Под номером Девять⚜️

Мальчишка молча смотрел на стену, совершенно ничего не понимая. Он пару минут назад распахнул свои чудесные очи и слегка испугался, очутившись в неизвестной квартире. Лишь панорамное окно дало понять, что Питер ещё находился в Джерси-Сити, что не могло не радовать.

По интерьеру одной комнаты парень даже и угадать не мог, у кого отлёживался после бурной вечеринки, после которой сильно болела голова. Ещё и тело... Было некомфортно, потому что некоторые участки так же отдавались лёгкой боли, которую, в отличии от головной, можно было перетерпеть. Всё это беспокоило, потому что после потери сознания в последний раз он очутился в аду, из которого еле-еле выбрался.

Было тихо. Только за одной из дверей комнаты какие-то звуки, будто бы кто-то мылся под струями воды. Немного придя в себя, юноша откинул одеяло со своего тела и потёр лицо. Радовало ещё то, что он находился в нижнем белье, а где находилась верхняя одежда, было неизвестно. Ещё немного посидев на большой кровати, Питер остановил себя на мысли о том, что находился в квартире одного из своих приятелей, с которым вчера вышел из клуба. Или же выполз...

Это уже было не важно. Мальчишке хватило сил встать на ноги, ещё больше почувствовать своё отвратительное состояние и тяжело вздохнуть, понимая, что он совершенно ничего не помнит. Это пугало до чёртиков. Могло произойти что угодно, но на тот момент было важнее узнать, где парень находился, и поэтому он медленно подошёл к двери, за которой была тишина, открыл её, выйдя из комнаты. Уже через считанные секунды юное создание оказалось в коридоре в тёмно-синем цвете. Тёмных дверей, которые так подходили к интерьеру, было штук четыре в длинном коридоре. На стенах висели картины разных размеров, будто бы давая парню подсказку, но он был слеп после пьянки, как новорождённый котёнок.

Они были красивыми. Спокойный взгляд девушек будто бы успокаивал Питера по пути к лестнице на первый этаж. Всё было элегантно. И та комната, в которой находился юноша, и первый этаж квартиры, который был огромен. Ещё одно панорамное окно давало разглядеть получше весь город, на которым нависли тучи. Диваны, ковры, шторы, техника... По одному виду можно было понять, что здесь живёт ну очень богатый и состоятельных человек и никак уж не один из тех мальчишек и девчонок, с которыми Питер вчера так усердно пил.

Полностью сойдя с лестницы, парень остановился, разглядывая всё это. Мраморный пол тёмного цвета, на котором голыми ногами было стоять довольно холодно, от чего юноша охватил себя руками. Около панорамного окна шикарный большой диван из чёрной кожи, два кресла такого же цвета и материала, у стены электронный камин и сверху плазма. Гостиную ничего не разделяло с такой же огромной кухней, где было довольно уютно. Маме мальчишки там понравилось бы. На первом этаже также находились картины и другой декор, на который Питер не обратил внимания, потому что ему было не совсем хорошо.

Через силу осмотрев этаж, он медленно поплёлся к окну. Подойдя к нему, понял, что находится не на первом этаже. Этаж так сороковой, но это было в тот момент не так важно. Сил рассматривать высоту не было, и поэтому мальчишка прислонил лоб к окну, прикрыв глаза. Ему бы сейчас не помешал один глоток холодной воды или увидеть хозяина столь чудных апартаментов, но кроме головной боли и сухости во рту Судьба мальчишку ничем не наградила.

На душе было совсем не спокойно. Питер чувствовал, что здесь что-то не так, что-то вчера произошло. Что-то слишком стоящее или же ужасное. Даже несмотря на то, что в этой огромной квартире было уютно, всё равно хотелось оказаться дома и хорошенько отлежаться, чтобы не мучить своим присутствием неизвестных людей. А ещё хотелось есть.

Было бы неплохо узнать, где находился телефон и ключи от квартиры, но и на первом этаже не было следов от вещей Питера, что очень разочаровало его. Наверное, не стоило всё-таки идти в этот чёртов клуб. Мальчишка спокойно не может обойтись без приключений на свою задницу в подобных местах.

Сердце парня упало в пятки, готовясь разбиться, будто бы оно стало таким хрупким от того выпитого алкоголя, но он остался жив, распахнув глаза. Через окно виделся тот же Джерси-Сити, но на голом плече чувствовалась чья-то тёплая и влажная рука, от чего Питер сразу же развернулся, дабы увидеть того, у кого он сегодня ночевал. Ожидал увидеть кого угодно, но не собственного дьявола, который был спокоен, как удав, выйдя из душа. Голубые глаза сияли, на плече висело белоснежное полотенце, волосы были влажны, а на теле красовались пару капель воды. На ногах были лёгкие домашние шорты, вид простой, но этот человек всё равно оставался неимоверно красивым.

Юноша на один миг просто забыл о своей слабости, головной боли и боли в теле, разглядывая Алекса. Тот же соприкоснулся с панорамным окном, загнав Питера в тупик, нависнув над ним, а мальчишке ничего не оставалось делать, как полностью прислониться к холодному окну, затаив дыхание, чувствуя, как от холода по спине пробежался табун мурашек. Осознание того, что это квартира Алекса и что именно у него он ночевал, пришло не сразу.

Кажется, тишина становилась громче, как бы странно это высказывание не звучало, но именно так и было. Она не нагнетала, но и не успокаивала, брала вверх над всем живым, что было на тот момент в той квартире. Даже Грех спокойно спал в холе, никого не беспокоя. И парень бы остался под властью столь прекрасного, что создал мир, но тут на его лице оказывается капля воды с каштановых волос, и он возвращается в реальность, начав резко хлопать глазами. Боль головы и тела вернулась, начиная снова бить по юноше, но всего лишь через секунду Питер понял, что Купер может ударить намного сильнее и совсем не по его хрупкому телу.

- Слишком близко, - тихо, но быстро проговорил он, положив ладони на грудь Алекса, начиная давить, чтобы тот отошёл. Мужчина не стал сопротивляться, тяжело вздохнул, и понял, что должен отойти.

Оказавшись на расстоянии от парня, Купер молча смотрел на реакцию Питера. Его глаза заметались туда-сюда, руки сжались в кулак. Он запаниковал, схватившись за голову, и быстро уселся на кожаный диван, опустив голову. Казалось, его мучают какие-то догадки и чувства вперемешку с болью.

Юноше было страшно снова оказаться во владении монстра. Там, где он имел власть, хоть это был и не особняк, а простая квартира, но было страшно. Очень. А эти картины... Они же кричали, кто их хозяин, но Питер не услышал. Просто не услышал по своей глупости, веря, что настолько близко к Куперу он больше не окажется. Было страшно не за то, что мужчина будет делать со столь уже хрупким телом и душой, а то, что парень сам захочет оказаться под его мощной рукой, позволив ему это. Собственные желания были куда страшнее.

- Ты что-нибудь помнишь? - обеспокоенно спросил Алекс, взглянув ещё раз на мальчишку. Увидев его состояние, он направился на кухню, чтобы найти Питеру нужные таблетки от похмелья.

- Нет. После прихода в клуб вообще ничего не помню, - сдерживая порывы недовольства ответил парень, не поднимая головы, - и каким боком рядом оказался ты?

После этих слов Питер поднял свой не самый приятный взгляд на Купера, который замер, перестав искать лекарство в шкафчике своей кухни. Мужчина широко улыбнулся и прикрыл глаза, продолжая, будто бы его всё это забавляло.

- Знаешь, тебя теперь страшно даже одного на улице оставлять, - с той же улыбкой ответил Алекс, уже не смотря на юношу, - и тот синяк под твоим чудным глазом мне до сих пор не даёт покоя. Ты с кем-то сцепился, когда шёл домой после нашей встречи?

- Я не ребёнок, чтобы за мной смотреть! - резко вспылил Питер, видя, с какими чувствами отвечает Купер. Он встал с дивана, начиная испепелять мужчину своим взглядом, что Алекс прекрасно видел, но реагировал спокойно, снова улыбаясь.

- Нет, Питер, ты самый настоящий ребёнок!

Как-то грозно прозвучали слова Купера, но на его лице ещё сияла улыбка. То ли от того, что не выдерживали нервы, то ли от той глупости Питера. Он резко хлопнул дверцей, заставив юношу слегка дёрнуться, достав нужные таблетки. Даже воду в стакан наливал агрессивно. Так, как это делать никто не мог.

- Ты мог вчера попробовать наркотики и стать наркоманом. Да, сначала это было бы всего лишь развлечение, но потом ситуация могла загнуться, как ветвь со зрелым яблоком на конце, которая в считанные минуты сломалась бы, перестав быть крепкой под силой наркоты. Да вчера что угодно могло случиться! - мужчина повысил голос, и на кухне что-то полетело на пол, от чего Питер прикрыл глаза, - Если бы тебя не вывернуло пару раз наизнанку и меня рядом не было, ты мог оказаться где угодно: на улице, на остановке, у той грёбанной девушки, с которой ты так мило вчера общался и целовался.

С каждой секундой Купер готов был сорваться. В один миг сделать что угодно только из-за того, что мальчишка не понимал. Не понимал, что Алекс просто хочет сохранить его, и пусть даже не для себя. Питер же снова замер, видя реакцию мужчины, открыв рот. Сам он не мог подумать, что вчерашняя выпивка могла сотворить с ним такое, и даже не хотел верить в сказанные слова, но как тут не поверишь, видя разъярённого зверя?

- А самое страшное — это то, что ты мог быть избитым, изнасилованным, мог оказаться в участке или же обо всём этом цирке могли узнать твои родители, получив очередной "инфаркт".

- Тебя никто не просил! - прокричал парень, смело начав подходить к Куперу, - И никто не будет просить! Это моя жизнь. Моя чёртова жизнь без тебя, где я сам могу справиться со своими проблемами. БЕЗ ТЕБЯ!

- А меня и не надо просить, - уже с агрессией продолжил Алекс, отбросив все свои дела. Когда Питер оказался близко, он крепко схватил его за плечи, начав сжимать, чтобы мальчишка внимательно вслушивался в его речи, - я сам делаю то, что мне нужно, а мне нужно убедиться в том, что ты в порядке. И этим я не собираюсь заглаживать свою вину, потому что знаю, этого мало, но ты даже элементарно "спасибо" сказать не можешь. Человеческого "спасибо" такому зверю, как я, самим являясь человеком.

После этих слов мальчишка просто проглотил язык, выпучив глаза. Он даже перестал обращать внимание на силу рук Купера, смотря на его состояние, и оно понятно. Каждый человек хочет простой благодарности, чего бы он не совершил в прошлом, но не каждый человек, как Алекс, выдержит такого отношения к себе. Кем бы этот мужчина не был год назад, сейчас он просто хочет понимания, выворачивая себя наизнанку ради слепого щенка, который лишь претворяется и лжёт, говоря о том, что совсем недавно родился. Он всё прекрасно видел. Абсолютно всё.

Ведь на самом деле Морриз был похож на монстра в тот момент. Он медленно убивает все надежды, губит все старания. Уничтожает все шансы даже на дружеские отношения, полностью настраиваясь негативно против этого человека. Алекс же, понимая, что добиться обычного слова от мальчишки бесполезно, отпустил его, отвёл взгляд, а затем и вовсе собирался отойти, чтобы снова сделать что-то стоящее и не получить благодарности.

Но только он сделал шаг, как Питер крепко вцепился в мужскую руку, заставив Купера остановиться. Алекс замер и снова взглянул на парня, который хоть и опустил голову, не желая видеть голубые глаза, но продолжал крепко держать его, не пытаясь сделать больно.

- Прости, - тихо и несмело проговорил он, нервно сглотнув, а затем отпустил руку мужчины, взглянув на него. Совесть дала знать о себе, - спасибо.

Алекс расплылся в лёгкой улыбке, хотя на душе было ещё слегка паршиво. Он потрепал юношу по голове, как маленького ребёнка, и снова отошёл искать нужные препараты, чтобы привести Питера в нормальный вид. Мальчишка же пару минут простоял в том положении после касаний Купера, будто бы они наконец-то приобрели для него особое значение. Тепло мужских рук моментально дошло до хрупкого сердца, и парень внимательно начал разглядывать Алекса, на чьём лице ещё была улыбка.

Этот человек был удивительным. Питер, словно ребёнок, который хотел есть, аккуратно сел на барный табурет, продолжая глядеть на мужчину. Парень же помнил этот суровый взгляд и вид, который был полон строгости. Сделать или же сказать что-то лишнее было очень страшно, а сейчас же хватило этой долгожданной благодарности, чтобы утихомирить зверя. Может, Купер и вправду победил своих внутренних демонов? Для юноши это было загадкой.

Он знал только то, что нужен был Алексу. Его намерения до сих пор были неизвестны, как и его чувства. Казалось бы, всё просто, всё видно, словно на ладони, но Питер много повидал изменений в поведении мужчины всего лишь за день. Подобное пугало даже сейчас, когда Купер спокоен, хоть пару минут назад что-то и полетело на пол. Когда-то так же разбилось и юношеское сердце.

Через пару секунд Алекс поставил перед Питером воду. На дне до сих пор растворялась шипучая таблетка небольшого размера. Парень внимательно глядел на маленькие пузырьки, пока Купер быстро убрал с пола пару ложек и вилок, которые создали довольно сильный звук при столкновении с полом, и подошёл к плите, начав с чем-то возиться.

- Что это? - аккуратно спросил Питер, взглянув на мощную спину Купера.

- От похмелья. Ты вчера выпил много, - спокойно отозвался мужчина, не поворачиваясь.

- Так почему же ты меня не остановил, раз так волновался о моём состоянии? - юноша сложил руки на барной стойке, желая продолжить разговор, пока таблетка растворялась.

- Моя задача состоит в том, чтобы с тобой что-нибудь не случилось, а уже разрушать твоё веселье не имею права, - Алекс пожал плечами и полез в холодильник, - если бы тебя не вырвало и наркотик остался внутри твоего организма... Я бы растерялся.

Мальчишка внимательно слушал слова Алекса, их интонацию, следил за действиями. Этот человек помнил и видел всё, что происходило вчера, в отличии от самого юноши. Он не верил, что дело могло дойти до наркотиков, и, если бы вправду не присутствие Купера рядом, то неизвестно, что произошло. Что-то намного ужаснее, чем ночёвка в его квартире.

Дождавшись исчезновения таблетки, мальчишка залпом выпил лекарство, жадно делая глотки, но потом поморщился, потому что жидкость была не самого приятного вкуса. Заметив реакцию Питера через плечо, Алекс усмехнулся. Парень же, прикрыв глаза, схватился одной рукой за голову, понимая, что голодный.

- Можешь рассказать, что было вчера? - не смело начал он, заставив Купера повернуться к нему лицом. Мужчина зажал губы и тяжело вздохнул. Чтобы его реакции не увидел юноша, он снова отвернулся, но от этого легче не становилось.

Ведь они снова сблизились в постели, и в данный момент это было ошибкой. Большой ошибкой. Алекс в большей степени винил в этом себя, потому что не смог устоять перед соблазнами. Неизвестно, как на это отреагирует Питер, хотя ясно, что он будет не особо рад этой новости.

- Ну, ты пил, целовался со своей милой подружкой, что очень взбесило меня, - сдержанно продолжил мужчина, вспоминая тот мерзкий поцелуй, - и именно через этот поцелуй в твой организм попал наркотик.

- Блондинка? - осторожно прервал его мальчишка, распахнул глаза.

- Да, блондиночка.

- Чёрт, - прошипел Питер, уже двумя руками схватившись за голову.

Катрин могла быть намного трезвее парня в тот момент, и для неё этот поцелуй был и будет значить очень многое, даже если он произошёл, когда оба были пьяны. Обычно именно так начинались сопливые отношения многих пар, но юноша их не хотел. Он не хотел терзать девушку, но хотел продолжать с ней общаться. После этого случая никакой дружбы могло и не быть. А что было бы, если бы Купер не забрал его оттуда, и весь этот цирк с милой подружкой продолжился? Было страшно даже думать о его возможной концовке.

- Потом ты блевал в туалете и снова чуть не сцепился с тем парнем, который так сильно получил от тебя в академии. У вас не самые лучшие отношения?

- На данный момент они кажутся наилучшими, чем с Катрин, - не открывая глаз, проговорил юноша, который пытался прийти в себя.

- Оу, так значит, милашка Катрин? - снова усмехнулся мужчина, посмотрев на Питера через плечо, - Она весь вечер рядом с тобой крутилась.

- Совсем не смешно, - грубо отозвался парень, открывая глаза, - она испытывает особые чувства ко мне, от чего становится некомфортно с каждым днём, но я могу потерять с ней связь после этого дерьма.

- Значит, она тебе дорога? - Алекс слегка напрягся, хотя на лице продолжала сиять улыбка.

- Мы друзья, и я этой дружбой дорожу.

Казалось бы, мужчина должен был с облегчением выдохнуть, услышав это, но слова о последнем событии вчерашнего дня могло оборвать этот чудный диалог в считанные секунды. Поцелуй между Катрин и Питером покажется ничтожным по сравнению с тем, что было у юноши с Купером этой ночью, от чего и есть боль в теле. Скрывать это вечно было просто невозможно, но и рассказать страшно.

Оставив разговор об этом на потом, Алекс продолжил готовить завтрак парню. Сам он пока ничего даже не подозревает, но информация могла прозвучать громко и страшно, как резкий гром за окном, от чего Питер дёрнулся на барном табурете, испугавшись. Его реакция до сих пор забавляла. Он был таким и год назад, но тогда его пыл угомонить было намного легче, чем сейчас.

Подав парню блинчики с клиновым сиропом и свежевыжатый апельсиновый сок, мужчина уселся напротив него, аккуратно разглядывая каждую деталь такого хрупкого тела, что было сегодня ночью под ним. Хотелось бы просто смотреть за этим неряшливым видом вечность, пока за окном дождь только-только омывает город. Вот на тонких губах оказался сироп, который так хотелось убрать большим пальцем, проведя по ним, а затем почувствовать их сладкий вкус всего лишь через касание. Этого будет достаточно, но сегодняшней ночи было явно мало, чтобы насладиться человеком сполна. Будет мало и вечности, которой так и нет. Которой, скорее всего, и не будет.

Вдруг тихую квартиру озаряет рингтон. Мальчишке он знаком. Морриз резко замирает, начиная рассматривать Алекса, потому что именно в его области раздавалась музыка. Телефон Питера находился именно в кармане шорт Купера, и мужчина смело вытащил его, чтобы увидеть, кто же названивал юноше. Когда на телефоне увидел фотографию той самой блондиночки, то закатил глаза и протянул аппарат Питеру, а тот сразу же взял.

- Питер, ты в порядке? - без каких-либо приветствий быстро проговорила Катрин. В её голосе звучали нотки беспокойства, пока парень быстро прожёвывал завтрак.

- Да, со мной всё хорошо. Как ты? - аккуратно спросил он, дожидаясь ответа, но тут резко сталкивается с недовольным взглядом Купера и крутится на стуле, чтобы не видеть его лица.

- Могло быть и лучше. Где ты? Ты резко вчера пропал, и мы с Оскаром перепугались.

- Эм... - парень снова замолчал, взглянув на ещё недовольного Алекса через плечо, - Меня забрал Мистер Гронс. Он был поблизости. Я сейчас у него.

- Тот мужчина, который предлагал тебе контракт?

- Да, но это сейчас не так важно. Как там Оскар?

Ох, а эта особа могла наклюкаться намного сильнее, чем Питер. Был повод волноваться.

- Я сейчас у него. Ему нехорошо. А когда ты будешь дома? Нам нужно поговорить.

Мальчишка зажал губы, понимая, о чём хотела поговорить Катрин. Если сама не вспомнила, так кто-то рассказал. В любом случае, это не осталось бы тайной. Компания была и вправду большая. Многие видели их поцелуй.

- Да, нужно, - через силу выдохнул юноша, - я скоро буду.

В следующие секунды Питер хотел ещё кое-что сказать, но из его рук резко вырывают телефон. Алекс что-то быстро поговаривает в телефон и сбрасывает, а после снова засовывает телефон в карман шорт, заставляя парня просто открыть рот. Он даже не сразу понял, что произошло, пока снова не вгляделся в недовольный взгляд мужчины.

Да, это выглядело грубо. Даже очень. Но эта особа, по имени Катрин, уже успела взбесить Купера ещё вчера, и сейчас, когда есть возможность провести хоть какое-то время с юношей, он не станет её терять. В планах было ещё кое-что помимо завтрака и разговоров, что, возможно, скрепит этих двоих.

- Тебе не кажется, что ты переходишь все границы? - недовольно проговорил Питер, нахмурив брови, - Это мой телефон. Отдай его.

- Ты так же вчера просил меня отдать тебе бутылку. Я отвечу теми же словами, - после этих слов мужчина широко улыбнулся, издеваясь над парнем, - ты будешь доедать?

- Что ты хочешь со мной сделать? - смело задал вопрос парень, понимая, что телефон он всё-таки не получит, а значит Алекс чего-то хотел. Хотел и не отпускал его.

- Я хочу тебе кое-что показать, - спокойно ответил мужчина, вставая в полный рост, - просто некоторый промежуток времени на это, и я тебя отвезу домой, к твоей милашке Катрин.

Последние слова он проговорил с особой интонацией. Мальчишка чувствовал ненависть Купера к этой девушке даже в воздухе, хотя его предложение должно было получить больше внимания. Оно не вызывало каких-то положительных эмоций. Не было никакой гарантии, что чего-то страшного не произойдёт.

- И сколько тебе нужно времени? - вопрос прозвучал тихо.

- Около часа. Этого будет достаточно. И ты мне не доверяешь, так ведь? - Купер выгнул бровь, улыбнувшись. Он прекрасно понимал чувства Питера к этому предложению.

- Не особо, - честно ответил парень, тоже вставая в полный рост, - но сегодня я спал в твоей квартире. Моя благодарность прозвучала мято и сухо. И я уже садился в твою машину пару дней назад...

После этих слов Питер опустил взгляд и потёр шею.

- Так ты согласен?

- Час. Всего лишь час, и я оказываюсь дома, - строго проговорил парень, поднимая взгляд и не отрывая его от Алекса. Тот не скрывал своей улыбки, положив ладони на барную стойку.

- Договорились, - с усмешкой ответил мужчина, - гардеробная сразу же после спальни. Там лежат твои постиранные шорты и кроссовки. Футболку возьми любую. Твоя ещё не высохла.

Парень быстро сдвинулся с места, лишь бы не видеть этой улыбки. Чем она была вызвана? Обыкновенной радостью? Это могло быть ловушкой, в которую мальчишка мог попасть уже не в первый раз, но их первая встреча прошла не так плохо, не считая тех слёз.

Хотя, было страшно. Да, страшно, хоть он уже и согласился, но это чувство не отпускало. Страшно и интересно. Этот час мог быть очень важным для этих двоих. Даже не час, а весь этот момент, когда они разговаривали. Кажется, ничего нового никто не узнал, кроме Питера о вчерашней ночи, и то не всё, но каждый этот момент ценил по-своему. Мальчишка же не мог разобрать, что он чувствовал, когда находился рядом с Купером. В его квартире. В том месте, где он мог сделать что угодно.

Оказавшись на втором этаже, Питер миновал первую дверь, за которой находилась комната, и дошёл до второй, несмело открыв её. Она была в тёмных тонах. Обычная гардеробная, как и в том особняке. Даже чуть больше, но парень всё равно с неким интересном разглядывал комнату. Всё было разложено так же, как и в гардеробной особняка, но дойдя до зеркала, Питер смог увидеть свои джинсовые шорты, которые были аккуратно сложены на комоде, а на полу кеды. Схватив шорты, он был готов быстро одеться, но застыл, увидев в раме зеркала склеенные скотчем фотографии. Кажется, их будто бы потрепало время, но это был всего лишь год без друг друга.

Руки сами потянулись к фотографиям. Мальчишке было даже страшно почувствовать их в своих руках. Удивительно. Он думал, что от всего этого не осталось и следа. От фотографий и хороших моментов, которые были изображены на ней, не все, конечно, а Купер собрал всё по кусочкам. Собрал, хранит и до сих пор на что-то надеется. Неаккуратность фотографий будто бы передавала те отношения, что эти двое пережили. Они были оба сломаны, хоть и по-разному, но восстановились, пусть даже и не сразу.

Это был прекрасный день, и сейчас, когда юноша через силу надевает шорты, он убеждается в этом, продолжая разглядывать фотографии. Помнит, как рвал их. Беспощадно, не оставляя никаких шансов на возрождение и жизнь. Рвал, чтобы остаться в живых, меняя любовь на свою ещё такую короткую жизнь. Это было необходимо, но сейчас... Всё ведь по-другому. Для восемнадцатилетнего парня, который пережил такое, трудно признать, что любовь можно соединить с жизнью, ничто не на кого не меняя. Ведь можно было стать счастливым, как на четырёх этих фотографиях, и не на один день. На всё то время, когда всего лишь один человек просто будет стоять рядом.

Сам мальчишка тоже хранил память о Алексе, как бы ненавидел, как бы не боялся, не скучал и не любил. То, что осталось от Купера, было до сих пор дорого. Особенно та синяя футболка. Она пропитана этим мужчиной и даже спустя год хранит в себе аромат зверя. Он нежный и сладкий, словно дыня, что очень сильно запомнилось парню ещё с самого начала их сложных отношений. И не нужны все те туалетные воды, что в тот момент стояли у зеркала. Нужна была реальность. Нужен был настоящий Алекс, чтобы полностью распробовать его приятный вкус с горьковатым послевкусием.

С полной головой мыслей мальчишка всё же смог напялить шорты и надеть кеды. Засунув фотографии обратно в раму, он открыл комод, чтобы найти футболку, но наткнулся на отдел, где не было ничего, кроме чёрных перчаток. Резко затаил дыхание, но не закрыл, начиная разглядывать. Это были не те перчатки, в которых Купер появился перед Питером в первый раз. Именно те, которые подарила ему сестра. Его прошлое. Его кошмар, который Глория так и не унесла с собой на небеса, чтобы избавить младшего брата от этих мук.

Но даже несмотря на это, парень сжался и прикрыл глаза, вспоминая, что делал Купер с ним в первые дни, имея перчатки на руках. Тогда он был слишком невинным, и именно Алекс его испортил, заставляя так реагировать на прошлое. На их страстное и даже жаркое прошлое, чей огонь уничтожил всё, что было между ними. Придя в себя, Питер резко и со звуком закрывает отдел, тяжело выдыхая. Собственная реакция его слегка взбесила.

- Не самые лучшие воспоминания, - резко раздаётся мужской голос позади, и мальчишка дёргается, поворачиваясь. Купер стоял рядом, - ты не можешь выбрать футболку?

- Выбери сам, - не сразу отозвался парень, приходя в себя после воспоминаний, - некомфортно рыться в чужих вещах.

Мужчина усмехнулся, смело открыв один из отделов большого комода. Оттуда он вытащил футболку болотного цвета и протянул её Питеру, смотря на те фотографии. Стоя позади, Алекс прекрасно видел реакцию парня. Морризу тоже дороги эти воспоминания, но он так не хотел этого показывать и просто принял футболку, выходя из гардеробной молча, не сказав ни слова.

Между ними были не моря, а океаны чувств. Сам Питер отрицать не мог, что до сих пор тянулся к этому человеку, но было безумно страшно снова открывать душу, прокладывать дорогу к сердцу. Вдруг он за него схватится, сожмёт и полностью уничтожит? Пока что Алекс слегка дотронулся до органа, заставляя вспомнить всё, что было между ними. Весь объём их океанов с холодными и тёплыми течениями.

Юноша быстро привёл себя в порядок в ванне, почистил зубы щёткой Алекса, что было немного странно, и уже через некоторое время стоял в холле, дожидаясь мужчину. На глаза попался Грех, и он затаил дыхание, а потом его так же быстро отпустило, потому что собака была явно рада. Грех накинулся на мальчишку, высунув язык, а он протянул ладони собаке, чтобы придерживать её. Псина начала лизать руки Питера, заставив его улыбнуться. У этих двоих остались хорошие отношения спустя год.

Тёмная окраска собаки и её заострённые ушки будто бы олицетворяли хозяина. Он кажется мрачным и опасным, но на самом деле тоже умеет радоваться и улыбаться, как и все люди.

- Он пойдёт с нами? – тихо спросил Питер в лифте у Купера, когда рядом с ним оказался и Грех.

- Поедет, - поправил его мужчина, мило улыбнувшись, и в следующие секунды двери лифта распахиваются, давая этой чудной компании выбраться.

Вот они уже сидят в машине и куда-то едут. Тишина. Купер выглядит, как всегда, прекрасно и внимательно следит за дорогой, а Питер снова смотрит в окно, за которым перестал моросить дождь, пытаясь разобраться с мыслями. Грех хорошо устроился на заднем сиденье, никому не мешая. Кажется, между мужчиной и парнем хоть чуточку наладились отношения. Мальчишка больше не грубил, хотя была такая возможность, не сопротивлялся, но это ещё ничего не значило.

Во время дороги Алекс отдал юноше его телефон и ключи от квартиры. Был страх, что он кому-то позвонит и что-то произойдёт, но ничего подобного не случилось. Питер всю дорогу держал сенсорную плитку в руках, играя в одну из своих игр, а Купера медленно и тихо подирала совесть. Он знал, что рано или поздно нужно будет кое-что сказать, но не мог подобрать слов для начала.

Проходит некоторое количество времени. Мальчишка не отрывается от телефона, чтобы не начать какой-нибудь разговор с Купером, и даже не смотрит на дорогу. Бетонные джунгли сменяются чистой дорогой, а затем и густым лесом. Он-то был знаком Питеру. Через него и лежал такой трудный путь к свободе.

- Нет, пожалуйста, - прошептал парень, увидев через окно автомобиля мрачный особняк, а затем посмотрел на Алекса.

Мужчине было тоже очень некомфортно сюда возвращаться, а особенно приводить Питера. Они оба испытали здесь многое, и для обоих это место было адом, где оказаться бы снова никто не пожелал. Куперу же нужно было просто показать, что здесь больше нет ни одной грешной души, в том числе и его самого.

- Давай уедем, прошу, - умоляюще процедил парень, когда оба вышли из машины.

- Я не собираюсь с тобой ничего делать, - со вздохом ответил Алекс, подходя к воротам, чтобы открыть их, - только покажу. И всё.

В следующие секунды изящные и узорчатые ворота в ад со скрипом открываются, и Питер с замиранием сердца смотрит на увядшее знакомое место. Здесь больше не было изящного сада, какого-то красивого вида. Всё заросло, пожирая красоту того коварного времени.

Мальчишка нервно сглотнул, вспоминая, как здесь расстреляли девушек. Беспощадно и быстро. Их кровь покрыла землю моментально, и не было никаких сомнений, что она была и под покровом снега в этом году. Земля на этой территории была и вправду пропитана кровью. Кровью невинных девушек, которые так хотели жить, но не выжили, всё так же стремясь к свободе.

- Если бы и хотел что-то сделать, то не стал отпускать год назад, - холодно проговорил мужчина, первый заходя на территорию, - я просто покажу, в каких условиях жил, когда остался один, и в каком состоянии была моя душа.

Парень слушал каждое слово с замиранием сердца. Он боялся. Боялся, что только ступит на территорию, и всё снова... Всё снова случится. Весь тот кошмар сможет сломать его второй раз, и это будет только его вина, потому что сам повёлся. На один и тот же крюк. Но, несмотря на это, мальчишка сжал руки в кулак, прикрыл глаза и быстро оказался на территории особняка, не желая разглядывать мёртвый сад, сразу же направляясь ко входу в здание. Для Питера это был значимый поступок.

Алекс пошёл следом. Дойдя до дверей, парень с грохотом их распахнул и снова застыл, видя практически мёртвое здание. Первый этаж особняка был мрачен, нагонял страх. Было тихо, и Питер прошёл дальше, оглядываясь. Кажется, всё осталось на своих местах: длинный стол, на котором было много пыли, пуфики и диваны, камин, люстра. Не было только картин на стенах, но эти стены давили. Давили сильно, что воздух в лёгких юноши вот-вот закончится. Он обхватывает себя руками, будто бы пытаясь защититься от всего этого негатива.

В отличии от Питера, Грех смело прошёл дальше, касаясь лапами мраморного пола. Вот он уже на лестнице, и мальчишка двигается с места, не прекращая всё осматривать. А вот и тот стул, за которым он сидел. Весь этот вид заставляет вздрогнуть. Квартира Купера в небоскрёбе выглядела куда более лучше и уютнее, чем особняк Глории, но юноша уже преодолевает лестницу, заходя в крыло с десятью комнатами. Алекс до сих пор сзади. Мужчине страшно произнести и слова, боясь спугнуть Питера.

В этой части дома было ещё мрачнее. Так же тихо, но казалось, что вот-вот одна из десяти комнат резко распахнётся и оттуда выбежит какая-то девушка в слезах. Это выглядело страшно. Вправду страшно после того, что повидал мальчишка в этом месте. Было страшно услышать крики, плачь, женский голос или звук плети, скрип какой-нибудь кровати за любой комнатой в этом месте. А эти обои тёмно-алого оттенка мозолили глаза, будто бы возвращая жертву этого места обратно, в то время.

Алекс прекрасно видел, как было Питеру плохо и некомфортно. Уверенный взгляд лунных глаз был наполнен страхом, он отрывисто дышал и начал трястись, но всё равно продолжал идти вперёд вдоль коридора. Куперу тоже было не по себе, но он держал всё в себе. Как бы им обоим не было страшно снова здесь оказаться, но нужно было убедить парня. Любой ценой. Даже через страх.

Вот он останавливается и медленно поворачивается лицом к двери с девяткой, громко с дрожью выдыхает. Для него это было и останется пятном. Огромный след в памяти и психике, который заставляет дрожать от страха при виде обычной цифры. Дрожащие руки тянутся к ручке и быстро открывают дверь. Питер чуть приоткрывает рот и в тот момент можно было отчётливо увидеть дрожащие тонкие губы. Всё осталось на своих места. Абсолютно.

В комнате было душно, потому что окна никто так и не открывал. Тумбочки и шкаф, в котором ещё до сих пор находилась одежда, были в пыли, а дверь в ванну открыта. Даже без света можно было разглядеть на полу засохшие капли крови, услышать собственный крики и плачь из прошлого. Всего этого было много. Даже очень, в том числе и крови на плитке ванной. Питер опять вздрагивает и нервно сглатывает, будто бы снова попал в тот промежуток времени, когда это произошло. Накрывает запястье правой руки левой и быстро спешит покинуть этот коридор.

Завернув за угол, он быстро зашагал, будто бы убегал от тех воспоминаний. Купер молча закрыл дверь в девятую комнату, вздохнув. Им морально тяжело было здесь находиться. Было страшно увидеть дальнейшую реакцию парня. Алекс так же покидает коридор и спешит догнать Питера, но с каждым поворотом не видит его, отдаваясь панике. Потерять юношу в этом месте он не хотел. Больше нет.

Прибавив темп, мужчина оказывается в коридоре, где находилась его комната. Дверь была открыта нараспашку, и он поспешил зайти в комнату. Мальчишка был там, и Алекс успокоился, начав его разглядывать. Сейчас он был другим. Да, обхватил себя руками, но как-то по-другому разглядывал огромную комнату, где особо ничего не поменялось. Рабочий стол опустел, кровать помята, а на стенах в некоторых местах были пятна от алкоголя, на полу же разбитые бутылки от этого самого алкоголя. Эта комната была самой убогой и полностью описывала состояние Купера после пропажи Питера в особняке.

- Ты пил? - аккуратно спросил парень, коснувшись носочком кеда большого куска стекла.

- Запой, - неохотно ответил мужчина, медленно подходя к мальчишке, но вот он резко двигается с места.

Направляется к одному из шкафов, где хранились вещи, которые приносили удовольствие и Куперу, и многим девушкам, которые здесь были. В отличии от комнат, его было не так страшно открыть, и Питер смело распахнул шкаф, с дрожью вздохнув. Там была лишь пыль. Пусто. Ничего нет. Мальчишка на миг застывает, будто бы оценивая ситуацию, и быстро проходит ко второму шкафу, делая то же самое. Ничего. Потом откидывает одеяло и начинает быстро открывать шкафчики в кровати. Один за другим. И снова пусто.

- Значит, всё это у тебя дома? - выгнув бровь, спросил Питер, посмотрев на Алекса.

- Большую часть я выкинул, - мужчина пожал плечами, подходя ближе к кровати, - для каждой девушки были свои игрушки. Девушек сейчас нет.

- А те игрушки остались. Да, сейчас всего этого нет, но ты ведь до сих пор хочешь боли, которую я не смогу вытерпеть, - мягче продолжил юноша, вставая в полный рост, - какие вещи ты оставил?

- Которые применял на тебе и которые хотел бы применить, - быстро проговорил Алекс, смотря прямо в глаза парня, который снова приоткрыл рот, - то, что ты явно можешь вытерпеть.

У Питера просто не было слов. Своих чувств и эмоций в тот момент он понять не мог, но воспоминания снова дали знать, что мальчишка мог. Обернувшись и просмотрев на кровать, он закусил губу, вспоминая, что они делали на ней. Снова очередная догадка о том, что Алекс с самого начала на что-то надеется и продолжает это делать, подтвердилась.

И как бы стыдно не было признавать, но, да, Питер и вправду мог перетерпеть то, что приносило ему удовольствие. Ему нравилось то, что делал с ним Купер, не считая того дня, когда он избил парня плетью. Секс между ними был красив. Красив за счёт того, что мальчишка ничего не видел, оказавшись с повязкой на глазах, не мог двигать руками и ногами, потому что был связан или же скован наручниками, но всё это лишь приносило удовольствие. Питер не мог увидеть дальнейшие действия Купера, что завораживало, не мог пошевелиться или дёрнуться. Он не мог, но хотел прочувствовать всё это на себе в то время.

- Хочешь снова применить их? На мне?..

- Я хочу отношений с тобой, - какие бы непристойные вопросы не задавал Питер, Алекс отвечал быстро, будто бы был готов ко всему, - в первую очередь я хочу именно этого. Хочу видеть тебя каждый день не в отдельной комнате и по вызову, а когда угодно. Хочу слышать тебя, твою музыку, прогулок, поцелуев, касаний. И безумных ночей, - он зажал губу, но не отводил взгляда, - тех ночей, когда ты будешь покрикивать моё имя, плакать от удовольствия. Да, я хочу этого! Тебя хочу. Всего.

Мужчине было мало того времени, что было у них. Было мало тех дней, когда мальчишка приходил в его комнату и они что-то вытворяли.

Питер зажал губы, только напомнив Куперу о тех ночах. Этот жест он видел часто. Кажется, можно было начать всё сначала, но это было не то место, чтобы на подобное соглашаться. Не имея сил больше здесь находиться, мальчишка быстро покинул комнату, Купер снова помчался за ним. Он уже увидел и услышал достаточно. Было, над чем подумать.

Юноша первый оказался в машине, дожидаясь Греха и Алекса. На душе стало чуть легче, когда они тронулись с места и готовы были уехать, но в юношеской голове царил хаос. Возможно, Купер ждал, что Питер хоть чем-то ответит на его слова, но он молчал. И продолжает молчать.

- Ты так и не сказал, откуда у тебя синяк, - будто бы ничего не было проговорил Алекс, взглянув на мальчишку.

- Сцепился с одними по дороге домой, - как-то агрессивно ответил парень, - ты же просто цепляешься за каждую мелочь, чтобы продолжить разговор, да?

- Возможно, - спокойно ответил мужчина, снова устремив свой взгляд на дорогу, - слушай, рано или поздно ты должен мне что-то сказать в ответ на те слова.

- А ты думаешь, что мой ответ поменялся? – с усмешкой проговорил Питер, хотя сам понимал, что и вправду запутался.

- У меня есть все поводы, чтобы надеяться на что-то.

На лице Алекса появилась улыбка, что немного взбесило парня. Он не понимал его слов и больше не хотел продолжать разговор, но ведь Купер был прав. Мальчишка ещё что-то чувствовал. Эта искра внутри него горела весь год, а с появлением мужчины лишь набрала обороты, хотя от страха готова была и погаснуть.

После этого эти двое не произнесли друг другу и слова, но их отпустило то ужасное чувство, что они испытывали в особняке. Здание было мёртво, а вместе с ним и девушки, желания, прежний Алекс. Всё засохло, словно листья деревьев по осени. У Питера же был весь день, чтобы всё обдумать, что было просто необходимо.

Быстро оказавшись в городе, мужчина завернул на улицу, где находился дом парня. Около его подъезда уже находилась Катрин, которая много раз названивала юноше на телефон, ещё больше начиная бесить Купера. При её виде за тонированным окном автомобиля руки на руле сжались до боли. Алекс не хотел оставлять Питера наедине с ней.

- Наш час подошёл к концу, - начал парень, собираясь выходить из машины, - ещё раз спасибо за то, что присмотрел за мной этой ночью. В следующий раз я буду соблюдать меру.

Мальчишка хотел открыть дверь, но ему это не удалось. Она была закрыта. Он посмотрел на Алекса, давая всем видом понять, что ему нужно выйти, но Купер молча смотрел на него. В его груди готово было разорваться сердце. Когда он ещё раз проведёт так время с этим неугомонным существом? Неизвестно. Поэтому не стал упускать возможности, схватив Питера за подбородок и резко поцеловав.

Мальчишка успел набрать полную грудь воздуха, не сразу поняв, что произошло. Лишь распахнул глаза, по-настоящему за весь год почувствовав сладкий вкус пухлых губ мужчины. Внутри всё сжалось, и Питеру даже не хватило сил отодвинуть от себя Алекса, слегка коснувшись его рук.

- Мы переспали сегодня ночью, - тихо прошептал Купер, оторвавшись от Питера, но между ними до сих пор оставались миллиметры.

Слова дались трудно, но на душе стало чуть легче, хотя он мог оборвать ими все свои малейшие шансы. Как и с поцелуем, Питер сразу не понял смысл сказанных слов, а когда до него наконец-то дошло, то Алекс легко улыбнулся и быстро выбрался из машины, чтобы оставить разговор на потом.

Блондиночка сразу же обратила внимание на мужчину. Он ей мило улыбнулся. Спустя пару секунд из автомобиля вываливается и Питер с ошарашенным взглядом и своим недопониманием. Даже не отвечает на объятия девушки, разглядывая Алекса своими огромными глазами.

- Мистер Гронс, если я не ошибаюсь, - Катрин протянула Алексу руку в знак приветствия. Мужчине ничего не оставалось делать, как ответить взаимностью, нервно сглотнув.

- Катрин, - через стиснутые зубы проговорил он, терпя касания этой особы, - рад вас видеть.

- Спасибо, что позаботились о Питере, - девушка продолжала сжимать руку Купера, доставляла ему дискомфорт. В любой момент Алекс мог вырвать руку, словно из-под кипятка, но терпел.

- Всё, достаточно, - вмешался мальчишка, разрывая больную связь между этими двумя. Он прекрасно понимал и видел, как Алексу было нехорошо, и только поэтому вмешался, - думаю, нам пора.

Катрин сказала ещё пару противных слов Алексу, который спрятал руки за спиной, чтобы отойти от неприятных ощущений. Писклявый голос ему был противен с каждой секундой, но он продолжал играть только ради Морриза. Когда же блондиночка скрылась в пути к квартире парня, Питер повернулся к Алексу, показываясь весь свой недовольный вид.

- Что, чёрт побери, ты несёшь и делаешь? - выговорил парень, указав на Купера. Было видно, что он вне себя, - Ты слишком много себе позволяешь. Между нами ничего не было.

- Конечно, если не считать того, что ты сам попросил меня об услуге, - Алекс широко улыбнулся, подняв руки, а затем обошёл машину, чтобы поскорее сесть за руль, ничего не объяснив Питеру.

- Что? – прошипел юноша.

- До встречи, малыш, - мужчина ещё раз одарил Питерасвоей широкой улыбкой и скрылся с места, оставляя его одного на растерзаниесобственным мыслям.