Неспокойные чувства обстоятельств.

Мэйуми остановилась за углом, в нескольких метрах от небольшого кафе, где её ждал Обанай. Вроде бы, всё как обычно: легкое волнение перед встречей, желание выглядеть хорошо, надежда на приятный вечер. Но сегодня внутри неё бушевал настоящий шторм. Только что, у ворот её дома, она отпустила Муичиро. Отпустила, так и не признавшись в своих чувствах, прикрываясь привычной маской подруги.

Она прислонилась к кирпичной стене, чувствуя, как к горлу подступает ком. Почему она так поступила? Почему не сказала ему правду? Страх? Неуверенность? Или, может быть, она просто не верила, что такая холодная, как ей казалось, звезда, как Муичиро, мог испытывать к ней что-то большее, чем дружескую привязанность?

Перед глазами всплыло его заплаканное лицо, растерянный взгляд. Её сердце болезненно сжалось. Она ведь видела его боль, слышала дрожь в голосе. И вместо того, чтобы протянуть руку, поддержать его, признаться в своих чувствах, она просто... простила. Простила за то, чего он даже не сделал.

Слёзы хлынули из глаз, обжигая щёки. Она прикусила губу, пытаясь сдержать рыдания, но это не помогало. Она отпустила его. Сама оттолкнула от себя человека, который, возможно, был ей дороже всего на свете.

Простояв так несколько минут, она кое-как привела себя в порядок. Вытерла слёзы, поправила платье. Обанай не должен видеть её такой. Он всегда был так внимателен к ней, так чуток. Она не хотела его расстраивать.

Сделав глубокий вдох, она вышла из-за угла и направилась к кафе. Обанай уже ждал её за столиком на улице. Он заметил её и приветливо улыбнулся.

- Мэйуми, привет! Прости, что заставил ждать, - сказал он, поднимаясь, чтобы обнять её.

Она слегка улыбнулась в ответ, стараясь выглядеть как можно более естественно.

- Привет, Обанай. Я не опоздала, всё в порядке.

Они сели за столик. Обанай внимательно смотрел на неё, словно пытаясь что-то разглядеть в её глазах.

- С тобой всё хорошо? Ты выглядишь немного расстроенной, - осторожно спросил он.

Мэйуми опустила взгляд на свои руки, лежащие на столе.

- Да, всё в порядке, просто немного устала, - пробормотала она.

Обанай не поверил ей, но не стал настаивать. Он знал, когда нужно подождать, дать ей время.

- Может быть, тебе стоит съесть что-нибудь вкусненькое? Я заказал нам моти с клубникой. Ты же их любишь, - предложил он, улыбаясь.

Мэйуми действительно любила моти. Это было одно из немногих лакомств, которые могли её поднять настроение.

- Спасибо, Обанай, - сказала она, чувствуя, как тепло разливается в груди от его заботы.

Когда принесли десерт, Мэйуми взяла одну пироженку и откусила кусочек. Сладкий вкус клубники на мгновение отвлёк её от грустных мыслей.

- Вкусно? - спросил Обанай, наблюдая за ней.

Мэйуми кивнула.

- Очень. Спасибо.

Они перешли на другие темы, говорили о школе, о друзьях, о планах на будущее. Обанай старался развеселить её, рассказывал смешные истории, шутил. Мэйуми улыбалась в ответ, но её мысли всё время возвращались к Муичиро.

После кафе они прогулялись по парку. Сели на лавочку возле пруда, наблюдая за плавающими утками.

- Знаешь, Мэйуми, если тебе что-то не дает покоя, ты всегда можешь мне рассказать. Я всегда буду рядом, - сказал Обанай, внезапно прервав молчание. Он мягко коснулся её руки, лежащей на коленях. - И не только как друг. Ты знаешь, что я всегда поддержу любое твое решение, каким бы оно ни было. Помни, что иногда молчание - это не золото, а потерянный шанс.

Мэйуми посмотрела на него. В его глазах она увидела столько тепла и понимания, что не смогла сдержаться.

- Я... я просто отпустила его, Игуро! Отпустила, так и не сказав ему, что люблю, - произнесла она, и слёзы снова навернулись на глаза. - Я боялась... Боялась, что он не ответит взаимностью, что я все себе напридумывала.

Обанай обнял её за плечи, прижимая к себе.

- Эй, эй, тише. Не кори себя. Важно то, что ты чувствуешь сейчас. И если ты чувствуешь, что должна что-то сделать – сделай. Не позволяй сомнениям и страху управлять тобой. Даже если будет больно, это будет твоя боль, а не боль от упущенной возможности, - тихо сказал он. - И помни, даже если всё пойдет не так, как ты ожидала, ты не останешься одна.

Он внимательно посмотрел ей в глаза.

- Главное - будь честна с собой и с ним. И не бойся быть уязвимой. Иногда именно уязвимость открывает нам двери к настоящему счастью. А ещё, – он слегка улыбнулся, – иногда просто нужно сделать глубокий вдох и рискнуть. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на "а что, если бы...".

Они вышли из кафе. Шли молча, что бы не распутать свои мысли. Игуро был серьёзен и волновался за свою подругу детства.Он провёл её до дома, убедившись, что она в безопасности.

Как только Мэйуми вошла в свою комнату, она переоделась в домашнюю одежду и схватила телефон. Номер Мицури она знала наизусть.

- Мицури! Привет! Мне срочно нужен твой совет! – выпалила она, как только подруга взяла трубку.

После долгих рассказов и переживаний, Мицури, как всегда, дала практичный совет:

- Мэйуми, ты должна ему написать! Сейчас же! Напиши всё, что чувствуешь! Не упускай свой шанс!

- Нет, Мицури, так не пойдет... Не хочу просто в переписке, это слишком... обыденно. Хочу в жизни, – прошептала Мэйуми.
- В жизни? -смутилась Канродзи. -Ну, раз в жизни, то тогда не скрывай своих чувств. И я считаю, что Аки глупая! Дашь мне её номерок потом, я ей покажу такое, что потом ей будет постельный режим!

А что же Токито?

Он лежал на диване, пытаясь отвлечься от тягостных мыслей просмотром какого-то фильма. На экране появилась актриса, чем-то неуловимо похожая на Мэйуми – той же мягкостью черт, той же лучезарной улыбкой. Муичиро лишь болезненно поморщился. Даже здесь, в мире вымысла, он не мог избежать её образа.

Выключив телевизор, он взял с полки книгу, надеясь, что чтение поможет ему уснуть. Но и здесь его ждало разочарование. Героиня романа была описана так, словно её рисовали с Мэйуми: тёмные волосы, большие карие глаза, и, главное, – добрая, отзывчивая душа.

Муичиро не выдержал. Солёные капли потекли из глаз, смачивая страницы книги. Он отбросил её в сторону и перевернулся на живот, уткнувшись лицом в подушку. Он грубил себя за то, что не смог признаться ей. За то, что струсил. За то, что позволил своему страху разрушить его счастье.

Он долго лежал без сна, ворочаясь и проклиная себя. В конце концов, измученный и обессиленный, он провалился в беспокойный сон, полный обрывков воспоминаний и несбывшихся надежд.

Смогут ли они когда-нибудь быть вместе?Никто не знает, даже они теперь в смятении.