27
Дом в Черногории был небольшим. Кухня, зал, две спальни и, как ни странно, большая ванная с джакузи. В спальне они и оказались сразу после того, как поели и помылись. И как-то сразу стало понятно, что Артём не намерен откладывать в долгий ящик исполнение Ириной сексуальной фантазии. Хотя она как раз была не сильно уверена в том, что готова к этому прямо сейчас.
- Не бойся, - Артём стянул с нее полотенце, целуя поочередно шею, грудь с затвердевшими от прохладного воздуха сосками, живот, бедра и наконец поджавшиеся ягодицы.
- Я и не боюсь, - напряженно проговорила Ира.
- Я вижу, - необидно фыркнул Артём ей в поясницу и потянул на кровать. - Ложись. И расслабься. Сначала надо тебя подготовить: внезапный анальный секс бывает только в порно.
Он прижал ее сверху всей своей горячей тяжестью и слегка прикусил плечо, тут же лизнув место укуса.
Ира неразборчиво простонала, чувствуя, как по телу проходит первая, еще еле заметная волна возбуждения.
Ее дико заводило, когда Артём сочетал нежные, почти невесомые ласки с такими звериными, на грани боли, укусами. В этот момент она ощущала себя желанной самкой, которую помечает самец. Вот так - тупо, по-животному клеймит собой. Своими зубами, своей слюной, своим запахом. Чтобы все знали, чья она. И это почему-то не унижало, а опьяняло. Казалось правильным. Природным.
- Я сделаю тебе хорошо, - хрипло пообещал он. -
Больно не будет, будет охуенно. Я постараюсь. Наизнанку вывернусь, Ир, слышишь.
Он, не слишком церемонясь, вклинился коленом между ее бедер, раздвинул их и тут же жадно приник ртом к нежным, покрасневшим от возбуждения губкам и клитору. Казалось, Артём знает её тело лучше ее самой, потому что ей никогда не удавалось так быстро доводить себя до разрядки. Он нежно ласкал кончиком языка ее сверхчувствительный клитор, а двумя пальцами в это время жестко, сильно проникал внутрь. Он такого контраста возбуждение моментально выплеснулось в кровь, обволокло сладким ядом, заставило терять всякое сообра-жение и только выть на одной ноте, подставляясь под умело двигающиеся пальцы и горячий влажный язык.
Когда Ира, сильно выгнувшись в спине, с криком кончила, Артём отстранился, вытер ладонью мокрые, покрасневшие губы и ухмыльнулся.
- А теперь, как в одном бородатом анекдоте: простите, сударыня, вынужден попрощаться, мы с вами долгое время не увидимся, потому что я переверну вас на живот.
И тут же это и сделал, перекатывая разомлевшую после оргазма Иру так, чтобы она оказалась попой кверху. Потом подумал и слегка потянул ее на себя, заставляя приподняться и прогнуться в спине, в то время как Ирина голова осталась лежать на подушке.
Горячие ладони стиснули ягодицы, уверенно их раздвинули, нежную кожу обожгло дыханием, а потом Ира внезапно ощутила влажное касание языка прямо на сжатом колечке мышц и...дернулась, не веря, что он это делает.
- С ума сошел?
Было ужасно стыдно.
- Расслабься, - посоветовал насмешливый голос сзади. - Получай удовольствие. И не надо за меня переживать, я никогда не делаю в постели того, чего не хочу.
Ира послушно закрыла глаза. Когда отпустила первоначальная неловкость, стало хорошо. Острота и необычность такой ласки возбуждала сильнее, чем Ира сама от себя ожидала. Нет, она, конечно, слышала про то, что там много нервных окончаний, но никто не говорил о том, как кайфово по телу растекается непривычное удо-вольствие, как неожиданно приятно расходятся мышцы под настойчивым натиском языка и как исчезают всякие остатки стыда, заставляя скулить и подаваться бедрами назад, почти впечатываясь собой в Артёма.
Мягкие разлизанные мышцы легко пропустили в себя один палец, Ира даже не успела испугаться, так легко он скользнул внутрь.
- Больно?
- Нет, - честно ответила она.
Раздался щелчок, как будто открыли крышку на флаконе, и между ягодиц полилась прохладная скользкая жидкость. А к одному пальцу добавился второй. Было странно от ощущения заполненности в непривычном месте, но не больно. Точно не больно.
- Когда ты только успел смазку купить? - глухо проговорила Ира, уткнувшись лицом в подушку.
- Пока ты ходила за сувенирами, - усмехнулся Артём и стал осторожно двигать пальцами, лаская, оглаживая и потихоньку растягивая упругие стенки. Одновременно с третьим пальцем вернулся язык, который нежно прошелся по растянутым мышцам, и Ира впервые застонала.
Было странно, но... хорошо. Она сама не смогла бы описать свои ощущения. Это было что-то, лежащее вне привычной системы координат. Что-то острое, запретное, виденное ранее лишь в порно, и от одной мысли об этом обжигало лихорадочным стыдным возбуждением.
- Прогнись еще. И дыши. Я остановлюсь, как только ты скажешь.
Артём входил в нее плавно, осторожно, замирая от каждого ее стона. Ира , на собственном опыте зная его дикий темперамент в постели, не ожидала, что он может быть настолько нежным и терпеливым. И в противоположность осторожному, буквально по миллиметрам, проникновению, заставляющему непривычные мышцы расходиться в стороны, говорил Артём жарко и напористо. Говорил такое, что от каждого его слова у Иры кровь бросалась в лицо, все нервные окончания опаляло возбуждением, и она не могла удержаться от стона, прогибаясь в спине и позволяя входить в себя все дальше и дальше.
- Я полностью в тебе, - хрипло выдохнул наконец
Артём, ласково целуя ее в плечо. - Моя хорошая... я... могу?
- Давай уже, Тём, - простонала она, чувствуя себя балансирующей на грани пропасти.
Ужасно хотелось, чтобы это мучительно-сладкое напряжение, охватившее все тело, стало еще острее, еще горячее и перенесло ее за те границы, за которые она раньше боялась даже заглядывать.
И Артём дал. Сильные размашистые движения сначала отозвались слегка болезненным жжением, но потом вдруг очередной толчок попал в неожиданно чувствительную зону, и енька беспомощно ахнула и громко застонала. Хорошо... господи, как хорошо... непривычно, странно, но хорошо....
Она просто потерялась в ощущениях: стонала, царапала ногтями простыню, скулила, а когда его рука скользнула между ее ног и пальцы с выверенной силой надавили на клитор, Иру накрыло таким мощным оргазмом, что, казалось, ее просто вынесло за пределы вселенной. Тело содрогалось от сладких спазмов удовольствия, а в голове было пусто, как будто там больше не осталось ни одной мысли.
- Ты жива?
Хриплый голос Артёма и знакомая тяжесть его тела, придавившего Иру сверху, возвращали в реальность.
- Не уверена, - сипло призналась она. Голос ее не слушался, в горле все пересохло, как в пустыне - сейчас бы полцарства за глоток воды.
- Пойдем.