Сообщение Из Прошлого
Я не помнила, как уснула. Наверное, где-то между злостью и изнемождением, где-то между его голосом у двери и моим внутренним криком. Сон был тяжёлый. Словно вязкий дым - без формы, без цвета, с привкусом страха.
Я проснулась резко - будто изнутри вытащили. Сердце колотилось, пальцы дрожали. Комната была тёмной, только едва-едва освещённой луной, пробивающейся сквозь шторы.
Телефон. Я потянулась к нему, не ожидая ничего, кроме тишины. Но... он мигал. Новое сообщение.
От них.
Я застыла. Грудь сжалась, горло пересохло. Пальцы дрогнули, когда я нажала на экран.
Мама:
"Ты хоть понимаешь, как ты нас позоришь? Где ты сейчас? С кем? Мы не вырастили тебя для этого. Вернись. Немедленно."
Сердце упало. Я не сразу поняла, что дышу слишком часто. Тревожно. Словно что-то нависло.
Второе сообщение.
Папа:
"Ты неблагодарная. После всего, что мы для тебя сделали. Ты просто выкинула нас из жизни? Мы не потерпим этого. Вернись, или пожалеешь."
Я откинулась на подушки, смотрела в потолок и чувствовала, как внутри поднимается тошнота. Не физическая. Душевная.
Слова. Острые. Холодные. Родные.
Как всегда.
Они не спрашивали, жива ли я. Не писали «мы скучаем». Не интересовались, больно ли мне, страшно ли. Только «вернись». Только «ты виновата».
Удар за ударом. Словами, как кнутами.
Я смотрела в экран, будто он мог обжечь.
Что они хотят? Зачем теперь? Чтобы я снова вернулась в клетку? Чтобы слушалась, молчала, жила по их правилам, дышала по их графику?
Я уже прошла через это. Я уже сбежала.
Но почему тогда внутри всё равно дрожь? Почему всё равно хочется свернуться калачиком и исчезнуть?
Потому что они - мои родители? Или потому что я всё ещё боюсь?
Я медленно села на кровати, закусила губу до боли. Дамиан, наверное, спит. Или не спит. Он всегда где-то рядом. Смотрит. Чувствует.
Я не хотела показывать ему это. Не хотела, чтобы он знал, насколько глубоко сидит этот страх. Эти люди. Эти слова.
Но они написали. И всё вернулось. Воспоминания. Удары. Крики. Холод в глазах отца. Губы матери, сжимающиеся в тонкую линию от разочарования.
И я - стоящая перед ними, вся дрожащая, сжавшая кулаки. Всегда виноватая. Всегда «недостаточная».
Телефон дрогнул снова.
Мама:
"Ты не взрослая. Ты ничего не понимаешь. Мы всё ещё твои родители. А ты - просто капризная, испорченная девочка. Очнись, Лилия."
Очнись.
Я усмехнулась. Горько. Я очнулась. Там, где ваши руки не дотянутся. Где никто не орёт, не срывается, не говорит, что я ошибка.
Там, где, как ни странно, рядом человек, которого я должна бояться. Но он не говорит, что я - позор. Он говорит, что я - огонь.
Может, он тоже больной. Но он видит меня. Видит. Не давит. Не уничтожает.
А вы... вы не видите. Никогда не видели.
Я поднялась с кровати, подошла к окну. Луна висела прямо надо мной, белая, холодная. Как их взгляды.
Я нажала на кнопку. Открыла чат. И начала печатать. Пальцы дрожали.
Я:
"Я не вернусь. Я больше не ваша. Спасибо за всё, что сломали. Я соберу себя сама."
Отправила.
И в ту же секунду - выключила телефон.
Мир стал тише. Чище. Почти пустой.
Я села обратно на кровать, вцепилась в плед, как в спасательный круг. Из глаз текли слёзы. Тихо. Без всхлипов. Просто... текли.
Выплёскивая всё: прошлое, страх, злость, одиночество.
Щелчок. Дверь.
Я не обернулась. Уже знала - это он. Дамиан.
- Ты плачешь, - сказал он, стоя в темноте. Ни вопроса. Ни удивления. Просто факт.
- Не трогай меня, - прошептала я. - Мне сейчас надо побыть одной.
Он молчал пару секунд. А потом сел рядом. Не прикасаясь. Просто - рядом.
- Родители? - спросил тихо.
Я кивнула. Он не просил читать сообщения. Не требовал объяснений. Только сидел рядом. Тепло. Надёжно.
Странно... но я чувствовала себя в безопасности.
Он вдруг положил руку мне на плечо. Осторожно. Словно спрашивал без слов - можно ли?
Я не ответила. Просто осталась так. С его рукой. С его молчанием.
- Если они снова напишут, - прошептал он, - я сломаю им пальцы. Один за другим.
Я усмехнулась сквозь слёзы.
- Ты ведь серьёзно...
- Абсолютно. Ты не обязана возвращаться туда, где тебя ломают. Никогда.
Я закрыла глаза.
Может, он и правда хбезумен.
Но, возможно, именно такой безумец мне и нужен.
---
Телефон дрожал в руках. Я не хотела смотреть, но пальцы всё равно сжали его, будто на автомате.
Новое сообщение. От него.
Отец.
Папа:
"Ты дура. Маленькая шлюха. Ты позоришь нас. Вернись домой, или я сам тебя найду. И тогда ты узнаешь, что такое страх."
Я читала, и в груди поднималась паника, сдавливая дыхание, будто чьи-то руки обвились вокруг шеи.
- Он написал тебе? - голос Дамиана прозвучал как стальной нож по стеклу.
Я не успела ответить. Он уже смотрел в экран. Молча. Без единой эмоции.
Он нажал блокировку, положил телефон на стол, а потом - поднял на меня глаза.
- Пойдём со мной, - сказал тихо. - Нам нужно прогуляться, Ангелочек.
Я встала и пошла.
Потому что Дамиан - это шторм, и я была каплей, втянутой в его воронку. Уже поздно было сопротивляться.
Мы вышли. Город казался слишком тихим. Даже ветер будто затаил дыхание.
И именно в этот момент из тени вышел он. Мой отец.
Я увидела его ещё до того, как он заговорил. Глаза налитые злостью. Вены на шее вздуты. Он был как зверь. Как тот, кого я помнила с детства.
- Лилия, - прохрипел он. - Ты посмела.
Я отступила на шаг. Ноги дрожали. Но Дамиан не сдвинулся ни на миллиметр.
- Это он, да? - отец указал на него. - Он трахает тебя, тварь?
Дамиан шагнул вперёд.
- Повтори.
- Что ты сделаешь, щенок?! - заорал отец. - Это моя дочь! Моя! Я...
Удар.
Такой быстрый, что я даже не успела понять, что произошло.
Дамиан ударил его в челюсть. Звук был глухим, будто ломали кости дерева. Отец отлетел в сторону, врезался в кирпичную стену. Его затошнило. Он закашлялся - и кровь капнула на асфальт.
- Твоя? - тихо повторил Дамиан, подходя к нему. - Нет.
Он взял его за воротник. - Она - моя.
Он потащил его за угол. Туда, где никого не было. Я крикнула что-то, но голос исчез в горле. Я шла за ними, как во сне.
Переулок был узкий. Холодный. Стены грязные. И там, в этой темноте, начался настоящий ад.
Дамиан не бил, он уничтожал.
Удар. Ещё. И ещё. Словно вымещал не только его слова... но каждую мою боль, каждый крик в подушку, каждую рану на теле и сердце.
Отец пытался встать. Бесполезно. Он захлёбывался собственной кровью. Лицо уже не было лицом - месиво, синяки, ссадины, кровь по губам и подбородку.
- Если ты ещё раз подойдёшь к ней... - прошипел Дамиан, вжимая его в бетон. - Я сломаю тебе не только кости. Я сломаю твою душу.
Понял?
Отец пытался ответить, но только захрипел.
Дамиан отступил. Его кулаки были в крови. Дыхание ровное. Холодный. Спокойный. Опасный.
Он посмотрел на меня.
- Пойдём.
Я не пошевелилась. Просто смотрела. На него. На отца. На тень, которая вдруг исчезла внутри меня.
И я почувствовала... облегчение.
Он не просто защитил. Он - отомстил за всё.
За все мои шрамы, слёзы, ночи.
Я подошла к нему. Медленно. Встала рядом. И, не думая, взяла его за руку.
Он повернул голову. Его лицо всё ещё было спокойным. Но глаза... в них полыхал ад. И я знала - ради меня он готов сжечь этот мир.
Я поднялась на носки и поцеловала его в щеку.
- Спасибо, - прошептала.
Он обнял меня. Сильно. До боли.
- Теперь он не тронет тебя. Никогда.
- А если попытается?
- Тогда он умрёт.
И я знала - он не лгал.