Твои касания

Элис не сразу поняла, что телефон завибрировал не от очередного уведомления, а от входящего звонка. Она не сразу взяла трубку, еще минуту смотрела на экран, вглядываясь в его имя, будто сомневаясь в реальности. Затем, все же ответила:

— Да? — звучит бодро, но звонка девушка вовсе не ждала.

— Выйдешь? — просьба слишком странная, даже запретная. Элис поджимает губы. И что теперь между ними?

— Что? Сейчас?

— Поедем. Прокатимся. Без всяких поводов.
Просто ночь и город. Ты ведь не из тех, кто спит, да? — веселится Мурмаер, словно они и до этого проводили время вместе. Она выдохнула.

За окном темнело быстро - осень. Листья хлопали о стекло, ветер был прохладным, но не мерзким. В доме всё точно также: мать в комнате, отчим перед телевизором. Элис сидела в длиннющей футболке у кровати, и не знала, чего хочет сильнее: остаться или убежать.

— Это странно, — думает, что еще сказать, на некоторое время замолкает. — Ты сам странный, — проговорила настолько тихо, что можно подумать, что Пэйтон её не услышал.

— Ну так проверь, — говорит с вызовом. Пэйтону действительно интересно узнавать девушку такими способами. Вечные подколы и издевки уже надоели, теперь кареглазому хочется нечто другого. Хочется узнать поближе, если это возможно. Ничего большего, только интерес. — Десять минут, я жду на углу.

Элис встает а потом снова садится обратно. Снова встаёт, накидывает джинсы и куртку. Проверила телефон. Тишина в доме дала ей фору. Девушка прошмыгнула мимо кухни, как тень, и через минуту была уже на улице.

Пэйтон стоял, прислонившись к капоту. В черной куртке, как и всегда. Фары не горели, только фонари отражались в боковых зеркалах. Увидев Элис молча сел в машину.

Девушка открыла дверь, осторожно села. Запах был тот же, немного кофе, мяты, немного него.

— Ты часто катаешь девочек по ночам? — спросила резко, глядя в окно. Вопрос прозвучал риторически, с привычной язвительностью, но никого это сейчас не беспокоило.

— Только тех, которые ведут себя, будто им на всех плевать, — Пэйтон смачивает губы и осторожно оглядывает Элис, вжавшуюся в сиденье. Волосы в приятном беспорядке, но выглядят привлекательно. Вырез футболки белого цвета, слегка оголял шею, предоставляя взор к острым ключицам. Очаровательно. Безумно.

— Мне не плевать, — отозвалась достаточно спокойно, нежели в начале. Сама смотрит на Мурмаера, вглядываясь в глаза.

Пэйтон тоже смотрит, не с издёвкой, просто внимательно. Она ожидала ехидства, но его не было. Кудрявый завёл двигатель. Сначала было молчание, холодное и напряжённое, как осенний воздух, проникающий через щели окон, он не включал музыку, и Элис не спрашивала.

Фонари отражались на девичьей щеке. Она украдкой смотрела на его руки, как Мурмаер держит руль, как перебирает пальцами, будто не зная, что делать. В какой-то момент он коснулся её колена, слегка, будто проверял реакцию. Элис не убрала ногу, сердце стукнуло сильнее. В очередной раз бросает в жар от такой близости. Снова дрожь.

«Что я делаю? Почему я здесь?».

Он - неприятность.

Как сигарета, опасный, резкий, затягивает, но обжигает.

— Всё ещё думаешь, что зря пришла? — спросил Пэйтон, не отрываясь от дороги. Девушка не ответила сразу. Смотрела в окно, на огни города, на осенние улицы, почти пустые, как их диалоги.

— Не знаю. Пока... странно, — замялась.

— Ты всегда такая сдержанная или только со мной? — Элис посмотрела на него, вскинула брови, но вовсе без удивления. Голубоглазая поправляет волосы, хмурится. Выдох, а после снова вдох.

— А ты всегда трогаешь, если тебя не просят? — парирует, а Пэйтон оголяет клыки, не отводя взгляда от дороги.

— Только если чувствую, что это не совсем «нет».

И снова рука на бедре. Тёплая, ненавязчивая.
Элис не оттолкнула, она не знала почему, просто не хотела.

Музыка включилась внезапно, плейлист начал играть автоматически. Первой была песня чуть гитарная, чуть ностальгическая, с тихим голосом вокалиста. Элис как будто узнала её, будто слышала подобное.

— Ты это слушаешь? — удивляется.

— А ты - тоже? — поворачивает голову в сторону девушки, осматривая выражение бледного лица. Она кивнула, и впервые почти улыбнулась.

Музыка расставила акценты между их словами, она смягчила их. Русая смотрела, как он проезжает пустые улицы, чуть сбавляя скорость на поворотах. Рука всё ещё была на её ноге, девушка не отстранялась, но в голове был шум. Он не должен ей нравиться.

Он грубый.

Он вспыльчивый.

Он - не её.

И всё же, что-то в нём заставляло дышать иначе.

Они остановились на смотровой, где город был как на ладони. Огни, дороги, движущиеся фары, как светлячки.

— Здесь красиво, — произносит и выходит из машины. Пэйтон встал рядом, прислонился к капоту.

— Я никого сюда не привозил. Даже себя, — Элис вяло посмотрела на кудрявого. Выражение лица невозмутимое, а медовые глаза направлены прямо на неё. Что-то заставляет сомневаться.

— Не ври.

— Не вру, — достаточно тихо. И в этом «не вру» было что-то настоящее. Больше, чем в сотне слов.

***

Когда он проводил её обратно, было уже за полночь. Пэйтон не пытался поцеловать, не говорил лишнего, и это казалось безумно правильным.

— Спи и не думай, что ты зря вышла.

Русая зашла в дом на цыпочках, скинула куртку, сев на кровать. Сердце всё ещё билось слишком громко. В ушах - музыка. В голове - он.

И всё это пугало, но ещё больше притягивало.

***

На следующий день всё будто вернулось в норму. Школа шумела своим обычным голосом: кто-то опаздывал, кто-то листал учебник на перемене, кто-то громко смеялся за углом. Девушка шла по коридору, глядя в телефон, старалась не думать о прошлой ночи. Они не переписывались, не звонили друг другу.

Будто этого не было.

И теперь, в ней не укладывалось, как он может не сказать ничего после всего этого.

— Эй, ты чего такая злая? — Райли подошла сбоку, нервно закусив губу.

— Я не злая, — звучит устало. Хьюбека ничего не сказала. Подруга давно поняла: когда Элис так отвечает, значит внутри - шторм.

На урок Пэйтон пришёл позже всех. Как всегда без рюкзака, с телефоном в руке и лёгкой усмешкой. Но что-то было не так, не как раньше. Он не сел на своё место в самом конце, сел за Элис.

Она почувствовала это даже не оборачиваясь, взгляд карих глаз слишком прямой, слишком близкий.

— Скучала? — услышала она почти шепотом. Элис чуть повернула голову.

— Ты придурок? — шипит, но все же рада видеть знакомое лицо. Глаза Пэйтона сейчас внимательно разглядывают её, как делали это всегда. Он снова её анализирует.

— Может быть, — не отрицает.

***

На перемене он снова оказался рядом, не сдерживался. Бросил свою куртку рядом с её сумкой, сел на парту, наклонился ближе.
Пальцы случайно задели девичье плечо, как будто невзначай. Только это не было «невзначай». Элис молчала, замерла между тем, чтобы оттолкнуть его и остаться в этом прикосновении ещё немного.

Позже, в коридоре, Пэйтон подошёл к ней, когда она разговаривала с одноклассником. Кудрявый не сказал ни слова, просто встал рядом. И этого оказалось достаточно, чтобы разговор моментально оборвался. Винни кивнул и ушёл, неловко почесав затылок.

— Зачем ты делаешь это? — раздражение волной проходится по телу, оставляя горький осадок. — Тебе не все равно? — русая недоуменно изогнула бровь.

— А тебе? — снова провокационный вопрос, который заставляет задуматься. Элис не ответила, в груди что-то свернулось. Не понятное, пугающее, бессильное. Она не хотела признавать, что уже начала надеяться.

***

В тот же вечер он прислал сообщение:

moormeier_17777

ты ведь не думаешь что всё это случайно?

Она долго смотрела на экран, а после просто выключила телефон.

Потому что думать сейчас означало - чувствовать.

Элис не была готова к чувствам, особенно к таким: страстным, но до жути опасным. Хрупким, даже слишком.

***

Элис впервые за долгое время проснулась до будильника. В груди было ощущение тяжести. Ни тревоги, ни страха неопределенности. Как будто всё, что между ними произошло, могло исчезнуть, если просто промолчать достаточно долго.

Она пришла в школу чуть позже обычного, надеясь, что избежит его взгляда. Что сегодня всё снова станет как раньше. Холодно, ровно, без этих качелей.

Но он снова был там.

Мурмаер стоял у своего шкафчика, говорив с каким-то парнем из параллели, и в какой-то момент просто повернулся к ней. Не крикнул.
Не подошёл. Просто взгляд. И Элис почувствовала, как сжалось горло.

— Ты сегодня странная, Лис, — Райли говорила ей на перемене. — Молчишь, будто током ударило.

— Я просто не выспалась, — пробормотала, глядя в бутылку с водой.

— Это из-за него?

— Нет, — отрекается от правды.

— Да, — Хьюбека прищурилась. — Осторожнее с ним. Он другой.

Элис знает это.

Именно поэтому и страшно.

***

На одном из уроков он снова сел рядом, без спроса, без слов. Просто отодвинул стул, бросил рюкзак и устроился рядом. Девушка сначала не поворачивалась к нему. Писала что-то в тетради, потом притормозила, чувствуя, как его рука чуть касается её локтя.

Специально? Наверное. Он всегда делает так.

— Холодная стала, — сказал он не громко.

— Может, ты перегрел, — бурчит недовольно. Пэйтон усмехнулся, она чувствовала его взгляд на себе, но не смотрела в ответ. Если встретиться глазами, всё рассыпется.

***

— Я кое-что оставил в машине, — говорит уже в коридоре. — Идёшь?

— Что? — в недоумении спрашивает.

— Просто покажу. Не бойся, я не укушу, — он абсолютно не внушает доверия. Элис раздумывает не долго, а после поступает ответ:

— Пока, Пэйтон, — разворачивается.

Она хотела уйти, но парень мягко словил за запястье. Не больно и вовсе не грубо, просто уверенно. Элис посмотрела на его пальцы, замершие на руке, и впервые не отдёрнулась.

***

Она всё-таки подошла к его машине в конце учебного дня. Не спросила зачем, не говорила, что не может. Лишь села в салон, и несколько секунд молчала, пристально глядя в окно.

— Ты всегда такой? — снова резкий вопрос, но он ничего не портит. Такой стиль общение наоборот возвращает в реальность, давая понять, что все точно также, как и в начале. — Неотвратимый?

— Нет. Только с тобой, — отрицательно мотнул головой, после чего мягко расплылся в улыбке. Элис повернулась к нему. На мгновение ей показалось, что он совсем другой, без маски, без грубых слов, просто человек. Парень, который иногда тоже теряется.

— Почему?

— Потому что ты смотришь, как будто знаешь, кто я. Хотя я сам не знаю, — молчание. Элис не знает что отвечать на это. Каждая его фраза, подкол, прикосновение и даже взгляд ощущается странно. Он сам по себе чудаковатый.

Когда русая увидела его в самом начале, ни одной мысли не было. Размышлять на тему Пэйтона было слишком скучным для неё, она не нашла в нем ничего близкого или глубокого. Обычный тихий подросток, ростом выше неё с кудрявыми, почти рыжими волосами, что переливаются на солнце.

Пэйтон как закрытая книга. По крайней мере, с самого начала он так и ощущался, и открывать эту книгу Элис не хотелось вовсе. Ничего она в нем не находила, до одного момента.

— Но ты мне не нравишься, — отвечает тихо. После тишины собственный голос пугает.

— А мне ты нравишься. Очень, — не задумываясь проговорил и включил музыку. Даже не смотрит на Элис.

Голубоглазая не ожидала, что трек будет тем же, что играл у неё в наушниках прошлой ночью. Она повернулась к нему и впервые улыбнулась по-настоящему.

— Это совпадение? — глаза загорелись от осознания. Мурмаер наконец поворачивается на девушку, и не верит глазам. Элис выглядит ахуенно привлекательно, особенно когда улыбается. Нет, правда. Это безумно красиво.

— Нет, — улыбка отражается на мужском лице от увиденного. Словно эмоции русой предались Пэйтону. — Я искал. Хотел понять, что у тебя в голове.

— Не пытайся. Я сама не знаю, — отмахивается, но не перестает улыбаться.

***

Элис лежит на холодной постели. Открытое окно осенью ощущается как холод, но уютный, убаюкивающий. Приятный для девушки ветер просачивается из распахнутого окна. Элис съеживается, и наконец, укрывается одеялом, дабы не заболеть, ведь иммунитет достаточно слабый. Укутывается и мгновенно расслабляется, понимая, что клонит в сон.

Последний раз моргает, а после и вовсе закрывает глаза. Не о чем не думает, хотя такое бывает редко. Обычно Элис вспоминает о прошлом, думает об отце. Или, самое ужасное, о неловких ситуациях, что происходили кучу раз.

Но сегодня не тот день, не то время. Тревога заменяется спокойствием, но ненадолго.

Вибрация телефона заставляет вздрогнуть и вернуться из сонного состояния. Элис неохотно раскутывается и поднимается с постели, чтобы взять с зарядки телефон.

moormeier_17777

можешь не отвечать. просто прочитай

пожалуйста

И что-то внутри у дрогнуло. Впервые - не из-за страха. Из-за желания быть ближе.

Элис всё-таки ответила.

Через час после его последнего сообщения, голубоглазая лежала в полутьме своей комнаты, слушая музыку. Внутри нарастающий вихрь, на лице легкая улыбка.

lisss.663

ты странный

но возможно я тоже

moormeier_17777

после уроков я приеду

не удирай сразу ладно?

Она выдохнула. Все слишком быстро меняется, Элис не успевает опомниться, как их отношения перешли на новый уровень. Совсем незаметно, безумно быстро.

«Что будет дальше?».

Вопрос эхом раздается в голове.

***

На следующий день он не сел рядом и не подошёл. И девушка ловила себя на том, что ожидает его молчаливого вторжения, даже если раздражалась на это раньше.

Он просто наблюдал издалека, спокойно.

И это бесило ещё больше.

— Ты вся на взводе, — кричит подруга, догоняя Элис на лестнице

— Я в порядке.

— Ты вообще не умеешь врать, — произносит в усмешке, подкинула волосы и посмотрела на неё серьёзнее. — Ты теперь с ним... типа? — вопрос звучал осторожно, но у Элис сердце забилось чаще. Девушка замешкалась.

— Нет, — замялась, но продолжила. — Я не знаю, — всё в их отношениях слишком сложно. Коммуникация в последнее время улучшилась, но это не отменяет факта, что Пэйтон продолжает издевки. Элис это не устраивает, наверное.

Какое право он вообще имел, чтобы трогать её?

Но, она ведь не отталкивает...

— Тогда держи голову холодной. У него на лбу не написано «верный и нежный», — Райли предупреждает подругу, понимая, что чувства несут её в абсолютно другое направление.

— Да у него вообще на лбу ничего не написано.
Только это и пугает.

***

После школы он действительно ждал.
Прислонившись к машине, в капюшоне, с руками в карманах. Вид у него был почти беззаботный, но глаза следили внимательно.
Элис шла медленно, чувствовала, как внутри всё спорит. Рациональное «не надо» и необъяснимое «иди».

— Ты опоздал, — произнесла вместо приветствия.

— Я приехал раньше, просто дал тебе время подумать.

Она прикусила губу. Пэйтон открыл перед ней пассажирскую дверь - жест не из тех, что ожидались. Не слишком грубый, не слишком любезный. Сдержанный. В салоне пахло табаком и чем-то еловым, а из колонок играла та же группа, что была в её плейлисте. Не их хит, а старая редкая песня. Она даже не была уверена, что кто-то вообще её знает.

— Ты специально ставишь это?

— Или мы оба странные, — снова слышится легкость в голосе. Мурмаеру, видимо, и правда на всё плевать.

— Мило. Тебе это вряд ли подходит, — переводит взгляд с собственных рук на Пэйтона, что сейчас улыбается уголком губ.

— А тебе подходит язвительность, — встречается глазами с Элис, изучая, как бегают её глаза по его лицу. — Особенно когда ты боишься, — сверкает глазами, расплываясь в улыбке ещё сильнее. У девушки в груди что-то сжалось.

Элис отвела взгляд.

— Я не боюсь, — она не хочет оправдываться перед ним, пусть думает то, что хочет. Доказывать свою позицию не хочется, ведь русая понимает, что с Пэйтоном это - бесполезно. Элис стоит на своем, но не четко. — Просто не доверяю.

— Это почти одно и то же.

Он ехал по городу, не спрашивая куда. Просто катались, фары цепляли мокрый асфальт, улицы были полупусты, и это напоминало сон, от которого не хочется просыпаться.

— Бывает, что хочется исчезнуть? — вдруг спрашивает, не глядя на кудрявого.

— Каждый день. Но потом ты появляешься, — звучит как шутка. Элис поворачивается на Мурмаера, пытаясь разобрать его эмоции.

— Пэйтон, — отворачивается.

— Я серьезно, — он сказал это не с улыбкой, не с напором, как обычно.

Девушка снова повернулась, и впервые не увидела в нем вызывающего, резкого, упрямого. Просто парень. Рядом. Слишком близко. Он положил руку на её сиденье, ближе к плечу. Не касаясь, но почти.

Элис не отодвинулась, опять.

— Ты молчишь, — сказал он позже.

— Мне спокойно, это странно, — произносит осторожно, словно боясь упустить момент. Для Элис это действительно чуждо, вот так находится с Мурмаером и не слышать громкого биения сердца. Их встречи начинают приобретать комфорт, что удивительно.

— А мне беспокойно, — Пэйтон впервые заявляет о том, что находится у него на душе. — Это тоже странно.

— Не переживай, это лишнее, — звучит скорее не как успокоение, а как просьба.

— Сложно, когда ты рядом, — голубоглазая не знала, что на это ответить, поэтому просто закрыла глаза и прислонилась лбом к холодному стеклу.

— Всё равно не доверяю тебе, — выдыхает и возвращается в прежнее положения. Кидает взгляд на Пэйтона, что отвернут от нее.

— Я знаю, — говорит это не обреченно, скорее спокойно, без капли сомнения.

— И не уверена, что хочу того... чего ты хочешь, — Пэйтон резко поворачивается на девушку, обводит взглядом, останавливаясь на голубых глазах. Оба смотрят внимательно. Элис слегка смущается, но взор не отводит. Наверное, потому что потерялась. Потерялась в чужих глазах.

— Я ничего не хочу кроме настоящей тебя, без всех твоих «но».

***

Они катались ещё час, потом он отвёз её домой.
Молча. И когда Элис уже закрывала за собой дверь, её телефон издал вибрацию.

moormeier_17777

Элис

с тобой я другой

Девушка долго смотрела на экран, не зная удалить это или сохранить. В итоге просто выключила звук и легла.

Русая знала: это не конец.

Это начало того, что ещё сильнее запутает.