Глава 6. Память
---------
Память.
Наша жизнь - это целая история, части которой - годы, главы - месяцы, а эпизоды - дни.
Перед сном мы задумываемся о следующем дне и составляем на него планы. Просыпаясь утром, наша повседневная жизнь продолжается. Перед нами стоит выбор: исполнить свои планы или отдохнуть, сделать что-то несвойственное нам, нашим принципам.
Каждый день составляет нашу жизнь, дополняя ее все новыми моментами, которые мы будем вспоминать через какое-то время.
Но что, если однажды, таким же будним утром, мы проснемся и не сможем вспомнить, что было раньше? Что, если наша голова будет пуста, никакие воспоминания не всплывут перед глазами? Вдруг мы не будем помнить даже своих родителей и друзей? Забудем все и всех, с кем мы каждый день проживали эту жизнь.
Если мы напрочь забудем дорогих нам людей, каково им будет? Насколько больно будет им смотреть на своего близкого человека, который не помнит даже их имени? Который в один момент потерял все воспоминания с ним. Насколько им больно будет стать совершенно чужими для своих любимых людей?
А ведь подобное может произойти с каждым из нас...
-----------------------
Ночь. Больница. Запах спирта и хлорки.
Меленин сидел в пустом коридоре на стуле и смотрел в пол. Его посещали тысячи мыслей. Он чувствовал отчаяние и вину. Вину, которая поглощала его все сильнее с каждой секундой. Вину за то, что подверг опасности свою подругу, девушку лучшего друга.
Он думал о Элине. Его разум не покидал момент, когда парень вошел в палату к брюнетке после часа мучительного ожидания в коридоре. Он не может забыть лицо кучерявой подруги, когда та взглянула на него. Егор не мог до конца поверить, что девушка не узнала его.
Поначалу он думал, что это временная потеря памяти, которая может произойти после подобного сотрясения, но Элина на протяжение пятнадцати минут слушала парня, который подробно рассказывал о себе и называл имена всех близких ей людей. Она не вспомнила ни одного из них.
В какой-то момент в палату ворвалась мать брюнетки. Девушка отреагировала на ее появление точно также.
Меленин понимал, что ему не стоит находиться там, ведь мать кучерявой негативно настроена на всех друзей Кислова. Он ушел из палаты и сел за углом в коридоре так, чтобы женщина не заметила его.
Егор понимал, что теперь она точно не разрешит подходить к ее дочери, так как слышал слова врача, который рассказал ей о том, что за рулем мотоцикла, попавшего в аварию, был Егор Меленин.
Парень также вспоминал момент, когда ехал по дороге и почувствовал, что не может остановиться.
Машина, выезжающая из-за угла... Резкий поворот мотоцикла в сторону... Дерево впереди... Сильный удар... Боль в голове...
Он помнил аварию по кусочкам. Но единственное, что Егор никогда не забудет и не простит себе - то, что не уследил за девушкой и разрешил ей ехать без шлема.
Вдруг мысли Меленина прервал громкий мужской голос в начале коридора.
- Где Кошкина лежит?!
Парень узнал голос своего друга и, выйдя из-за угла, увидел кучерявого, стоящего напротив медсестры.
Он был сам не свой. Взволнованный, как никогда раньше. Неровное и быстрое от спешки дыхание было слышно с любого конца этого белого коридора.
Кислов резко повернул голову и увидел своего друга с забинтованной головой.
Сердце брюнета стало колоть от мысли, что могло произойти с его любимой девушкой. Он боялся подпускать к себе негативные мысли.
Кареглазый тут же подбежал к Егору, резко схватив его за плечи.
- Где она?! - голос Вани срывался на крик.
Его темные глаза были выпучены, густые брови нахмурены, а ноздри дрожали от учащенного дыхания.
Меленин чувствовал легкую дрожь в руках друга, которые крепко держали его плечи.
- Тише ты, - начал Егор, - там ее мама - парень указал пальцем за свою спину.
Кислов перевел взгляд на дверь палаты в конце коридора. Она резко открылась, из-за чего Кислов схватил друга за плечо и потащил за угол.
Оба молча стояли с прерывистым дыханием, которое старались сдерживать.
Они услышали голоса матери Элины и мужчины, видимо, врача, поэтому решили подслушать их разговор.
- Почему она не узнает меня? - трясущимся голосом проговорила женщина - Я же ее мать!
- Ваша дочь получила сильный удар в череп, который спровоцировал амнезию, - спокойно говорил мужчина - Бывает частичная и полная амнезии. Если она в течение суток не вспомнит кого-либо, то у нее будет диагноз полной потери памяти.
После этих слов парни услышали плачь женщины.
Кислов словно провалился под землю.
Слова врача ударяли его сознание каждую секунду, словно играя на повторе в его голове. Ноги парня подкосились, и он сел на стул. Взгляд кучерявого стал еще более обеспокоенным и метался из угла в угол. Он нервно покусывал губы, которые вот-вот начнут кровоточить. Упираясь локтями о ноги, пальцы рук парня были сцеплены между собой.
Тысячи мыслей посещали Кислова. Он думал о ней. Думал о том, как дальше развивать отношения с Элиной, если она его забыла.
Главной целью брюнета на данный момент было проникновение к голубоглазой. Он отчаянно надеялся, что та вспомнит хотя бы какие-то фрагменты, взглянув на парня и поговорив с ним.
Он не мог поверить в то, что она забыла абсолютно все.
"Она не могла!" - думал кучерявый брюнет.
------
Прошло несколько часов.
Утро. Рассвет. Солнечные лучи пробирались в и без того светлый коридор больницы, где сидели Кислов и Меленин. Оба ждали, когда мать Кошкиной покинет здание, чтобы проникнуть в палату к брюнетке.
Кислов смотрел на утреннее небо, покрытое желто-розовыми и голубыми оттенками. Его охватила дереализация. Кучерявый до сих пор не знал, что ему теперь делать.
От глубоких раздумий Ваню пробудил Егор, который тронул его локтем. Переведя взгляд на друга, брюнет увидел мать девушки, идущую в сторону выхода.
- Наконец-то свалила - прошипел Кислов и тут же встал с места.
- Стой, Кис, - произнес Меленин, схватив парня за предплечье. Кареглазый бросил злобный взгляд в его сторону - давай подождем немного, вдруг она вернется?
- Блять, да сколько ждать еще?! - агрессивно процедил парень, вырвав руку из слабой хватки друга - Я не собираюсь тут торчать! Мел, если боишься, что нас спалят, тогда иди, сука, и следи за мамашей ее!
- Ладно, - сдержанно вздохнул Егор - я пойду посмотреть, ушла она или нет. Если что - позвоню.
- Иди уже! - раздраженно выпалил кудрявый, махнув рукой.
Меленин молча ушел за женщиной, а Кислов направился к палате, в которой должна лежать его девушка.
Он положил слегка дрожащую руку на дверную ручку и, выдохнув, повернул ее.
Зайдя в палату, Ваня увидел Элину, лежащую на койке. Ее глаза были закрыты, к рукам прикреплены провода, ведущие к кардиографу, голова перевязана бинтами так, что открыто было только бледное лицо девушки.
Сердце Кислова тут же сжалось и забилось еще быстрее. Он почувствовал боль в грудной клетке, которая препятствовала сделать шаг вперед.
Собравшись духом, парень тяжело вздохнул и подошел к Эле. Он взял стул, стоящий у стенки, и сел рядом с ней.
- Принцесс, ты чего? - дрожащим голосом еле выговорил кучерявый - Спишь?
Брюнет пристально смотрел на лицо девушки, надеясь, что та откроет глаза.
Но его надежды были тщетными. Она крепко спала после обезболивающего успокоительного укола, который ей недавно сделала медсестра.
Кислов вновь закусил губу, чтобы сдержать свои эмоции, которых было слишком много. В один момент он чувствовал и огорчение, и тревогу, и жалость смешанные с облегчением видеть ее живой. Ему очень сильно хотелось обнять свою девочку, зарывшись в ее густые кудрявые волосы, и расцеловать ее бледные щеки, на которых раньше был легкий румянец.
Но единственное, что он смог сделать - это взять ее холодную ладонь в свою, нежно поглаживая ее.
- Эль, - с трудом произнес кучерявый. Темные локоны свисали на лицо, закрывая его слегка заплаканные глаза, - Прости меня. Это все из-за меня. Если бы я сам довез тебя вчера, ты бы не лежала тут. Извини меня, я полный дебил, - каждое слово Кислову давалось с трудом от тяжелого кома в горле. Он прикусил кровоточащую губу, чувствуя привкус железа во рту, - Принцесса, ты же не забыла меня, да? Ты же не могла забыть абсолютно все, правда? - темно-карие глаза парня заслезились, но от пытался сдерживать себя - Обещай, что, когда проснешься, узнаешь меня и вспомнишь все-все. Пообещай мне!
Кучерявый поднес ее ладонь к своим губам и нежно поцеловал ее, не отрывая взгляда от спящей брюнетки.
Тут раздался звонок. Кислов ответил Меленину.
- Кис, выходи срочно! Этот врач, видимо, к Эле направляется.
- Блять! - Ваня вскинул голову кверху, закатив глаза - Ладно, иду.
Парень сбросил звонок и вновь посмотрел на спящее бледное личико девушки. При виде нее в этом положении у кареглазого сердце обливалось кровью. Он не мог со спокойной душой смотреть на Элину с забинтованной головой, подключенную к аппарату.
- Извини, принцесса, я вернусь.
------------------