Часть 11. Безвыходность.
Холодный пот прорывается сквозь кожу, сердце на мгновение замирает — что будет дальше? Я понимаю, что значат их ухмылки и что значит четверо против одного, но стараюсь держаться. Страх буквально рвется наружу криком, но я стискиваю зубы.
Две девушки, зашедшие последними, такие же высокие, как и их подруги. Длинные, заостренные ногти, четкие брови, яркая помада на пухлых губах. Они бросают на меня взгляды, полные злорадства, и я уже догадываюсь, что сейчас начнется.
— Четверо на одну? Серьезно? — усмехаюсь я, указывая пальцем на себя и затем на них.
Их взгляды становятся ледяными, как будто обжигают. Я чувствую, как напряжение в воздухе накаляется до предела.
—Для такой, как ты, — самое то. Ты ведь любишь групповые игры? — их пронзительный смех режет слух, мерзкий и неприятный.
Злость накрывает меня, но я решаю остаться выше их. Я устремляюсь к двери, пытаясь протиснуться мимо них, но их руки мгновенно хватают меня и отталкивают назад. Четыре пары рук толкают меня так, что я оказываюсь точно там, где стояла.
—Пора начинать, — объявляет темноволосая девушка, что-то набирая на телефоне. Остальные медленно приближаются ко мне.
Я делаю пару шагов назад и упираюсь в холодную стену. Одна из них резко хватает меня за руку и тянет к себе. Я отбиваюсь второй рукой, пытаясь освободиться, но ее хватка как железные тиски. Когти впиваются в мою кожу, и мне становится больно. Другая хватает меня за вторую руку. Я кручу руками, извиваюсь, но их пальцы цепляются еще сильнее.
— Отпустите меня!— кричу я, но они лишь улыбаются, наслаждаясь моментом. Моя решимость дрожит, я бы отдала все за помощь.
Начинаю кричать, надеясь, что кто-то услышит. Но одна из девушек бросает: —Заткните эту суку.
Две все еще держат меня за руки, с такой силой, что боль простреливает до плеч.
—Не смейте... Вы жалкие, отпустите меня.
—Дорогая, мы просто поиграем,— фальшиво успокаивает она. Еще одна девушка берет легкий шарф, комкает его в руке и пытается засунуть мне в рот. Я сжимаю зубы, кручу головой, но та дергает меня за волосы. Я вскрикиваю, и в этот миг шарф втискивается в мой рот. Я начинаю задыхаться, а они смеются, словно наслаждаясь шоу.
—Всем привет! — произносит одна из девушек в камеру телефона.
—Я не часто веду прямые эфиры, но этот момент стоит показать.
Меня накрывает осознание, что они собираются устроить это на публику.
Как вы знаете, у нас в университете новая звезда... или, точнее, шлюха, — продолжает она, глядя в камеру.
Я стою на коленях на холодной плитке туалета, окруженная этой стаей. Мои колени болят, но никого это не волнует. Я понимаю, что впереди будет гораздо хуже, и осознание этого пробирает меня до костей. Никто не придет на помощь. Я одна.
Она тычет мне телефон в лицо, и я пытаюсь отвернуться, но меня снова хватают за волосы, дергая их так сильно, что боль пронзает до самого черепа.
—Смотрите, кто у нас тут, Вивиан Хилл! И да, ребята, сегодня вас ждет настоящее шоу, — она улыбается в камеру, оглядываясь на свою подругу.
— Что ты собираешься сделать?— с недоумением спрашивает ее подруга.
—Поиграть. Наши зрители выберут, что будет дальше.
Я борюсь, изо всех сил пытаюсь освободиться, кричу, но не могу. Слезы подступают к глазам, и первая слеза стекает по щеке.
— Вивиан, тебе понравилось что было позавчера ? — ядовито спрашивает одна из них.
—Конечно понравилось. Она ведь рождена, чтобы ублажать мужчин, — подхватывает другая, и они смеются. Она ставит телефон на стол и включает фронтальную камеру. Я вижу свое отражение — на коленях, с руками за спиной, шарфом во рту. Картина жалкая, унизительная.
— Итак, ребята, вот ваш первый выбор для нашей звезды, — произносит их предводительница, печатая что-то на телефоне. Потом она наклоняется ко мне и шепчет на ухо, улыбаясь: "Не бойся, первый раунд будет легким".
Меня сковывает ужас. Улыбки на их лицах становятся еще шире, они переглядываются, готовые к началу.
—Первый раунд, — объявляет одна из них, и в этот момент меня охватывает страх. Они уже решили, что со мной делать. Мое лицо, искаженное ужасом, только разжигает их азарт.
—Для тебя есть первое задание, — улыбается девушка, глядя на меня так, будто жаждет моей боли.
Какого черта кто-то будет решать мою судьбу? — отчаяние заполняет меня. Я вижу, как слезы ползут по щекам, понимая, что лучше умереть, чем пережить этот ужас.
Сзади доносится голос их предводительницы:
—Девочки, веселье начинается. Мы можем делать все, что захотим — никто об этом не узнает.
— С удовольствием, Несс, — отвечает одна из них, держась за мою руку.
И они начинают.
— Тогда поехали — с хладнокровной улыбкой бросает их главарь.
— Первый раунд, — произносит одна из них с ухмылкой, пробуждающей во мне новый всплеск страха.
Она сверяется с телефоном и начинает хохотать так громко, что смех отдается эхом в стенах.
— Вы беспощадны, ребята. И я это обожаю!
Слова звучат, как приговор. Они уже выбрали, что со мной делать. Сердце колотится, я чувствую, как бледнею, и понимаю, что именно это их подзадоривает. Моя слабость — их топливо.
— Итак, дорогая, у нас для тебя первое задание, — она смотрит на меня с лицом, будто одержимым тьмой, и этот взгляд вырывает последние крохи уверенности. Всё происходящее словно подпитывает её, придаёт ей сил.
Она подходит ближе, заглядывает в глаза, и каждое её слово словно ожог.
— Твой первый приказ, — произносит она, облизывая губы.