"Фрай" Пчёлкина

- Мирослава, улыбнись!
Журавлёва достала из сумки фотоаппарат и направила его на всех девчонок.
Мы тряслись в душном автобусе, направляясь в другой конец Москвы на соревнования с Миражом. Последние тренировки были настолько жёсткими, что по приходу после них домой мне не хотелось ни есть, ни даже жить: я сразу же заваливалась спать, едва будучи в состоянии принять душ. Саша Некрасова дала чётко понять, что она с нами сделает, если мы не выиграем. В последнее время она стала брать на себя слишком много, и это заметила не только я - всех девчонок напрягало её поведение. Но даже это не могло выбить из моей головы Пчёлкина. Вроде бросила, вроде понимаю, что наши отношения подвергают мою жизнь опасности, но не могу перестать думать о нём. Его глаза, его голос, его улыбка, его смех ежедневно вспыхивали в моей голове приятными воспоминаниями, и сердце начинало трепетать в груди точно так же, когда мы впервые поцеловались на моей крыше.
- Мирослава, отлипни от окна и посмотри в камеру! - продолжала уговаривать меня Кира.
Я натянула улыбку и посмотрела в объектив. Сверкнула яркая вспышка. Довольная Журавлёва начала пролистывать фотографии с широкой улыбкой на лице. Идилию прервал властный голос Некрасовой:
- Когда заселимся, можно будет пойти прогуляться и осмотреться. Отбой в десять вечера, подъём в шесть утра. За полчаса до отбоя буду лично обходить каждую комнату и пересчитывать вас.
- Ты нас так контролируешь, будто мы собираемся куда-то сбежать. - процедила я, не сдержавшись.
Саша скосила злые глаза в мою сторону и небрежно бросила:
- Один раз ты уже сбежала со своим хахалем на важном разговоре, не хочу, чтобы на соревнованиях произошло что-то подобное.
Я кисло улыбнулась и сощурила глаза:
- Не переживай, у него дела в центре.
- Может, ты сбежишь с каким-нибудь новым, кто тебя знает.
Я мгновенно вспыхнула: что это, чёрт возьми, значит?
- Ты охренела?!
Я уже двинулась вперёд, едва не сорвавшись с места, но Кира, сидящая рядом со мной, схватила меня за руку.
- Мирослава, не нужно...
Саша лишь улыбнулась на мою реакцию. Обстановка между нами накалилась. Почуяв неладное, Кира встряла в нашу немую перепалку.
- Думаю, сейчас не лучшее время для выяснения отношений.
- Ты права, Кира. Мирославе стоит остыть. - уже спокойно проговорила Некрасова и отвернулась от нас.

***
По приезду мы заселились в трёхкомнатную квартиру, разместились в каждой спальне подвое. Мне выпало счастье жить с журавликом.
Мы с Кирой разбирали вещи, готовясь к последней тренировке перед решающими соревнованиями, которые будут завтра в 12:00. Разложив свою форму, я обернулась к Кире.
- До тренировки еще три часа, не хочешь пойти прогуляться со мной?
Кира хохотнула и развалилась звездой на двухспальной кровати.
- Я планирую ни черта не делать.
Я улыбнулась. Желание оставаться в одной квартире с Некрасовой отсутствовало напрочь, поэтому я начала собираться на прогулку в одиночестве:

***

Я медленно шагала по мрачным, осенним улицам окраины Москвы, полностью погружённая в свои мысли, не обращая внимания ни на что. Из глубины рассуждений меня вытащил женский вопль:
- Мирка!
В следующую секунду кто-то накинулся на меня со спины, до боли обхватывая плечи. Я мгновенно выкрутилась и сжала ладони в кулаки, готовясь к удару, а когда поняла, кто стоит передо мной, не поверила собственным глазам.
- Танька...Стрельцова?
- Она самая. Мало того, что старую подругу не узнала, так ещё и бить собралась.
- Действительно не узнала...богатой будешь.
Таня тяжело вздохнула и закатила глаза так же, как делала это ещё в школе. Да, с нашей последней встречи ничего не изменилось. Да и внешне Стрельцова особо не поменялась, разве что глаза утратили прежнюю азарную искорку.
- Тут недалеко есть кафе, не хочешь посидеть, поболтать?
Кажется, ничто сегодня не могло сделать моё настроение хуже или лучше, поэтому я согласилась. К тому же, мне действительно было интересно, как сложилась жизнь Тани.

Мы вошли в тёмное помещение с обшарпанными стенами и мигающими светильниками. Атмосфера внутри навевала не самые приятные ощущения, а в голове складывался образ какой-то заброшенной столовой.
- Не самое приятное место, Тань...
- Ну конечно...здешние жители не такие капризные, как ты.
- Что, прости?
Таня небрежно махнула рукой, как бы говоря этим жестом о несерьёзности своих слов. Мы сели за единственный свободный столик, заказали по чашке чая, и Таня, не удержавшись, ударила меня самым, по её мнению, важным вопросом:
- Нашла себе кого-нибудь?
Перед глазами всплыл образ голубоглазого блондина с невероятно притягательной улыбкой. Я нашла его, а потом потеряла. Или это он меня потерял из-за своего образа жизни?
- Был у меня один, но мы недавно разошлись.
- М-м-м...а что так?
Паника опустилась на меня невидимой вуалью. На кончике языка крутилось множество возможных ответов, и все они были подозрительными, настораживающими. Единственным верным вариантом оставалась лишь недосказанность.
- Долго рассказывать, да и неинтересно. А у тебя что на личном?
- Замуж вышла.

Она хвастливо тыкнула мне в лицо тыльную сторону ладони правой руки. На безымянном пальце в тусклом свете полуисправной лампы поблёскивало тоненькие золотое колечко.
- Перехала сюда к мужу, но это не главное. Вчера в этом районе такого красавца заметила! Не растерялась, узнала, где живёт. Завтра буду там крутиться, познакомлюсь с ним.
Я вопросительно выгнула бровь и косо взглянула на Татьяну.
- Ты же замужем.
- Ой, да какая разница? Этого наивного дурачка я под венец завела. Предложение сделал, конечно же, он, но развести его было намного проще, чем я предполагала. Он даже квартиру на меня переписал.
У меня округлились глаза. Выходит, все её школьные мечты о скорейшем замужестве были правдой. Я до последнего верила и надеялась, что она шутит.
- Погоди, то есть ты добилась замужества, получила квартиру, ещё и умудряешься изменять? Хоть бы совесть поимела.
Таня посмотрела на меня, как на глупого ребёнка. Она постучала тонкими пальчиками по грязной столешнице и поправила волосы. Несмотря на то, что сидели мы в забегаловке для местных алкашей, девушка выглядела как с иголочки. Она сильно выбивалась из общей картины, словно не соответсвовала окружающим её атрибутам. Чистые, ухоженные волосы, качественная, выглаженная одежда и дорогие украшения на её шее как будто показывали, что она лучше, богаче всего, что её окружало.
- Ничего ты не понимаешь...сама-то чем на жизнь зарабатываешь?
- Победами в соревнованиях.
- Ах да...видела тебя недавно по телику. Мисс Железная подача...выдумают же.
Она смотрела на меня с насмешкой, а взгляд её устремлялся на меня сверху вниз.
- Не я себя так назвала.
- Конечно-конечно.
Она оценивающе осмотрела меня, цепляясь за каждую мелочь в моём образе.
- По тому, как ты одета, я бы не сказала, что ты много зарабатываешь.
Я громко рассмеялась, не сдержавшись. Её слова прозвучали оскорбительно и даже немного задели меня, но я не подала виду.
- Думаю, оборвать на этом наш разговор будет вполне уместно. Всего доброго.
Я встала из-за стола и направилась к входной двери, чувствуя на себе давящий взгляд Стрельцовой.

***

Решающий день всё-таки настал. Как бы мы не пытались оттянуть его, как бы не боялись встречи с сильным соперником, он застал нас. Поймал, загнал в угол, из которого можно выбраться только с помощью победы.
- И мы её одержим. Обязательно одержим. - подумала я, сделав последний успокаивающий вдох, следом за всеми вошла в зал, где нас уже ожидал Мираж.
Девушки, стоящие по ту сторону сетки, хитро улыбнулись, когда требуны взревели при виде Зенита. Я быстро оглядела тех, кто так радушно нас встретил, и опешила, когда встретилась с голубыми глазами. Пчёлкин смотрел прямо на меня, гордо задрав подбородок. Поймав в капкан мой взгляд, он улыбнулся и подбадривающе кивнул. Я обрадовалась его присутствию быстрее, чем успела поймать себя на этой мысли. Раньше он никогда не приходил на мои игры: постоянно был в делах. Сам факт, что он уделил внимание тому, что для меня действительно важно, выкроил на это время, бросил всё и приехал в другой конец города, наполнил моё тело теплом от макушки до кончиков пальцев. Я вдруг осознала, что заново влюбилась в него, но гораздо сильнее, чем в первый раз. В ответ на его подбадривающую улыбку, что вселяла в меня силы и веру в себя, я улыбнулась благодарно.
Наш немой диалог прервал оклик Саши Некрасовой:
- Мирослава, ты вообще собираешься разминаться? Или тебя минутная слава расслабила?
Даже не предупредив меня, она сильно подала мяч в мою сторону. Не растерявшись, я принала его нижней передачей, отправляя обратно Александре. В разминке мы не допустили ни одной ошибки и надеялись на точно такую же игру. Но девушки из Миража ничуть не уступали. Их главным оружием были кручёные подачи. Не трудно догадаться, чем они будут нас давить.

Кто-то ласково сжал моё запястье и чуть оттянул назад. Я уловила носом запах табака вперемешку с мятой. Аромат хорошо знакомого мне мужчины, от которого у меня когда-то кружилась голова, словно у пьяной. Пчёлкин смотрел на меня, улыбаясь, а потом заговорил:
- Желаю удачи.
Я улыбнулась и смущённо опустила глаза.
- Удачи желают неудачникам.
Витя замялся, не зная, что сказать. Этот момент был таким же неловким, как и три года назад. Он вздохнул, чуть помолчал, а потом заговорил с воодушевлением в голосе:
- Хотел сказать, что верю в тебя.
Я подняла на него глаза, полные благодарности и тоски по нему. Сама себя убеждала и обманывала, что не скучаю по нему, хотя сердце рвалось к нему навстречу.
- Спасибо. Не забуду этого.
Его улыбка стала шире. Он погладил меня по плечу, вкладывая в этот жест всю свою нежность, которую он испытывает ко мне.
Раздался свисток судьи - игра началась.
- Ну всё, иди.
Пчёлкин заигрывающе подмигнул мне и вернулся на своё место на трибунах.

Виктория Байрак - лидер Миража - сильно ударила мяч об пол, и тот полетел на нашу зону. Журавлёва, мгновенно среагировав, мягко приняла мяч и без проблем отравила его обратно. Одна из соперниц подпрыгнула, но недостаточно высоко, поэтому ей удалось коснуться мяча лишь пальцами, после чего он упал на пол. Первое очно наше.

Прокатившись под сеткой, мяч попал мне чётко в руки. Я выдохнула, подбросила его практически под самый потолок, подпрыгнула и, что есть силы, ударила ладонью. Оглушительный хлопок заполнил зал. Байрак попыталась принять его верхней передачей, но резко отдёрнула руки, схватившись за пальцы. Сильная сторона Виктории заключалась в подачах, но девушка не умела принимать их. Так же её ошибкой была мгновенная реакция на боль, попытка как можно быстрее утешить и успокоить себя. Я нашла её слабое место, теперь буду давить на него при малейшей возможности.

Первый тайм закончился нашей победой. Девушки из Миража не особо сопротивлялись, играли хорошо, но слишком много косячили. Неделю назад они были такими самоуверенными, а теперь играют, как школьницы, а не как профессиональные спортсменки. Но впереди был ещё один тайм.

Игра разгоралась, точно костёр, в который постепенно подливали бензин. Несмотря на ошибки, которые Мираж совершал в самом начале, они не давали нам расслабляться. Мы слишком рано обрадовались. Такое чувство, будто они специально дали в начале слабину, а после показали всю свою мощь. И всё-таки Мираж - сильная команда. Гораздо сильнее всех, с кем мы играли до этого. Это был достойный соперник, которого следовало бояться. Но это не в нашем характере. В нашей команде собрались девушки сильные духом и телом, готовые принять любой удар и взгромоздить на свои плечи самую тяжёлую ношу.

Мы забили очередное очко. Четырнадцатое. Теперь счёт был равным, а на мне лежала огромная ответственность. Я должна была забить контрольный мяч. Я взглянула на Викторию. Пусть соперницы и дразнили нас в начале, но Байрак действительно не умела принимать подачи, а её нежные пальчики очень боялись боли. Но получится ли у меня ударить достаточно сильно: я слишком устала. В голове пронёсся голос Вити: "Я верю в тебя". Я чувствовала на себе взгляды всех, кто присутсвовал в зале, но главным был лишь один. Взгляд того самого блондина, который всегда улыбался мне.
Собравшись с мыслями, я высоко подкинула мяч. Прыгнула и из последних сил ударила по нему ладонью до жгучей боли, направляя в сторону Виктории. Она ожидала этого: было видно по её напряжённости и стойке. Девушка выставила руки, готовясь принять подачу. Я зря надеялась, что она струсит или убежит: она приняла. Байрак передала мяч слишком низко, ведь очень быстро убрала руки из-под него. Доигровщица передала его, упав на пол, но сделала это слишком сильно и недостаточно высоко. Мяч попал в верх сетки и отскочил прямо под нос Виктории.
Я крепко зажмурила глаза, сжала ладони в кулаки и, сделав глубокий вдох, победно закричала, оседая на колени:
- Да-а-а!
Все, кто болел за нас, взревели как один вместе со мной. Поддаваясь эмоциям, я схватилась за голову и наклонилась к полу, ударила по нему кулаком. Мои девчонки накинулись на меня сверху, крепко обнимая и встряхивая меня. От радости на глаза навернулись слёзы. Я забила контрольный мяч, я смогла, мы победили!

Забрав свой очередной трофей, мы с довольными улыбками покинули зал. На улице нас встретили съёмочная группа и громкие овации, но восторженные крики прервались громким хлопком. Жгучая боль пронзила мою правую ногу. С истеричным криком я схватилась за бедро, по которому растекалась густая горячая кровь, и упала на землю. Слёзы брызнули из глаз, а ногу будто парализовало. Я заплакала, пальцы клешнями сжали кровоточащее бедро, а люди вокруг запаниковали, забегали кто куда. Некоторые не обращали на меня внимания и в панике задевали меня своими ногами, неосознанно нанося слабые удары. Кто-то подхватил меня на руки, крепко прижал к себе и унёс от всего этого ужаса.
- Терпи, моя хорошая, терпи. Сейчас скорая приедет, ты только рану не отпускай.
- Витя-я...- проскулила я сквозь слёзы и лишь сильнее стиснула пальцы, уже полностью окроплённые моей же кровью.
Я тихо плакала, уткнувшись ему в грудь. Именно этого я боялась. Именно из-за этого мы расстались. Его образ жизни подверг меня опасности. Сегодня меня подстрелили, а завтра что? И вовсе убьют?

***

Я лежала на жёсткой больничной койке. Пулю из моей ноги достали, рану зашили и забинтовали. От приятных ощущений после победы в соревнованиях не осталось и следа. В груди царствовали тревожность вперемешку с удушающим чувством паники. За дверью послышались голоса, и в следующую секунду ко мне вломился Пчёлкин с букетом гортензий.
- Меня не хотели пускать к тебе.
- Если бы узнали, что пулю я получила из-за тебя, то вызвали бы милицию.
Я демонстративно отвернулась от него. Те чувства, что снова вспыхнули в моей груди, сменились на обиду и злость.
Витя поставил букет в вазу и сел на край койки совсем близко ко мне.
- Мы с Космосом уладим этот вопрос.
Я хмыкнула и горько взглянула на мужчину.
- Уладите? Найдёте стрелка, его начальство и всех поубиваете?
Он тяжело вздохнул и, опустив голову, крепко зажмурил глаза, потёр лицо ладонями.
- Это произошло, потому что ты оказалась без моей защиты. Если бы ты меня не бросила, эти люди не тронули бы тебя.
- Каким образом ты вышел на такое умозаключение?
- А ты сама не догадываешься? Они подумали, что таким образом предупредят меня, но им за это ничего не будет, поскольку мы с тобой разошлись.
Я скомкала край одеяла и запрокинула голову. Косо посмотрела на Витю.
- Только я подумала, что всё нормально, что мы снова можем...
Я запнулась на полуслове, осознавая смысл своих слов. Они подарят Вите надежду, и тогда он точно от меня не отцепится. Но он всё понял, несмотря на то, что я не договорила. Чтобы убедиться в своих догадках, он спросил:
- Снова можем что?
Я закусила губу, принимая свой провал.
- Не бери в голову. Это не важно.
- Вообще-то важно. Для меня.
Я закрыла рот рукой и отвернулась. Уставилась в окно, чтобы не смотреть в его глаза. Как я могу продолжать любить его, если по его вине мне засадили в ногу пулю?
- Знаю, что не ответишь: гордость не позволит. Но я всё понял.
Он встал, хотел податься к двери, но почему-то задержался.
- Я клянусь тебе, что разорву на куски каждого, кто причастен к этому. Такого больше не повторится, можешь быть уверена.
Он покинул палату, подарив мне напоследок прощальную улыбку.