Под номером Девять⚜️

Девушка, словно грациозная, но опасная кошка, выгнулась поверх мужского тела, поставив пару поцелуев на мускулистой груди. Накидка лежала где-то у кровати, а вульгарное бельё просто шикарно подходило Ванессе, олицетворяя её дьявольскую сущность.

Но неожиданно она потянулась к открытой бутылке вина на тумбочке, резко прервав свои соблазнительные действия. Мужчина быстро освободился от оков похоти, удивлённо взглянув на Первую.

- Какого чёрта ты делаешь? - грозно прошипел мужчина, увидев, как Ванесса пьёт с горла алкогольный напиток, всё ещё сидя на мужском теле.

- А тебе что-то не нравится, котёнок? - мило и одновременно дерзко спросила девушка, сделав ещё один глоток.

- Детка, ты явно что-то путаешь, - мужчина усмехнулся, потянувшись к бутылке, чтобы вырвать её из рук Ванессы.

Но та оказалась быстрее. Резко оторвавшись от бутылки, она замахнулась и со всей силы ударила ею по голове мужчины. Это было легко, потому что он приподнял голову, но уже через мгновение вновь улёгся обратно. На постели оказалось очень много пролитого вина, украшая яркой краской тело голодного зверя.

Насладившись громким звоном разбитой бутылки, Первая дерзко улыбнулась, выкинув остатки бутылки на пол. Встав с мужчины, а там и в полный рост, она накинула на свои плечи накидку и с довольной улыбкой покинула комнату мужчины, напоследок сказав:

- Мне вот не нравишься ты, - она снова расплылась в широкой улыбке, - но я ничего не говорю. Я действую, милый.

После этих слов Первая тихо закрыла за собой дверь в величавую комнату одного из противных охранников особняка, осмотрелась и смело зашагала по коридору, будто бы так и должно быть.

******

Мальчишка, хорошо пообедав, единственный остался за столом, размышляя о своём.

Последние дни были чудесны. Всего лишь на мгновение нужно было выбраться из этого ада, чтобы почувствовать себя живым. Живым человеком. Нужным человеком.

Такой, казалось бы, идеальный мир, быстро разрушился. На следующий день после фестиваля Алекс и Питер провели всего лишь пару часов вместе, улыбаясь и целуя друг друга в губы, а потом мужчине позвонили, сообщив ему не самые приятные известия, о которых юноша и догадываться не мог. Быстро вернувшись обратно, он оставил Питера в особняке и куда-то умчался на целых два грёбанных дня.

Его уже долго нет. Неизвестно, где шляется этот человек и какие у него проблемы, а судя по выражению лица, которое изменилось у него после звонка, они точно есть. Мальчишка и слова боялся вымолвить и что-то спросить, просто зная, что Алекс всё сам расскажет, когда он посчитает нужным, но держать язык за зубами с каждым разом становилось труднее.

Пропадать на такое длинное время Купер не имел права, растрогав парня до слёз в том отеле. После этих слов последовало нежное утешение. Мужчина ради Питера скрыл свою зверскую сущность, обращаясь с ним той ночью очень аккуратно, доставляя удовольствие.

Резкое исчезновение Алекса терзало сердце мальчишки всё сильнее с каждой минутой. Он не знал себе места, тяжело вздыхая. Возможно, мужчина, чтобы позабыть о проблемах, просто-напросто поехал обратно в город, заехав в какой-нибудь бар? Купер был похож на того человека, кто может запить свои проблемы.

- Ты всё ещё думаешь о нём? - к парню подсела Седьмая, зная о том, что мальчишка заслуживает внимание от Алекса, так же, как и он от него. Внимательным людям было легко раскусить чувства юноши к этому человеку.

- Он ничего даже не сказал перед тем, как уйти, - Питер опустил голову, начав мять руки.

- А что Хозяин должен был тебе сказать?

Даже несмотря на то, что Алекс хотел сделать с этой милой девчушкой, она всё равно продолжает его так называть. Юноше это начинает казаться слегка мерзким. Хотя, кроме как к мужчине, Эмили не к кому больше иметь такое уважение.

- Хоть что-то, чтобы я хотя бы не волновался.

- Ты даже не представляешь, как тебе повезло с тем, как он к тебе обращается, - девушка откинулась на спинку стула, запрокинув голову, - конечно, за такое милое отношение к себе тебя могут и возненавидеть из-за зависти, как меня, но я вижу нежную сторону некой похоти, а ты... - она замолчала, понимая, какие отношения испытывают эти двое, - пусть и кажется, что это неправильно, но, если он хочет тебя видеть рядом с собой, держаться за руку и так далее, то делай всё, чтобы принести удовольствие вам обоим.

За последние дни Ванесса смогла снова разнести по всему особняку про то, как парень шёл за руку с Алексом, совершенно не боясь реакции. В этом чёртовом месте ситуация особо не поменялась. Почти все продолжали косо смотреть на Питера, узнав эту информацию, и даже сейчас, сидя у потухшего камина, девушки частенько бросают завистливые взгляды в сторону этой парочки, которой вечно жизнь делает поблажки.

- Я немного не понимаю его, - тихо отозвался Питер, подняв взгляд, - он такой непостоянный.

- Такой, какой есть, - выдохнула Седьмая, - с твоим появлением и вправду неизвестно, чего Хозяин желает. Думаю, что не только игр в постели...

Сейчас все спокойны, кроме самого юноши. Если бы все эти девушки знали, что всего лишь за какой-то миг они могут лишиться Алекса и всего того, что он им подарил, то неизвестно, что сейчас здесь было. Вряд ли они хотят привыкать к кому-то новому, к новым порядкам, законам, обращению. Тем более, Первая это вряд ли перенесёт, пытаясь добиться Купера.

А сам Питер вообще без понятия, что будет с ним.

Входные двери особняка со звуком отворились, резко сталкиваясь со стенами поместья. В помещение резко влетает мужчина. Он кажется каким-то помятым: растрёпанные волосы, тёмно-синяя рубашка была мята и не заправлена в брюки, воротник был расстёгнут. Перед тем, как пропасть на два дня, Алекс успел переодеться, а сейчас, словно в жопу ужаленный, он пролетел мимо всех своих пассий и быстро помчался по лестнице, скрываясь в тёмном крыле особняка. Девушки обеспокоенно проводили его взглядами, а Питер даже и не понял, что это было. Поняв, что его идол вернулся, он резко встал со стула и побежал по следам Купера, не обращая внимания на остальных.

Им было, о чём поговорить. Многое накопилось в хрупком сердце мальчишки. Это нельзя держать себе. Нужно было разделить с родным человеком свои чувства, но Алекс моментально добрался до своей комнаты и, находясь только в начале огромного коридора, похожий на лабиринт, юноша услышал громкий стук дверью, от чего вздрогнул и остановился.

Что могло так на него повлиять? Парень помнил его добрым, весёлым и нежным, а что сейчас? Его кто-то разозлил, что-то пошло не так? Если да, то мужчина мог бы поделиться этими проблемами с Питером, чтобы тому стало легче, но, похоже, сам Купера так не считает.

Встряхнув головой, мальчишка смело зашагал по коридору. Он был уверен, что найдёт общий язык с ним. Ведь столько уже пройдено. Достаточно, чтобы поговорить и всё разложить по полочкам. Если этот разговор не принесёт каких-либо результатов, то все поцелуи, касания, взгляды с искрами любовного безумия, диалоги превратятся в пустую трату времени.

- Алекс? - тихо позвал Питер и постучал в дверь комнаты мужчины. Не услышав ответа, он прислонился к ней, чтобы хоть что-то услышать, - всё в порядке?

Тишина. Парень понял, что дожидаться приглашения будет просто бесполезно, и аккуратно открыл дверь. Когда он зашёл в комнату, закрывая её за своей спиной, на глаза сразу же попалась распахнутая дверь в ванну, а там слышались какие-то шорохи. Мужчина был там.

- Ты игнорируешь меня? - спокойно проговорил Питер, всё ещё стоя на одном месте.

Алекс резко покинул ванну, проходя мимо мальчишки, будто бы его и не было в комнате, и подошёл к столу, начав разгребать на нём гору каких-то документов. Юноша сжал губы и руки в кулак, уверенно подойдя к величавой спине. В отличии от мужчины, он всегда дарит ему огромное внимание. Даже тогда, когда этот человек делает невыносимо больно.

- Пожалуйста, - он хотел дотронуться до мужчины, но тот резко повернулся к нему лицом, смотря на него с высоты своего роста.

На миг в этих голубых глазах можно было увидеть отчаяние и какую-то боль, но это всего лишь миг. После, Алекс тяжело вздохнул и просто отошёл в сторону, чтобы не сталкиваться с парнем лицом к лицу.

- Уйди, - тихо ответил он, прикрывая помятое лицо ладонью.

- Ты же знаешь, что можешь сказать мне всё, - мальчишка не отступал, снова подойдя к Алексу, - мы можем прямо сейчас обсудить всё, что произошло за последнее время.

- Нам нечего обсуждать! - резко рявкнул Купер, заставив вздрогнуть парня перед собой.

К горлу резко поступил ком, как и громкий голос обвил стены комнаты. Юноша не сразу пришёл в себя, но всё же остался стоять напротив мужчины, который от злости переводил дух. Кажется, кончики пальцев отдались лёгкой дрожи, но Питер снова сжал руки в кулак, чтобы не показывать своего страха.

Могло случиться что угодно, но в любом случае им нужно было поговорить. Говорить, что нечего обсуждать, неправильно.

- Если ты не уйдёшь, то будет намного хуже. Тебе и мне, - решительно проговорил Алекс, опуская взгляд.

В этот момент ему тоже было тяжело. Даже слишком.

- Да неужели так сложно просто рассказать свои проблемы! - вскрикнул Питер, взмахнув руками, - Между прочим, сейчас я пытаюсь разузнать именно о твоих проблемах, а свои чувства и наши личные разговоры отодвигаю на второй план, чтобы просто помочь тебе. Ты оставил меня после самых прекрасных моментов, и возвращаешься, будто тебя подменили. Ты оставил меня в своём чёртовом особняке грехов, будто бы ничего и не было.

Голос парня начал переплетаться с дрожью, а эти холодные глаза даже и не взглянули на него. Он не верил. Не верил, что не осталось каких-то впечатлений от последних дней, проведённых вместе. Кажется, они уже знают друг друга как пять пальцев, а всё-таки есть, что скрывать.

- Ты не задумывался, что я волнуюсь, что скучаю? - после этих слов Алекс резко поднял взгляд, рассмотрев парня. Губы его задрожали и кому, как не Куперу, знакомо это состояние, - что мои мысли забиты не о том, чтобы выбраться отсюда, а о тебе, хотя это покажется неправильным? О твоих безумно красивых, но иногда таких холодных голубых глазах, о твоих чувствительных руках, которые так бережно и аккуратно обращаются со мной, как и я с ними. По твоему сладкому запаху, от которого можно просто задохнуться, но я, кажется, единственный, кто дышит тобою каждый день и не умирает, а наслаждается. Наслаждается, чёрт побери, тобой! Не ты мною, а я тобой!

С каждым словом Питера выворачивает наизнанку. Он хотел выговориться — вот и выговаривается, но совершенно не в той манере, в которой хотелось бы. И с каждым словом дрожь брала вверх над мальчишкой. Это уже невозможно было остановить, а Алексу оставалось только наблюдать за этим зрелищем, боясь прервать парня. Ледяное сердце сдвинулось с места, будто бы это не тот участок, где оно должно находиться. Подобных слов он никогда ни от кого не слышал.

- Нормальному человеку было бы страшно вот так вот просто отдаться тебе, совершенно не зная твои намерений, но я отдаюсь, потому что доверяю. Я верю, что это всё закончится, ты получишь то, что так хотел, и я снова вернусь обратно, но, естественно, уже с тобой, хотя вовсе ничего тебе не должен. С тобой в нормальную жизнь. Я без понятия, что делаю такого для тебя, как ты собираешься прощаться со всем этим адом, но, если мы будем молчать, то ты так и останешься на том месте, где всё это началось.

- Значит, ты ненормальный, - спокойно ответил Алекс, снова отведя взгляд, сглотнув. Было видно, что ему трудно даётся эта холодность, но так было комфортнее, - пожалуйста, уйди. Продолжая в том же духе, может произойти кое-что похуже, чем дрожь в твоём милом тельце.

Мужчина накрыл плечи парня, снова взглянув на него, будто бы оживляясь. Стоит только поднести иголку к надувному шару, и он лопнет. То же самое было и с Питером. Глаза были на мокром месте, и он всеми силами старался не заплакать. Стеклянные глаза будто бы насквозь прожигали Алекса, готовясь его морально уничтожить.

- Да что может быть хуже, чем полюбить тебя?! - вскрикнул юноша, резко убирая мужские руки со своих плеч.

В этот миг оба мира пошатнулись. Для них это слово имело огромное значение, вот только оно не укладывалось в голове. Если Питер не смог сдержать слёзы, которые так красиво прошлись по его лицу, то Алекс не мог просто в это поверить. Смысл этого слова никак не проникал в его сердце.

- Да, ты не ослышался, - вырвалось у парня, увидев удивлённое лицо Алекса, - я люблю тебя, по-настоящему, и, если ты хотел чего-то меньшего, то я больше не буду стоять слишком рядом. Снова встану на Девятое место, почти в самый конец, чтобы ты меня не замечал, как и было в самом начале.

- Кто сказал, что я готов к этому? – как-то растерянно проговорил мужчина, постепенно восстанавливая себя по кусочкам после очередного удара. Слова совершенно не складывались в предложения. Всё перевернулось вмиг с ног на голову.

- А кто сказал, что я готов терпеть тебя? – мальчишка выгнул бровь, и слеза снова украсила его щеку. Эта борьба со внутренними чувствами выглядела, в своём роде, красиво, заставляя Питера страдать, - Кто сказал, что я готов ждать, когда ты поймёшь это и хоть что-то сделаешь? Если ты думал, что всё останется без особых чувств, когда этот ад пройдёт, то ты идиот, Купер! Если ты не знаешь, что такое любовь, то это твои проблемы. Хочешь, чтобы я ушёл и не трогал тебя? Тогда прекрати терзать только своим видом моё сердце и глаза. Отпусти меня.

Казалось, что парень задыхался в этот момент, начав тяжело дышать. Чувства пожирали его изнутри. Он болен и только сейчас признал это. Раньше юноша не знал, что такое любовь, а, вспомнив слова Хлои, понял, что болен, и, если взаимной любви нет, то ты инвалид. Чёртов инвалид. Именно сейчас нужно было выяснить, есть ли лекарство или нет.

- Кто знает, что ты не будешь терзать меня, как остальных девушек? Ты наводишь страх и неописуемые приятные ощущения одновременно. Возможно, ты прямо сейчас хочешь со мной сделать отвратительные вещи лишь из-за того, что я высказываю свои чувства!

Парень проговорил эти слова в потоке ненависти и внутренней боли. Всё было до безумия запутано. Голова готова пойти по швам. Будто бы Питер вновь вернулся в реальный мир из того места, где держал его Алекс, и осознал всю серьёзность ситуации. Как можно полюбить такого странного человека? Как можно было повестись на его сокровенные тайны и грехи, видя перед глазами весь тот кошмар, который он и сам створяет? Как можно было соглашаться на его условия о спасении грешной жизни, Алекс ему, по сути, никто. Лишь тот, кто держал его и пытал в этом месте, наводил страх и панику, и Питер от безысходности создал в нём своего идола, потому что в этом месте держаться больше не за кого.

И кто бы мог подумать, что на языке Питера сможет оказаться слово любовь. Всё начиналось с обыкновенного интереса, ненависти, а затем продолжилось жаркими поцелуями и играми в постели. Почему он? Почему этот грешник выбрал юношу? Чего он хочет?

- Да, хочу, - уверенно и холодно проговорил Алекс, и мальчишка снова поднял на него свой стеклянный от слёз взгляд. В голубых глазах виделся уже наводящий ужас и такой до боли знакомый холод вперемешку с похотью, - на кровать.

Парень слегка приоткрыл рот, начиная всхлипывать, услышав этот приказ. Отойдя от мужчины, он начал его с удивлением рассматривать, прокручивая в голове его слова. Осознав их смысл, сердце юноши быстро начало набирать обороты.

- Нет, - тихо проговорил он, начиная медленно отходить назад, - если ты меня ценишь, то не сделаешь этого.

- Я говорил, что будет только хуже, если ты не уйдёшь, - желваки на мужском лице дёрнулись. Алекс сжал руки в кулак, от чего можно было разглядеть белые костяшки на них, сжал губы в тонкую линию, холодно рассматривая свою жертву. Было видно, что он на грани и вот-вот взорвётся, - то ты ещё здесь. И, если любишь, то вытерпишь. Снимай рубашку и ложись на кровать.

Юноша закусил губу, чувствуя дрожь. Отведя взгляд, он нервно улыбнулся, начав вытирать слёзы белоснежными рукавами рубашки, но во время этого процесса начал сильнее всхлипывать, вновь пуская слёзы.

В этот миг всё разрушилось. Взамен он получит лишь боль, а затем его просто выкинут на помойку, словно сломанную игрушку. Поняв это, Питер усмехнулся, переплетая с разбитым состоянием лёгкую улыбку.

Уже было не важно, чего добивался Купер, что должен был дать ему парень. Всё очень быстро потеряло смысл. Но, в отличии от Алекса, Питер был честен. Он сам для себя решил, что должен вытерпеть эту пытку, и поэтому по пути к кровати начал расстёгивать пуговицы рубашки, всхлипывая. Скинув её с плеч, мальчишка с дрожью выдохнул, дойдя до кровати.

Как от любви до ненависти один шаг, так и от уважения до низости всего лишь миллиметр. Этот поступок был низок и со стороны мужчины, и со стороны юноши. Из этого можно сделать один вывод: либо ты заставляешь меняться человека для дальнейших отношений, либо же подстилаться под него. Похоже, Алекса Купера уже ничего не изменит.

- Ложись на живот, - мужчина уверенно прошёлся мимо напуганного и сломленного парня, а тот будто бы и не заметил его, но всё же послушался, - поднимешь голову или издашь хоть звук - будет хуже тебе.

Питер сразу же закрыл рот обеими ладонями, закрыв глаза. Хотелось зарыдать в голос, но он сдерживал себя, отдаваясь дрожи. Перед глазами быстро начали мелькать совместные моменты с этим человеком. Да, делал больно, но зализывал раны на хрупком теле, дарил счастье, а тот день... День свободы с Алексом, кажется, был последним днём свободного полёта парня.

Зачем дарить столько счастья, если потом хочешь всё моментально разрушить своими секретами?

Он совершенно не пытался услышать какие-то звуки, чтобы понять, что его ожидает, потому что постепенно отдавался боли, которая вмиг выросла в сплошной комок всего за пару минут их разговора.

Мальчишка хотел лишь правды, причин, чтобы всё понять и обсудить. Понять, кто они друг другу. И понял. Алексу нужен верный пёс, не считая добермана, который будет терпеть всю боль, унижения. Поэтому в его голове и не укладывалось слово «любовь», а сам юноша понял свои чувства только сейчас – под воздействием боли.

Хрупкое сердце не выдержало, снова заставив Питера всхлипывать и сильнее дрожать. По лицу быстро скатились слёзы, оставляя свои следы и на белоснежной постели.

Сзади послышались шаги, и Питер замер, ожидая своего наказания. Кровать была не такая высокая, и поэтому он стоял на коленях, опустив верхнюю часть тела на постель. Эта была истинная поза верной псины.

Мужские руки бережно коснулись голой спины, от чего юноша вздрогнул. Кончики холодных пальцев прошлись по всей её территории, коснувшись цепочки с номером. Эти чувствительные руки были так родны Питеру. Спустя несколько дней Алекс, кажется, позабыл про свои перчатки, поняв, что мальчишка не сделает ему больно или же не принесёт неприятных ощущений.

Но через какой-то миг от этих нежных касаний не осталось и следа. Их заменил сильный удар плетью по бледной спине, чего парень совсем не ожидал. Он дёрнулся, сильнее прижав ладони ко рту, чувствуя, как к горлу снова подступает ком. Ещё мокрые от слёз глаза готовы были снова отдаться слабости.

Сильнее сжав ноги, Питер тихо простонал. После удара остался красный и яркий след, длинною в жизнь. Он будто бы прожигал насквозь кожу, добираясь до внутренностей. И это было не самое худшее. Через пару секунд след начал покрывать горячий воск. Красная жидкость обжигала кожу, быстро застывая на ней.

У парня участилось дыхание, но он держался изо всех сил, чтобы не издать хотя бы звука, однако было больно. В двойном смысле. На глазах снова навернулись слёзы, и это было только начало.

После каждого удара хотелось кричать. Этот звук покрывал все стены комнаты, заглушал уши Питеру, который так усердно пытался молчать, но не получалось. С каждым ударом слёз было всё больше, так же, как и всхлипов. Не успевая смириться с ударом, мальчишка снова набирался сил, чувствуя воск на красных следах своей спины.

Эта боль могла сравниться только с моральным состоянием мальчишки. Плётка била уже не по спине, а прямо по хрупкой и измученной душе парня, постепенно разрушая её. Хотелось, чтобы это поскорее закончилось, но, слыша только тяжелое дыхание за собой, юноша думал только о своём личном дьяволе. Он явно получал некий кайф, принося боль Питеру. Этого желала его истинная сущность.

Удары были сильными. Алекс не жалел сил, чтобы оставить яркие отпечатки на бледной коже, а красный воск лишь дополнял эту чудную картину боли. Казалось, что на спине Питера не осталось и чистого пятнышка, потому что она была красной от ударов и воска, а на его лице не было сухого места, потому что оно было всё в солёных слезах.

Всё тело дрожало. Хотелось хоть что-то сказать, но Купер не останавливался. Мужчина прекрасно знал, каково парню, но его это, кажется, не волновало. С каждым ударом вдребезги разбивались хорошие моменты, улыбки, поцелуи, слова, взгляды. Всё это с каждой секундой постепенно теряло смысл.

Сил с каждым ударом становилось всё меньше и меньше. Светлые мысли покидали юношескую голову, отправляя Питера в какое-то другое измерение, но удары резко вырывали его оттуда, и это казалось сущим адом. Внутри всё было сожжено дотла, но слёзы не прекращали литься на постель.

Вдруг мальчишка не выдерживает, издав непонятные звуки от невыносимой боли, и всё вокруг замирает. Становится страшно. Кажется, всё остановилось, но это всего лишь иллюзия, которая разбивается, словно волны об скалы. Следом за звуками следует череда сильных ударов, от чего воск на красной коже начинает трескаться и опадать на ковёр. Пропуская через себя такое количество боли, парень не выдерживает и начинает вскрикивать после каждого больного удара, не имея сил терпеть всё это. Руки, словно оторванные ветки деревьев, свисли с кровати, показывая всю слабость юношеского тела.

Ещё бы чуть-чуть, и Питер сломался на мелкие кусочки, но всё останавливается. Из сильных мужских рук кожаная плеть падает на ковёр, свечу задувают, а её растопленный воск снова оказывается на измученной спине парня, но тот никак не реагирует, пытаясь успокоиться. Убедившись, что свечу можно просто где-нибудь оставить, Алекс кидает её на кровать прямо перед заплаканным лицом мальчишки. Подойдя к нему поближе, он заметил, как хрустальная слеза медленно покидает участок лица, оказавшись на постели, так же, как и его последние силы. Питер даже не взглянул на него, пытаясь прийти в себя после такого, но всё было тщетно.

Глаза покраснели и опухли от слёз. Он закрыл глаза, чуть приоткрыв рот, тяжело дыша. Отчётливо было видно, как парнишка весь дрожал, пройдя через самый настоящий ад. Край кровати прогнулся, а «мёртвой» ладони коснулась тёплая мужская рука.

- Ты говорил, что не хотел сделать мне больно, - через дрожь прошептал юноша, слегка улыбнувшись. Нервы были на пределе.

- А я говорил, что ты должен уйти, - уверенно ответил мужчина, и мальчишка сразу же убрал руку от его руки, открыв глаза. Две луны в глазах парня сияли, утопая в слезах, будто бы отражаясь ночью в каком-нибудь озере.

- В следующий раз уйду, - Питер положил слабые руки на кровать, пытаясь встать. Он был похож на ходячий труп, еле-еле встав в полный рост. Спина сразу же дала знать о себе, но он сдержал свои недовольства за зубами, обхватив себя руками, понимая, что от них не было бы смысла, - навсегда.

Он в последний раз посмотрел на Алекса опухшими глазами, не пытаясь разглядеть выражения его лица. Юноша не хотел его больше видеть, направившись к выходу из комнаты. Всё доказано – Питер любит, а Алекс не ценит.

Быстро покинув комнату, у парня не хватило сил сделать что-то ещё, кроме как закрыть за собой дверь. Поняв, что его не держат ноги, он облокотился на стену, однако сразу же пожалел об этом и прошипел от боли, но всё-таки сполз на пол, словно вода по картону, дав волю чувствам.

Снова слёзы, снова боль. За пределами той чёртовой комнаты можно дать волю крикам, всхлипам, стонам боли... Сложные коридоры оглушались этими самыми стонами и было совсем нестрашно, что рядом находится дверь в ад, откуда он вернулся пару секунду назад.

Какая картина... По лабиринту-коридору проходят громкие крики души, но до ядра какого-то существа они не доходят, хотя главный проход к этому самому ядру рядом. Были бы силы, и Питер рванул отсюда, лишь бы его никто не услышал и не увидел. И, как назло, раздались где-то рядом шаги, похожие на бег. Мальчишка сразу же закрыл рот двумя руками, но не прекратил всхлипывать. Он знал, что заткнуться и успокоиться за секунды у него не получится, и оставалось надеяться на лучшее. Хотя даже обыкновенные насмешки людей, которые здесь зарабатывают, могли полностью уничтожить парня.

Он смотрит в стенку, совершенно не желая видеть того, кто резко выбежал из-за косяка и быстро направлялся к нему. Если бы он знал, что это Эмили, то сразу же взглянул на неё, но он признал её только тогда, когда она села на корточки рядом с ним, обеспокоенно начав рассматривать юношеское тело. Поняв, что Питеру нельзя здесь находиться, девчушка хотела его приподнять, коснувшись спины, но, увидев его реакцию, сразу же убрала руки. Найдя другой способ поднять парня на ноги, она медленно развернула его к себе спиной и ужаснулась, а затем взглянула на дверь, за которой скрывался Алекс.

После, Седьмая заметила, что Девятый всё ещё держит руки у рта, боясь издать и звука, и аккуратно убрала их от лица, снова развернув лицом к себе. Она с болью на сердце начала разглядывать стеклянные глаза мальчишки.

- Я знаю, что ты просто хотел поговорить, но... - девушка не могла подобрать слов, рассматривая парня. Это подавленное состояние не описать словами, - Какой же ты дурак!

Эмили хотела прижать его к себе, но тут резко распахивается дверь. За порогом оказывается Алекс, рассматривая всю картину. Увидев свои любимые игрушки, его руки потянулись только к одной из них, которая была уже почти сломана, пытаясь снова завлечь в своё логово, но никому не были известны его намерения. Это и пугало. Увидев действия Купера, девушка смело закрыла собой мальчишку, как когда-то это делал сам Питер.

Мужская рука осталась висеть в воздухе, поняв, что на пути преграда. Сначала Алекс слегка растерялся, а потом взял себя в руки.

- Пошла к чёрту, - прошипел дьявол, чувствуя прилив агрессии.

- Не надо, - тихо проговорил юноша, коснувшись нежной девичьей руки, ведь только Седьмая была опорой и надеждой для него в этот момент. Он смело скрестил с ней пальцы, понимая, что больше нет того, с кем можно сделать это.

- Око за око, - уверенно и смело ответила на обе просьбы Эмили, крепко сжав руку Питера. Это прекрасно видел мужчина, понимая, что его шанс уже потерян.