До сих пор любишь Филиппа?
- Я перестала его любить ещё до нашей с тобой встречи.
- Тогда зачем продолжаешь с ним отношения?
- Кто тебе об этом сказал?
- Мне так кажется.
- Тебе лишь кажется, а он уже женат и счастлив в браке.
- Он женат?
- Да.
- Тогда задам вопрос иначе. А ты кого-нибудь встретила, полюбила?
- Встречала, но не полюбила.
- Нет достойных?
- Есть. Но это ещё не значит, что они мне по душе.
- А, ты любишь у нас менее достойных.
- Да, мне нравятся те, что сообщают мне о своей свадьбе с другой на моё день рождение.
Он взял моё лицо и повернул к себе. Мы смотрели друг другу в глаза, и я слышала как бьются наши сердца. Я так хотела сказать ему о своей любви, но гордость не могла мне этого позволить.
- Я специально сообщил тебе именно в этот день. Хотел тебе сделать так же больно, как и ты мне - сказал он это спустя минуты молчания.
- Я не сделала ничего такого, что могло бы причинить тебе боль. Если ты меня выслушал бы и поверил, то всё бы обошлось.
- Ты мне сердце разбила - он будто не слышал моих слов.
- Ты сам себе его разбил своими догадками.
- То есть ты мне сейчас хочешь сказать, что не спала с ним, что не изменяла мне? - сквозь зубы произнёс он и схватил меня за руку, притянув ближе к себе.
- Я могла бы сейчас соврать, чтобы сделать тебе ещё больней, чтобы ты понял, как растоптал меня и превратил в ничто, но я не могу. Я была всегда тебе верна и любила лишь тебя. Но ты волен думать иначе.
- Какая красивая сказка о любви.
- Сказка? - я усмехнулась, - у сказки счастливый конец, и люди там не страдают.
- Не делай из себя сейчас страдалицу. У тебя глаза горят, как горели когда-то рядом со мной на острове, и ты вся светишься изнутри. Почему ты не скажешь, что просто снова влюбилась? Боишься сделать больней? Поверь, больней не будет.
- Люби я кого-то сейчас, то была бы рядом с ним.
- Возможно он с другой страны.
- Я бы осталась с ним.
- Тебе бы позволили?
- Для моих родителей нет ничего важней моего счастья.
- Может безответно влюблена?
- Такая любовь не дарит глазам солнца. Откуда им сиять?
- Тогда что же?
- Любовь и вера. Я уже отвечала на этот вопрос.
Я приобняла его, поцеловала в щеку, а потом встала и ушла в дом, оставив его одного .