Незнакомец
Я почувствовала пустоту сразу, как только захлопнулась дверь. Она щёлкнула холодно, почти беззвучно, и следом за этим тишина сжала мне горло. Дамиан ушёл. На три дня. Не навсегда — я знала. Он предупредил, поцеловал в висок, прошептал: «Я вернусь… Обязательно».
Но его не было.
Его тени не было на полу. Его дыхания за моей спиной. Его рук, крепко обвивающих мою талию, как будто я могла раствориться без его контроля. Его взгляда — колючего, тёмного, всевидящего.
Именно этот взгляд всегда спасал меня от безумия. А теперь… тьма снова проникала в трещины моего сознания. Медленно, как яд.
Я весь день просидела в комнате. Я не хотела выходить. Дамиан запирал дом, но сегодня оставил мне ключ. Глупость. Наивная, дикая глупость.
Первые часы прошли спокойно. Я пила чай с мёдом, смотрела в окно на улицу, затянутую дождём, и пыталась убедить себя, что всё хорошо.
До тех пор, пока не зазвенел телефон.
+1...
Незнакомый номер. Я даже не думала поднимать, просто смотрела. Три секунды. Пять. Восемь.
Звонок прекратился.
А потом — сообщение.
> «Ты одна. Мне нужно всего пару минут. Ангелочек».
Я онемела. Мгновенно. Все мышцы сжались, как от удара током. Сердце застучало глухо, тяжело, где-то в животе. Руки похолодели.
Я перечитала. Снова. Снова. Снова.
«Ангелочек»…
Так называл меня только один человек.
Но это не его номер. Не его стиль.
Это было… чужое. Скользкое. Пугающее.
Я бросила телефон на кровать, как будто он обжигал, и вскочила. Все мои инстинкты кричали: беги. Но куда? Я в доме. Одна. Без Дамиана.
Он ушёл. Он обещал, что я в безопасности. Он всегда обещает.
Он лгал?
Прошло полчаса. Я сидела на полу в ванной, обняв колени. Свет я не включала — так темнее, спокойнее. Там никто не увидит меня в окне.
И тогда снова — вибрация. Телефон.
Руки дрожали, я едва смогла встать.
> «Я видел, как ты подошла к окну. У тебя всё ещё белая майка. Ты не поменялась. Такая ленивая».
Я едва не закричала.
Он смотрит.
СЕЙЧАС.
Он где-то рядом. Он видит меня. Через стекло? С крыши? Из машины?
Я метнулась к окну, дёрнула занавески. Сердце билось так, будто пыталось вырваться наружу.
Улица была пуста.
Но я чувствовала, как кто-то дышит за стеклом. Я чувствовала чужое присутствие в воздухе, в углах комнаты. Я слышала чужие шаги. Или мне только казалось?
Три дня. ТРИ. А прошёл всего один.
И он только начинается.
Я хотела позвонить Дамиану, но он запретил. Сказал, что если я буду звонить — он не вернётся. Это была игра в доверие.
Сейчас эта игра превратилась в ловушку.
Я заперла все двери. Проверила окна. Подперла ручки стульями. Я — не маленькая, я знаю, как защищаться. Тайский бокс, рефлексы, удары. Но от кого защищаться, если я даже не знаю, кто это?
В два часа ночи снова сообщение.
> «Ты всё ещё не спишь. Я слышу, как ты дышишь. Не прячься за кроватью — ты выглядишь глупо».
Я закусила губу до крови. Боль не помогала проснуться — это была реальность. Он был рядом. Он знал, где я. Как я дышу. Он слышал.
Он был внутри?
Я вскочила. Бросилась проверять двери снова. Окна снова. Всё было закрыто. Но я не верила. Я чувствовала — он здесь.
На следующее утро я проснулась на полу в коридоре. Я даже не помню, как уснула. Холодный пот на спине, сердце всё ещё сжималось от страха.
На столе лежала записка.
Ровно посередине.
«Ты не слушаешься. Я всё равно приду. Завтра. Ночью. Поиграем в молчанку?»
Я не писала Дамиану. Не звонила.
Гордость?
Страх?
Он сказал не беспокоить.
Я — беспокоилась. В каждой клетке.
Вторая ночь была хуже.
Я видела тень в окне.
Тёмный силуэт. Высокий.
Он не шевелился. Просто стоял.
Я включила свет — тень исчезла. Выключила — она вернулась.
Я рыдала. Беззвучно. У меня не было сил. Только шепот — как мантра: «Он скоро вернётся… Скоро…»
На третью ночь он пришёл.
Не просто смотрел. Он попытался войти.
Я слышала, как дверная ручка медленно повернулась.
Раз.
Пауза.
Два.
Я стояла напротив двери, с ножом в руке. Мне было всё равно, что я ребёнок. Что у меня трясутся колени. Я бы убила. Или умерла.
Но дверь не открылась. Он не вошёл.
Просто оставил… букет.
Под дверью.
С чёрными розами.
И записку.
«Ты слишком медленная, Ангелочек. В другой раз я не постучу».
Утром пришёл Дамиан. Я бросилась к нему, как к последнему воздуху. Я не сказала ни слова — он просто увидел мои глаза.
Мои губы. Моё дрожание.
Он поднял букет. Разорвал.
Прочитал записку.
И его лицо стало… пустым. Каменным.
Только челюсть дёрнулась. Только один раз. А потом — тишина.
Он взял меня на руки.
Не сказал ничего. Только крепко обнял, так, будто хотел растворить мой страх в себе.
Я прижалась к нему. Как к скале. Как к спасению.
И впервые за три дня — заснула.
Но я знала:
он придёт снова.
А Дамиан — больше не оставит меня одну.
Никогда.
Я уехал на три дня.
Ровно семьдесят два часа. Я не должен был волноваться. Она была в безопасности. Мой дом защищён, камеры подключены, охрана — в двух кварталах. Я оставил ей ключ, потому что… поверил. Потому что она смотрела на меня с такой хрупкой, тихой покорностью — и я подумал, может, она справится.
Но он пришёл.
Он тронул её. Не руками — хуже. Он полез в её голову. В страхи. В тело.
Он трогал мою Лилию своим взглядом, своими смс, своим голосом в темноте.
Он осмелился.
Он приговорил себя.
Я вернулся в дом и сразу понял, что что-то не так.
Её дыхание.
Рваное.
Её движения.
Слишком осторожные.
Её руки — дрожащие, как у пленницы.
На полу — чёрные лепестки.
Записка.
Я читал, как будто глотал стекло.
> «Ты слишком медленная, ангелочек. В другой раз я не постучу».
Он оставил это мне.
Он знал, что я вернусь.
Он хотел, чтобы я знал.
Проблема в том, что я — не прощаю.
Никогда.
---
Я не стал спрашивать её. Лилия и так дрожала. Я уложил её. Обнял. Заснул рядом. А потом, когда она уснула — встал.
Открыл ноутбук. Камеры наблюдения. Три ночи. Каждый файл — поминутно.
Я искал. Не моргая.
И я нашёл.
Он стоял под окном. Сначала только силуэт. Потом лицо. Профиль.
Длинная челюсть. Высокий лоб.
Чёрная куртка. Шрам на щеке.
А потом — поворот головы прямо в камеру.
Он улыбался.
Смотрел прямо на меня.
Он знал, что я увижу.
Он хотел быть узнанным.
Имя. Лицо. Адрес.
Секунда — и у меня всё есть.
Старый знакомый. Одержимый. Из прошлого.
Тот, кто когда-то работал с моими системами. Программист. Уволен. За шпионаж.
Я пощадил его тогда.
Сейчас — нет.
---
Я пришёл к нему ночью.
Он жил в заброшенном доме на окраине. Один.
Его окна были заколочены. Но дверь — не заперта.
Он ждал меня.
— Ну наконец-то… — его голос был таким… липким. Как тень в подвале.
— Ты знал, что я приду, — сказал я спокойно.
— Конечно. Это же игра, Дамиан. Я — просто первый игрок.
Я не отвечал.
Я ударил.
Раз.
Два.
Три.
Он упал.
Смех захлебнулся кровью.
Я взял его за волосы, прижал к стене.
— Ты смотрел на неё. Ты дышал её страхом. Ты оставлял цветы.
— Она… вкусная, — прошипел он. — Такая трепетная. Ты не заслуживаешь её, псих…
Я врезал снова. Сильнее. До треска.
Кровь брызнула на стену.
Я не чувствовал ничего. Ни жалости. Ни жалоб.
Только чистую, ледяную ярость.
— Ещё раз подойдёшь — я сделаю из тебя муху. Замурую в коробку. Порвём тебе нервы, каждый. Слышишь?
Он захрипел.
Я смотрел в его глаза — и видел страх.
Не тот, который он дал Лилии. А настоящий.
Животный.
Я оставил его живым. Только потому, что смерть — слишком милосердна.
Я сломал ему руку.
И выжег его имя из системы.
Теперь его не существует. Ни по базам, ни по городу. Ни для кого.
Кроме меня.
---
Когда я вернулся домой, Лилия спала.
Я лёг рядом.
Её дыхание стало ровнее. Как будто она чувствовала — всё кончено.
Я смотрел в потолок. И знал:
если кто-то ещё дотронется до неё — я убью. Молча. Хладнокровно. Без следов.
Я не позволю миру даже взглянуть на неё не так.
Потому что она —
МОЯ.
Я проснулась от холода.
Простыня была смята, как будто он резко встал. Я не сразу поняла — сон или реальность.
В комнате пахло железом. Металлом.
Пахло…
Кровью.
Я медленно встала. Ноги дрожали, словно я только что выбралась из ледяной воды.
Сердце билось в горле.
Я знала, что он рядом. Он вернулся. Но… почему всё казалось не так?
Я вышла из спальни.
Он стоял на кухне. Спиной ко мне.
На его белой рубашке — пятна.
Тёмные. Пропитавшие ткань насквозь.
Кровь.
— Дамиан? — голос мой прозвучал слабее шёпота.
Он не обернулся сразу.
Пальцы медленно тёрли край стола. Он будто собирался с мыслями.
Я подошла ближе, боясь даже дышать.
— Это… кровь? — Я задала вопрос, который боялась слышать вслух.
— Да, — просто сказал он.
— Что случилось? — теперь уже дрожащим голосом. — Ты ранен?
Он медленно обернулся. На губах у него была… тень улыбки? Нет. Не совсем. Это было что-то другое.
Что-то тёмное.
— Не я, — произнёс он. — Не моя кровь.
Моя спина похолодела. Пальцы сжались в кулаки.
— Тогда… чья?
Он вздохнул. И наконец заговорил.
Глухо. Ровно. Словно заранее всё проговорил в голове.
— Он был здесь, Лилия. Пока меня не было. Он стоял под твоим окном. Он следил. Он оставил тебе записку.
У меня перехватило дыхание.
Я вспомнила: лепестки, окна, голос в темноте.
Я думала, это паранойя.
Я молилась, чтобы это было не по-настоящему.
Но это было.
— Я… я думала, мне показалось…
— Не показалось, — перебил он. — Он хотел, чтобы ты испугалась. Он хотел, чтобы я знал, что он тронул тебя. Что я не справился.
Он подошёл ближе.
Я отступила. Только на шаг.
Он заметил.
— Я нашёл его, — сказал он. — И поговорил.
— Поговорил?.. — я знала, что хочу, чтобы это было ложью. Чтобы «поговорил» означало просто крик. Просто угрозу.
Но он медленно поднял руку и провёл пальцем по пятну крови на груди.
И сказал почти шёпотом:
— Он сказал, что это была игра. Что я не заслуживаю тебя. Что ты «вкусная», Лилия.
И я сломал ему лицо.
Я отшатнулась. Глаза расширились.
Он не пытался смягчить. Не оправдывался.
Просто смотрел.
— Ты… убил его? — прошептала я.
— Нет. Я оставил его живым. Потому что смерть — это конец. А он заслужил страх.
Он теперь будет бояться даже собственного отражения. Потому что я — за его спиной. Всегда.
Тишина.
Давящая. Ужасающе плотная.
Я не знала, что сказать. Не знала, кто стоит передо мной.
Он защищал меня. Он спас.
Но какой ценой?
— Ты боишься меня? — спросил он вдруг.
Я посмотрела на него. В глаза. Глубокие, чёрные, тянущие, как бездна.
Я не знала, что ответить.
Потому что да.
И потому что нет.
Я кивнула.
Он тихо усмехнулся. Но в его глазах не было веселья.
— Это правильно, — сказал он. — Страх — это инстинкт. Он держит тебя живой.
Он подошёл. Медленно. Осторожно.
Я не отступила. На этот раз — нет.
Он обнял меня. Аккуратно.
И поцеловал в лоб.
— Я предупреждал. Тебя никто не тронет. Никогда.
— Я…
— Спи. Я рядом. Всё кончено.
Но я знала — это ещё не конец.
Это только начало.
Потому что если в этом мире есть такие, как он —
то рано или поздно появятся другие.
А Дамиан…
Он не человек.
Он — мой демон.
Мой защитник.
И моя угроза.