Number 30
Мальчишка вытаращил глаза, понимая, что это снова Первая.
Как она уже его достала...
- Неожиданно, правда? - Ванесса выгнула бровь, не скрывая улыбки, - Я наконец-то донесу до твоей пустой юношеской головы, что мне не стоило и не стоит переходить дорогу.
Встав в полный рост, девушка звонко рассмеялась, смотря с высоты своего роста на Питера, который продолжал сидеть на матрасе. Она была полна уверенности.
- Узнав про твои очередные выходки, Алекс снова надаёт тебе по шее. Не нужно выставлять меня виноватым в своих же косяках.
Парень цеплялся за свои последние надежды. Он уже предполагал, что Алекс скоро его найдёт и вытащит из этой ямы. Ведь потерю такой игрушки мужчина не переживёт, и он не будет упускать возможность кого-то наказать, тем более, если это Первая.
- Спешу тебе сообщить, что Алекса в особняке не будет несколько дней, а, вернувшись обратно, он и не узнает, что мы с тобой делали.
- Мы? - Питер выгнул бровь, смотря на Ванессу и продолжая сидеть на матрасе.
- Да, Питер, мы. Я не собираюсь марать об тебя руки.
- Допустим, - мальчишка сжал губы, - а как ты заставишь меня молчать?
- Оу, не сомневайся. Ты сам смелости не наберёшься сказать слова.
Девушка смело села напротив Питера на матрас, сложив ноги. Она всё ещё широко улыбалась, что пугало с каждой секундой, но мальчишка не собирался отдаваться страху и панике. Это просто девушка. Обыкновенная девушка.
- Когда мне было шестнадцать, мой парень, которому было восемнадцать, повёл меня на свидание, - начав говорить, Ванесса помрачнела, но не перестала улыбаться, - там он меня напоил, и в один момент я очнулась у его ног в одном месте. Он вальяжно сидел в кресле и курил, пока я голой лежала на полу в окружении мужчин. Просто ждал идеального момента, играя любящего человека, а потом продал в борделе, потому что нужны были деньги, а у меня была семья, нормальная жизнь. Два года я была половой тряпкой, которой мыли полы, у одного мужчины. Он не жалел меня. И, когда мне стукнуло восемнадцать, на мой День рождения меня повели снова в бордель, чтобы я "повеселилась". Это был самый лучший день, потому что меня купил Алекс.
- И? Зачем ты мне это рассказываешь? Чтобы я тебя пожалел?
Мальчишка с самого начала не знал, как сюда попала Ванесса и с каких пор она стала такой стервой. Возможно, после этого случая, она ненавидела мужчин, кроме Алекса. Это уже понятно, почему. Конечно, было интересно узнать историю этой девушки, но большими чувствами, кроме как интереса, парень не пропитался.
- Нет, - в глазах разного цвета резко вспыхнула холодность, - чтобы ты понял окончательно, что это мой мужчина. Алекс меня спас, хоть и не подарил свободу, но спас. Я ему доставляла удовольствие. Я его развлекала. Я дольше всех здесь сижу и терплю, не ломаясь. И именно я его достойна. Мне уже двадцать три. Целых пять лет я здесь нахожусь, и я прошла через многое, чтобы добиться этого мужчину. Я не позволю какому-то сопляку занять моё место!
С каждым словом Первая повышала голос, окатывая юношу своим гневом и недовольством. Мальчишка слушал и терпел, ещё не догадываясь, что его ждёт.
- Алекс всю неделю никого не звал к себе, уделяя только внимание тебе. Я его теряю. Постепенно, медленно. Каждый раз, когда я пыталась перетянуть одеяло на себя, ты мне мешал, и, вместо долгожданного внимания, я получала наказания. И я предупреждала, вот только ты не понимал. Думала, сам будешь сопротивляться Алексу, но нет же.
- Ты же сама знаешь, как это человек пленяет хрупкие сердца, - Питер опустил голову, легко улыбнувшись, - а затем ломает их. Но вот только не понимаешь, что не нужна ты ему. Алекс хочет изменить свою жизнь.
"Изменишь мою жизнь - и вали на все четыре стороны!"
- Ты своим присутствием напоминаешь и будешь напоминать ему о прошлом и запретных желаниях, от которых он хочет избавиться.
Юноша отвечал спокойно, без агрессии и паники. Он хоть и не полностью узнал Алекса, но прекрасно понимал, что мужчина совершенно не нуждался в этой стерве.
- Заткнись, - Первая опустила голову и снова широко улыбнулась, а затем вспылила, резко встав в полный рост, - закрой свой рот!
- Не обязательно быть такой дрянью, чтобы привлечь внимание такого холодного человека...
В следующие секунды парень получил сильную пощёчину от Ванессы. Промолчав, он готов был сказать ещё пару слов, но снова получил удар, а затем мог бы получить ещё один, но успел перехватить запястья Первой, ибо она стояла рядом.
Дверь снова распахивается и довольно быстро закрывается. Быстрые шаги, и в лучах света настенного светильника величественно появляется Люцифер, заставляя мальчишку растеряться. Он был одет так же, как и всегда, и юноша понял, что до сих пор находится в особняке, вот только в укромном месте.
- Заканчивай свой цирк, - холодно проговорил мужчина, рывком вырвав руки девушки из хватки Питера, - твоему резкому исчезновению не особы рады те, кому ты должна доставлять удовольствие.
Мальчишка сразу же понял, кто будет замешан в этом деле. Эти двое были довольно сильно пропитаны ненавистью и равнодушием, и им было совсем не трудно сломать мальчишку намного быстрее, чем Алекс. Было теперь понятно, что имела ввиду Ванесса, когда говорила про то, что не хотела марать руки.
Из этих двоих бы вышла прекрасна парочка. Парочка моральных уродов.
- Надеюсь, внутри у тебя всё сгниёт, в том числе и надежда на всё в этой чёртовой жизни, - проговорила Первая, встав в полный рост.
У парня загорели щёки от ударов. Сила девушки ещё чувствовалась на бледной коже. Опустив гневный взгляд, она поспешила быстро покинуть это место, но её остановил Люцифер, схватив за локоть. Это было не резко и даже не грубо, а как-то нежно. Ванесса взглянула на мужчину, не имея при себе каких-то чувств, кроме этой самой ненависти.
Люцифер долго молча смотрел на Первую, а затем его ладонь оказалась на её лице. Схватившись за него, мужчина накрыл губы Ванессы, на что она положительно не отреагировала. Вцепившись в крепкие мужские руки, девушка приложила все усилия, чтобы поскорее отцепиться от губ Люцифера, а затем и прожечь насквозь ненавистным взглядом.
- Ещё одна подобная выхода – и я сразу же сдаю тебя Алексу, - Первая рывком отпускает Люцифера и мчит покинуть неизвестное мальчишке место.
Когда дверь за ней захлопнулась и лучи дневного света исчезли в столь тёмном помещении, Люцифер усмехнулся, прикрыв глаза.
- Она странная, но этим и привлекает многих мужчин, - после этих слов мужчина присел перед Питером, начав его рассматривать с такой же усмешкой, - а вот тебе с ней не повезло.
Юноша и без этих слов понимал, что эта девушка не отстанет от него, нагнетающим взглядом отвечая на взгляд мужчины. Тот, рассмотрев его, сел рядом на матрас и смело закурил. Мальчишка отодвинулся от него к стене, прижав ноги к груди.
- Давай сразу уясним все правила нашей весёлой игры, - Люцифер повернул голову и пустил дым прямо в лицо юноше, от чего он закашлял, - ты же знаешь, что здесь каждый сам за себя, и я не исключение. Просто защищаю свою задницу, и это отразится на тебе. Когда это всё закончится, то тебе не стоит говорить все события последних дней Алексу, ибо я повторю свои действия, снова защищая себя.
- Закончится... - несмело начал парень, боясь смотреть на Люцифера, - Что?
Мужчина широко улыбнулся, снова взглянув на парня. Он прекрасно видел, как Питер пытался сохранять спокойствие и мыслить здраво, но также видел и страх в этих глазах лунного цвета. Зажав сигарету в зубах, Люцифер резко схватился за шевелюру Питера и уложил его голову на свои колени.
Сердце в этот момент готово было остановиться, ведь мальчишка ждал подлых действий. Цепи слегка натянулись. Было терпимо и страшно. Голова Питера улеглась на мужских ногах так, что наполненные глаза страхом смотрели во мрак. Юноше не было видно, что с ним собирается сделать Люцифер, и даже в какой-то степени не хотелось.
- Вот, - спокойно проговорил мужчина и в следующие секунды начал тушить сигарету на шее парня, заставив его дёргаться. Он зажал губы, чтобы не издать и звука, но всего лишь через мгновение на глазах навернулись слёзы от боли.
Маленькая точка на коже, которая будто бы горела огнём и собиралась прожечь плоть, пробравшись в самую глотку. Жгучая боль готова была остаться в горле, словно обыкновенная боль при болезни, но она была намного сильнее.
Даже после того, как Люцифер убрал сигарету от шеи Питера, жгучая боль не спешила исчезать, оставаясь в памяти парня, а также отпечатком на шее. Похоже, он даже не сразу понял, что произошло.
- А я много раз курю в день, - прошептал новый дьявол парня ему на ухо, заставив вздрогнуть, - и я уничтожу тебя этими простыми сигаретами.
Резко скинув юношу со своих ног, Люцифер встал в полный рост, выбросив куда-то во мрак окурок. Питер продолжал лежать в том же положении, как и лежал на ногах мужчины, смотря не на него, а также, как и до этого, в пустоту.
Мальчишка не знал, что такого сделал Люцифер перед Ванессой, чтобы просто делать то, чего она просит, прикрывая этим свою задницу, но его губы задрожали от той боли простой сигареты. Это был не только удар по его телу, но и по психике, которая уже вовсю катится по пизде.
- Так больно? – мужчина снова присел перед Питером, накрыв его бледную щеку свой тёплой ладонью, но парень не поднял взгляда, который был полон боли и страха, на него. Люцифер мило улыбался, явно получая удовольствие от своих сделанных действий, - Привыкай, малыш.
Услышав то самое прозвище, юноша всё-таки взглянул стеклянными глазами на дьявола. Он был бы не против сейчас увидеть Алекса, даже если бы именно он делал с ним эти вещи. Именно из-за того, что этого человека не было рядом, мальчишка и не сдержал накатившихся слёз, прекрасно зная, что после боли Купер всё-таки будет зализывать на его теле и душе раны, хоть от этого они не заживут.
- Ведь так он тебя зовёт? Впрочем, не важно, - мужчина пожал плечами, потянувшись к ремню своих брюк.
Стеклянные от слёз глаза сразу же заметались туда-сюда. Юноша напрягся, пытаясь встать, но после того, что случилось, сил вообще не осталось. Жгучая боль будто бы сожгла всю энергию, хоть и таилась в маленькой точке на коже.
Питер боялся, что сейчас снова подвергнется насилию. Было страшно. До безумия. Эта отвратительная ситуация с каждой секундой набирала не самые лучшие обороты.
- Не волнуйся, - Люцифер в одно мгновения избавился от ремня на своих брюках, снова подойдя к парню, - ты же знаешь, что я не по парням, а шлёпать тебя ремнём нет никакого смысла. Твоё хрупкое тельце уже явно прошло этот этап.
Подойдя к Питеру, мужчина резко перевернул его на спину, а затем обвил шею кожаным ремнём, не став его застёгивать, лишь просунув в бляху. Мальчишка сразу же вцепился в ремень, но этого ничего ему не дало.
Люцифер поставил ногу на грудь парня, надавливая, чтобы тот не вставал, и резко потянул ремень в правую от себя сторону, затягивая его на тоненькой шее мальчишки. Он начал сразу же кашлять, ибо у мужчины было намного больше сил, что так же ему и мешало встать.
Юноше было страшно. Страшно, что воздуха вот-вот не хватит, и он задохнётся. Ремень будто бы резал глотку парню, но Питер ничего не мог сделать. Из-за своей беспомощности появилась и ненависть к себе.
Встать не получалось, ослабить ремень – тоже. Ничего он не мог сделать, чтобы просто остаться в живых на данный момент. Конечно, убивать его не собирались, хотя некоторые этого хотели, ведь задача всех этих действий – просто помучить. Страх затуманил юношескую голову, и Питер не понимал, что просто выживет.
Он начал мотать ногами, потому что кроме этого не мог ничего делать, и ударил Люцифера по ногам, от чего тот слегка пошатнулся, недовольно цокнув и сжав губы.
- Шавка! - рявкнул мужчина, ещё сильнее затянув ремень на шее юноши.
Из его рта потекли слюни, из глаз - снова слёзы от страха, а сердцебиение начало отдавать в виски, также заглушая уши. У мальчишки даже не осталось сил что-либо сделать. Его лицо покраснело, и он уже чувствовал, что готов вот-вот отключиться, но Люцифер резко выпускает из своих рук ремень, и он падает на грудь Питеру, освобождая его от своих оков. Парень сильно закашлял, глотая воздух, которого так не хватало, но всё же до сих пор чувствовал ногу дьявола на своей груди.
- Не беси меня, - яростно прошептал мужчина, всё-таки убрав ногу, - я ведь могу и не сдержаться.
- Воды, - лишь быстро проговорил Питер, держась за горло и всё ещё не перестав кашлять, - дай воды, пожалуйста.
Люцифер закатил глаза, отойдя от матрасов во мрак. Оттуда же и прилетела бутылка с водой, которую юноша, естественно, не поймал, но, крепко взяв её в руки позже, открыл и начал жадно пить воду. На его шее всё ещё висел ремень, а, оторвавшись от бутылки, он снова закашлял. Содержимое рта полилось на рубашку, но это Питера совершенно не волновало.
Перестав кашлять, мальчишка тяжело задышал, закрывая дрожащими руками бутылку. Он аккуратно положил её рядом с собой, прислонившись спиной к стене. Возможно, это его единственные запасы на ближайшие дни, но, рывками глотая воздух, парень понимал, что живой. Что он живой.
Этими дрожащими руками он медленно стянул со своей шеи ремень, чувствуя, как его узоры отпечатались под воздействием мужской силы на бледной коже. Положив его на соседний матрас, юноша прислонил голову к холодной стене, всё ещё восстанавливая дыхание. Люцифер же вышел из тьмы с деревянным стулом. Убрав пару матрасов и поставив стул напротив Питера, он поднял свой ремень, повесил его на спинку стула, давая понять парню, что это ещё не конец, и сам сел на него, достав из кармана своих брюк помятую пачку сигарет и зажигалку.
Тьма позади него шла ему под лицо. Мужчина был смуглый, высокий, чёрные, как смоль, волосы, по телосложению не хуже Алекса и карие глаза. Они были пропитаны мраком, наводили ужас. Мальчишка прекрасно помнил их первую встречу. Тогда он успел испугаться этого человека до усрачки, а ситуация сейчас совершенно не поменялась. Люцифер немного напоминал ему Оскара, но он, в отличии от этого дьявола, был другим.
Вытащив из пачки сигарету и закурив, мужчина начал то зажигать, то тушить огонёк зажигалки, засунув помятую пачку обратно.
- Знаешь, сидеть в этом подвале с тобой целыми днями мне не особо нравится, - он пустил дым в потолок, - но, если игры с куклой будут разные, то я точно не успею соскучиться.
В этот момент в его руках снова вспыхнул огонёк зажигалки. Питер нервно сглотнул, понимая намёки.
- Что ты такого сделал, чтобы делать то, что говорит тебе Первая? - хриплым голосом спросил мальчишка, ещё сильнее прижимаясь к стене. Страх его не собирался отпускать.
Лучше уж слушать этот голос, чем чувствовать мужскую силу на своём теле.
- Это довольно большой косяк, - Люцифер нахмурил брови, - если не прикрою свою задницу, то меня могут отсюда вышвырнуть вместе с Ванессой, а эта работа мне нужна. Тем более, я не хочу с ней возиться.
- Но тебе же с ней хорошо, - несмело продолжил юноша, прекрасно зная, чем может закончиться этот диалог. Он просто тянет время, - ты получаешь удовольствие, находясь вместе с ней.
Даже взять то поцелуй, что видел мальчишка.
- Трахать Первую и терпеть её недовольный взгляд или же действия - две разные вещи, мальчишка.
В горле до сих пор першит. И до сих пор было страшно. Вот так спокойно вести диалог с тем, кто тебя пару минут чуть не задушил, покажется странным, но парню нужно было тянуть время. Всё это время он следил за тем, как Люцифер курил. Прекрасно же знал, что снова затушит сигарету об его кожу. Хоть отпечаток и маленький, но таит в себе уйму количество боли, которую Питеру не хотелось снова прочувствовать.
- Будто ты эту шавку не знаешь, - мужчина приподнял брови, прожигая парня насквозь своими тёмными глазами, - вы ведь с ней не раз сцеплялись.
- Она первая начинала конфликт, - мальчишка отвёл взгляд, начав тереть глаза руками. Цепи снова зазвякали, - я защищался.
- Но мы же не в детском саду, чтобы показывать пальцем на того, кто всё это начал. Она просто устраняет противника, если он появился. С одной стороны, тебя должна взять гордость, ведь ты для неё достойный соперник, а с другой стороны, тебе не особо повезло. Первая делает всё, чтобы остаться одной на первом месте. Всегда. Всё время.
- Одного первого места на двоих не существует... - тихо проговорил Питер слова Ванессы.
- Именно. Ну, лично бы я оставил эту стервочку по правую руку от себя. Не особо понимаю, почему Алекс на тебе так зациклился. Язык не поворачивается назвать его геем.
- Даже, если это так, то это не оскорбление, - парень снова набрался смелости взглянуть на Люцифера, - И он - не ты.
- Да. Ему нужно лишь тело.
- Нет, - юноша легко улыбнулся, - ему просто нужен предмет, на ком можно вымещать свои чувства. Со стороны предмета - эта агрессия, но со стороны Алекса — это боль. Его собственная боль, которую он пережил когда-то, которую ему кто-то вдолбил.
Люцифер усмехнулся, отведя взгляд. Казалось бы, всё это элементарно, но вот сам Питер этого не мог развидеть довольно долго.
- Я, если честно, не особо понимал, что он будет делать с тобой. Когда я вёз тебя сюда с больницы, то разглядывал всего тебя. Ты же самый обыкновенный мальчишка, который стал совсем необыкновенным в этом месте.
- С больницы? – парень нахмурил брови.
- Алекс заранее знал, что Хлоя везёт тебе таблетки от похмелья, и просто подменил их. Ты оказался в больнице, но как только эта девушка от тебя отошла просто в какой-то магазин, то я тебя забрал, потому что попросили.
- Умно, - услышав эту информацию, Питер просто закусил губу. Всё было продумано до мелочей. Удивляться тут нечему. Это же Алекс.
- Ну, ты же знаешь, что эту сигарету я снова затушу на твоей коже?
Люцифер широко улыбнулся, увидев растерянного мальчишку. Как бы он не пытался отвлечь этого дьявола, потянуть время, всё бесполезно. Этот мужчина прекрасно помнит своё предназначение. Любой бы в этом месте сделал всё, чтобы просто остаться на рабочем месте у Купера, но, кажется, такие меры переходят все границы.
Мужчина встал со стула, крепко держа в своей руке зажигалку, и юноша сразу же прижался к стене, будто бы пытаясь пройти через неё и оказаться в другом помещении, чтобы сбежать, но ничего не выходило. Голодный зверь медленно настигал свою жертву. В отличии от Алекса, он питался не похотью, а страданием.
У каждого зверя своя пища
- Кричать и пытаться зажаться в углу бессмысленно, Питер! – Люцифер повысил голос, смотря на парня с высоты своего роста, пустив дым, - Пойми, что в этом месте нет чувств. Тебя от этого насилия и жестокости никто не спасёт. Даже сам Алекс, потому что он и создаёт всё это, а ты лишь изгой, - он широко улыбнулся, присев, - обыкновенный изгой в этой компании. Как бы ты не пытался сопротивляться, тянуть время, у тебя просто-напросто не получится промчаться мимо тех, кто тебя ненавидит.
Свободная рука мужчины потянулась к затылку мальчишки. Он не сопротивлялся, понимая, что этого не избежать, и просто зажмурил глаза. Рука снова сжала его русые волосы, и Люцифер приблизил его к себе, внушая страх ещё больше.
В карих глазах так и полыхали искры какого-то безумия. Этому человеку не впервой кого-то унизить.
- Но ты ведь этого не понимаешь, - прошипел мужчина прямо в юношеское личико, - поэтому я просто уничтожу в тебе всё, что ещё осталось, выбью дурь и снова выпущу на свободу, чтобы ты раз и навсегда уяснил урок.
После этих слов Люцифер резко прислонил сигарету в то же самое место на шее Питера, где прошлый раз он тушили сигарету, но на этот раз он не просто её держал, а крутил, будто бы пытаясь вонзить сигарету в кожу по-настоящему. Мальчишка закричал, вцепившись в сильные руки, но это ему ничего не дало, кроме как очередной порции боли.
- Готовься к аду, малыш, - после этих слов мужчина зажёг зажигалку перед сморщенным лицом Питера, широко улыбнувшись.