Number 16
У парня затряслись ноги от таких резких действий Первой, но он уверенно глядел на её довольное лицо. Девушка взяла в руку золотую вилку и начала её разглядывать, переключая взгляд на Питера.
- Если уж начала играть стерву, то нужно доигрывать до конца, - произнесла Ванесса, элегантно положив кухонный прибор обратно.
- Но мы не на сцене, - ответил Питер, уняв дрожь в ногах. Сердце начало успокаиваться, - тебе одной разбитой тарелки было мало, да?
- Я же вижу твои маленькие серые глазки и то, как ты смотришь на Алекса, - в голосе девушки начала нарастать агрессия, когда она сдвинулась с места, - хватит давить на жалость! Это начинает раздражать. Думаешь, он всегда будет лоялен к тебе, когда ты будешь устраивать истерики?
Первый этаж озарил женский повышенный тон. Питер прикрыл глаза, чувствуя напряжение в себе. Значит, она видела их с Алексом в лабиринте сада. Имеет ли её ревность придел?
- Хватит давить на меня, - ответил спокойно парень, держа себя в руках, - обойди стороной камень, если он мешает тебе пройти.
- Хватит умничать, - Первая сжала губы в тонкую линию, подойдя к Питеру вплотную. Её дыхание оставляло отпечаток на лице парня, но он не отводил от неё взгляда, - вчера ты был не таким смелым.
Девушка расплылась в широкой и дерзкой улыбке в одно мгновение, а Питер нахмурил брови, не понимая суть её слов.
- Не надо делать вид, что ты ничего не понимаешь. Кто вчера выбежал из спальни Алекса, пуская слёзы? - Ванесса провела указательным пальцем по щеке, трагично изображая слезу, - Было больно?
Девушка получала удовольствие, вводя Питера в ступор. Сам он не понимал, откуда она могла знать такие подробности и все обвинения пали на Алекса. Но зачем ему рассказывать это Ванессе?
Вместо того, чтобы продолжать стоять на месте и ничего не делать, Питер схватился за кожаный розовый ошейник с металлическим сердцем на шее Ванессы и силой повалил её на стол, нависая сверху. Ошейник можно было заметить из-за распахнутого ворота рубашки, а поверх него цепочку с номером. Мальчишка уже давно понял, что его легко вывести из себя, и сейчас подобного от Первой он терпеть не мог.
- Завали свой поганый рот! - крикнул парень, всё ещё держа Ванессу за ошейник, - Может, тебе и в кайф трахаться с каждым мужиком в этом особняке, но мне это не по душе. Это нормальная реакция нормального человека на ненормальное.
- А что ты предлагаешь мне делать? - девушка нахмурила брови, но не скрывала улыбки. Она не сопротивлялась, продолжая лежать на столе, - Плакать в уголочке и ждать, пока меня спасёт принц на белом коне, как это делаешь ты?
- Продолжай играть стерву, но вот только картон, на котором ты стоишь, однажды тебя не выдержит, и ты провалишься с треском, как и вся твоя игра "Аля я тут любимица".
Питер ещё никогда не применял подобных действий, но Ванесса его снова вывела из себя. Вспомнив слова Алекса, он понял, что снова ведётся на её провокацию, но хотелось раз и навсегда показать этой девушке, чтобы она прекратила так делать, вот только как?
Обстановка накалялась до безумия. Питер прожигал насквозь Ванессу своим ненавистным взглядом, а она продолжала широко улыбаться, накрывая руку мальчишки своей. Этот аксессуар на её шее был подтверждением того, что девушка неплохо вчера развлеклась с компанией мужчин, или же это они развлеклись с ней.
Раз эта сучка показывает себя со всех сторон, то почему бы и Питеру так не поступить? Он не ванильный мальчик, хоть и всю жизнь был тихоней. Да, первое впечатление не показывает всего парня, но на то оно и первое впечатление. Пусть теперь многие знают, что Питер совсем не паинька.
- Браво!
Раздались хлопки в ладоши, озаряющее весь тихий этаж. Парнишка оторвал свой взгляд от Первой, а затем обернулся. По лестнице вальяжно спускался Люцифер, хлопая в ладоши. На его лице росла дерзкая улыбка, а на левой руке поблёскивали золотые часы. Карие, почти чёрные глаза отображали какую-то радость, видя эту сцену.
Питер медленно отпустил Ванессу, встав рядом с ней. Люцифер тоже не самый лучший вариант для подобных разборок. Мужчина быстро спустился по лестнице, смотря на обоих ненавистников. Его тело было скрыто под чёрной рубашкой с коротким рукавом, чей цвет ассоциируется именно с Люцифером. Это пугало.
- Сильные слова, - он подошёл к Питеру вплотную и сжал его мокрое от дождя плечо, словно по-дружески, - прямо в цель, да, Первая?
Не отцепляясь от плеча Питера, Люцифер взглянул уже на вставшую в полный рост Ванессу. Руки мужчины потянулись к шее девушки, касаясь её красивого ошейника. Он сразу же вспомнил прошлую ночь со своей игрушкой, улыбаясь.
- Вот так до сих пор и играем в шлюшки-плюшки. Мы отлично строим из себя Снежную королеву, и когда занавес закрывается, взмахиваем рукой, задевая волосы, и уходим в тень, дожидаясь новых сцен, - Люцифер слегка постучал по металлическому сердцу на ошейнике Ванессы. Девушка лишь прожигала его своим ненавистным взглядом, ведь это не тот мужчина, который ей нужен.
Первая и Девятый просто молчали. Люцифер был довольно странным с самого начала. Его действия непредсказуемы, а слова как-то путали и туманили голову. Почти, как Алекс...
- Отпустишь моё плечо? - уверенно проговорил парень, переключив взгляд на своё плечо.
- Как скажешь, - Люцифер отпустил Питера, подняв руки, но не отводил взгляда от Первой, - ведь вы оба получили вчера то, чего действительно заслуживаете. Не хочу больше марать свои руки.
Мужчина отошёл от Питера и Ванессы, чтобы они полностью его видели. После, он достал из кармана уже знакомый Питеру пульт. Он распахнул от страха глаза, совершенно не замечая, что Первая рядом с ним тоже напряглась.
- Я прекрасно знаю, что у вас сейчас в задницах, но интерес даже не в этом, - Люцифер взглянул на чёрный пульт, озарив пассий своим играющим взглядом, - интерес в том, от кого этот пульт. Кто прямо сейчас падёт на колени, утопая в наслаждении с головой? Кто сейчас будет молить о том, чтобы это всё остановилось? Может быть, Питер? - он указал на мальчишку, а тот вздрогнул.
Нет, Алекс не мог так поступить. Он не мог рассказать Ванессе о его слезах, не мог отдать пульт от вибратора Люциферу. Или же он опять издевается над ним? Ведь этот мужчина непредсказуем. Никто, кроме него не знал, что у Питера находится... там.
- Вы оба уже начинаете бесить своей враждой. Я понимаю, что одной надо выебнуться и показать внутреннюю суку, а другой пытается, как может, избавиться от конфликта, но она лишь затягивает тебя с собой, как чёрная дыра, однако ты снова и снова не понимаешь этого и начинаешь бесить ещё больше.
Интонация голоса Люцифера начинала пугать. Он уверенно держал в руках пульт, уже нацелив большой палец на одну из кнопок. И когда он произнёс последнее слово, то было понятно, что сейчас у кого-то внутри завибрирует. Питер понял, что этому мужчине он не особо нравится, и сразу сжал ноги, внимательно следя за движением рук Люцифера. У Первой здесь своя репутация, и вряд ли она попадёт под удар.
Вот. Он уже нажал на кнопку. Парень закрыл глаза, но, простояв в таком положении пару секунд, понял, что ему повезло. Открыл глаза и увидел рядом с собой согнувшуюся пополам Ванессу. Она закрыла рот рукой, но это не помогало, потому что он слышал протяжные стоны. Девушка не могла никуда глядеть, кроме как на пол.
- Но она бесит больше, - мужчина выдохнул, бросив пульт под ноги мальчишке, - решай, как поступить с ней дальше.
Парень опустил взгляд на пульт под ногами, замечая краем глаза, как первая облокотилась на стол. Питер прочувствовал всё вчера именно из-за неё. Он мог оставить её посередине первого этажа в таком состоянии, ещё усилив мощность вибратора, а мог и оставить в покое.
Юноша медленно опустился и взял в руки пульт, с удивлением и бешеным стуком собственного сердца рассматривая его. Первая так же, как и он вчера, испытывает странные чувства, которые накрывают её с головой, хотя ей, наверное, не впервой.
- Что за цирк вы тут опять устроили?
Снова первый этаж озарил мужской голос. Все, кроме Ванессы, подняли взгляд на лестницу. По ней спускался Алекс. Он успел переодеться, но его волосы до сих пор были влажными от дождя, под который они попали, а по выражению лица можно было понять, что он недоволен нынешней картиной.
Питер понял, если Купер сейчас поймёт всю ситуации, то влетит всем, скорее всего и Люциферу, и поэтому нажал на выключатель, заставляя прийти Первую в себя. После, он положил пульт на стол позади себя, принимая спокойный вид, хотя, вспоминая все прожитые моменты пару минут назад, внутри него нарастала обида на Алекса и уходил страх, но сейчас не об этом.
Девушка не сразу поняла, что случилось, всё ещё стоя согнувшись. Когда Алекс начал подходить ближе, она всё же медленно встала в полный рост, обхватив себя руками. Люцифер был смел, как никогда, а Питер ждал момента, чтобы просто пойти в свою комнату и принять душ, ибо он весь промок насквозь и до сих пор здесь стоит.
Алекс, подойдя ближе ко всей этой компании, начал разглядывать каждого. Особое внимание он заострил на Питере, осматривая его с ног до головы.
- Я же сказал, чтобы ты принял душ и спустился поел, а ты до сих пор стоишь здесь, - мужчина изогнул бровь, подойдя к Питеру вплотную.
Мальчишка не отводил от него взгляда, но уже понимал, как ненавидит его в этот момент Первая. Он снова сжал губы, обратив внимание на мокрые волосы Алекса. Хотелось коснуться их рукой, уже позабыв об концерте, который здесь был пару минут назад.
- Извини, - прошептал мальчишка и прошёл мимо мужчины, идя к лестнице.
Всё так странно. Некоторое время назад он снова выяснял отношения с Первой, а сейчас этого будто и не было. Это влияние только одного человека. Или же Питер просто рад, что нашёлся шанс избежать дальнейших разборок и всего прочего.
Мужчина проводил юношу взглядом, пока он не зашёл в своё крыло. Питер же быстро направился в свою комнату. Полностью осмотрев её после того, как он зашёл, мальчишка заметил, что нигде не осталось грязных вещей и нижнего белья. В шкафу была только чистая одежда. Похоже, здесь есть те, кто обязан стирать и убирать. Чудненько.
Сняв с себя мокрую одежду, Питер выжал из неё воду, а затем повесил на стул. Как-то это должно было высохнуть. После, он залез в душевую кабину, закрыл дверцы, а затем его тело окатили тёплые струйки воды, заставляя его погрузиться в воспоминания.
Неизвестно, сколько будут продолжаться подобные концерты. Люцифер тоже не против навести шумиху, и вместе с Ванессой они неплохо сходятся. Оба с таким же противным характером и самолюбием. Первая от него не отстанет, если после очередного удара по голове начинает кидаться тарелками в Питера, а Люцифер просто будет искать момент, чтобы поставить мальчишку в неловкое положение.
Единственное, что было сегодня поистине прекрасным, так это объятия Алекса. Даже стоя под дождём, Питер чувствовал себя в тепле и уюте. Редко можно вывести этого мужчину на такие поступки, а если уж и получается, то Питер это ценит. Без остатка. Каждую секунду.
От этих мыслей парень улыбнулся, поджав ноги к груди, сидя на полу кабинки. Хотя есть поводы и скрыть улыбку. Догадки Питера могут быть не правдивы, но других догадок у него нет. И всё этот вибратор, доводящий до слёз... Мальчишке было разрешено его вытащить, и он набирается смелости, чтобы прямо сейчас сделать это.
Питер медленно потянулся рукой к пятой точке. Засунув палец в себя, он сразу же ахнул и положил голову на колени, продолжая. Засунув пальцы глубже, издав писк, он коснулся предмета овальной формы, но, чтобы его достать, просунуть пальцы нужно было дальше, и совсем ни один.
Юноша никогда подобного не делал, чтобы самолично доставить себе удовольствие, но это другая ситуация. Алекс говорил, что Питер до безумия узкий, и, схватившись за вибратор обеими пальцами, а затем и вытащив его, он это понял, пропуская через себя странные чувства удовольствия, хотя подобное он уже делал.
Парень ещё долго сидел на полу кабины, переводя дыхание, а затем собираясь с мыслями и приводя себя в порядок. Спустя некоторое время он был готов выйти из комнаты и дойти до первого этажа, но было страшновато наткнуться на Первую или Люцифера. Конечно, страх страхом, а кушать хочется.
Первый этаж был уже чист: осколки злополучной тарелки были убраны, а стол был накрыт только на одну персону. Для Питера это было слишком элитно, но он всё же уселся на своё место, слыша ворчание живота.
Грех лежал около зажжённого камина. Входная дверь была закрыта. Был слышен гром, окна отбрасывали тень, иногда мелькая, давая понять, что сверкает молния. Капли дождя так и топчились у порога, создавая звук, будто бы пытаясь ворваться в дом, словно непрошенный гость. Всё это создавало прекрасную атмосферу. Питер, сидя за столом, понимал, что в доме куда более лучше, чем на улице. Ему было комфортно. Ни одной души не было. Только он, гнев природы за окном и треск камина.
Стейк средней прожарки на тарелке выглядел аппетитно. Рядом стоял бокал воды и колы, что и любил Питер. Неподалёку стояла тарелка с фруктами, а возле неё небольшая бутылочка любимого напитка юноши, если он захочет ещё. Это было и вправду мило. Возможно, на этом большом столе каждый завтрак, обед и ужин есть что-то от каждой девушки, ведь Питер не особенный, но всё же приятно, когда человек такой, как Алекс, запоминает мелочи.
Положив белоснежное полотенце себе на колени, мальчишка принялся за трапезу. Не проглотив ни ложки нормальной еды за последние дни, Питеру казалось, что эта пища богов, а сам он смертный, которому позволили такое. Было и вправду вкусно. Он сам нормально не умел готовить, поэтому готовил всегда Оскар, а если уж и Питер сам что-нибудь состряпает, то это, скорее всего, полетит в помойку, или мимо неё, зная о неуклюжести этого человека.
Набив желудок, парень не спешил закрыться в комнате. Он сел на ковёр перед камином рядом с доберманом, смотря на завораживающие искры и огонь. Тепло. Как и рядом с Алексом, а его рядом нет, как и камина в своей комнате. Питер понимал, что уже привязался к этому человеку, но что это за привязанность? Нить между ними тонкая, но уже довольно крепкая. Возможно, парень и вправду бы хотел стать его любимцем, чтобы он уделял ему хоть какое-то внимание. Хотелось за ним наблюдать за столом, смотреть, как он осматривает всех, а потом очередь доходит до Питера и их взгляды встречаются, словно в огненном танце. Но это всё мечты. Ведь Алексу ничего не надо, кроме как удовольствия в постели.
Эти мысли задевали до самого сердца. Ведь у этого холодного человека должны быть родственники, и он вряд ли так же холоден с ними. Возможно всё. И этого всего очень много. Особенно много "хочу". Вряд ли холодная глыба льда сама подойдёт к огню и даст ему себя уничтожить, освобождая вторую личность, которая зажалась в уголке сердца.
У Питера не было никаких шансов, и с этими мыслями он смог дойти до комнаты, а там плюхнуться на двуспальную кровать и слушать соприкосновение дождевых капель с окном. Он — это дождь, который пытается пробраться к настоящему Алексу, а окно - оболочка этого мужчины, скрывающая всё. Но вот только через окно можно увидеть интерьер комнаты, а у Алекса ничего не увидишь.
Руки сами потянулись к книжной полке. Попалась книга Уильяма Шекспира с его произведениями, и мальчишка погрузился в мир писателя быстро. Даже очень. Он даже снова позабыл про ужин, не заметил темноту за окном. И только чёрное небо, дожди и ветра. Весь день. Довольно гармонично с Шекспиром.
Делать всё равно было нечего. Парнишка целый день читал, пока его не отвлёк стук в дверь. Юноша быстро встал с кровати, подошёл к двери и открыл её, совершенно выпав из реальности и забыв, где он находится.
За дверью стоял незнакомый мужчина. Он держал у себя в руках тёмно-синюю бархатную коробку небольших размеров, заставляя парня зажать губы. Похожие коробки стояли в шкафу Алекса. В том самом шкафу со всякими игрушками для тела.
- Мистер Купер ждёт вас у себя через пять минут, - мужчина протянул коробку Питеру. Юноша смело взял её в руки, не переставая разглядывать.
Он поблагодарил мужчину и закрыл дверь. Сердце набирало обороты. Аккуратно положив коробку на кровать, Питер открыл её, рассматривая атрибуты.
Там аккуратно лежал ободок с пушистыми кошачьими ушками белого цвета, кожаный ошейник с бубенчиком того же цвета, чулки, напоминающие белые лапки кота, и хвост. Пушистый белый хвост, на конце которого была какая-то непонятная вытянутая хрень. Взяв хвост в руки, Питер начал разглядывать его, а затем изогнул бровь, снова подняв взгляд на коробку.
- Он издевается, да?