Глава 31.
Я сижу на коленях около Андреа, и раскачиваюсь вперед и назад, уложив руки на щеки. Между ног слегка болит, но после душа я ощущаю себя куда лучше, чем пару часов назад. Прошедшая ночь позволила мне не только лишиться девственности, но и осознать большую часть чувств, которые я испытываю к Андреа. Столько времени рядом с ним, внезапные поцелуи, его собственнические жесты, внедрение в семью и восхваление меня, как его женщины, заставляет меня поверить, что этот холодный, огромный мужчина может испытывать ко мне симпатию. Вчера я увидела звезды с закрытыми глазами, ощутила внутри себя мужчину, и испытала невероятный оргазм, от которого у меня кружилась голова. Все эти эмоции разворошили самые потаенные углы моего сердца, и помогли осознать, что Андреа слишком нужен мне, слишком важен.
Мужчина вдруг переворачивается на живот, одеяло сползает с его спины, и я снова вижу обозленного льва, покрытого кровью. Я не сплю уже с шести утра, и от скуки начинаю разглядывать татуировку на широкой спине, изучая каждый контур и мелкие детали. Осознание того, что лев набит на сплошных шрамах, вызывает во мне тревогу, и когда я касаюсь кожи, хмурюсь, подсознательно чувствуя боль. Столько ран, нанесенных живому человеку, столько шрамов, оставляющих отпечаток не только на теле, но и на сердце, на разуме. Проводя пальцем по гриве зверя, я нежно поглаживаю плечи Андреа, и он вздыхает, а я слабо улыбаюсь, ощущая приятное тепло мужчины под своими руками.
Когда я укладываю голову на спину Андреа, устраиваясь поудобнее, снова вспоминаю о семье, и уже не чувствую сильной боли внутри. Я привыкаю, начинаю любить людей вокруг, испытываю теплые чувства, и знаю, что здесь мне ничего не угрожает. Все эти размышления резко наводят меня на одну главную мысль в моей голове, от которой я буквально подскакиваю. Даниель. Я про себя проговариваю его имя, и чувствую, как сердце бьется ровно, пульс не учащается, а в груди не давит от боли.
—Я не люблю его, - шепчу я, и сама того не замечая, впиваюсь ногтями в спину Андреа, параллельно думая о Даниеле, — я не люблю его...
Звонок телефона заставляет меня подпрыгнуть от испуга, и Андреа как по заказу хватает его с тумбочки, прикладывает к уху, грозно отвечая.
—Мой будильник должен прозвенеть через двадцать минут, Кристофер, - рычит он в трубку, и я кривлюсь от того, как бодро он говорит с утра, — скажи Франко, чтобы он сам разобрался с отрядом, а я поеду решать вопрос с Беллини.
Я покорно жду, пока Андреа обратит на меня внимание, и медленно провожу ладонью по его лопаткам, чувствуя, как мои щеки покрываются румянцем. Слыша его голос, я вспоминаю о том, как его массивное тело нависало надо мной, как его губы покрывали мое тело поцелуями, а руки касались моих изгибов. Я ёжусь, и когда Андреа кладет трубку, и ложится на спину, вовсе отворачиваюсь, делая вид, что занята разглядыванием ножей на стене, которые я уже выучила. Я боковым зрением замечаю, как Андреа пронзает меня своим тяжелым взглядом, но все еще не говорит. Я сглатываю, чувствуя легкое волнение в груди, и некий стыд за вчерашнее, но теплая ладонь Андреа ложится мне на поясницу, и тепло разливается по телу.
—Доброе утро, леди, - проговаривает Андреа, и я замираю, словно боясь даже вдохнуть, — даже боюсь представить, что сподвигло тебя проснуться так рано. Обычно, когда я собираюсь на работу, ты пускаешь слюни мне на грудь.
—Я не пускаю! – трепещу я, и поворачиваюсь к Андреа, а он прикусывает нижнюю губу и смеется, тем самым нагоняя на меня еще больше краски, а я понимаю, что он просто язвит, — издеваешься с самого утра, да?
Андреа притягивает меня за футболку, и я падаю на него, оказываясь у его лица. Темные глаза сияют, а губы растягивает улыбка, от чего я сама улыбаюсь. Так тепло.
—Как твое состояние? – неожиданно хмурясь, говорит Андреа, и накручивает прядь моих волос на палец, — с тобой все хорошо?
—Да, - хрипло отвечаю я, — а должно быть плохо?
—Вчера у тебя был первый секс, - констатирует факт Андреа, и я опускаю глаза, чувствуя легкую боль между ног.
Он вчера сказал, что вошел в полдлины, и я испытывала настоящий всплеск эмоций, а что будет, когда я все произойдет во весь размер? Паника окутывает меня, и Андреа вдруг проводит большим пальцем по моей щеке, притягивая внимание.
—Элиза, ты ужасно нервная. Ты хочешь что-то спросить или обсудить? – говорит Андреа, и я напрягаюсь, упираясь ладонями ему в плечи.
—Нет, все в порядке, и вчера все было более чем отлично, - бормочу я, не смотря в глаза Андреа, — просто дай мне привыкнуть к тому, что мы переспали. Я всегда нервничаю, когда что-то идет не так, как я задумывала заранее.
Это была чистая правда, и я не собираюсь врать мужчине, которому отдала свой первый поцелуй, девственность, и чувство безопасности.
—И что же ты задумывала? – Андреа наклоняет голову в заинтересованном жесте.
—Я не скажу тебе свои планы, но скажу, что не думала, что потеряю девственность с капо Каморры, уж извини, - бурчу я, и упираюсь подбородком в грудь Андреа, поднимая на него глаза.
Его ухмылка радует меня, и я расслабляюсь, а он вдруг заключает меня в объятия, и вдавливает в себя, окутывая своим теплом.
—Я еду по делам, а ты пока подумай, что еще ты можешь потерять или найти с капо Каморры, - произносит он, целует меня в висок, и вскакивает с кровати, оставляя меня одну в теплой постели, нагретой его большим, рельефным телом.
Андреа скрывается за дверью в ванной, а я как дура улыбаюсь, и упираюсь лицом в подушку, радостно сжимая ее руками. Этот мужчина сводит меня с ума, хоть я и была не от мира сего.
Когда я выбираюсь из теплой постели, Андреа выходит из ванной в своем обычном костюме и с суровым выражением лица, от чего я хмурюсь. Иногда меня удивляет, как сильно его рабочий вид отличается от того мужчины, на чью грудь, как он говорит, я пускаю слюни каждую ночь.
— Вернусь к вечеру, мы поужинаем вместе, - сообщает Андреа, поглядывая на наручные часы.
Я восхищенно смотрю на мужчину перед собой, и поднимаюсь на носочках, кладя ладони ему на плечи. Обычно Андреа возвращается всегда поздно, и мы ни разу не ужинали вместе. Когда он возвращался домой позже полуночи, мне приходилось делать вид, что я уже сплю. Глупо было признавать, что без него я не могу сомкнуть глаза. Без него мне холодно.
—Удачного дня, - киваю я, и целую Андреа в уголок губ, от чего его брови слегка поднимаются.
—И тебе хорошего дня, леди, - Андреа касается моих растрепанных волос, одаривая теплым взглядом.
Когда он уходит, я привожу себя в порядок, и выхожу на завтрак, который я планирую провести в гордом одиночестве. Сицилия сообщила мне вчера, что они с Витторией с утра поедут к Грации, и я была безумно рада тому, что Андреа не разрешает мне выходить из дома без него.
Расслабленной походкой я двигаюсь на кухню, дабы не напрягать персонал, и просто выпить кофе. Одна из девушек, что обычно накрывает на стол, приветствует меня, а затем испуганно смотрит за мою спину, и убегает, от чего я хмурюсь.
—И тебе привет, - пожимаю плечами я, и двигаюсь к кофемашине, пока жуткий кашель не заставляет меня подпрыгнуть на месте от испуга.
—И ты здесь, дорогуша, - Тео упирается плечом в дверной проем, и мои глаза округляются, когда я вижу его голый торс, украшенный широким, длинным шрамом.
Я в панике поворачиваюсь к нему спиной, и вцепляюсь в столешницу, пытаясь выкинуть только что поступивший в мой разум образ полуголого мужчины.
—Я думала, ты ушел с Андреа, - сглатываю я, и в попытке вести себя непринужденно, хватаю капсулу для кофе, нервно теребя ее в руках, — почему ты не одет?
—Я каждое утро завтракаю в это время, и ни разу не встречал тебя, и сегодня у меня выходной в честь похмелья, - говорит привычным, веселым тоном Теодоро, и я кривлюсь, понимая, что просто оказалась не в то время, не в том месте, — не парься, видеть меня полуголым тебе, конечно, запрещено, но я не хочу идти одеваться, а ты хочешь попить кофе. Не будем друг другу мешать, змея.
От такого обращения мои глаза были готовы вылезти на лоб, и как только адреналин в моей крови подскакивает, я оборачиваюсь, и недовольно смотрю на Тео, стараясь сосредоточиться на его серых глазах, а не мускулистом теле. Хватит с меня голых тел, Андреа вчера мне хватило за глаза.
—Змея? – восклицаю я, скрещивая руки на груди, и упираясь поясницей в столешницу, — я, конечно, подозревала, что я тебе не нравлюсь, но вот чтобы настолько! Ты самовлюбленный индюк с самомнением павлина, понял?
Теодоро звонко смеется, а затем как ни в чем не бывало, садится за барный стул около стойки, и изгибает брови, саркастически поглядывая на меня. Ощущение пристального взгляда на себе меня раздражает, и я подхожу к стойке, с другой стороны, прищуриваясь.
—Я предпочитаю звать тебя дорогуша, - проговаривает Тео, и взяв графин с водой, начинает пить прямо из него.
Стакан ему без надобности, и я закатываю глаза от его поведения, пока он наконец не говорит снова.
—А змеей тебя прозвали на вчерашнем вечере у Леоне.
Я поднимаю брови, и усмехаюсь, понимающе кивая. Змеи, увидев новую личность в своем логове дали мне прозвище, как мило.
—А я смотрю, ты информирован тем, что вчера говорили, - хмыкаю я, и кидаю в Теодоро полотенце, лежащее рядом с собой.
Он благодарно кивает, и вытирает капли воды со своего подбородка.
—А ты не знала? – улыбается, словно чеширский кот, Теодоро, — меня зовут сплетницей. Обычно мужья благородных дам в Каморре не отказывают мне в разговоре с их женами, поэтому все слухи я узнаю одним из первых.
—Надеюсь, ты не спишь с этими благородными дамами? – кривлюсь я, видя ехидную улыбку на лице Тео.
—Меня не привлекают женщины, в которых побывали такие старики, как Данте или Кассио старший, - шатен закатывает глаза, а затем встает, и двигается к холодильнику, совершенно не стесняясь своего внешнего вида.
Я же задумываюсь над тем, что именно говорили обо мне змеи Каморры, и решаю узнать это, как говорит он сам, у главной сплетницы.
—Может, ты расскажешь мне по подробнее, что именно говорили про меня? – спрашиваю я, слыша, как Теодоро копошится в холодильнике, в поисках еды.
Видимо, персоналу тоже запрещено видеть Романо в подобном одеянии, поэтому они вдруг исчезли из виду.
—Я бы рад, но мне так хочется есть, а Ферида не выносит мой голый вид, - тонко намекает Тео, упоминая служанку, и я усмехаюсь.
—Я приготовлю тебе круассаны с ветчиной, а ты расскажешь мне все сплетни вечера, - парирую я, и Тео сразу же соглашается, а затем усаживается за стойку, радостно смотря на меня.
Пока я разогреваю вчерашние круассаны в микроволновке, параллельно нарезая ветчину и сыр, Тео начинает свой рассказ, совершенно не заботясь о нормах приличия.
—Ты безумно понравилась нашей тете Фелиции, что уже большой плюс, - шатен ложится головой на стол, и я осуждающе качаю головой, — Грация в принципе всегда любила Андреа, и его выбор ее вполне устроил, но вот Алессия, Фиона и еще несколько жен боссов буквально считают тебя шпионской змеей, посланной самим Карлосом. Их не смущает тот факт, что тебя выкрали с собственной территории, на собственной свадьбе.
—То есть, они считают меня внедренным шпионом? – усмехаюсь я, выкладывая нарезку в круассан, что обжигает мне пальцы, — у меня проблемы с гневом, будь я шпионом, давно бы разнесла ваш дом, и вернулась в Ндрангету.
Я любезно ставлю готовый круассан перед Тео, и иду делать кофе, когда он уже кусает мой шедевр кулинарии.
—Они назвали тебя временной подстилкой, - продолжая жевать, произносит Теодоро, и я замираю, давая себе пару секунд для переваривания подобных слов.
Единственный человек, который оскорблял меня, и оставался безнаказанным всю мою жизнь, была лишь Фелиса, и то, она не опускалась до такого уровня, чтобы назвать меня шлюхой или подстилкой. Кровь за секунду повышает градус до ста, я замечаю в отражении стеклянного шкафчика, что мои зрачки расширились, а лицо покраснело. Я сглатываю, и медленно оборачиваюсь, осматривая Теодоро, что беззаботно поедает круассан.
—Подстилка, значит, - шиплю я, стискивая зубы почти до скрежета, — ну и твари.
—Эти твари завтра уже вряд ли смогут говорить, - кивает шатен, снова заливая воду себе в рот прямо из графина, — вся эта информация должна дойти до Андреа. Он попросил узнать, что о тебе думают.
—Ты не скажешь ему, - выпаливаю я, и Тео выгибает одну бровь, — я почти часть вашей семьи, и как только Андреа окольцует меня, я сама поставлю на место этих сук.
—А я смотрю, ты уже пригрелась на нашей груди, змея, - ехидничает Теодоро, и я бросаю в него капсулу кофе, от чего он улыбается, и прикрывает рукой голову, — слушай, может ты выпьешь со мной? У меня похмелье.
—Если ты найдешь мне калабрийское вино, а не ваш австралийский виски, то я с радостью выпью пару бокалов, - недовольно оглядывая кофемашину, которую так и не включила, произношу я, —змея хочет расслабиться.
—Ты если кончик языка высунешь, - Тео вдруг показывает язык, зажимая его меж зубов, — будешь похожа на кобру.
—Иди ищи вино! – выкрикиваю я, и кидаю очередную капсулу, а шатен наспех запихивает остатки круассана себе в рот, и выбегает из кухни, поднимая руки в знак капитуляции.
Через двадцать минут шатания по дому Тео наконец нашел мое любимое калабрийское красное вино Ciro, и мы устраиваемся в той самой гостиной, что похожа на картинную галерею. Я закидываю ногу на ногу, и наливаю вино себе в бокал, пока Тео возится с виски, и рассматриваю одну из темных картин, которая напоминает мне родительскую спальню в моем прошлом доме. Что-то похожее висело над их кроватью, и я прищуриваюсь, чтобы убедиться, что почерк художника безумно схож.
—Это Тинторетто? – спрашиваю я, а затем делаю глоток прекрасного сухого вина, что согревает мне внутренности.
—Да, - сообщает Тео, — когда бабушка Бьянка была жива, Ренато подарил ей эту картину, выкупив на каком-то крутом аукционе. Я слаб в искусстве, не особо понимаю в этом.
Я пожимаю плечами, и снова пью, уже поворачиваясь к парню, что уже расслабляется после заветного глотка алкоголя с похмелья. Как ни странно, я ощущала от Тео приятное чувство безопасности и спокойствия, которое я не всегда чувствовала, когда находилась у себя дома, с родной матерью и отцом. Сейчас, сидя с ним наедине с бутылкой вина и виски, я не думала о том, что он может причинить мне боль, я лишь думала о том, как хорошо провожу время в тишине и умиротворении.
Когда третья бутылка вина, найденная Теодоро где-то в их тайных запасах была опустошена, я уже плохо соображаю, и говорю все, о чем думаю и переживаю.
—Ты знал, что моя стерва сестра вышла замуж за Дани..., - я икаю, когда Теодоро льет в мой винный бокал виски, прищуриваясь одним глазом, чтобы лучше меня видеть, —Даниеля мне назло? Понимаешь, а я его любила!
—Осуждаю, дорогуша, - не особо соображая, говорит Теодоро, и тяжело вздыхает, а его перегар буквально заставляет меня прокашляться, — и вообще, хочешь, я уведу эту твою стерву у твоего Даниеля?
Я заливаюсь смехом, и прижимаю руку ко рту, а затем откидываюсь на спинку кресла, пытаясь мыслить здраво. Перед глазами все плывет, руки не подчиняются, а разум то и дело, подстегивает меня на глупые рассказы. Я поглядываю на окно, и понимаю, что уже вечер, а я пью с самого утра, и уже не помню причину начала алкогольного дня.
—У меня вчера был секс с Андреа, - выдаю вдруг я, и косое лицо Тео вытягивается в удивлении.
Он ставит рокс на столик, между нами, и упирается в него локтями, кладя подбородок на ладони, будто в ожидании полного рассказа.
—А я-то думаю, чего ты так рано встала, - язык шатена еле вяжет, но он пытается говорить внятнее, — а ты просто не ложилась.
Я хмурюсь, отрицательно мотая головой, а затем расплываюсь в улыбке, чувствуя, как внизу живота пульсирует от одних только воспоминаниях об Андреа.
—Кстати, насчет секса, - Теодоро спешно достает смартфон из кармана, и манит меня пальцем, двигаясь к дивану в центре гостиной.
На негнущихся ногах я подхожу к парню, что очень заинтересовано копается в своем телефоне, развалившись на диване, и сажусь рядом, пытаясь сфокусировать свой размытый взгляд. В последний раз я была так пьяна, когда мне исполнялось восемнадцать, и Адриана подмешала в пунш водки на три литра больше положенного. Это был ее сюрприз, от которого я блевала почти час в собственный праздник.
—Смотри, - Тео тыкает пальцем в телефон, и я присматриваюсь.
На экране красуется рыжеволосая девушка с огромной грудью в купальнике, что буквально кричит о том, чтобы ее трахнули прямо на фоне тех лесов, где она фотографируется.
—Я трахал ее уже два раза, и мне понравилось, - откровенничает Теодоро, и я жму плечами, — я покажу тебе еще пару вариантов, и нам надо выбрать, кого я буду иметь сегодня.
—Я не думала, что литровая бутылка виски доведет тебя до крайностей, - хмыкаю я, и Тео листает дальше, уже показывая миниатюрную блондинку с голубыми глазами и тонкой талией, — она милая, давай ты не будешь с ней спать.
—То есть мне нельзя трахать милых?
Он снова перелистывает, и снова блондинка, с длинными загорелыми ногами и хитрым взглядом, что манит одним лишь видом.
—Она милая, - повторяюсь я, и Теодоро смеется.
—Милые тоже трахаются, дорогуша, - шипит он.
—Я не хочу знать, когда вы успели настолько подружиться, что обсуждаете трах, - голос Андреа заставляет нас с Тео синхронно устремить взгляд на дверь, около которой как раз он и стоит.
Он явно замечает мой косой взор и винный бокал с виски в моих руках, и подходит, нависая над нами. Я пробегаю взглядом по его громоздкой фигуре, и невинно улыбаюсь, слегка покачиваясь из стороны в сторону.
—У нас был сложный день, - отшучивается Тео, видимо, замечая, что его брат вернулся с работы не в духе, — мы решили расслабиться.
—Протрезвей, - рявкает Андреа на младшего брата, а я рефлекторно оставляю бокал в сторону, чувствуя себя виноватой за устроенный банкет, — завтра встреча с Беллини, я разбужу тебя в шесть утра, мы летим в Сан-Франциско.
Я поднимаюсь на ноги, неустойчиво на них удерживаясь, и Андрея вдруг подхватывает меня на руки, от чего я лишь улыбаюсь, обвивая его шею ладонями.
—Ты напоил ее, - рычит Андреа, смотря на Тео, пока я заинтересованно разглядываю каждый волосок на его щетине.
—Я дал вкусить ей букеты итальянских вин, брат, - произносит Теодоро.
—Букеты вин вкусили, теперь очередь девушек, вкушать твои венерические букеты, - заливаюсь смехом я, и упираюсь носом в шею мужчины, а его руки на мне сразу же напрягаются.
Будь я трезвой, возможно, вела бы себя куда лучше, чем сейчас.
—Тео, я разорву тебя, - шипит Андреа, и я начинаю медленно водить ладонью по задней части его шеи, словно успокаивая, — а ты, леди.
Когда я слышу обращение к себе, сразу же стараюсь принять как можно более осознанное выражение лица, и смотрю на Андреа, ожидая его реплики. Его взгляд мечется между моими губами и глазами, от чего я улыбаюсь, снова чувствуя этот приятный импульс по телу.
—Ты помнишь, что я говорил тебе об ужине?
—Помню, - вру я, и вспоминаю о нем ровно в тот момент, когда он говорит мне об этом.
—Через неделю состоится, свадьба, Элиза, - сурово произносит Андреа, и ставит меня на ноги, а я киваю, и только потом понимаю, что он только что сказал.
Мои глаза широко раскрываются, а сердце бьется как безумное. Я вдруг трезвею от этой новости, мои мысли резко становятся ясными, и я чувствую огромное волнение в груди, связанное со словами Андреа. Он внимательно наблюдает за моей реакцией, слабо придерживая за плечи.
—Н-наша с тобой? – на всякий случай спрашиваю я, наклоняя голову.
—Я хотел сообщить тебе это в ресторане за ужином, но ты накидалась с Тео в гостиной, - фыркает Андреа, и меня накрывает волной эмоций.
Я обвиваю шею Андреа руками, и прижимаюсь к его губам своими, вкушая самый сладкий вкус. Его холодные ладони ложатся мне на поясницу, прижимая к себе, и внутри все переворачивается от нахлынувшего спектра эмоций. Андреа берет инициативу на себя, и углубляет поцелуй, мы на несколько секунд теряемся друг в друге, пока Тео демонстративно не кашляет, видимо, обозначая, что он все еще здесь.
—Раз я уже подружился с невесткой, я могу идти? – хмельным голосом говорит Тео, и я отрываюсь от Андреа, и сразу же прижимаюсь щекой к его теплой груди.
Большая ладонь ложится мне на затылок, слегка массируя, и я широко улыбаюсь, оглядывая пьяного Теодоро перед нами.
—Сан-Франциско, Теодоро, - шипит Андреа, напоминая брату о предстоящей встрече, и тот кивает, двигаясь к двери.
—Третья, - вдруг выкрикиваю я, и Теодоро недоуменно смотрит на меня через плечо, — трахни третью, она самая милая.
Романо младший заливается смехом, и прежде, чем выйти из комнаты, отводит два пальца от виска, в знак того, что одобряет мой выбор.
Как только тишина наступает вокруг, я едва улавливаю бешеный стук сердца Андреа, и сразу же поднимаю на него глаза, что явно сияют.
—Я волновался, что вы не поладите, - признается мужчина, говоря о Теодоро, — его манеры нравятся не всем.
—Мои манеры тоже не особо хороши, - пожимаю плечами я, и снова обвиваю шею мужчины руками, повисая на ней, словно ребенок.
Тактильность с Андреа для меня что-то из разряда спокойствия и тепла, которого мне не хватает, пока он занимается своими делами.
—Я правда стану твоей женой? – уточняю я.
—Ровно через неделю, леди, - кивает Андреа, а затем склоняется, и целует меня в изгиб шеи, посылая легкие импульсы по всему телу, — ты станешь официальной королевой Каморры, и не сможешь никуда от меня уйти или сбежать.
—Не смогу, - шепчу я, когда губы Андреа касаются моего уха, и он всасывает его мочку, — потому что не хочу уходить.