Number 12
Питер не сразу понял, что натворил и что будет дальше, взглянув на Алекса. Шестерёнки в голове начали быстро работать, когда опасный зверь сдвинулся с места, медленно ступая по лестнице.
Сердце забилось в бешеном ритме. Мальчишка смотрел ошарашенными глазами то на Ванессу, которая неподвижно лежала на полу, то на приближающего Алекса. Удар был сильный, тут спорить невозможно, но удивляло спокойствие мужчины, и это пугало до чёртиков.
Входная открытая дверь впускала на плитку первого этажа тёплые лучи летнего солнца. На улице слышались какие-то разговоры и болтовня. Даже смех, что вряд ли можно услышать в этом месте. И Питеру как раз было не до смеха. Тонкие губы и руки начали трястись, ноги подкашивались. Парень моментально облокотился на стол, дабы не упасть, и всё это время наблюдал за Алексом.
Он был уже близко. Желваки на его лице начали дёргаться. Алекс был чуть ли не пропитан строгостью. С приближением можно было заметить, что он всё-таки недоволен поведением своей игрушки. В холодных голубых глазах будто образовались льдинки, губы сжались в тонкую линию. Мужчина начал резко хрустеть пальцами, от чего Питер вздрогнул и нервно сглотнул.
Парень ещё не боялся Алекса до такой степени. А ведь было множество ситуаций для этого повода. Сейчас же этот мужчина выглядит устрашающе. Он был готов разорвать свою жертву на куски. Прямо здесь. Сейчас.
Подойдя ближе к Первой, Алекс дотронулся до её руки кончиком своей элитной обуви, убедившись в том, что девушка без сознания. После, он резко поднял холодный взгляд на стоящего рядом юношу. Дрожащему Питеру некуда было бежать.
- Бесячая, знаю, - Алекс вплотную подошёл к Питеру, чувствуя учащённое дыхание на своём лице.
Мужчина легко улыбнулся, наклонив голову вбок. Питер пытался держаться изо всех сил. Ему уже был знаком этот вид. Алекс был похож на какого-то шустрого подростка, который будто выпрашивал у маленьких детей конфеты, чтобы вызвать их слёзы. Вот только этого мужчину устраивали не детские страдания и слёзы. Стоны молодых девушек были для его ушей сладким пением птиц, а слёзы на их лицах и следы на теле - некой картиной из какой-нибудь известной галереи. Он же любит искусство.
- Но кто тебе разрешал бить мой сервиз об женские пустые головы!? - рявкнул Алекс. Питер лишь успел зажмурить глаза перед тем, как крепкие мужские руки вцепились в его шею, начиная сжимать её.
Алекс перестал жалеть мальчишку, начиная его душить. Питер вцепился в его руки, надеясь, что это хоть как-то поможет, но было бесполезно. Мальчишка резким движением руки Алекса оказался на столе, задевая тарелки и прочие вещи. Пару кухонных предметов со звуком упали на пол, привлекая к себе внимание, но на них было плевать. Лежать, задевая края тарелок, которые, слава Богу, не попадали на пол, было некомфортно, но на все эти мелкие проблемы было насрать, потому что Алекс не переставал сжимать шею парнишки.
Лишь одна рука удерживала его на столе. Алекс давил на Питера, не сдвинувшись с места. Он холодно смотрел на свою беспомощную игрушку с высоты своего роста, совершенно не задумываясь о том, что может произойти.
- Я полностью согласен с ней, что ты сплошная заноза в заднице, - прошипел мужчина, не меняя своей позиции.
- А я не собираюсь занимать её место, как она могла подумать, - с трудом проговорил Питер, всё ещё пытаясь убрать руку Алекса от своей шеи.
- Ты вправду такого мнения обо мне? Извращенец? – Алекс вспомнил последние слова Питера.
Мужчина резко соскочил с темы, вспоминая разговор Первой и Питера. На его лице появилась ухмылка. Мальчишка его недооценивает. То, что Алекс успел сделать с ним, ещё малая часть его разврата, а Питер, по всей видимости, так и нарывается узнать весь его внутренний мир.
- Ты же всё слышал. Сам всё слышал! - прохрипел мальчишка, чувствуя, как начинает кружиться голова, - Тот разговор в твоей комнате и то, что она говорила сейчас.
- А ты думаешь, я буду на твоей стороне? - Алекс снова наклонил голову вбок, чуть расслабив хватку. Питер начал глотать рывками воздух, - Зачем ты мне всё это говоришь? Возможно, эти слова будут бесполезны.
- А кому мне это всё говорить!? - резко повысил голос Питер и распахнул глаза.
Алекс замер, разглядывая слезящиеся глаза парня. Внутри него что-то ёкнуло. Ведь Питер был единственным, кто зависел только от него. Мальчишка терпит только его и до ужаса боится только его. И, возможно, он рассчитывает только на него. На безумного зверя, который может порвать обыкновенного мальчишку на две части. Питер рассчитывал только на Алекса, а также на себя. Больше не на кого.
Мужчина отпустил Питера. Мальчишка сразу же закашлял, а Алекс продолжал глядеть на него, собираясь с мыслями. Подобных чувств к своим пассиям он никогда не испытывал. Ему никогда не было их жалко, а тут эти мысли сразу же пробили голову. Питеру остаётся бояться только Алекса и ждать от него последнего слова. Такой зависимости от самого себя, который придумал сам Алекс, он ещё никогда не видел.
Алекса быстро отпустило, и он пришёл в себя. Питер тоже восстановил дыхание, но всё равно было страшно. Очень. Он прекрасно знал, что не останется безнаказанным. Следующие действия Алекса были непредсказуемыми, хотя мальчишка возлагал на него все свои надежды. Страх уйдёт, а вера — это навсегда.
Мужчина снова окинул Питера своим холодным взглядом, а затем схватился за запястье своей руки, которой он чуть ли не придушил парня. Юношеская рука была довольно близка к ладони, когда Питер пытался освободиться, а это было очень откровенное место. После, Алекс наклонился к своей любимице и бесчувственно взял её на руки, слегка подбросив ещё безжизненное тело.
Питер полностью восстановил дыхание, не отводя взгляда от этой картины. Почувствовав какое-то отвращение, мальчишка виновато отвёл взгляд. Он виноват, а Первую сейчас понесут на руках, как будто она ничего и не делала. В этот момент парень и понял, что личные грабли и ловушки везде. Абсолютно.
Но почему тогда не унимается это поганое чувство? Питер, словно ребёнок, который ревнует какого-то близкого ему человека, но не к младшему брату или сестре, а к зрелой девушке.
Чувствуя уходящий страх, Питер начал уговаривать себя, что это не ревность, потому что страшное было впереди. Мальчишка наблюдал за Алексом, который быстро прошёл по лестнице, заходя в коридор с комнатами его пассий. Когда мужчина исчез с его глаз, Питер с дрожью выдохнул, а тело, почувствовав облегчение, начало избавляться от дрожи.
Ноги, словно тоненькие палочки, на которых держался весь Питер, резко подкосились, и юноша был готов оказаться на полу, где пару минут назад находилась Первая. Мальчишка быстро схватился за край стола, немного сдёргивая скатерть. Тарелки и прочие предметы, которые находились на краю, с грохотом попадали на пол. Ложки и вилки остались целыми, а вот сам Питер и белоснежные тарелки - нет.
Разбившиеся тарелки отчётливо описывали состояние мальчишки. Такого никогда не было, и Питер всерьёз задумался о своём здоровье. Он был слаб, как никогда, и это было воздействие только одного человека. Алекс уже давно ушёл, но опять затрясло, будто бы он стоит сзади и дышит в затылок. Питеру ещё предстоит выдержать, если он выдержит, следующие действия мужчины, но, казалось, что он не доживёт до этого момента. Всё разрывало внутри на части.
Учащалось сердцебиение и дыхание, ноги не выдерживали. Питер держался за стол, вкладывая в это действие последние силы. Он начал разглядывать весь первый этаж, в надежде найти хотя бы кого-нибудь, но никого не было. Когда мальчишка опустил голову и закрыл глаза, чтобы набраться сил, он убедил себя в том, что ему никто не поможет и справляться надо самому.
Восстановив дыхание за пару минут, юноша был готов открыть глаза, но по этажу раздались шаги. Быстрые шаги. Питер даже не успел открыть глаза, как его схватили за обе руки и помогли встать в полный рост. Когда мальчишка почувствовал, как его усадили на стул, он открыл глаза и увидел перед собой Седьмую и Валери. Их глаза были распахнуты. Это давало понять Питеру, что они напуганы. Обе девушки держали юношу за руки, будто бы боясь отпустить.
- Ты как? - взволновано проговорила Валери, смело схватившись за лицо Питера.
Парень был никакой. Он быстро переводил взгляд с одной девушки на другую, будто бы не понимал, что происходит, а со лба начал каплями стекать пот. Девушка слегка наклонила голову, чтобы посмотреть на Питера с другого ракурса, и когда поняла, что у него эмоциональный шок, аккуратно стёрла капли пота со лба тыльной стороной ладони, вглядываясь в напуганные серые глаза.
- Питер? - заговорила Седьмая. Её голос был мягок и нежен, но она ни меньше переживала за приятеля, чем Валери, - Что случилось? Мы услышали грохот и решили посмотреть, что происходит, а потом увидели тебя и твоё состояние. У тебя что-то со здоровьем?
Питер глубоко и с дрожью вдохнул, прикрыв глаза. После, всё будто бы встало на свои места. Открыв глаза, мальчишка уже уверенно смотрел на девушек, он чувствовал свои ноги и их силу, но не получилось унять только одно - сердце.
- Пиздец у меня со здоровьем, - прошипел Питер, вырвав руки из хваток девушек. Он закрыл лицо руками, расставляя в своей голове всё по полочкам.
- Поконкретней можно? - Валери изогнула бровь, убедившись, что Питер приходит в себя.
- Ты разговаривал с Первой? Мы слышали её голос.
После этих слов Питер убрал руки от лица и взглянул на Седьмую. Её обеспокоенный и невинный вид заставил мальчишку отвести взгляд в сторону и потереть шею. На эту девушку было страшно накричать, а рассказать произошедшее было трудно, не зная её реакции.
- Она думает, что я займу её место, - проговорил Питер. Только на эти слова хватило сил.
- И? - Валери снова изогнула бровь, смотря на Питера, - Это ведь явно не всё. Узнав тебя и зная Первую, можно предположить, что вы сцепились.
- Это мягко сказано, - тихо ответил парень, ещё больше привлекая интерес девушек, - он выгнал её сегодня утром, потому что пришёл я со своими дурацкими вопросами, а потом... - Питер затих, а потом понял, что вдаваться в подробности не так уж и нужно, - В общем, я разбил тарелку об её голову.
Дальше дара речи не хватило. Питер опустил голову и сжал губы, наблюдая из-под своих ресниц за девушками. Валери смотрела куда-то вдаль, приподняв брови, осознавая всю серьёзность ситуации, а Седьмая слегка запаниковала. Немного отойдя от шока, она начала смотреть на Валери, дожидаясь её реакции, словно она была её старшей сестрой.
- Ну, что я могу сказать, - блондинка надула губы, всё так же смотря вдаль, а затем перевела взгляд на Питера, - ты в жопе.
Мальчишка лишь отвёл взгляд, прекрасно осознавая, что так оно и есть. Деваться было некуда, отказываться бесполезно. Тебя здесь никто не будет спрашивать. И жопа — это только слово. Действия, скрытые под этим существительным, гораздо ужасней.
- Его накажут? - тихо спросила Седьмая у Валери, глядя на неё своими невинными глазками.
После этих слов Питер поднял голову и нервно сглотнул, смотря на девушек. Валери приняла серьёзный вид, прикрыв рот рукой, снова смотря в одну точку.
Не верить этой девушке не было необходимости. Валери сидела довольно близко к Алексу за общим столом, но её рейтинг не даёт ей гарантии того, что с ней не будут обращаться как с собакой. Мальчишка собственными глазами видел, как её хрупкое женское тело подвергалось больным ударам плётки. Он видел её слёзы. Но сейчас Десятая выглядит мужественной и сильной, как никогда. И вывод только один - либо ты принимаешь всё это, либо не принимают тебя.
- Ты не останешься нетронутым, - уверенно проговорила девушка, подняв взгляд на Питера.
- Ну я же говорила тебе, чтобы ты не связывался с этой прошмандовкой, - умоляюще проговорила Седьмая, крепко схватив Питера за руки.
Она выглядела, словно ребёнок. Самый настоящий ребёнок, но даже такой человек, как она, уже привыкла к подобному. Наверное, Седьмая была единственной, кого жалел сам Алекс, не отдавая никому хрупкое тело, а также не трогая её девственность. Но юноша понимал, что такая удача ему не светит. Он ни раз выводил Алекса из себя, он сидит в самой жопе общего стола. Казалось, что Алекс держит парнишку около себя через силу, иногда развлекаясь с юношеским телом.
Его хрен поймёшь. Этот человек был настоящей загадкой не только для Питера, но и для остальных девушек. Всем хотелось рано или поздно познать его, чтобы оказаться ближе, ведь перед такой мужской красотой вряд ли кто-нибудь устоит. А ведь Алекс был и вправду красив... но характер поганый. Холодная глыба. Питеру также было интересно узнать этого человека, но он сам не понимал почему, а ответы на его вопросы стоили немало. Сколько между ними произошло, а Питер только знает о брезгливости Алекса.
Хотя и здесь есть своя тайна.
- Зная эту тварь, думаю, что она составит тебе компанию, - Валери встала в полный рост, облокачиваясь на стол, рассматривая осколки тарелок на полу, - повезло, что тебя, кроме нас, никто не услышал
- Вряд ли. Она же его любимица...
- Питер, он здесь никого не жалеет, - Валери вновь оказалась перед Питером лицом к лицу, а затем взглянула на Седьмую, - не считая тебя, ту тварь он не будет жалеть точно. Она такая же девушка, как и все мы, и на наказание её место не влияет.
- Эта та девушка, которая с самого начала показывает, кем она является, - Седьмая не отцеплялась от Питера, глядя ему в глаза.
- Стерва, - прошипела Валери и, встав в полный рост, скрестила руки на груди. Она была явно недовольна Ванессой.
- Не перебивай, - Седьмая обиженно взглянула на Валери, а затем вновь на Питера, - она сама любит устраивать цирк, привлекая к себе внимание людей. Такие люди ужасны, но Первая до безумия привязана к Хозяину, и всем этим добивается его внимания. Дураку понятно, что она не хочет терять своё место, и все прекрасно видят, как она ревнует его к другим девушкам. Хозяину это надоедает, но он терпит, ведь Первая удовлетворяет его желания в постели.
- Это всё понятно, но главное, что она такая же, как и все мы. Достаётся всем, кого наказывают, и он обязательно поймёт, что она тоже виновата. Он уже прекрасно понимает, что эта стерва замешана в подобных конфликтах.
- Хоть он и лоялен ко мне, но я тоже иногда получаю, - невинная девушка отвела взгляд, потерев шею.
Питер тяжело выдохнул, закусив губу. Ведь Алекс и вправду слышал их разговор. Конечно, от этого легче не становится, но уже ясно, что Первая тоже получит своё наказание.
Хотя, какой от этого толк, если она сама нарывается? Ванесса, возможно, сама этого хочет. Ей не впервой, а вот Питеру...
- Единственные, с кем она нормально общается, так это с близняшками. Первую не особо любят остальные: кто-то завидует, а кто-то ненавидит её за характер. Уже каждая знает, что она просто могла сделать что-то ненормальное и обходят её стороной. Она заденет каждого своего соперника, наплевав на их намерения.
Мальчишка схватился за голову, глядя на Седьмую, которая тоже не отводила от него взгляда.
- Эмили, - тихо произнесла она, хотя сейчас была не та обстановка, и протянула руку Питеру, - мне было страшно говорить своё имя, но я просто хочу, чтобы вы знали.
Она широко улыбнулась, заражая этой улыбкой Питера. Юноша ответил взаимностью, а девушке было и вправду трудно проговорить своё имя. Мальчишка начал ценить этот поступок с самых первых секунд, ведь у всех свои страхи. Эмили его победила, хоть он и был не такой большой, а Питеру ещё предстоит взглянуть своему страху в глаза.
- Вы говорите, что Первая ревнует Алекса к остальным. Она в него влюблена, и, если это так, то как на это реагирует Алекс?
- Она находится здесь дольше остальных. Возможно, Ванесса осталась единственной с прошлой десятки девушек, кого не продали и не обменяли на кого-нибудь. Ещё ни одна девушка не цепляла Алекса до глубины души. С момента появления девушки обязаны ему подчиняться и слушаться, ибо они могли попасть в более ужасные условия. Мы игрушки, подстилки, шлюхи для него и большего ничего нет. Этот человек холоден, как лёд, и только Эмили он жалеет. Она самая юная из всех нас, не считая тебя.
- За непослушание следует наказание, - продолжала Эмили за Валери, - но это даже не главное. Хозяин нас вытащил из более глубокой бездны, а тебя наоборот затаскивает в неё. Нет никакой гарантии, что он тебя отпустит, если его подружка притащит новую девушку.
Питеру ничего не оставалось делать, как принять жестокую правду и ждать своего часа. После этого разговора девушки помогли ему добраться до своей комнаты, и он смог остаться наедине с собой.
Неизвестно, что его ждёт дальше. Мальчишка прекрасно понимал, что это за наказание, и было страшно. Возможно, его будут бить плёткой, от чего мурашки танцуют танго на юношеском теле и волосы встают дыбом, а может и ещё что-то...
Вариантов было много, но больше всего Питер боялся за своё грёбанное здоровье. Простые действия холодного мужчины заставляют его ноги подкашиваться от страха, а следующие действия будут явно непростые. Алексу не нужны тряпки, а Питеру не хотелось меняться с какой-то девушкой своим местом.
Минуты, часы... Питер не отводил взгляда от входной двери целый день, снова не выходя на обед и ужин. А в тихой комнате можно было расслышать только тиканье часов и ворчание живота. Мальчишка всё мял и мял потные ладони, чувствуя страх внутри себя.
Пошёл первый час ночи. Юноша сидел на краю кровати, потому что заснуть не получалось, хотя тянуло. Казалось бы, прошёл целый день и за это время ничего не случилось. Но Питер понимал, что ночь здесь — это время не для сна.
Глаза уже закрывались, и вся сонливость пропала, когда в дверь постучали. Питер аккуратно и медленно встал с кровати, будто бы боясь страшного чудовища за дверью, а затем подошёл к выходу и открыл дверь. Там стоял мужчина в чёрном костюме. В отличии от Люцифера, он выглядел не таким пугающим, но Питера всё же начало бросать в дрожь.
- Мистер Купер ждёт вас, - с лёгкой улыбкой проговорил он, и сердце Питера упало в пятки.