Правда, Вырвавшаяся Наружу
Я думала, что уже забыла, как это - видеть знакомое лицо. Не через окно, не во сне, не в воспоминаниях. По-настоящему.
Амелия вошла в дом Дамиана в сопровождении высокого мужчины в чёрном. Он не сказал ни слова. Просто указал ей на диван, а сам остался у двери.
- Лия?! - Она кинулась ко мне, будто мы не виделись не неделю, а целую жизнь. - Я думала, ты умерла. Ты куда пропала? Что это вообще за место? Кто этот тип?!
Я сглотнула.
Как объяснить человеку, живущему в нормальности, что ты теперь не на воле, а в красиво оформленной клетке?
- Тсс... Не кричи. Здесь нельзя так говорить. Он рядом. Он всегда рядом.
Она замерла.
- Ты о ком?.. - её голос стал тише.
- О нём. О Дамиане. Он... похитил меня.
Слова прозвучали почти шепотом.
Амелия покраснела от злости, от ужаса, от непонимания.
- Почему ты просто не сбежишь?! Я вызову полицию, мы...
Я схватила её за руку.
- Нет. Если ты это сделаешь - он узнает. Он на шаг впереди всегда. Я не могу. Он... странный. Холодный. Но он меня не трогает. Почти. Он говорит, что любит. И что я должна привыкнуть.
- Ты что, СТОКГОЛЬМ?! - зашипела она. - Ты не должна тут быть! Он псих! Ты выглядишь как призрак! Посмотри на себя!
Я отвела взгляд. Я и сама знала, какой стала. Бледной, чужой, тихой. Как будто он выжиг из меня всё, что было настоящим. Оставил оболочку, с которой можно говорить, кормить, гладить по голове... и держать рядом.
Я чувствовала, как напряжение в комнате растёт. Воздух будто сгустился.
Он здесь. Я чувствую.
- Тебе пора идти. - сказала я. - Он скоро спустится. Если он подумает, что ты настраиваешь меня... он не простит.
Амелия сжала мою руку.
- Я вернусь. И я вытащу тебя. Услышала? Обещаю.
Я кивнула.
Но внутри... я уже не верила, что выбраться можно.
Как только дверь за ней захлопнулась, я обернулась.
Дамиан стоял на лестнице. Спокойный. Тёмный. С той самой полуулыбкой, от которой по телу пробегает холодок.
- Какой трогательный разговор. - его голос был ядом, сладким и опасным. - Ты скучала по ней, Лилия? Она тебе так дорога?..
Я не ответила.
Он спустился. Подошёл.
Обнял за плечи.
- Если она продолжит вмешиваться, мне придётся убрать её из твоей жизни. Ты же не хочешь этого, правда?
Я стояла молча.
Он наклонился к моему уху.
- Скажи, что она тебе безразлична. Тогда я поверю, что ты по-настоящему моя.
Я закрыла глаза.
И прошептала:
- Она мне безразлична.
Он улыбнулся и поцеловал меня в висок.
- Хорошая девочка.
А внутри всё кричало.
---
В ту ночь я не спала.
Дамиан сидел в кресле, у окна, с бокалом вина в руке. Он наблюдал за улицей, за тишиной. Как будто ждал кого-то. А может, просто наслаждался ощущением полного контроля.
Я лежала в кровати, отвернувшись к стене. Дыхание медленное, равномерное. Как будто мне было спокойно. Как будто я не мечтала разорвать эту тишину криком.
Но я не кричала.
Я больше не кричу. Это опасно.
Я услышала звук. Едва уловимый - как будто скрипнула дверь, совсем внизу. Я не пошевелилась. Но Дамиан резко поднялся с кресла, поставил бокал на подоконник.
Молча. Холодно.
Он спустился вниз, как тень.
Через секунду - глухой шорох, затем чей-то крик. Я вскочила. Сердце заколотилось, как птица в клетке.
- Пусти! Отвали от меня! - это... это была Амелия.
- Тише. Ты не должна была возвращаться. - голос Дамиана был ровный, но в нём слышалась угроза.
Как лед под ногами. Тонкий, трескающийся.
Я выбежала из комнаты, босиком, в одной рубашке. По лестнице вниз. Сердце стучало в горле.
Их я увидела у входа. Амелия - в панике, в её глазах было всё: страх, злость, отчаяние. Она держала в руке маленький нож. А Дамиан стоял, спокойно глядя на неё, будто на ребёнка с игрушечным оружием.
- Отойди от неё! - я крикнула.
Он повернул голову ко мне. И впервые за долгое время - улыбка исчезла.
- Лилия. Вернись в комнату. Сейчас же.
- Нет. Она не виновата. Я... я попросила её прийти. Я ей написала. Это я.
- Не лги мне. - в его голосе не было крика. Только опасная тишина. - Ты даже не знаешь, кто из вас сейчас в большей опасности.
Амелия бросилась ко мне, схватила за руку.
- Бежим! Пока он нас не...
Я не двинулась.
Дамиан подошёл ближе.
Он не отрывал от меня взгляда. Глаза - холодные, тёмные. Он поднял руку и медленно забрал нож у Амелии. Та замерла. Он даже не причинил ей боли - просто взял, как будто у ребёнка.
- Ты уже потеряла её. - прошептал он. - Она моя. Ты не понимаешь, как глубоко я внутри неё. Она не уйдёт. Даже если ты её унесёшь - она вернётся. Потому что без меня она ничто.
Он резко ударил кулаком в стену - рядом с головой Амелии. Она вскрикнула.
- Хватит! - я закричала. - Прекрати, Дамиан! Я уйду, если ты тронешь её! Я... я сдам тебя!
Тишина.
А потом... он усмехнулся. Протянул руку ко мне.
Я дрожала. Но подошла.
Он обнял меня. Прижал к себе, как куклу.
И прошептал:
- Можешь сдать. Можешь уйти. Но только после того, как узнаешь, что я сделал с тем, кто был у меня до тебя. Хочешь посмотреть, Ангелочек? Я покажу. И ты поймёшь, что ты ещё в раю.
Амелия ахнула.
Я смотрела ему в глаза. Не дышала.
Что, чёрт возьми, он имел в виду?..
---
- Ты хочешь знать правду? - Дамиан стоял слишком близко, его дыхание касалось моей кожи. - Хочешь увидеть, кем ты могла бы стать?..
Я не отвечала. Только кивнула.
Он взял меня за руку. Холодно, будто я - предмет, который он решил унести с собой.
Амелия бросилась вперёд, но он поднял палец, и охранник, будто по сигналу, схватил её, уводя в другую комнату. Она кричала:
- Лилия, не иди с ним! Не делай этого! ОН ПСИХ! СЛЫШИШЬ?! ЭТО ТВОЙ ШАНС!
Я обернулась. Она плакала. А я... шла дальше.
Потому что боялась ещё больше - не знать.
Он повёл меня вниз. Под домом, за книжным стеллажом, оказалась дверь. Старая, из чёрного металла.
Открылась с лязгом.
И внутри было... нечто.
Комната. Нет, не комната - камера. Холодный бетон. Цепи на стенах.
И на полу - фотографии. Сотни. Сотни снимков девушки.
Она была похожа на меня. Смех, слёзы, испуганные глаза. И на последнем фото - она лежит. Неподвижно. Бледная. Мёртвая.
- Её звали Аврора. - спокойно сказал он. - Я тоже любил её. Поначалу. Но она не хотела быть со мной. Она боролась. Слишком долго. А потом - я устал.
Я не могла отвести глаз. Я задыхалась.
- Ты... ты убил её.
- Нет. - он сел рядом с одним из снимков. - Я просто перестал держать её в тепле. Она замёрзла. Сама. Я ведь предлагал - любовь, заботу, безопасность. Но ей всё было не так. Она всё просила свободу. Как будто свобода греет. Как будто на свободе кто-то ждал её.
- Ты больной. - прошептала я. - Ты ублюдок.
Он встал. И подошёл ко мне.
Не злился. Не кричал. Просто посмотрел в глаза.
- Возможно. Но ты ведь всё ещё здесь. Значит, ты не такая, как она.
Я отшатнулась.
- Я не останусь.
Он вздохнул.
- Ты останешься. Потому что, Лилия, снаружи - пустота. А здесь - смысл. Я дам тебе всё. Даже право на боль. Даже право на слёзы. Но не на уход. Поняла?..
Я вырвалась и побежала наверх. Сердце несло меня.
Я влетела в ту комнату, где оставили Амелию.
Пусто.
Только следы на полу.
И её браслет.
Он уже убрал её.
Я медленно опустилась на пол. Мир рассыпался.
Одна. Я осталась одна.
Он ломал меня не сразу. Он делал это - красиво. Медленно. Как художник, рисующий разрушение.
И, может быть, я уже была его шедевром.
---
Я не плакала.
Не кричала.
Даже не дышала толком.
Я просто лежала на полу, сжав в кулаке браслет Амелии. Её больше нет. А он - есть. Он всё ещё ходит по этому дому, дышит моим воздухом, спит рядом, будто не убил весь мой мир.
И я... больше не чувствую страха.
Только пустоту. Холодную. Мёртвую.
Он зашёл в комнату ближе к полуночи.
Тихо. Без стука, как всегда.
Сел на кровать.
- Ты не ела весь день. Это неумно.
Я не повернулась.
Не ответила.
- Я понимаю, ты злишься. Но рано или поздно ты поймёшь, что всё это - не для наказания. А для тебя. Ты особенная, Лилия. Ты не как она.
Я медленно села. Повернулась к нему.
И посмотрела в глаза.
- Ты думаешь, я особенная? - голос был чужим. Не моим. Хриплый, пустой. - Ты ошибся. Я - ничто. И это твоё достижение. Поздравляю.
Он замер.
- Ты не понимаешь, о чём говоришь. Это просто... эмоции.
- Нет. Это осознание. Я поняла, что ты - не мой палач. Ты - жалкий. Ты держишь меня здесь, потому что знаешь: за пределами этих стен ты никто. Без меня ты - пустой. Тебе нужно, чтобы кто-то тебя боялся, иначе ты не существуешь.
Он встал. Быстро. Его глаза вспыхнули, как у зверя.
- Замолчи.
- Нет. - я встала тоже. - Я больше не боюсь тебя, Дамиан. Ни тебя, ни твоих историй, ни твоих рук. Я не рыба в аквариуме, которой ты шепчешь: "будь хорошей, и я не разобью стекло". Я уже утонула. Всё.
Он подошёл ближе.
Я думала - ударит.
Но он просто стоял. И смотрел.
Впервые - растерянный. Впервые - не знал, что сказать.
- Ты говоришь так, будто хочешь умереть.
Я усмехнулась.
- Нет. Я просто хочу, чтобы ты знал: ты меня потерял.
Тишина.
Он опустил голову. Долго молчал.
А потом, тихо, еле слышно:
- Ты всё равно моя. Даже если ненавидишь. Я не отпущу. Никогда.
Я не ответила.
Просто отвернулась и легла спать.
Он ушёл из комнаты. Дверь закрылась.
Но я знала: что-то сломалось.
И теперь это уже не его игра. Это - война.
А я готова.
---
Я думала, что всё просчитала.
Каждую мелочь. Каждый шаг. Каждый взгляд.
Я забрала ключ.
Открыла подвал.
Сбежала, когда он спал.
У меня было ровно шестнадцать минут, пока камеры не перезапускались.
Я выбежала на улицу босиком, прижимая к груди тонкую куртку. Сердце билось, будто хотело вырваться раньше меня.
Свобода, Лилия. Почти...
И вдруг - тишина.
Лес. Темнота.
Но не та, что пугает. Та, что притворяется безопасной.
Я уже почти пересекла забор, когда услышала:
- Лилия.
О, Боже.
Я застыла.
Тот голос.
Холодный.
Чёткий.
Слишком спокойный.
- Далеко собралась?
Я медленно обернулась.
Он стоял в тени, в тёмном пальто, как призрак. Как демон, который никогда и не спал.
Он знал.
- Я... я просто...
Он усмехнулся.
- Ты думала, я не почувствую, как исчез твой вес с кровати? Лилия, ты правда считаешь, что я доверяю тебе настолько?..
Он подошёл ближе. Медленно.
Я отступала назад.
- Ты... следил за мной. Всё это время?..
- Нет. Я наблюдал. Это разное. Я дал тебе иллюзию свободы, потому что мне было интересно: насколько ты глупа. Оказалось - довольно.
Он схватил меня за запястье.
Сила. Железо.
И вдруг - резко ударил меня об стену дома.
Я вскрикнула.
- Ты... псих... ты чудовище...
- Ты хотела играть? Поздравляю. Теперь игра будет настоящей. Без масок.
Он провёл пальцами по моей щеке.
- Ты обманула меня, Лилия. А я этого не люблю.
Я дёрнулась.
Он усмехнулся.
- Будешь наказана.
Он потащил меня обратно в дом.
С силой. Без слов.
Впервые - без нежности. Без ласковых прикосновений.
Теперь он был просто зверем, которому надоело притворяться человеком.
Он бросил меня в комнату. Запер.
- Ты хотела свободы? Сиди в темноте. Без еды. Без воды. Пока снова не станешь послушной.
И дверь закрылась.
Мрак. Полный. Без остатка.
А я... дрожала. Не от холода. От него.
Он знал всё. Он играл со мной. И теперь - я его игрушка по-настоящему.
---
Темно.
Так темно, что я начала забывать, как выглядит цвет.
Какой сегодня день - я не знала. Еды не было. Только вода в старом кувшине, которую он приносил раз в сутки. Иногда позже.
Я лежала на полу. Обняв колени. С пустым взглядом.
Мысли...
Чужие. Опасные.
"Ты можешь просто уйти, Лилия."
"Просто надрежь вену. Как в книгах. Как в фильмах. Всё прекратится."
И я подумала:
А что, если да?..
Я медленно встала. Пошатнулась.
Подошла к зеркалу. Разбитому, старому. В углу торчал маленький осколок.
Я смотрела в своё отражение:
пустые глаза, впалые щёки, тень души.
- Ты же не хотел убить меня, да?.. - прошептала я вслух, не зная, слышит ли он. - Но ты почти справился.
Я сжала в пальцах осколок.
Прислонила его к запястью.
Слегка надавила. Кровь появилась - тонкой струйкой.
Чувство. Хоть что-то.
Я не хотела умирать. Я хотела не чувствовать.
Ни страха. Ни пустоты. Ни его дыхания за спиной.
"Сделай это, Лилия. Просто лезвие - и тишина."
Я подняла руку выше.
Ещё чуть-чуть - и...
- Не смей.
Голос. Холодный. Рядом.
Я обернулась - он стоял в дверях.
- Ты следил... даже сейчас?
- Я всегда слежу.
Он подошёл. Вырвал осколок из моих рук и бросил его об стену.
- Ты - моя. Я не разрешаю тебе умирать. Даже если ты умоляешь.
Я хотела закричать. Хотела ударить. Хотела исчезнуть.
Но не смогла.
Он резко схватил меня. Прижал к себе.
- Ты хочешь боли? Я дам тебе боль. Но не такую. Не жалкую. Настоящую. Чтобы ты никогда больше не подумала о смерти.
Я вырывалась, шипела:
- Ты больной. Одержимый. Ты - причина, почему я хочу умереть.
Он прижал лоб к моему:
- И именно поэтому ты не умрёшь. Потому что ты будешь жить - и помнить, чья ты.
Он отпустил меня.
Оставил на полу.
И снова ушёл, как буря.
Я осталась лежать, дрожа.
И в первый раз поняла:
Он не просто держит меня в плену.
Он делает так, чтобы смерть казалась спасением.
А жизнь - наказанием.
---
Навязчивые мысли приходят ночью.
Шёпотом.
Сначала тихим:
"Ты не нужна. Просто исчезни."
Потом громче:
"Открой окно. Прыгни. Он всё равно сломал тебя."
Я не хотела слушать.
Но мозг - не выключить. Он стал врагом.
Я не могла заснуть. Не могла есть.
Тошнило от его прикосновений. От его слов. От самой себя.
Я начинала бояться не его - а того, кем становлюсь.
Он всё видел.
- Ты похудела. Ты не говоришь. Что у тебя в голове, Лилия? - спрашивал он с раздражением, но и тревогой.
Я не отвечала. Смотрела в стену.
Молча.
Через два дня в дом вошла женщина.
В строгом костюме.
- Меня зовут доктор Карелия. Я психиатр. Мы поговорим?
Я молчала.
- Ты можешь быть в безопасности. Он за дверью. Нас никто не слышит.
Но я не верила ей.
Потому что стены тоже слушают.
Потому что всё - ловушка.
- Ты думаешь о смерти? - спросила она тихо.
Я кивнула.
- Постоянно. Даже когда улыбаюсь. Даже когда он целует меня. Особенно тогда.
Она не испугалась.
- А когда началось?
- Когда он впервые сказал, что я принадлежу ему.
Доктор Карелия глубоко вздохнула.
- Ты не сумасшедшая, Лилия. У тебя посттравматическое расстройство. И, возможно, обсессивные мысли. Это лечится.
- Нет. Не лечится. Потому что я - не свободна.
Я впервые посмотрела ей в глаза.
- Он не даст мне выздороветь. Он сломает и тебя, если захочет.
Доктор молчала.
А потом... ушла.
Позже я услышала, как они говорят с Дамианом.
За дверью. Шёпотом. Но я слышала.
- Ей нужно срочно в клинику. Она нестабильна. Мы не можем закрывать глаза.
- Она не поедет никуда. Её место здесь.
- Тогда я обязана сообщить...
- Нет. Вы уйдёте. И вы больше сюда не вернётесь.
Тишина. Потом шаги.
Дверь закрылась.
А я... осталась.
С мыслями. С голосами в голове.
Позже он вошёл. Сел на край кровати.
Посмотрел на меня.
- Ты сводишь меня с ума, Лилия. Но если кто-то прикоснётся к тебе, я его убью. Даже если это врач. Даже если ты.
Я прошептала:
- Ты и есть болезнь.
Он склонился, поцеловал меня в висок.
- А ты - моя навсегда. Даже если сойдёшь с ума.
---
Я больше не слышала собственных мыслей.
Шёпот в голове сменился тупым звоном.
Я не знала, утро ли сейчас, или вечер. Не знала, сплю ли.
Но я знала, что делать, когда станет слишком плохо.
Я прятала всё под матрасом - лезвие от бритвы. Маленькое, тупое, но всё ещё острое.
Каждую ночь, когда он запирал меня, я ждала, пока всё стихнет.
И тогда...
Тихо. Аккуратно.
Раз. Два. Три.
По внутренней стороне бедра.
Там, где никто не увидит.
Кровь - как успокоение.
Пульсация - как музыка.
Боль - как доказательство, что я всё ещё я.
Я носила только штаны. Даже когда он дарил мне платья, даже когда оставлял шорты на кровати.
- Почему ты никогда не надеваешь то, что я выбираю? - спрашивал он.
Я улыбалась фальшиво.
- Мне просто так удобнее.
Он смотрел в упор.
- Ты прячешь что-то.
Я замирала.
Сердце билось - увидел? догадался?
Но он просто отошёл.
Я дышала.
Иногда я думала, что он всё знает. Просто... позволяет мне думать, что я в безопасности.
Иногда я даже мечтала, чтобы он нашёл. Чтобы закричал. Чтобы ударил.
Пусть будет хоть что-то настоящее.
Но он молчал.
А я продолжала.
Каждую ночь. По чуть-чуть.
Пока кожа не стала картой боли.
Пока не научилась улыбаться с ранами под джинсами.
Я думала:
Если я когда-нибудь умру, никто не увидит, сколько во мне спрятано.
И всё же - я жила.
Потому что в этих порезах было больше жизни, чем в его прикосновениях.
Больше искренности, чем в его ласках.
Больше меня, чем в этой клетке.
---
Я думала, что если я буду аккуратна, он не заметит.
Если я буду носить эти широкие джинсы, которые прячут всё, никто не узнает.
Но он был слишком умён.
В один из дней, когда я только вернулась после своего долгого дня в комнате, я заметила, что он был в её. В моей.
Он стоял перед зеркалом. Пальцы касались моих джинсов, которые я оставила на стуле.
Он не смотрел на меня, но знал, что я в комнате.
- Ты знаешь, что я всегда смотрю, Лилия.
Я ничего не сказала. Просто встала, как могла, у двери.
- Тебе не больно, правда? - спросил он, но его голос был странно холодным. Как лёд, как камень.
- Это всё в порядке, Дамиан. Я... просто устала.
Я не могла смотреть ему в глаза. Я боялась, что он увидит всё.
Он повернулся. Его глаза были полны - всего. Страха, злости, холодной решимости.
Он тихо подошёл ко мне и поднял подбородок, заставляя меня смотреть в его глаза.
- Ты мне не скажешь, что с тобой, да? Ты не скажешь, почему всегда прячешь руки? Почему твои штаны так обвисают?
Он поднёс руку к моим бедрам, где я всегда скрывала следы. Я почувствовала, как кровь стремительно приливает к лицу.
Мне стало страшно. Невероятно страшно.
Я выдохнула, но не могла ничего сказать.
- Не скрывайся от меня, Лилия. Ты мне нужна. Твоя боль... это всё, что остаётся. И ты должна понять, что я никогда не позволю тебе уйти, даже если ты сама захочешь.
Он посмотрел на мои руки. На мои бедра.
Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Это было похоже на первую искорку паники, но я не могла отступить.
- Ты... ты не понимаешь. Ты не можешь меня спасти. Я не могу спасти себя. И ты тоже.
Я думала, что это был мой последний крик. Моя последняя попытка. Но Дамиан лишь усмехнулся.
- Ты права, Ангелочек. Ты не можешь спасти себя. Но ты не будешь делать этого. Я не позволю.
Он бросил на меня взгляд, полный... власти. Безжалостной власти.
- Я покажу тебе, что ты не одна. Он взял мои руки в свои и мягко, но уверенно сказал:
- Ты будешь жить для меня. Иначе я заставлю тебя.
Мои руки начали дрожать. Я не могла больше удерживать слёзы. Всё, что было внутри, рвалось наружу.
Но он не позволял мне скрыться.
Он прижал меня к себе и сказал:
- Ты моя. И я никогда не отпущу.
---
Я больше не могла молчать. Больше не могла сидеть в углу и прикидываться, что всё в порядке. Он стоял передо мной, с холодным выражением на лице, как всегда. Его взгляд был враждебным, но я уже не боялась. Сегодня я выговорюсь. Всё.
- Что с тобой, Лилия? Почему ты такая? - его голос был низким и строгим, как обычно, но теперь мне это было всё равно.
Я стояла, сжимая руки в кулаки.
- Что со мной?! Ты серьёзно меня спрашиваешь? Ты реально не видишь, что с тобой всё не так?!
Он приподнял бровь, но я больше не могла остановиться.
- Ты сделал меня такой! Ты сломал меня, понимаешь? Ты превратил мою жизнь в ад! Я - как игрушка для тебя, как твоя собственность, и ты хочешь, чтобы я была тебе благодарна?! Ты сжигаешь меня изнутри, а я всё пытаюсь не сгореть.
Я замолчала, но внутри меня была такая буря, что казалось, я вот-вот лопну.
- Ты вообще когда-нибудь задумывался, что я чувствую? Что я переживаю? Я не могу дышать от твоего присутствия, мне больно, когда ты меня трогаешь, а ты думаешь, что я твоя собственность! Ты используешь меня, и тебе пофиг, что я не могу больше держать это в себе!
Я сделала шаг к нему, не боясь. Он начал отступать, но я не остановилась.
- Я не могу больше молчать! Ты думаешь, я не вижу, как ты следишь за мной, как контролируешь каждый мой шаг? Ты хочешь, чтобы я сдохла, а не была с тобой? Ты никогда не думаешь о моих чувствах! Ты думаешь, что ты прав, что ты лучший для меня, но ты - просто монстр!
Я почувствовала, как моё тело сотрясается от ярости. Он стоял передо мной, молча. Но я не могла остановиться. Всё вырывалось наружу.
- Ты когда-нибудь подумал, что мне больно? Что я не могу вынести это? Что я... что я просто хочу убежать? Я не могу с тобой, не могу. Я не могу дышать рядом с тобой, и ты забрал у меня всё!
Я схватила его за плечи, сжала так сильно, что мои пальцы начали болеть. Он не двинулся, но я чувствовала, как он сжимается внутри, как его лицо меняется.
- Ты думаешь, я тебе нравлюсь? Ты думаешь, я такая, какой ты меня хочешь видеть? Я не могу быть твоей, я не хочу быть твоей! Ты забрал у меня всё, что я любила, ты разрушил меня!
В этот момент я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Я больше не могла сдерживать их.
- Я больше не могу. Я устала. Я не хочу быть твоей игрушкой, я не хочу жить с этим! Ты не видишь, что я живу в аду? Ты не видишь, что я... я...
Я не смогла закончить. Всё, что я говорила, было похоже на рёв. Я не могла остановиться. Боль, страха, отчаяния, горечь - всё это вырывалось наружу.
- Я порезала себя, Дамиан! Понимаешь?! Я не могу больше терпеть! Я не могу! Ты - причина этого! Ты... Ты мне больше не нужен! Я... я хочу уйти.
Я обрушила на него всю свою агрессию, всю свою ненависть, всю свою боль, которую он сам же и породил.
Он замер. Это было первое мгновение, когда я почувствовала, что у меня есть контроль. Я не была просто слабой девушкой, которую он может ломать. Я не была его игрушкой.
Он посмотрел на меня. Его глаза были полны... чего-то, чего я не могла понять.
Тишина была оглушительной. Я ждала. Но он не сказал ни слова.
Тогда я сделала шаг назад и прошептала:
- Я не могу больше быть твоей. Я не могу, Дамиан. Я умираю.
Я развернулась и ушла в свою комнату. Сердце билось в груди, но я больше не чувствовала страха. Теперь я знала, что я могу бороться.
Я не буду молчать больше.