в расстоянии метра.
— Почему ты не сказал, что происходит с Кисловым?
Они сидят на берегу моря, дотрагиваясь кончиками пальцев до солёной воды в моменты прилива. Время близится к рассвету. Если человек может быть частью другого, то Меленин - её душа. Даже после шести часов болтовни они не замолкали ни на минуту. Словно ничего больше не существует, кроме этого дня и двух поломанных, но наслаждающихся друг другом людей.
Дружба с Егором дала шанс ещё во втором классе на что-то иное, почти неземное. Чувство комфорта, о котором мечтать бывает опасно. Кажется, одно неверное действие, и с шахматного поля уйдёт главная фигура, а партия полетит к чертям. Под партией каждый подразумевает жизнь, совсем не ту, о которой положено грезить. Повезёт или нет. Прогорит ли.
— Писал, что он изменился.
— Не изменился! Это другой человек... - ложится на песок, чувствуя горный сквозняк по телу. — Ваня не пил ничего крепче пива, курил сигареты, но не больше двух в день, понимаешь? От травы закашлялся, чуть не выплюнул лёгкие. А здесь... Что случилось?
— Я посыльным не нанимался. Правда ничего не помнишь? Киса просто мой лучший друг с детства?
— Стрёмно всё это. Раздражает. Все только и твердят: "А что Кислов?". Психотерапевт сказала, что мозг таким образом защищается, вычёркивает из памяти некоторые моменты, чтобы не дать сдохнуть от шока. На воспоминания нужно время, общение, прикосновения, возможно. А я увидела незнакомого человека, чужого, и просто обомлела. Мы ведь не были ... вместе?
— Что? Нет! Ты нравилась ему, но не в том смысле. Вы с Геной были другими. Без контроля родителей, проверки домашки или супа на обед. В детстве-то хочется чипсы и конфеты. У брата машина, на которой тебя подвозят в школу, знают старшеклассники, всё типа круто. Это больше наивная детская зависть. - голубоглазый ложится рядом, наполняя лёгкие морским воздухом, свежим, расслабляющим. — Не парься, отношения были только с Хенком. Они с Кисой перестали общаться, а я между двух огней. Когда Хенк рассказал правду насчёт подставы с товаром Гены, что так не должно было случиться, начался катарсис. Он буквально превратился в бойцовскую грушу с непроходящими синяками.
— Боря? Синяки от Вани? Поверить трудно... - ком в горле не позволяет спросить о главном, дёргающим за нити подсознания. Зуева устраивает внутренний шторм, выдыхает, собирается с силами. — Мел... Насчёт двух трупов - правда? Что за "Чёрная весна"?
Он испуганно молчит. Словно лучшая подруга задела тему, о которой нельзя говорить вслух. Смотрит прямо в глаза, хлопая ресницами, слова сказать не может. Водит пальцами по мокрому песку, зарываясь до царапин от камней, делает глубокие вдохи и медленные выдохи.
— Правда. Тебе кто рассказал?
— Константин Анатольевич, не падай от удивления. Думаю, Хенк убедил отца, что сам убил двоих. Он был слишком искренен, разбит, подавлен, что ли. Даже предлагал мне помощь... Вы из-за этого поссорились?
— Из-за вас, Зуевы, тоже. Ошибки ничему его не научили... - парень поднимается, отрясая джинсы и кофту от песка. Протягивает девушке руку, как очередной спасательный круг. — Кису сильно сломила ситуация с арестом. В это поверить было невозможно. Три года без лучшей подруги... Знаешь, как в мелодрамах, когда у них долгий путь к отношениям, всё так приторно сладко, а потом на середине фильма у кого-то из главных влюблённых рак? Чувства те же, если не хуже. Мы поначалу сильно злились на Хенка за бесчувственность, холод, отдалённость. А правду узнали через два года после начала отсидки. Ну... Это был пиздец! Иначе не скажешь! Гена тот, на кого можно положиться, помогал нам, вписывался за любой кипиш. Киса на него ровнялся, что совершенно удивительно, не свойственно, да и почему? На что равняться? Без обид. - улыбается, невинно и наигранно поднимая руки вверх. — Он занялся кикбоксингом, тату себе на руке сделал, стал одеваться преимущественно в чёрное. В этом, кстати, на тебя больше похож. Панки за справедливость, или как там? А год назад, честно, вообще не понял из-за чего он решил попробовать траву, таблетки, порошок. Стал зависим... Киса в любом случае мой лучший друг. Пока стараюсь оберегать от разного дерьма и передоза насколько возможно. Он, на странность, аккуратен с этим. Не до отключки... Мне охренеть, как страшно, что что-то случится, а я не успею ничего сделать.
— Год назад?...
В голове девушки складывается паззл. Они медленно шагают в сторону пробуждающегося города, наслаждаясь восходящим солнцем. Слова лучшего друга не выходят из головы. Она была глупая или слепая? Или всё становится очевидным только после семнадцати?
Тёплые ленивые лучи попадают на бледную кожу, слепят, заставляя морщиться. Двое из последних сил играют в догонялки, ноги избиты до синяков от ночного путешествия. Шатенка останавливается и смотрит на море. Спокойное, расслабляющее шумом, волны нехотя врезаются в скалы. Она впервые за много лет чувствует стопроцентное умиротворение. Оборачивается, чтобы встретиться взглядом с Егором, поделиться мыслями, наслаждением, но впадает в ступор.
Громкий искренний смех разносится по всей округе. Снежинки украшают город своими узорами, медленно опускаясь на морскую гладь и моментально растворяясь. На дворе май, а природа сбивает с толку погодой. Снег в конце весны - впервые за последние двадцать лет. Всё это чудо в прямом его проявлении.
Подростки сносят крышу безумными идеями. Холодный ветер пробивает дрожью до нитки, они стягивают одежду, оставаясь только в нижнем белье, и с криком забегают в море. Оно бушует. Волны накрывают с головой. Ничего не существует, кроме здесь и сейчас. Они молоды, счастливы, впереди летние каникулы, последний год перед старшей школой, целая жизнь. Ася сидит на капоте чёрного "Мерса" с красной полосой, делая фотографии на плёнку. Мальчишки брызгаются, заставляя отложить всё и окунуться в чувство свободы. Зуева остаётся в футболке, выдыхает и кричит, мчась в морские объятия.
После этого сказочного дня, после искреннего веселья, она посмотрела на одноклассницу под другим углом. Рита не казалась высокомерной и надменной. Её влюблённый взгляд открыл душу нараспашку, так нежно изучая каждый изгиб лучшего друга. Голубые глаза не отрывались от парня. Пальцы трепетно укрывали плечи полотенцем, хотя сама она продрогла до нитки.
— Всё в порядке?
— Д-да... Просто очередной эпизод.
Ася снова ничего не понимает. Не понимает, почему воспоминания притянули что-то счастливое, доброе. Это не похоже на прошлый ступор, на кошмар. Сейчас хочется лишь улыбаться. В голове запутанный клубок, ещё больше, чем пару дней назад. Она нуждается в ответах, в ясности, но догадки становятся очередными ошибками. Всё наоборот. Кажется, это никогда не кончится.
До места назначения полчаса, к тому времени родители Меленина должны уйти на работу. Отец всегда был снисходительным, отчасти странным, закрытым в себе. Всё для противостояния системе и правилам. Но раз за разом система и правила брали верх. "Нагнуть" их Меленину старшему так и не удалось. Мама Егора добрая, рассудительная, терпеливая. Сильно верит людям, принимает всё близко к сердцу, из-за чего паника настигает неожиданно её тонкую душевную организацию.
— Расскажешь про Анжелу? - ложится, накрываясь одеялом до ушей. Вернувшийся в память эпизод на берегу не даёт покоя.
— Решил забросить бесполезные попытки и прекратить над собой издеваться. Спи. - оставляет поцелуй в макушку, устраиваясь на раскладушке у кровати.
Следующее утро начинается в полдень. С кухни веет запахом тёплого молока и овсяной каши. Девушка протирает глаза, убеждаясь, что лучший друг всё так же спит на раскладушке. Вскакивает, тем самым будя Егора. Язык будто завязали на узел, она лишь кивает в сторону кухни и вопросительно поднимает брови несколько раз подряд. Не понятно, что перевешивает чашу весов: стыд или страх.
Зеленоглазая надевает свои испачканные чёрные джинсы, с которых всё ещё сыплется песок после ночной прогулки, застёгивает кофту и ждёт, когда Меленин удостоится поднять зад с очевидно неудобного места для сна. Шагают в кухню. Русоволосый явно перепутал смены и дежурства матери на катакомбах. Они молча выдавливают улыбки, борясь с остатками чувства недосыпа.
— Всё в порядке? - женщина улыбается, ставя на стол две тарелки с завтраком и чашки кофе.
— З-з-здравствуйте. Да, спасибо. Извините, что всё так...
— Она хочет сказать, что сейчас провалится сквозь землю от стыда. Спасибо, мам. - Егор усаживается за стол, дотрагиваясь указательным до кончика девичьего носа.
— Ты сильно изменилась. Но глаза такие же... - Светлана не отводит взгляд. — Ну, приятного аппетита.
Зуева тяжело и громко вздыхает. Неожиданность с неловкостью сплели сети, ловя девушку с самого утра без возможности выпутаться. Она зачерпывает ложку каши, удовлетворяя урчащий живот и давнее чувство голода. Молочные пузырьки приковывают внимание зелёных глаз. Раз, два, три, четыре, пять. Мир вокруг перестаёт существовать.
В ушах отбивается ритм сердца. Тонкие трясущиеся пальцы набирают номер скорой, сидя около брата. Карие пустые, не реагируют на свет и крики. Белая пена изо рта, замедляющееся дыхание, холодная кожа. Девочке одиннадцать, она не готова к смерти брата. Ударяет по щекам, груди, пытается привести Гену в сознание. Тело начинает дёргаться. Зеленоглазая переворачивает его на бок, не давая захлебнуться в рвоте. Слушает пропадающее дыхание. Картинка смазывается, страх отталкивает от реальности. Ася возвращает брата в положение на спине, делая искусственное дыхание с массажем сердца. Помощь приезжает через семь минут. Его забирают на носилках в карету скорой, а девочка остаётся на полу среди рвоты. Старший брат чуть не умер на её руках. Это первый и последний день в новой съемной квартире. Уже завтра Гену поставят на учёт и отправят на полгода в наркологический диспансер, лечиться от зависимости.
К Барановым шатенка возвращается после обеда. Не спеша шагает вдоль знакомых улиц, в этот раз совершенно иначе смотря на каждую встречающуюся скамейку или кафе. День начался неожиданно, интригующе, отчасти привычно. Ася вспоминает встречу с лучшей подругой после долгой разлуки пару дней назад, вчерашнюю тусовку, совершенно нетипичную для Ильи и Наташи. Они были рядом несмотря ни на что, поддерживали, не осуждали. Зуева встретилась с Мелом, провела с обладателем родственной души четырнадцать непрерывных часов, снова чувствуя часть прежней себя. Не считая вчерашнего инцидента, жизнь перестаёт казаться пропащей. Девушка готова исправить точку на запятую и дать ещё один шанс на существование с возможностью обрести счастье.
Мысли словно водоворот. Сорок минут ходьбы по щелчку пальцев, она поворачивает за угол и подходит к нужному подъезду. Глаза машинально закатываются, опуская планку поднятого настроения на пятьдесят процентов.
— Ты чё здесь делаешь? - шмыгает носом. — Как-то брата не замечаю. Ау, Гендос? Ты под скамейкой? Ау!
Пшеничные волосы слегка вьются из-за мелкого дождя, дёргают за ниточки подсознания. Парень раздражённо сжимает челюсть, делая тяжёлый вздох.
— Бате звонок ночью поступил от дежурного. Соседи Гены на квартире вызвали полицию из-за шума, - внутри девушки начинает зарождаться надежда, сердце колотится так быстро, не позволяя размеренно дышать. Она будто теряет сознание. — Парень лет шестнадцати-восемнадцати ломился полночи в дверь, кричал и звал девушку. Повязали, до утра провёл в ментовке, пока мать не забрала.
Надежда разбивается с треском.
— Мне нахрена эта информация?
— Ась, а куда сердце делось? Я не прошу сейчас меня простить, может когда-то удастся, может сможешь. Но есть люди, которые этой жестокости не заслуживают. Киса твой друг, как Егор, как Наташа. Да, эти изменения сносят крышу, а просирать жизнь и обдолбаться теперь типично для него. Но с парнем, который когда-то спас тебе жизнь, можно быть немного снисходительнее. Не знаю, чё вчера случилось, но раз Киса такое устроил, походу, виделись.
— Разбилось, - девушка позволяет взглядам встретиться, нагло изучая знакомые серо-зелёные. — Сердце разбилось. Как в четырнадцать доверилась первой любви, как отдала душу, так и рассталась из-за спасения наркоманской жопы брата. Узнала всё только после отсидки, что любовь-то первая и сдала тайник с травой ментам. Я не стерва, Хенк, меня разбили и уничтожили. - отталкивает светловолосого плечом, подходя к подъезду. — Слушай, ну ты и мудак, вообще-то! Рассказал бы сразу правду, чтобы три года не грезила и не жила давно закончившимися отношениями. Назвала бы эгоистом, но раз вину за двух жмуриков на себя взял, значит мальчики ценны и дороги. Защитил друзей. Жаль, что со мной такое не прокатило.
Заходит в подъезд, хлопая дверью. Что значит спас жизнь?
Запах расплавленного сыра с кухни вытаскивает из мысленного транса. Раздаются весёлые голоса, в душе атмосфера настоящего дома. Она стягивает кеды, наполняя лёгкие чувством счастья. Лучшая подруга у плиты, Илья моет посуду, дядя Саша пьёт кофе. Это первый раз, когда шатенка видит мужчину трезвым. Они радостно приветствуют гостью, временно поселившуюся и чуть не испортившую сковородку.
Ася до последнего откладывает мысли про место жительства. Решила, пока брат не вернётся в город, дом детства останется табу. Скорее вскроет вены, чем перенесёт моральные пытки снова. Наташа сильно радуется новости про жизнь в одной комнате, её отец не против, и эта искренняя реакция делает лучшую подругу счастливой.
Они обсуждают разбитый нос Кудинова, выдуманный день трезвости у Проповедника, ночную прогулку к морю с голубоглазым другом. Говорят про выпускной, приближающиеся экзамены и подскакивающий на этом фоне уровень кортизола. Смеются, спорят, соревнуются, у кого сыр растянется больше. Окунаются в детство. Задают много вопросов про колонию для несовершеннолетних, но не переходят черту с наглостью. Ася благодарна за нужную душе учтивость. О прошлом нужно говорить, оно никуда не денется, не исчезнет без остатка.
— Я же не неудачница! Экзамены давно сдала, аттестат получу, как закончу терапию. Это вам мучаться и бороться с трясущимися коленками.
— Ты не неудачница, ты умница! - выпаливает Кудинов, как на духу. — Я восхищаюсь твоей стойкостью и силой.
20:00. Втроём смотрят фильм "Призрачная шестёрка", перебивая звук хрустом карамельного попкорна. Мысли Аси без остановки крутятся, как механизмы с шестерёнками. Слишком много информации для одного дня, слишком много тем на размышление, эпизодов с воспоминаниями, правды. За двое суток мозг боролся с атакой прошлого три раза, один из которых оставил привкус свободы и счастья. Два других она сравнивает с кошмарами. Тяжело поверить, что это можно было стереть из памяти. Чересчур значимо.
Прокручивает по кругу несколько раз. Только те кусочки и ничего больше.
В голове разговор с Егором, рассказ про кучерявого на фоне шумного, но спокойного моря. Следом слова парня, растоптавшего её любовь, но заботящегося о друзьях. Зуева чувствует себя испорченной, дефективной, ради неё Хенк не рисковал подорванными с отцом отношениями. Стоит ли списать чувство обретённой справедливости в силу возраста? Сожаления? Стыда?
Ася вскакивает с кровати, доставая из рюкзака стопку с письмами. Ищет среди десятка нужные пять, запихивая остальные обратно. Садится на пол, окружаясь конвертами с родным подчерком. Наташа запретительно мотает головой, чтобы её парень ничего не спрашивал. Ни слова. Косятся, но продолжают попытки смотреть фильм. Осталось меньше половины.
Строчка за строчкой, аккуратно раскладывает страницы, читает, засовывает в конверт. Ноги трясутся от нервного тика. Она что-то упускает, но не понимает, не получается вспомнить. "Ты всегда можешь на меня положиться". Чёрт с ним, жизнь не станет хуже, даже если действительно может. Не в её случае. Всё слишком дерьмово.
Чёрные джинсы в стирке, а больше пары комплектов одежды Зуева пока не купила. Смотрит на полку с вещами подруги, натыкаясь только на светлые брюки и джинсы. Любительница пастельных тонов, чтоб её.
— Надень юбку. - Наташа кивает в сторону красной в клетку, которую шатенка приметила с первого взгляда.
— Слишком кокетливо.
Баранова приподнимает брови, загадочно улыбаясь. Достаёт из шкафа чёрный гольф, колготки, запихивая в руки зеленоглазой. Подмигивает, возвращаясь на кровать к просмотру фильма, будто ничего и не было. Это заставляет смеяться.
Дом лучшей подруги через два квартала от Вани. Ноги меняют темп с чересчур быстрых шагов, на еле плетущиеся. Теперь больше кажется, что они незнакомцы, чем когда надзиратели приносили письма от кареглазого. Тогда Зуева не понимала, почему он пишет, а сейчас не помнит и всеми силами старается это исправить. Неизвестность раздражает больше незнания.
Доходит до подъезда, резко дёргая дверь за ручку. Почему это осталось в памяти? Ищет глазами нужный номер квартиры, выдыхает и нажимает трясущимся пальцем на звонок. Открывает незнакомый мужчина.
— Я, наверно, ошиблась...
— Вряд ли. Вам Ваня нужен? - расплывается в приятной улыбке. Шатенка безмолвно кивает. — Он вышел в магазин, скоро должен вернуться. Проходите, буквально десять минут.
— Я... С-с-спасибо. Я подожду во дворе.
Пятится, вылетая из подъезда, как ошпаренная. Усаживается на качели, достаёт наушники и телефон из кармана. Пальцы не слушаются из-за нервов, распутать провод кажется невыполнимым заданием. Ищет в телефоне подходящий трек, выкручивая звук на полную мощность. Скрип качелей заглушается музыкой.
Снова не подготовлена к разговору. Мысленно проклинает импульсивные идеи, даже не понимая, что делает у подъезда брюнета. Вдали силуэт с пакетом в руках, тело бросает в жар. Она пытается сделать громче и так орущую песню. Вдох. Выдох. Стучит пальцами по экрану мобильника, искусывая губы в кровь. Парень выбегает из дома и смотрит по сторонам. Встречаются взглядами.
Ася запихивает гаджет в карман джинсовой куртки, поднимается с качелей и поправляет юбку. В моменте стало важно, как она выглядит. Не понимает собственные мысли.
— Привет! - Кислов тяжело дышит, проглатывая ком в горле.
— Привет.
Снова изучает парня под лунным светом. Отбрасывает всё на второй план, пытаясь рассмотреть каждый миллиметр. Знакомые черты притягивают, как магнит противоположной полярности. Ваня другой. Совсем другой, будто не имеет ничего общего с тем, кого она знала с первого класса и на проектах по английскому. Только в одном Ася ошиблась - глаза. Они прежние. Родные, добрые, оттенок кофе с каплей мёда и неземной красотой. Земля уходит из-под ног. Ему идёт чёлка, спадающая на лицо, серёжки в ухе, чёрный цвет. Больше нет страха очутиться в настоящем, ошеломляющем и резком. Смотрит в глаза напротив, не желая произносить и звука.
— Внушал, что вчера крыша окончательно съехала. Не ожидал увидеть тебя. - медленно тянется к девичьей руке, еле касаясь кончиками пальцев. Зуева вздрагивает.
— Не ожидала увидеть тебя таким.
Застаёт брюнета врасплох. Растерянность мгновенно просвечивается сквозь взгляд и резкий выдох. Словно ведро ледяной воды за шиворот.
— Да жизнь, сука, нелёгкая стала, - засовывает руки в карманы. — Классно выглядишь... Тебе идут короткие волосы и серёжка. - показывает на губы. — Тока щас не сваливай. Я чист уже почти сутки, можем поговорить.
— Ого! Залетаешь с ноги ударом под дых. - Кислов улыбается, и девушка машинально отвечает взаимностью. Стоят в метре друг от друга. — Слова не подбираются... Короче, ещё раз спасибо за возможность услышать голос отца. Это очень много для меня значило и значит сейчас. Ещё Гендос свалил с радаров, одной справляться тяжелее... Вань, не буду ходить вокруг да около. Я помню всё из писем, дружбу, тусовки компанией, - делает паузу, медленно протягивая трясущиеся пальцы к бледной щеке. "Тактильность может подталкивать память". — И точно знаю о существовании чего-то очень важного и ценного. Мозгоправ сказала, что это защитная реакция от тонны дерьма, выливающегося в течении всей жизни. Мозгу тяжело справляться, потому он бросает спасательный круг сердцу и стирает моменты. Не навсегда.
— Чё? - хмурит брови. — Как можно потерять воспоминания? Дырки, вроде, нет в башке.
— Бестактно.
— Насрать!
Парень отстраняется, отходя на несколько шагов. Зуева роется в подкорке памяти, уверяя себя, что он не мог измениться до неузнаваемости. Может, она просто не обращала внимания?
В пятом классе Кислов подрался с мальчиком из другой школы на футбольном матче. В начале шестого они устроили потасовку с другой компанией во дворе Хенкина. Через месяц занялся кикбоксингом. На тусовке по случаю дня рождения Анжелы он сломал нос однокласснику, а на Новый год сцепился с парнем постарше. Эта темнота всегда была внутри кареглазого, никто просто не придавал значения в силу подросткового возраста. Ваня стал тёмной версией себя.
— Все пробелы в памяти вернутся, нужно немного времени.
— Я задолбался быть Хатико. - шмыгает носом. — А вот сообщение с благодарностью, когда ты с отцом созвонилась. Как? Телефон пустой был. Откуда номер?
Девушка озадаченно хмурится. Вспоминает поэтапно тот день, когда нашла мобильный под подушкой. На следующее утро попросилась к врачу, ссылаясь на ужасную боль внизу живота, и сымитировала воспалённый аппендикс. Пока медсестра оставила её до приезда скорой в изоляторе, Ася позвонила отцу. Пускай на считанные, но счастливые минуты.
— Я помню его наизусть.
Тело обоих словно ударяет разрядом тока. Шатенка забуривается пальцами в двухцветные волосы, сжимая до болезненных ощущений. Физические куда проще моральных. Ваня делает несколько шагов вокруг собственных следов на песке. Его дыхание громкое и быстрое.
— Слышь, Зуева, - девушка поднимает глаза, встречаясь с карими. — Только без старых приколов. Сейчас есть мозгоправ, Мел, Натаха вон, на крайняк я, если чё-то взбредёт в бошку из прошлого.
— О чём ты?
— А, ну, будет лучше, если не вспомнишь.