Number 22
Тихо. Тишина имеет огромную власть над комнатой и над теми, кто там находится. Но она ни одна сидит на шикарном троне. Мрак так же занимал величественное место. И он надел корону, сидя не на троне мужчины, а на троне Питера, наводя на него странные ощущения.
Резкий шлепок кожаным ремнём, и его тело напряглось. Мальчишка сжался, крепко сжав губы. Внутренний мир содрогнулся. Руки были скованны наручниками, находясь за спиной. Холодный металл резко впивался в запястья юноши, когда он дёргался после сильных ударов.
Было больно, но Питер терпел, как бы на душе не было паршиво. Ягодицы уже окрасились в яркий цвет, а мальчишка ещё и звука не произнёс, сдерживая себя, иногда поднимая пятки после сильных ударов. Парень понимал, что он выдержит дальнейшие действия, а Эмили могла и на ноги не встать.
Алекс крепко схватился за русые волосы Питера, потянув на себя. Цепочка с номером упала ему на грудь. Парень выгнулся и заскрипел зубами. Ухо опалило горячее дыхание, и мальчишка выдохнул, не избавляясь от напряжения.
- Сегодняшняя картина на первом этаже ничего не дала тебе понять? - тихо проговорил мужчина, накрыв ладонью, которая уже была в перчатке, одну из красных ягодиц. Парнишка дёрнулся, но снова промолчал, зажав губы, - Вы никого не защищаете. Вы подчиняетесь и только подчинение от вас и требуется!
Рявканье будто бы заглушило парнишке уши, и он сморщился. Хотелось бы снова оказаться с этим пьяным человеком в постели и лежать. Питер бы снова восхищался им, но сейчас он его ненавидит. Эта безумно тонкая грань, и юноша скачет, словно заяц, то на одну грань, то на другую.
Шлепок по заднице ладонью, и Алекс сильнее потянул мальчишку на себя, а тот прошипел от боли. Сейчас в его туманной голове ничего нет. Не о чём там думать. Ни одной хорошей мысли, а внутри ужасные чувства, раздирающие изнутри. Самое главное — это получить всё, чего он заслуживает и уйти. Не видеть этого монстра, закрыться в комнате. Большего и не надо.
Алекс тяжело дышит над ухом Питера. Его рука медленно соскользнула с ягодицы на бедро, а затем резко оказалась в тёплом месте - между ног. Мальчишка ахнул и по телу прошлась дрожь. Но мужчина там не задержался. Указательным пальцем провёл между ягодицами.
Но в планах Алекса не было пункта "Доставить мистеру Морризу удовольствие". Полностью закрыв дверь, под названием наслаждение, мужчина крепко ухватился за плечо юноши и перевернул его на спину, нависнув над ним. Питер тяжело задышал от таких резких действий, совсем не подозревая, что в пару миллиметрах от его лица находится Алекс.
- А, если говорить прямо, то ты одна из лучших шлюх, которая устраивает меня в постели, вот только ой какая непослушная, - он провёл тыльной стороной ладони по щеке парня, заставив его выдохнуть, - будем перевоспитывать.
Алекс дерзко улыбнулся, проведя языком по щеке юноши, чувствуя его дрожь. Накрыв юношескую грудь ладонями, он остановился, коснувшись кончиком носа до носа парнишки.
Питер не видел необходимости отвечать или же сопротивляться. Что будет, то будет и надо терпеть, как бы страшно и больно не было.
Мужчина заставил его приподняться, и мальчишка нервно сглотнул, затаив дыхание. Сидеть на больной заднице не особо приятно, но парень даже не успел пропитаться этим чувством, потому что Алекс поставил его на ноги. Голые ступни коснулись мягкого ковра. Его одежда валялась где-то рядом, но это было не так важно. Развернув Питера лицом к кровати, Алекс посадил его на колени, а сам сел на край перед ним, аккуратно поправляя волосы мальчишки.
Раздался звук расстёгивающейся ширинки, и юноша заёрзал, несмотря на боль. Мужчина, закончив с этим, ухватился за щёки Питера и начал давить на них, открывая его рот.
- Ближе, - холодно проговорил мужчина, всё ещё держа мальчишку за щёки. Он послушался собственного демона, и через пару секунд его губ коснулось то, чем Алекс лишил его девственности.
Мужчина накрыл затылок Питера ладонью, резко заставляя мальчишку взять полностью в рот его член. Юноша начал сопротивляться, пытаясь запрокинуть голову, но у него лишь получилось избавиться от органа в своём рту, чувствуя его кончик на своих губах. Он начал кашлять.
- Я не буду этого делать! - вскрикнул Питер, всё ещё сопротивляясь. К горлу поступил ком. Было безумно противно. Кажется, внутри нарастала тошнота.
- Что такое, малыш? - Алекс наклонил голову вбок, дерзко улыбнувшись, - если уж взялся отстаивать честь юной леди, то давай до конца. И вообще, ты ей сказал своё настоящее имя. Ты обещал мне быть хорошим мальчиком. Не умеешь держать свои слова.
- А тебе лишь бы унизить, - мальчишка нервно улыбнулся, хотя это было сложно сделать, потому что мужчина надавливал на его щёки, - в этом ты мастер.
- Приятно осознавать, что ты уже хоть что-то знаешь обо мне.
- Хотелось бы получше, - прошептал Питер, и улыбка с его лица пропала.
- С удовольствием.
После этих слов мужчина повторил свои действия. Длинный и упругий член снова оказался во рту парня. Он начал дышать через нос, чтобы содержимое его желудка не вылилось. Ведь делать было нечего.
"Терпи, тряпка" - мысленно проговорил парень самому себе, начав медленно двигать языком. Было понятно сразу, что сегодня он доставляет удовольствие. Послышался вздох, и Алекс сжал волосы Питера на затылке, прикрыв глаза.
- Будешь действовать зубами - кастрирую, словно псину, - прошипел сквозь зубы дьявол.
Тяжело вздохнув полной грудью, мальчишка приступил. Чем раньше начнёт, тем быстрее всё кончится. Он боялся, что сделает что-то не так и ему влетит, поэтому действовал аккуратно, как бы противно ему не было. Его язык бережно лизал головку, заставляя Алекса сжать губы и прикрыть глаза. Если бы Питер видел его реакцию, то, возможно, захотел сделать ещё приятнее своему партнёру.
С конца мальчишка переключился на другую часть органа, начав бережно посасывать. Алекс томно вздохнул, запрокинув голову. Когда Питер это услышал, то ускорился. Тело мужчины напряглось, и Алекс начал двигаться навстречу влажному рту. Сначала медленно, и это было терпимо. Мальчишка не останавливался, касаясь языком новых мест на члене с помощью движений мужчины. Он явно получал удовольствие, сжимая до боли русые волосы, всё чаще и чаще вздыхая. Внутри крепкого тела всё стало через чур чувствительным. Сдерживаться с каждой секундой было труднее и труднее.
- Ты не представляешь, как мне хочется вытрахать из тебя всю дурь, - выдохнул Алекс, на мгновенье остановившись, - прямо сейчас.
Питер даже не успел перевести дух, как мужчина резко ввёл в его глотку всего себя, дерзко улыбнувшись, всё так же тяжело дыша. Кажется, мужчина будто бы коснулся того самого кома, его оболочка вот-вот лопнет и организм мальчишки не выдержит. Юное тело напряглось, и он закашлял, пытаясь выплюнуть из своего рта член, но всё было безуспешно. После, парень начал сопротивляться силе Алекса, что держит юношу около мужского тела, но снова тщетно.
Внутри будто бы образовался стержень. Длинный и большой, который вот-вот выйдет наружу. Питер начала глубоко дышать через нос, но всё оказалось полностью бесполезным, когда стенки глотки обволокла горькая жидкость, из-за которой стало тяжело дышать.
Алекс, дерзко улыбнувшись, освободил рот Питера и толкнул его в плечо. Мальчишка не удержался и пал на пол, начав кашлять. Глотать ему было трудно и страшно, и он просто пускал горькие от спермы курильщика слюни, хотя какая-то часть спермы уже была проглочена. Слюни медленно тянулись к ковру, свисая с тонких губ. Мальчишка дышал через нос, но это не помогало прийти в себя и подавить тошноту.
- Для первого раза у тебя всё неплохо получается, - Алекс хоть и видел реакцию Питера на всё это, но не сделал ничего. Он встал с кровати и полностью снял с себя боксёры, походкой хищника подходя к своей жертве и переводя дыхание после волны очередного удовольствия, - но это не повод портить мой ковёр своими слюнями.
Подойдя к юноше, он резко схватился за цепочку, которая связывала между собой наручники, и потянул на себя, тем самым заставляя Питера встать. Холодный металл резко вцепился в мягкую кожу, будто бы раздирая её. Он еле-еле стоял на ногах, но ему это и не потребовалось. Мужчина резко толкнул его к кровати. Юноша упал животом вниз, вялые ноги свисали с кровати, а сам он ещё кашлял. Он старался не утыкаться в одеяло, чтобы глотать рывками воздух, пуская слюни и всё ещё не глотая. Сперма будто бы прожигала глотку насквозь, но он ничего не мог с этим поделать.
Обо всём на миг дала позабыть боль ниже пояса. Алекс резко вошёл в мальчишку без подготовки, но хотя бы с презервативом, и тот вскрикнул. Его губы соединяли тонкие слюни. Мужчина опёрся на руки, нависая над мальчишкой, начав резко двигаться. Кажется, хуже ничего не должно произойти.
- Глотай, - прошептал Алекс над ухом Питера, просовывая в рот свой указательный палец, делая только хуже парню, - я же знаю, что ты не сглотнул. Валяй, пока я не вытрахал твою детскую душонку полностью.
Мальчишка не промолвил ни слова, начав стонать, дополняя особый звук при столкновении бёдер. Несмотря на палец во рту, Питер сдерживался и ничего не собирался делать с этим пальцем. Нужно было успокоить свой организм, но сплошная тряская от толчков не позволяла этого сделать.
- Глотай, сволочь! - рявкнул мужчина и убрал палец изо рта мальчишки, шлёпнув его по алой заднице, которая и так пострадала из-за ремня. После этого Питер заскулил, а Алекс из-за злости ускорил темп, разрывая его изнутри, снова ударив по заднице.
Юноша не выдержал и громко сглотнул, сморщив лицо от неприятных ощущений. Несколько финальных штрихов в виде быстрых и сильных толчков, и Алекс освобождает от себя парнишку. Тот быстро переводит дыхание и утыкается лицом в одеяло.
Всё это время стержень внутри него набухал, и парень почувствовал, что он вот-вот выйдет наружу. Несмотря на то, что из него выбили все силы, он встал с кровати и побежал в сторону ванны с повязкой на глазах и со скованными руками, крепко сжав губы. Резко врезавшись в дверной косяк, юноша не обратил внимания на боль, а выяснил, что он почти у цели, и чуть отошёл вправо, вбегая, слава Богу, в открытую дверь. Бежит прямо, вспоминая местонахождение ванны. Садится на колени, мельком нащупывает края ванны подбородком, слегка привстаёт и из него льётся всё наружу.
Питер ничего сегодня не ел. Блевать одной водой и спермой было больно. Тошнота будто бы скручивала его наизнанку. Он уже начал молиться, чтобы это всё прекратилось, но из его рта всё ещё что-то выходило.
Колющая боль убивала всё внутри юношеского тела. Кажется, он сейчас отключится, но Питер продолжает терпеть.
Когда всё это закончилось, юноша положил голову на края холодной ванны, переводя дыхание. С его губ начала тянуться слюна. Он будто бы потерялся во времени. Всё, что было несколько минут назад, потеряло значение. Питер словно не знал, где он сейчас находится, сколько сейчас времени. Главной целью было снять с себя повязку и увидеть весь внешний мир, но холодные наручники всё ещё сковывали его.
Рядом раздались шаги, но парнишка их не слышал. До сих пор во рту этот отвратительный привкус, от чего хочется пойти на второй заход, но он держится. Мужские руки бережно касаются тонких и красных от наручников запястий, освобождая их от оков. Руки сразу же скользят по вымотанному телу, слабо хватаясь за края ванны. После, с Питера снимают повязку, и он полузакрытыми глазами смотрит в стену, около которой стоит ванна.
Мальчишка медленно переводит взгляд на этого дьявола. Алекс сел на край ванны, рассматривая его сверху. В этом и скрывается весь смысл их отношений. Питер всегда будет в самом низу для этого человека, потому что мужчина не захочет, чтобы юноша был рядом с ним, и не подаст руку, чтобы освободить его от оков унижения.
Всё очень просто.
Алекс хотел потрепать его по голове, но парень ударил его, крепко сжав губы. Ему было достаточно того, что он с ним сегодня сделал.
- Пошёл нахер, - хриплым голосом проговорил Питер, опираясь на края ванны и пытаясь встать.
Мужчину это не остановило. Он крепко схватился за руку мальчишки, но тот сразу же выбрался из хватки, встав в полный рост.
- Не трогай меня! - крикнул он на Алекса и быстро побежал в комнату, хотя ноги еле-еле держали.
Оказавшись в комнате, он начал искать свою одежду. Джинсы, трусы и обувь валялись с другой стороны кровати. Юноша уселся на край кровати, подбирая одежду, и начал одеваться, лишь бы быстрее покинуть это место.
Алекс вышел из ванны, облокотившись на дверной косяк. Он снова цел, уже в трусах. Но мальчишке не до него.
- Не надо мне здесь показывать свой характер. Ты сам во всём виноват, - холодно проговорил мужчина, медленно подходя к кровати.
- Ох, нет, - мальчишка нервно улыбнулся, уже надевая джинсы, - я защищал честь твоей куколки. На моём месте любой нормальный парень или мужчина поступил бы так же, - он встал в полный рост и развернулся к Алексу лицом, потому что тот был рядом, застёгивая джинсы, - это ты у нас здесь ненормальный.
Мужчина лишь выгнул бровь, дерзко улыбнувшись. Он облокотился на один из столбцов кровати, смотря на вымотанного Питера и дожидаясь его слов.
- Знаешь, позор здесь ни я и даже не те девушки, - мальчишка начал обуваться стоя, вглядываясь в холодные голубые глаза, - позор здесь ты. И только ты. Ты здесь трахаешь всех поголовно, и при этом у тебя ни одно чувство не проснётся. Тебе даже не важно, кто это: парень или девушка, человек или животное. Нас десять, и все мы хотим просто выжить здесь, а чего хочешь ты? Сначала разберись в себе, а потом уже давай поводы остальным для того, чтобы они бегали за тобою.
Он уверенно проговаривал каждое слово, несмотря на то, что мог снова получить по шее, а точнее, по заднице. По взгляду Алексу было понятно, что мальчишка его тронул. Мужчина слегка поменялся в лице, но Питеру уже было плевать. Закончив с обувью, он быстро прошёл мимо Алекса, покинув комнату. Когда дверь позади него захлопнулась, парень прикрыл глаза и с дрожью выдохнул, облокачиваясь на величественную дверь.
Хотелось прям здесь лечь и заснуть, ибо ноги не готовы идти куда-то. Он устал. Устал от всего. Какой смысл восхищаться человеком, если он с тобой играет? Если кроме похоти и страсти ему ничего не надо? Зачем тогда всё это? Зачем?..
Питер прикрыл лицо руками, решаясь оставить Алекса Купера где-то позади. Не стоит делать чего-то большего. Главное - выжить. Это превыше всего всяких Куперов. Юношеская жизнь превыше похоти.
- Питер? - раздался рядом нежный девичий голос, и мальчишка убрал руки от потного лица, повернув голову в сторону.
Рядом с ним стояла Эмили, которая с надеждой на него смотрела. На ней была та самая рубашка, пуговицы которой она успела застегнуть. Рубашка была великовата, но девушка мило в ней смотрелась.
Парень удивился. Эмили должна была уже давно уйти, но она ещё здесь.
- Почему ты здесь?
- Я ждала тебя, - девушка опустила голову, чувствуя вину. Она так же, как и Питер, начала мять руки, когда тот волновался, - мне жаль, что так произошло. Ты не должен был заступаться за меня.
Парень легко улыбнулся и обнял девушку. Её состояние было сейчас важнее, чем его.
- Я не хотела, чтобы Хозяин делал тебе больно. Он был зол сегодня, - уже через дрожь проговорила Седьмая, обнимая в ответ Питера.
- Я знаю, - мальчишка посмотрел на дверь в комнату Алекса, - главное, что ты в порядке.
- Но ты - нет, - она подняла голову, чтобы всмотреться в измученные полуоткрытые серые глаза.
- Это не так важно, - парень снова улыбнулся, хотя его сегодня не хило пошатнуло, - пошли в комнату. Не думаю, что тебе нужно попадаться ему сейчас на глаза.
Девушка быстро согласилась. Она бережно взяла юношу за руку, будто бы он был ей отцом или братом, потому что боялась. Боялась каждого, кто встретится им по пути до комнат. Питер на это нормально среагировал, вот только ему в таких случаях брать за руку некого.
В коридорах было тихо. Эмили крепко держала дрожащую от усталости руку Питера, который в целости и сохранности довёл свою надёжную подружку до её комнаты. Девушка встала спиной к двери, чтобы увидеть измученного мальчишку.
- Спасибо, - тихо проговорила она, начав расстёгивать пуговицы помятой рубашки.
- Нет-нет, - затараторил парень, накрыв ладонью руки Седьмой, которые уже расстегнули первую пуговицу. Ведь она гола, - оставь себе. У меня таких полно.
Эмили улыбнулась, прислонив рукава рубашки к лицу. Она пахла Питером, а сама девушка стала частью такого маленького юношеского мира, но занимала там почётное место.
- Хорошего дня, - парнишка потрепал её по голове, возвращаясь к мимо пройденной комнате. Седьмая проводила его взглядом.
Но Питер даже не посмотрел на неё, открывая дверь, ибо не было сил. Оказавшись в комнате, он снова облокотился на дверь и скатился по ней на пол, прижимая ноги к груди и смотря в окно.
Низко пролетели стрижи. В их власти целое небо, но сегодня дождь и тучи. У Питера даже земли нет под ногами, а про небо и говорить нечего. И, если бы оно было, то на нём всегда властвовали тучи, как сейчас, когда стрижи так низко летают.