Глава 21
ЧОНГУК.
От: Dr. Arjun Patel, MD
(arjunpatel@stjohnsmedical.com)
Кому: Чон Чонгук
(willnotanswerunsolicitedemails@GSproperties.com)
Тема: Приём
Чонгук,
Я начал новую цепочку писем на всякий случай.
Пишу, чтобы узнать, хочешь ли ты назначить встречу. Я продолжаю выписывать твои рецепты, но аптека уведомила меня, что ты их не забираешь. Если проблема в расписании, мы можем встретиться виртуально, или я могу приехать к тебе домой, как обсуждали. Я бы рекомендовал придерживаться согласованного протокола, чтобы избежать отката.
Доктор Пател.
Я думал, что уже достиг предела в своём сволочизме, но осознание того, что мне придётся провести целый день без соков моей жены, толкнуло меня на новый уровень.
Как она посмела строить планы, не включающие в себя то, что я провожу кончиком языка по её клитору? Её приоритеты выглядели совершенно искажёнными.
Я сказал об этом её матери, когда зашёл к ней после работы.
Её ответом стало тихое посапывание во сне.
Я был раздражительным и несговорчивым во время спонтанных послерабочих посиделок с Кайем, Кираном и Райландом — до такой степени, что сам факт того, что я не проломил им головы об стол, можно было считать поразительным свидетельством моей альтруистичности.
Сама концепция «выпивать в компании» казалась мне извращённой. Весь смысл бокала виски был в том, чтобы насладиться им в тишине и покое. В одиночестве. А вместо этого мне пришлось притворяться, что меня волнуют ресторанные проблемы Кая и посредственный ребёнок Райланда. А про Киран-очки-в-помещении Кармайкла я вообще молчу.
– Ты должен увидеть, что Грав сделала на уроке рисования, – издал Райланд звук раненого тюленя, доставая телефон и листая галерею. – Она такая талантливая. Я сказал Дил, что нам нужно нанять ей репетитора.
Он показал нам экран с так называемым «талантом». Набор бессвязных каракуль коричневого и жёлтого цвета. Не сильно отличалось от того, что получилось бы, если бы собака протащила задницу по ковру.
– Очень выразительно, – Кай потер подбородок, пытаясь проявить вежливость, видимо потому, что ребёнок приходился ему племянницей.
– Это… лес? Деревья? – попытался проявить интерес Киран.
– Это медведь, – мрачно сказал Райланд. – Очевидно.
Киран энергично закивал.
– Да. Точно. Поразительно.
– Это мусор, – я осушил стакан. – Сделай ребёнку одолжение и не поощряй её заниматься искусством профессионально.
Улыбка Райланда превратилась в мрачный взгляд.
– Тебе кто-нибудь говорил, что ты мудак?
– Проще подсчитать тех, кто не говорил, – я посмотрел на дно пустого бокала.
– Это новый уровень даже для тебя, – Райланд положил телефон экраном вниз. – Издеваться над пятилеткой.
– Её же здесь нет? – я сделал вид, что ищу ребёнка. – Разве что она пошла по стопам отчима и начала пить рано.
Киран сорвал с лица очки, потирая веки.
– Однажды тебя отметят за то, что ты ударил котёнка или что-то вроде этого, и мне придётся расхлёбывать последствия, потому что я с тобой связан. Уверен, Getty Images имеет несколько фотографий, где мы вместе.
– Не волнуйся, красавчик. Здесь никому нет дела до футбола. Ты примерно настолько же актуален, как ебучий iPod, – я дружески похлопал его по плечу.
Всё, что волновало Киранa, – это его образ. Он хотел продолжать продавать свои футболки мечтательным детям по всему миру. Ублюдок был настолько «правильным», что я подозревал: за этим скрывается огромный, сочный секрет, который он тщательно компенсирует.
– Где твоя еженедельная подружка? – сменил тему Кай, приподняв тёмную бровь, разглядывая меня через липкий столик в пабе.
Так как встреча была спонтанной, все настояли на том, чтобы пойти «в народ», и мы оказались в забегаловке. С обычными, ничтожными людьми, тёплым элем и приторной кантри-музыкой.
Я не любил «приземлённые» вещи.
Я вообще не любил Землю.
Моя челюсть дёрнулась.
– Что, блядь, это должно значить?
– То, что обычно ты появляешься с очередной моделью Victoria’s Secret под руку, – ухмылка Райленда растянулась, готовая в любой момент схлопнуться в гримасу.
– Твой член видел больше кисок, чем приют для животных.
– Сказал буквально шлюха, – отрезал я.
– Бывшая шлюха, – поправил Райланд, подняв левую руку с обручальным кольцом.
– Я тоже женат, – поднял я свою руку, но вместо кольца выставил средний палец.
– Мой брак настоящий. Ты даже не трахнул её, – Райланд оскалился.
– Откуда ты знаешь? – фыркнул Кай.
– Я знаю тот довольный вид Чонгука, когда он рушит чью-то жизнь, – Райленд обвёл моё лицо рукой с пивом. – Сейчас его нет. К тому же, у Лисы нет бешенства.
– Я сделал из неё порядочную женщину до того, как мы переспали, – я откинулся на липкий виниловый диван. После этого места я собирался купаться в хлорке. – Не вижу в этом проблемы.
– Лживый ублюдок вроде тебя не может сделать честным ничего, – покачал головой Райленд. – Даже такую милую девушку, как Лиса.
Конечно, он так думал. Я выбил у него миллионы долларов, пока он добивался Дилан, своей жены. В конце концов, слабость одного мужчины – сокровище другого.
– Это значит, что ты верен? – удивился Кай.
Я поманил официантку с прыщами и в платье, слишком коротком для чего-либо, кроме квартала красных фонарей, заказав новый круг выпивки, сдерживая раздражение. Я был к ним расположен примерно так же, как к вросшему ногтю, но Лиса любила их жён, так что я не мог добавить их в свой список.
– Она удовлетворяет все мои потребности.
– Это признание в любви? – Райленд поправил свой мужской пучок.
– Любовь – это слабость. Я не ввязываюсь в такие глупости.
Но я уже не ненавидел её. Не полностью, по крайней мере.
Она не сдала меня властям за убийство Даффи, и я ценил сладкий нектар её киски. Теперь она была лишь лёгким раздражителем, уже не проклятием моей жизни.
Я проверил телефон на сообщения.
Лука: За ней следят Энцо и Филиппо. Охрана крепче, чем в Форт-Ноксе.
Я спросил, в безопасности ли Лиса сегодня.
Чонгук: Отправь ещё троих для надёжности.
Лука: Твоей жене это не понравится.
Чонгук: Лучше пусть она будет злой и живой, чем довольной и мёртвой.
Тем временем Кай, Райланд и Киран спорили о футболе. Или о соккере? В любом случае, мне было бы смертельно скучно, если бы моё тело умело производить слёзы. Я позволил мыслям уплыть к более важным вещам. Я поем рыбу, когда вернусь домой. Да, рыбу с брокколи. Потом немного уравнений. Снова пересчитаю плитку в спальне. Прочитаю пару абзацев из «Алисы в стране чудес». Это избавит меня от напряжения от того, что моя жена где-то там, добыча для Тирнана Каллахана.
Мне не нужен доктор Пател со своими навязчивыми вопросами и преувеличенными диагнозами. Со мной всё чертовски впорядке.
Видите? Прекрасно.
Мой телефон пискнул в руке.
Я злобно уставился на уведомление из банка. Мне всегда приходило сообщение, когда по моей чёрной карте проходила транзакция больше десяти тысяч.
Гольф-кары Garia Desert Collection, 2 шт., 34 598 долларов.
Я наклонил голову набок. Не помню, чтобы покупал—
Писк.
Сент-Мартон-Кей, частный остров, Эксумас, Багамы, Карибский бассейн, 13 498 229 долларов США.
Моя челюсть отвисла.
Лиса купила ебучий частный остров. Из моей карти. Что она, блядь, собиралась делать с частным островом.
Писк.
Приют для животных No Kill Corp. Регистрационный номер в Нью-Йорке: 2233, 329 000 долларов.
Она собиралась превратить приют в рай для спасённых животных. Я сжал губы, чтобы скрыть улыбку. Моя жена начинала выходить из своей раковины. Становилась дерзкой и смелой. Я всегда знал, что за скромными платьями и идеальными изгибами скрывается воин. Я сделал правильный выбор. Совсем не такая, как Андрин. Она хотела спасать животных, а не убивать их.
Писк.
Кофе Копи Лувак, 6 фунтов, чистый, нефильтрованный, в Café Rem, 14 998 долларов.
Писк.
Плита Viking Tuscany. <<>>. В AJ Madison. 36 827 долларов.
Отличный выбор. Я давно хотел такой для моего летнего дома в Мамаронеке.
Моя грудь содрогалась от сдерживаемого смеха, пока я смотрел, как нелепые, спонтанные траты скользят по экрану одна за другой. Недолго прошло, как телефон зазвонил в ладони.
Ханс.
Мой личный банкир в Lombard Group International.
Что она там, пытается купить Американский музей естественной истории?
Я провёл пальцем по экрану и поднёс телефон к уху.
– Да?
– Мистер Чон, сэр, – поприветствовал Ханс своим привычным преувеличенно-вежливым тоном. – Как ваши дела?
– Отлично. Я бы спросил то же, но я плачу вам слишком много процентов, чтобы притворяться, что мне не все равно.
– Справедливо, – он выдавил ржавый смешок.
Я прижал палец к уху. В пабе было шумно и людно.
– Похоже, кто-то прямо сейчас пытается использовать вашу личную Amex…
– Этот кто-то – моя жена. В чём проблема?
– О! Мои самые тёплые поздравления.
– Да-да, ближе к делу.
Он прочистил горло.
– Ну, она пытается приобрести Gulfstream G450.
– Снова спрошу – в чём проблема?
На линии повисла тишина. То ли кот проглотил ему язык, то ли он оказался слишком ссыклом, чтобы сказать.
– Говори, Ханс.
– Она добавила специальную доплату в размере ста трёх тысяч…
– Одобри транзакцию. – В этой русской рулетке из постоянных подстав я не собирался моргать первым. Да и вообще моргать. Это шло в комплекте с принятием собственного психоза. Ей нужно было знать: ни короткие юбки, ни огромные счета не склонят меня ни в одну сторону. Даже если ей не нравится дополнительная охрана, которую я для неё поставил.
– Эта доплата за кастомизацию, дизайн, – снова прочистил горло Ханс.
– Ладно, – сказал я медленно. – А почему бы ей не захотеть индивидуальный дизайн? Ты думаешь, моя жена должна летать в стандартном самолёте? В чём-то скучном и безликом? Как крестьянка?
Я прикалывался над ним, зная, что он бы с радостью отдал каждую свою дырку только за право управлять моим портфелем. Обычно я получал бесконечное удовольствие от издёвок.
Кай, Райланд и Киран медленно повернули головы ко мне, словно я насрал им прямо в миски с завтраком.
У меня редко бывала навязчивая мысль, но сейчас я не мог перестать думать о ней. Как она слишком сильно укусила мой палец, угрожала мне ножом, пыталась столкнуть меня с моей собственной скачущей лошади.
Её рот. Её сиськи. Её киска. Её жопа. Её ноги. Её смех…
Она никогда не смеялась для меня, но когда это происходило – жизнь переставала быть бесконечной пыткой средневекового масштаба.
– Конечно же нет! Но кастомные буквы на хвосте… эм… – Ханс запнулся. Глотнул. – Там написано Мой муж – придурок по всему оперению.
Между нами повисло долгое молчание, прежде чем я разразился радостным смехом. Это был, насколько я знал, первый раз в моей жизни, когда я смеялся. Я не был смеющимся человеком.
Я едва ли был ухмыляющимся.
Кай, Райланд и Киран снова прекратили разговор, ошеломлённо уставившись на меня.
– Думаешь, у него нервный срыв? – пробормотал Кай.
– Похоже на то, – Райленд стал копаться в кармане, вытаскивая телефон. – Чёрт, доставайте телефоны. Мы сможем шантажировать его доказательством. – Он навёл камеру на меня.
– Где твоё человеколюбие? – одёрнул его Киран, повернув телефон горизонтально. – Никто не снимает вертикально. – Он достал и свой. – Я отправлю это Лисе. Может, это её путь к свободе.
– Ханс, – обратился я к банкиру, который, вероятно, уже валялся без сознания от стыда. – Сделай так, чтобы там было написано У моего мужа большой член и одобри транзакцию.
– Как я всегда говорю, сэр, у вас отличный вкус. Сдержанная элегантность. Я сделаю это немедленно...
Я прервал звонок.