На ринге судьбы

Джейк уже сказал. Он вбросил это в общий чат и произнёс вслух в том самом баре, где они собирались по пятницам — «подарок от отца: острова, вилла, неделя для нас». Реакции были как у толпы, которой показали фаер-шоу: смех, крики, пятьдесят сообщений в секунду.

Но дальше получилось по-человечески: девочки пошли обсуждать это в их квартире, парни — в джейковском доме. Так было удобнее: свои на своих, без лишних посторонних взглядов.

Девочки. Квартира — их территория

Квартира, где жили Лили, Кейти и Мэдди, никогда не была чистым идеалом — и именно это её и украшало: на стенах висят полароиды, гирлянды, на полках — стопки книг, объективы и маленькая коллекция винила. Вечером перед вылетом там было как на съёмочной площадке: чемоданы открыты, косметика, кучи кремов SPF, распаковки купальников и море пустых стаканчиков от латте.

— Я всё ещё не могу поверить, — Лили швырнула очередной топ на кровать и села на подоконник, ноги согнув в коленях. — Джейк реально вытащил это из-под рукава. Отцу повезло с сыном, кто бы что ни говорил.

— Я думала, он просто забил на день рождения и вызвал нас на пиццу, — усмехнулась Кейти, расплетая волосы. — А он… ну знаешь, private jet, вилла, «всё включено».
— Кинцо, — Мэдди облегчённо вздохнула, листая ленту Instagram и уже помечая несколько локаций, которые стоит заснять.

Кейти, в который раз перебрасывая вещи в чемодан, похоже, пыталась держать себя в руках. Её пальцы дрожали не от усталости — от нервов. Мэдди заметила это мгновенно.

— Ты в порядке? — спросила она, не поднимая глаз.

Кейти отложила купальник, села на край кровати и посмотрела прямо в Мэдди.
— Это всё прекрасно, — медленно сказала она. — Но… Итан и я ещё не помирились. И после того, что он рассказал про Эмму… я не знаю, как мне себя вести.

Лили тут же переключилась с шуток на блюдо по-серьёзному:
— Слушай, кейс, слушай. Ты не обязана ничего делать. Но если ты поедешь — это шанс. Не для того, чтобы всё решить на месте (только не так), а чтобы увидеть, кто вы вне компании , вне ринга, вне разговоров. Иногда расстояние всё расставляет по местам.

— Ты предлагаешь побег, а не разговор? — Кейти ухмыльнулась сквозь печаль.
— И то, и другое, — Лили пожала плечами. — Девчонки, мы знаем друг друга десять лет, помнишь? Если кто и сможет это поддержку дать, так это мы.

Мэдди положила руку на плечо Кейти.
— И помнишь тот вечер, когда Логан водил меня по этому старому парку и говорил, что «мир — это не список ожиданий»? — усмехнулась она. — Поверь, если хочешь бежать — бежим вместе. Но если хочешь строить — строим тоже вместе.

Разговор свернул к шуткам, потому что они знали: если будут грузить друг друга только страхами, никто никуда не поедет. Решили так: море, минимум драм, максимум солнца и фото; если что — честный разговор под пальмой. И в этом компромиссе было успокоение.

— И ещё одно, — Лили подскочила, схватив телефон. — Если кто-нибудь увидит Джейка и решит сделать сцену — я лично его отшлёпаю. Он мой и только мой драматический проект.

— Так что, «no drama», «just vibes» и «много SPF», — подытожила Мэдди, и девушки взорвались смехом, выключая телефоны и погружаясь в подготовку: наносить маски, выбирать платья «для ужина на веранде» и составлять плейлист.

В разговоре звучали крошки настоящего: Кейти вдруг призналась, что боится довериться снова; Лили — что она боится, что когда всё станет «по-настоящему», она испугается собственной уязвимости; Мэдди — что ей страшно потерять эту безмятежность, которая только начала приходить с Логаном. Но все три знали: поехали — значит посмотрим в лицо страхам, вместе.

Парни. Дом Джейка — «бойцовский клуб» в другом формате

Дом Джейка — другой мир: бетон, стекло, минимализм, бар, огромный диван. Вечером перед вылетом туда подтянулись Итан и Логан с сумками — они же жили отдельно и просто на ночь собрались у Джейка. Это как ритуал: «чтобы утром не бегать в 4 утра и не забыть паспорт».

Итан пришёл с видом, что весь день просидел в зале. Он разложил вещи: перчатки, спортивная сумка, старый черный свитер. В его глазах была та самая тяжёлая сосредоточенность: НЕ только бокс, но и мысли о Кейти.

— Он сказал, — бросил Джейк, усаживаясь напротив и кидая билет на стол. — Острова. Все в шоке. Но, блядь, это будет эпично.

Итан тихо усмехнулся.
— Понятно. Мой бой будет через месяц, и тут такой поворот. Хорошо.

Логан, как всегда, оставался в тени — аккуратно, спокойно. Он поставил сумку и, похоже, уже мысленно всё упорядочил.
— Как там твой отец? — спросил Итан внезапно, вспоминая, что Джейк упомянул упоминание отца в разговоре о подарке.

— Как отец: нужен, когда удобно, — сказал Джейк. — Он дал билет. Но это не просто подарок. Он ждёт, что я чему-то научусь. Или что-то докажу. Бог его знает.

Логан кивнул.
— Мой отец — другой жанр. Он уже говорил мне про «план»: брак, расчёт, имя. Мне говорят «ты готов», а я думаю «а надо ли это мне». Это давит.

Итан отпил воды и посмотрел в одну точку.
— У меня своя драма. Эмма — моя прошлое. Она — как заноза. Я думал, всё кончено, но иногда прошлое напоминает о себе. И Кейти это видит. Я понимаю её. Ни черта не скажешь, когда сердце предательски дергается от старых сцен.

— Ты должен говорить с ней, — Логан сказал совсем спокойно, как о простой вещи. — Не прячся в тренировки. Не прячься за «я занят», «я не готов». Была прошлая — есть настоящая. Выбор очевиден: кто с тобой сейчас, а кто не с тобой.

Джейк мешкал, поглядывая на друзей. Его голос стал тише, когда он сказал:
— Я боюсь только одного: что отец даёт билеты, а я не смогу оставить свои старые привычки. Что если я снова позволю, чтобы бизнес и его ожидания решали мою жизнь? И Лили — она не заслуживает этого.

Итан тяжело выдохнул:
— Тогда иди к ней и просто будь. Без спектаклей. Без отца в кармане. Ты найдёшь себя, когда перестанешь играть роль.

Разговор стал тёплым, почти братским. Они говорили про страхи, про то, как некрасиво — когда люди из прошлого возвращаются, и про то, что иногда лучшая стратегия — быть честным. Джейк выключил телефон на пару минут, потому что во время его объявления кто-то (Эмма, бывшая Итана) написал ему, но он не стал раскрывать это тут — просто убрал экран, как будто закрывая дверь.

— Завтра мы уезжаем, — сказал Джейк наконец. — И я хочу, чтобы это было честно. Без цирка.

— Тогда забудь о цирке, — усмехнулся Итан. — И хватит переписываться с прошлым.

Они разложили вещи, проверяли паспорта, смеялись, подбрасывая шутки и поддразнивания. Но под всем этим был нерв: никто не знал, что принесёт остров — поцелуи, ссоры, признания, возможно, даже разбитые сердца. Но в этом и был кайф.

Ночь. Девочки — «американский» вайб

Квартира напоминала студийную вечеринку для трёх: гирлянды, ароматические свечи в банках, пледы на диване, колонка, где играла электронная поп-музыка. Девочки устроили «последнюю ночь дома»: коктейли с лаймом, смех сквозь слёзы, перекусы, несколько сумок, которые надо было доделать.

— Ok, фото №1: «Goodbye, city, hello, sun» — сказала Лили, поднимая телефон. Она повесила на себя большой соломенный хэт — выглядеть по-островному.
— Сядь так, чтобы выглядело, будто ты чилл, хотя внутри ты — огонь, — подхватила Кейти, делая смешное лицо.

Они снимали сторис, смеялись, и где-то между снимками Кейти вдруг стала тише. Лили и Мэдди сразу это почувствовали.

— Ну что там? — Лили стала рядом, подталкивая её плечом.

Кейти закрыла глаза:
— Вчера он прислал «я думаю о нас», — сказала она. — И одновременно я боюсь, что это всё ещё пустые слова. Что если он снова уйдёт в своё «прошлое»?

— Тогда мы сделаем так, — Мэдди встряла. — На острове — никаких «просто слов». Ты скажешь ему прямо: «либо ты — либо прошлое». И если он выбирает прошлое — мы выпьем водку, будем валяться на пляже и снимем всё на плёнку.

— Я устала от драм, — Кейти прошептала. — Но я ещё больше устала от того, чтобы притворяться, что мне всё равно.

Лили взяла её руку, крепко:
— Значит, ты едешь не ради него. Ты едешь ради себя. И ради нас. И если он хочет идти — пусть идёт за тобой.

Они легли на пол между разложенными вещами, говорили о том, как выглядит их идеальный день: проснуться от запаха кофе, плавать на рассвете, фотографироваться у пальм, вечером — ужин под звездами. И где-то между мечтами плавно вошло «а если он придёт и спросит?». Лили пообещала, что если парень станет идиотом, она сначала бросит тапок, потом фразу, а уж если тапок не поможет — подстроит сцену, которая войдёт в их личный мем.

— И помни, — Мэдди сказала тихо, — Логан вчера сказал, что хочет быть рядом. Это уже больше, чем «он сказал в баре». Иногда поступки громче слов.

Они плакали смешными слезами, смеялись, обнялись, и под конец ночи решили: «утром — собираться без паники, забыть зарядки в розетке — норм, но паспорта не забыть». Они поставили будильник на раннее, чтобы успеть кофе, селфи, и не опоздать на трансфер.

Ночь. Парни — откровения у Джейка

В доме Джейка было меньше гирлянд, больше деловой атмосферы: ботинки в ряд, сумки у двери, бутылки с водой на столе. Парни сидели, перебирая свои вещи, и между ними возник разговор, в котором они были максимально честны.

— Логан, — начал Итан, когда уже было тихо, — ты серьёзно об этом говорил с отцом? О браке по расчёту?

Логан, глядя в пол, ответил:
— Он давит. Сказал, что это «держит дело в порядке». Мол, семья — это стабильность. Но я не хочу, чтобы со мной расплачивались людьми. Не хочу быть продуктом сделки.

Джейк глубоко вздохнул:
— Мой отец тоже иногда говорит подобное. Но он дал мне билеты — и в этом нет ни капли манипуляции, кажется. Или это просто маска другого рода? Я не знаю.

Итан взял бокал воды:
— У меня с Кейти другая история. Я хотел бы, чтобы она это знала: Эмма — это прошлое. Но прошлое умеет приходить назад, как вирус. И мне страшно, что я снова буду слабее. — Он посмотрел в стены. — В ринге я могу стереть любого, но стирать прошлое — другое дело.

Логан просто положил руку на плечо Итана:
— Тогда не бейся в одиночку. Не прячься в тренировках. Позволь себе быть с ней честным.

Джейк, который всё это время молчал, неожиданно стал уязвим:
— Я боюсь, что всё это — отцовские игры. Подарки, билеты, советы. Но я хочу, чтобы Лили знала: это моё, не её отец. Я хочу быть не сыном, а человеком, который умеет любить. Но как это — не знаю.

Они смотрели друг на друга — трое парней, разные миры, одна ночь перед тем, как лечь в одном самолёте. Было много смеха, но и много тишины: в ней — те моменты, когда хочется просто лечь и чтобы кто-то сказал «всё будет ок».

— Завтра всё изменится, — сказал Джейк. — Но может быть, не сразу. Может быть, сначала будет война, потом штиль, потом реальность. Но если мы не рискнём… — он замолчал, не дописав мысль.

Итан улыбнулся криво:
— Тогда поехали и посмотрим, что у нас получится. Даже если кто-то решит вернуться — мы будем рядом.

Последние два часа перед вылетом

Утро настало быстро. Девочки допивали кофе, проверяли лаки для ногтей, штопали что-то мелкое — потому что это характерная вещь: «я непременно должна привести в порядок какую-то мелочь перед поездкой». Кейти ещё раз перечитала сообщение от Итана, отложила телефон в сумку и взяла паспорт. Она не знала, что будет дальше, но знала: если не попробует — потом будет себя упрекать.

Парни в последний момент смеялись над тем, кто из них умудрится забыть зарядку. Никаких драк и скандалов — только тихие клятвы: «будь честным», «не убегай», «не оставляй её одну».

Джейк последний раз проверил список: паспорта — есть, билеты — есть, аренда машины — подтверждена, вилла — оплаченна. Он посмотрел в сторону Лили и почувствовал уже не страх, а какую-то массу привязанности, которую не хотелось отпустить.

Они вышли из города как один организм: чемоданы катили по тротуару, смех и шутки сливались в одну гулкую волну. На улице было утро, по-летнему теплое, и в воздухе пахло ожиданием.

— Готовы? — спросил Джейк, глядя на всех.

— Готовы, — ответили они хором. И это «готовы» было не про чемоданы — оно про себя самих.

Все новости, анонсы, отрывки и цитаты уже доступны в телеграм канале, присоединиться можно по ссылке:  https://t.me/requiemwattpad
С нетерпением жду всех 🪽❤️