Печати

Намджун был прав! Как только я почувствовала собственную силу, моя слабость начала терять надо мной власть. Ощутила это, когда вошла на ужин в общую в столовую и не почувствовала привычного смущения. Люди оборачивались, улыбались от моего внешнего вида и платья мешком, подвязанного тонким поясом, шутили и смеялись. И только на последнем мне стало не по себе. Интересно, что они все думают о моем теперешнем уродстве? И почему Драконы видят только красоту? Наверное, больше не стану так поступать. Какой смысл делать что-то с волосами или цветом лица? От приставаний сторожа я и у государыни смогу помощи попросить, да и с новоприобретенной силой уже не только убежать, но и дать отпор сумею. А на тех, кто в самом деле может доставить серьезные неприятности, мои усилия по изменению внешности не действуют.

Юри прошла мимо, но, заметив меня, остановилась, села рядом и напомнила о поливке цветов на господском этаже. Здесь в помещениях вообще очень много растений, выращиваемых в длинных ящиках. Слуги называют все «цветами», хотя у некоторых никакого цветения я не видела, а другие вовсе были похожи на маленькие кустарники. Наверное, народ здесь таким образом компенсирует суровой климат, который не слишком балует зеленью, потому и украшают жилища такими своеобразными оазисами.

Я кивнула, но решила пройтись по коридору как можно позже, чтобы лишний раз ни с кем не встречаться... и сразу мысли изменили ход: разве мне страшно с кем-то из них встречаться? Теперь нет — то ли окончательно привыкла, то ли срабатывал прилив сил. И тем не менее, лучше лишний раз не попадаться на глаза Тэхена, особенно рядом с покоями государыни. Намджуну я тоже нравлюсь, но его симпатия сдержанна и не сулит беды. Но Тэхен намного эмоциональнее, с ним любой разговор почему-то наполняется каким-то объемным подтекстом. Да и мне тоже надо сначала избавиться от воспоминаний о его совершенном обличье, потом и сама смогу спокойнее реагировать.

Закончила ужин, но была остановлена архивариусом. Вежливо склонила голову в приветствии.

— Дженни, государь просил, чтобы завтра пришла с рассветом. У него для тебя важное задание, — проскрипел он, убедился, что расслышала, и прошел к столу дальше.

Какое еще задание? Но я уже ждала этой встречи и представляла, как рассказываю Намджуну о своей первой победе над магией, хотя он уже может и знать от брата. Вечер решила посвятить тренировкам, но на этот раз не стану подниматься на крышу — слишком прохладно. Однако перед этим заглянула на кухню и попросила у поваров брусничного морса. Прошла по тропинке, лишь единожды ощутив желание свернуть в заросли, но и его смогла сдержать.

Уверенно повернула к рабочим, ближайшие из которых удивленно уставились на меня, и протянула черпак. Мой голос дрожал, но едва заметно:

— Легкой работы!

Мужчина сам разлил отвар по кружкам, поблагодарил и вернул черпак. Но я как-то неожиданно оказалась в центре круга.

— Это что с тобой случилось, детка? — спросил тот, у которого очередная дочка на подходе, указал пальцем в мое лицо, и было непонятно, что конкретно имеется в виду.

Я начала волноваться. Лишь бы не побежать, тогда второй раз я уже не осмелюсь подойти! Теперь и голос начал подводить, хотя я осознанно проигнорировала вопрос:

— Меня зовут Дженни. Я недавно здесь служу.

— Знаем, что недавно, — рассмеялся другой. — Такую разве не усмотришь?

— Ты что же, — поднырнул сбоку третий, — рожу голубой ягодой натерла? Это в Курайи так принято, или от хвори какой лечишься? Кстати, а ты не хворая? Это многое бы объяснило!

— Посиди немного с нами, Дженни, устроим небольшой перерыв, — подошел еще один. — Меня зовут Субин.

Я выдавила улыбку, и вслед за этим посыпались имена, которые я не могла запомнить разом. Хосок тоже стоял передо мной, улыбался — широко, открыто — как только он умел. Но именно он молчал.

— Что вы, — я пыталась придерживаться вежливого тона. — Не буду вам мешать.

— А, понял! — воскликнул глава исключительно женского семейства. — У нас в деревне один год зараза прицепилась, но только дети болели — у них в волосьях мушки заводились, ничем не выведешь. Вот так же их и стригли. Не боись, дочка, отрастут, гуще прежнего станут!

— Посиди, посиди немного, расскажи нам про Курайи!

— Ишь, как распетушились! — зычно воззвал их главный, который во время работы давал распоряжения. — Хвосты-то подберите, совсем девчонку запугали, обалдуи неотесанные.

В их словах не звучало злости, только дружелюбное любопытство к чужестранке со странной прической, но мне стоять уже было невыносимо. Это не они, это я тут распетушилась, храбрости набралась, но силы, кажется, закончились. Я поклонилась всем разом и поспешила вернуться в замок. К счастью, меня не останавливали.

Когда заносила черпак, а потом бежала в свою комнату, то улыбалась непонятно чему. Хотя с каждым легким шагом становилось яснее: моя жизнь меняется в корне! Скоро я смогу общаться с любыми людьми, быть в центре любого внимания и притом не хотеть залезть под кровать. Намджун был совершенно прав! Жаль, что в судьбе мамы не встретился такой же одержимый научным любопытством человек, она могла прожить счастливую жизнь, даже при дворе отца.

В комнате без устали тренировалась. Магия поддалась не сразу, пришлось сосредоточиться и вспомнить каждое свое ощущение, чтобы его воспроизвести. Вот Тэхен держит меня за руку... Хотя нет! Вот дракон передо мной, огромный, могущий раздавить одной когтистой лапой. Великолепное существо. Выдохнула — отпустила остатки напряжения. Подняла энергию выше, ощутила прилив сил, но особенно приятно чувствовать, как она оседает в плечах. Тетиву я теперь смогу натянуть без труда — пусть только Намджун даст мне лук! Подняла руки и представила, как делаю это, переместив силу в пальцы. Рассмеялась. Затем собралась и бросила ее вниз, ощущая в ногах непривычное покалывание. Когда я сбегала, магия сама ненадолго придавала мне силы и ловкости, но теперь пришли совсем другие ощущения. Подпрыгнула, и сама же вскрикнула от удивления, насколько легко это получилось. Прыгала я еще долго, пока не стукнулась головой об потолок, но приземлилась мягко, а потом позволила себе упасть на спину и раскинуть руки.

Что это, если не полное счастье? Я всю жизнь мечтала стать обычной, избавиться от проклятия, но получила в десятки раз больше. Теперь оставалось только пожалеть о том, что этого не случилось раньше. И это только первый день! Держитесь, Драконы, вы породили воительницу из зайца! Лежала на полу, глядя в потолок, и смеялась этим мыслям.

* * *

Утром, еще до завтрака, побежала в библиотеку, как распорядился Намджун. Он уже был там и, увидев меня, нетерпеливо поторопил:

— Сюда, Дженни. У меня для тебя важное задание.

Я подошла к столу и обратила внимание на лежавшую на нем одежду. Штаны и тонкая куртка темно-серого цвета. Удивленно посмотрела на Дракона, забыв поздороваться. Он выглядел задумчивым, но говорил быстро:

— Да, это тебе. К сожалению, тренировки на сегодня придется отложить, но есть задача специально для тебя. Тени должны быть безупречны в слежке, именно об этом я сегодня и попрошу. И тебе польза, и нам. Надеюсь.

— За кем же следить, государь? — я взяла одежду в руки, спонтанно ощупывая — ткань оказалась невероятно мягкой, теплой, но притом тянущейся. В мужских штанах мне ходить приходилось — когда я бродила по лесу, но обычно женщины все-таки так не одеваются.

— В Тоар вчера вечером прибыла делегация от королевского дома Курайи, — на этих словах я вздрогнула и забыла о штанах. Намджун смотрел пристально, как обычно, продолжая: — Они хотят откупиться. Мы тоже хотим, чтобы они откупились, но плата за мир будет высокой. Для нас договоренности святы, мы обязательно накажем того, кто не думает так же.

Я взяла себя в руки и осмелилась спросить прямо:

— Государь, а могу я узнать, какой откуп вас бы устроил?

Он пожал плечами, будто задумался, стоит ли отвечать, а затем не нашел причины скрывать:

— В том-то и дело, что единого мнения нет. Тэхен импульсивен, он сразу выступал за войну. Мол, мы в состоянии поработить всю их огромную территорию, а бесчестного короля с его отпрысками уничтожить, чтобы фамилия Курайи осталась только в историческом названии бывшей страны. Я кое-как его уговорил подумать об этом. И, путешествуя там, понял, что был прав — Курайи огромно, наших подданных не хватит, чтобы заселить такую территорию. Люд там простой, по большей части крестьяне и охотники. И они очень похожи на наш народ. То есть будут сопротивляться. Нам потребуется не одно столетие, чтобы подчинить их полностью. Казнь их короля стала бы только началом пути. К тому же дроккийские торговцы выгодно работают с ними, им не на руку долгий военный конфликт. Войной мы обострим и внутренние проблемы, а я не думаю, что оно того стоит. Мне удалось убедить в этом брата. Теперь он согласен сжечь дотла несколько густонаселенных городов — это не разрушит экономику Курайи, зато надолго покажет всем, что означает гнев Драконов.

— Тогда чего же хотите вы? — меня подводил голос.

— Я склоняюсь к мысли обложить их приличным оброком. Лет, думаю, на сто. Когда они тысячами начнут голодать, то тоже запомнят гнев Драконов.

Хотелось зажмуриться, но я заставляла себя смотреть прямо, только с дребезжанием в голосе ничего не могла поделать:

— Это очень жестоко, государь. Вы обречете на голод крестьян, ремесленников... их детей. А не тех, кто действительно нарушил мир между нашими странами.

Он усмехнулся:

— Политика не бывает милосердной, Дженни. Чем больше они заплатят сейчас, тем меньше у них будет желания повторять опыт. Король Курайи это знает. Но вот Джису тоже настаивает на проявлении доброты. Наверное, это черта всех женщин. По мнению Джису, достаточно оставить двух старших наследников короля, а остальных семнадцать прилюдно пытать и казнить. Дескать, и этого хватит, чтобы закрыть вопрос, а не ломать их хозяйство. Мы ждали, что король предложит одну из своих дочерей в качестве невесты, но, похоже, уже не дождемся. Если бы девушка понравилась Тэхену, то это был бы самый простой способ, потому как родне мы мстить не стали бы.

Я все-таки зажмурилась. Голос Намджуна прозвучал немного ближе:

— Я помню, что ты куранийка, но теперь ты служишь нам. Официальный прием назначен на завтра, и мы просто хотим знать, что они собираются предложить, чтобы спокойно обсудить это между собой. Как думаешь, ты справишься?

Постояв с закрытыми глазами пару минут, я взяла себя в руки. Потом посмотрела на Намджуна прямо и ответила уверенно:

— Справлюсь, государь.

— Отлично, — он слабо улыбнулся. — Я или Тэхен не сможем тебя сопровождать, но с тобой отправится сильный маг — начальник замковой охраны. Если попадешься, то он тебя в любом случае вытащит. Переодевайся.

— Прошу вас отвернуться, государь.

Он посмотрел на меня внимательно, но все-таки повернулся спиной. Мои руки дрожали, а мысли путались. Я сбегала не только по собственной воле — меня уводила магия, но теперь я меняюсь. Наверное, сейчас смогла бы перенести собственную жертву, да и Тэхену я явно по душе, он мог и согласиться взять меня в жены. Затряслась еще сильнее, вспомнив о свидетелях консумации брака, которые сидят рядом с ложем и смотрят на все, что там происходит. Сначала Тэхен, потом Намджун... Отвращение подступило к горлу и встало там камнем. Мне это претило до невозможности, я по-прежнему не хотела такой судьбы и не ощущала себя героем, но трусости во мне стало куда меньше. Принести себя в жертву... Все приносят жертвы, а носители королевской крови — чаще других. Просто собраться и принести себя в жертву, если у отца не появилось других вариантов, о которых я вскоре узнаю.

Ведь теперь многое иначе. Магия контролируется, она не зашвырнет меня в самый разгар свадебного ритуала под праздничный стол, да и Драконы о ней знают. А я знаю Драконов. Знаю до такой степени, что могу предвидеть их реакцию. Когда первое удивление пройдет, импульсивный Тэхен скажет: «Страшилка станет моей женой? Бесы, я смогу это вынести». Более рассудительный Намджун ответит: «Она наверняка не переживет ритуал из-за того, что ее магия противоречит нашей. И хоть пока неизвестно точно, в чем именно, но большой вопрос — в состоянии ли она вообще рожать сыновей». Тэхен привычно склонит голову набок и пожмет плечами — дескать, там и проверим. Не переживет, так что ж теперь? Но Намджун будет отговаривать: «Оружие против нас надо держать близко, но вряд ли умно брать его в жены». В самом лучшем случае он уговорит брата отложить церемонию до тех пор, пока они не получат ответы на все вопросы, на это Тэхен согласится. А в глазах Джису удивление сменится бесконечной тоской. Святое небо, пусть у отца будут другие варианты решения!