ДЕВЯТЬ
04:11
Я так и не могла уснуть, из-за чего под глазами снова пролегли глубокие тени. Стоя под горячими струями душа Юлиана, я терла себя до красноты собственной мочалкой, которую стащила во время ночной вылазки, заодно прихватив сменную одежду, обувь и косметические средства. Брат в это время спал на моей кровати, завернутый в простыню, и тихо посапывал. Наверное, разбудить его мог лишь взрыв, но рисковать я не стала, тем более, что с похмелья парень раздражался по любому поводу, а я была не намерена попадать под горячую руку. Особенно после того, что произошло.
05:03
Пропуская через легкие прохладный воздух, смешанный с предрассветным туманом, я погрузилась в недра такси и отправилась в «Леди Мармел» - единственное место, где я могла объявиться так рано и не вызвать вопросов, ибо в кондитерской было темно и пусто.
Кабинет Инги, или уже наш общий, заполнил восхитительный запах живительного кофе, который согревал меня, пока палец скользил по гладкой поверхности экрана планшета, просматривая объявления о сдачи квартир.
Черт возьми, неужели я и правда занималась тем, что подыскивала съемное жилье в то время, когда копила на собственное, экономя большую часть дохода? Только вот соблазн поступить именно таким образом был очень велик, и, скорее всего, я бы, не раздумывая, начала звонить по номерам, если бы не одно «но». Мама.
08:21
Я и не заметила, как быстро стрелка подползла к этой цифре, настолько была увлечена мыслями о Юлиане, квартире и маме. Маме, квартире и Юле. Мой персональный Бермудский треугольник.
Я покинула стены кондитерской до того, как прибыла Инга, предварительно вымыв посуду и включив сигнализацию, а так же отправив маме СМС с просьбой не волноваться о том, что меня не оказалось дома в столь ранний час, хоть, по сути, он уже не являлся таковым.
Город вовсю кипел жизнью, когда я брела в сторону набережной, глазами выискивая мини-кофейни, дабы влить в себя очередную порцию кофе. И именно тогда мой смартфон, находящийся в кармане полосатых шорт, достигающих середины бедра, начал свою непрерывную вибрацию, но я не собиралась отвечать на звонок. Слышать его виноватый голос – последнее, что я хотела на тот момент своей жизни. Жизни, которая все больше напоминала отстойный бразильский сериал.
08:49
Разместившись под раскидистой пальмой на лавочке в парке, я надвинула на глаза солнцезащитные очки и начала хлебать эспрессо из бумажного стаканчика, лениво наблюдая за открывающимся пейзажем: пляж и бесконечное море. Первое активно заполнялось отдыхающими. Так же, как и парк. И моя лавочка.
- Привет, - раздалось почти возле уха.
Наткнувшись взглядом на слащавую улыбку, сальные волосы и шорты с гавайскими танцовщицами, я молча встала и побрела дальше под звуки отборной брани.
09:16
Мои планы на сегодняшний день разбились вдребезги, когда сонный голос Нины сообщил, что его обладательница находилась в Питере у родственников. Так что срочно пришлось искать альтернативу для приятного времяпрепровождения вне стен дома и без участия своих родственников. А она была лишь одна и проживала на извивающемся «Хребте». Туда-то я и отправилась, трясясь в общественном транспорте, что в субботу был набит до отказа.
Покинув салон маршрутного такси, душивший запахами пота и духов, я миновала мостик через узкую речушку и зашла на территорию крупной автомастерской.
- Азалия! – удивленно воскликнул Валентин Степанович, отец Виктора, как только я миновала садик с фруктовыми деревьями, что находился вскоре за зданием ремонтной, и вынул изо рта дымящуюся сигарету. – Вот так сюрприз, - по импозантному лицу расплылась слишком знакомая улыбка. – Утро выдалось на славу.
- Приятно слышать, - я взошла по каменной лестнице и остановилась напротив мужчины, с которого Вик скопировал практически все: начиная от внешности заканчивая повадками. – Как ваши дела? Судя по виду, цветете и пахнете.
- Это твоя прерогатива, девочка, - Валентин взъерошил завидную для его возраста шевелюру, которую давным-давно окропила седина. – Кофейку? Или может что посущественнее? Надеюсь, ты сюда не только помахать лапкой заглянула.
- Можно и посущественнее, - в подтверждение словам желудок издал урчание. – Очень соскучилась по вашим тостам.
- М-м-м, - мужчина затушил сигарету в стеклянной пепельнице, что стояла на трехногом столике рядом. – Как же я могу отказать такой обворожительной барышне? - подмигнув мне, Валентин отворил дверь, впуская в жилье, что уже давно не видело женской руки.
Я никогда не расспрашивала Вика о его маме, предполагая, что для него данная тема была болезненной. Знала только, что она бросила сына и мужа, а после пропала. С тех пор Валентин Семенович, видный мужчина с золотыми руками, воспитывал сына самостоятельно. И, должна сказать, результат его стараний был хорош. Порой даже слишком, что заставляло ощущать себя несколько виновато, сидя на кухне в деревенском стиле, пока хозяин дома готовил гавайские тосты, из-за коих в свое время я забавы ради согласилась стать его женой.
- Так значит, Витя со вчерашнего дня в курсе, что ты вернулась, - перевернутые куски хлеба зашипели на раскаленной сковороде. – Как он мог утаить от меня настолько важную информацию? Я оскорблен.
- Смею предположить, что побоялся конкуренции, - я вдохнула восхитительный запах, желудок скрутило от нетерпения.
- Отличное предположение, - один из тостов лег на полупрозрачную серую тарелку и был поставлен передо мной, готовой захлебнуться собственной слюной. – Всегда говорил, что ты далеко пойдешь.
Шутливо закатив глаза, я взялась за столовые приборы, чтобы скорее ощутить вкус калорийного, но такого вкусного яства.
- Боже, - вырвалось против воли, когда был съеден первый кусочек, оставив на языке сладость ананаса. – Вы просто чудо, Валентин Семенович. Буквально воскресили.
- Повтори то же самое, когда вернется Витя, и мы в расчете, - мужчина был явно горд собой.
- Когда вернется? – я бросила взгляд в сторону винтовой лестницы. – Я думала, он все еще спит.
- Не сегодня, - хозяин дома достал из шкафчика над раковиной две белоснежные чашки. – Уехал в магазин. У нас закончились некоторые продукты. Решил докупить, - вскоре после его слов раздался глухой стук. – А вот и Вик.
- Сейчас только одиннадцатый час, - судя по голосу, раздающемуся из прихожей, парень был очень раздражен, - а в «ДуДи» народу столько, что полки пополняться не успевают. Наплыв саранчи! Одна бабка чуть со мной не подралась из-за коробки яиц! Можешь себе, - Виктор запнулся и застыл в дверях с кипой пакетов, как только его голубые глаза наткнулись на мою персону, нарезающую горячий тост, - представить... Азалия?
- Надеюсь, ты не вступил в спор со слабой женщиной из-за каких-то яиц? – поинтересовался Валентин так, будто ничего необычного не происходило. – Я тебя не так воспитывал.
- Разумеется, нет, - ответил его сын и прошествовал к столу, неспешно растягивая губы в беспечной и соблазнительной манере, в которой уже не было ни грамма изумления, лишь кошачье любопытство. – Я отдал их ей и немного подождал, - пакеты разместились на столе. – Здравствуй, моя Азалия. Какой неожиданный и крайне приятный сюрприз, - Виктор опустил глаза в тарелку. – Смотрю, ты времени зря не теряла и раскрутила старика на фирменные тосты.
- Валентин просто чудо, - водрузив локоть на столешницу, я подперла подбородок и заулыбалась, искусно пряча душивший смех. – Буквально спас от голодной смерти.
- Даже так, - брови молодого человека выгнулись, а в глазах заплясали озорные чертики.
- Именно, - важно подтвердил его отец и подвинул ко мне чашечку со свежесваренным кофе. – Старик.
Их взоры скрестились. Я же уже едва сдерживала хохот, так и рвущийся из горла. Особенно, после того, как Витя обнял меня за плечи и чмокнул в щеку, а Валентин Семенович развел руками, признавая свое поражение в ребяческой войне, которую выиграть ему не представлялось возможным.
- Ладно, - произнес мужчина, осушив свою чашку за пару глотков. – Свою миссию я выполнил, так что не буду мешать. Ах, да, - последнее было сказано на пути к выходу, - звонила Ляля Эдуардовна. Она очень ждет тебя, сынок, - лицо Валентина озарила победоносная улыбка, а Витя скривился так, будто только что прожевал целый лимон.
- Господи, что на этот раз?
- Машинка снова не заводится, - изобразил гнусавый голос глава семейства и поспешил удалиться.
- О чем это он? – спросила я и отхлебнула обжигающий напиток бодрости, не в силах понять, как отец Виктора сумел так быстро его выпить.
- Да есть одна дамочка, у которой тачка ломается с завидной частотой, - ответил Вик и провел подушечками пальцев по моей руке, посылая табун мурашек. – Лучше скажи мне, как это ты оказалась в моем доме?
- Решила, что, возможно, ты бы смог составить мне компанию на сегодняшний день. Но если у тебя есть другие планы...
- Никаких других планов, - перебил Вик и поправил бретельку моего черного топа, съехавшую с плеча. – Дай мне полтора часа, и я полностью в твоем распоряжении, моя Азалия. Уж я-то знаю, как тебя развлечь. А теперь кушай и пей свой кофе.
Прикоснувшись губами к золотистой от загара коже, он принялся разбирать пакеты, я же вернулась к подстывшему тосту, который, тем не менее, был все таким же вкусным.
***
Ляля Эдуардовна являлась женщиной пожилой и страдающей полным отсутствием вкуса. Облаченная в леопардовые легинсы, она курила тонкую сигаретку, оставляя на фильтре следы алой помады, и неотрывно наблюдала за Виктором, копающемся в ее убитой тачке. И судя по томному взгляду бесцветных глаз, тот факт, что молодой человек обнажил верхнюю часть туловища, приводил дамочку в особый восторг, который, однако, омрачало мое раздражающее присутствие.
- А это кто, Витенька? – спросила она нарочито громко, кружа вокруг Тодоровского-младшего и призывно виляя бедрами.
- Моя Азалия, - ответил парень скорее по привычке, поскольку был полностью сосредоточен на внутренностях автомобиля.
Подобный ответ явно не устроил Лялю, которая фыркнула и опять стрельнула взглядом в сторону «Форда».
Прошло около получаса прежде, чем Вику удалось избавиться от общества экстравагантной особы, оставившей на его щеке яркий и четкий отпечаток поцелуя, который я позже старательно оттирала влажными салфетками.
Виктору действительно хватило полутора часов, чтобы решить все свои дела, а затем погнать кабриолет в сторону «Копенгагена».
- И зачем мы здесь? – спросила я, миновав стеклянные крутящиеся двери. – Тебе на сегодня не хватило магазинов?
- За купальником, - парень переплел наши пальцы. – Я подумал, что «Бухта» в такой жаркий денек будет прекрасным местом для отдыха. При других обстоятельствах, я бы сразу поехал туда и предложил искупаться в неглиже, но...
- Купальник, - я потянула его в сторону ближайшего магазинчика с подобного рода вещами. – Нам срочно нужен купальник.
На поиски подходящего много времени не ушло. Вик же не утруждал себя в принципе и взял едва ли не первые попавшиеся плавки. Далее наш путь прошел через продуктовый магазинчик и, наконец, завершился «Фордом», чей владелец умудрялся обходить все пробки и довольно быстро вернуться домой, дабы пересесть на белую « Ниву».
«Бухтой» - назывался залив неподалеку от Долграда, в который, обычно, туристы не совались, что делало его отменным местом для отдыха местных, впрочем, место, куда хотел отвезти меня Виктор, находилось дальше в лесу. Именно для этого ему и понадобился внедорожник, чтобы доставить нас к пресной реке, туда, где она прерывалась, образуя невысокий водопад и подобие озерца с прозрачной чистой водой.
Оставив автомобиль в тени, Витя тут же избавился от футболки и, прихватив покрывало, побрел к воде, позволив мне лицезреть его крепкую спину, обтянутую бронзовой кожей.
- Иди ко мне, моя Азалия, - поманил он меня, освободившуюся от шортиков и топа и оставшуюся в раздельном купальнике джеральдин с белыми горизонтальными полосами.
- Я все еще не умею плавать, - напомнила я, ступая в манящую прохладную воду.
- Будто я могу дать тебе утонуть, - перехватив мою руку, Вик вынудил войти в воду резче и прижаться к нему. – Никогда.
«- Юлиан, я боюсь!
- Ты веришь мне?
- Да, но...
- Запомни, Оззи. Я не дам тебе утонуть. Никогда».
- Что-то не так? – спросил Виктор, когда я отодвинулась и провела по лицу мокрой ладонью, избавляясь от внезапно нахлынувших отрывков прошлого.
- Нет, - покачала я головой. – Холодновато пока. Мы сильно нагрелись.
- Так иди сюда, - парень сам подплыл ближе. – Я все еще горячий.
Его рука обвила мою талию и снова прижала к теплому торсу, посылая по телу истому.
- Так лучше? – в мягком баритоне появилась хрипота, которую невозможно было спутать ни с чем, ведь она всегда появлялась в те мгновения, когда парня накрывало волной желания.
Она была в его голосе и тогда, когда он целовал меня на парковке рядом с кинотеатром, жадно впитывая мой запах, блуждая руками по телу, побуждая издавать такие звуки, от которых я сгорала от смущения, что смешивалось с вожделением, образуя взрывоопасную смесь.
- Прости меня, - пробормотала я до того, как осознала это.
- М-м-м? – он непонимающе наклонил голову в сторону. – За что?
- За ту сцену на парковке. Я ведь так и не попросила у тебя прощения.
- Дела давно минувших дней, - хмыкнул Вик и прижался еще теснее, не оставляя между нашими телами ни миллиметра свободного пространства. – Предпочитаю жить настоящим. К тому же, должна извиняться далеко не ты.
- Но ведь все произошло из-за меня. Я...
- Хватит, - проговорил парень настойчиво, светлые глаза опустились на мои губы. – Сейчас я думаю несколько о другом. О том, что происходило до того, как открылась та дверь.
«...- Я хочу тебя, - раздался в голове дрожащий от эмоций шепот. – Мне всегда будет мало тебя, моя Азалия.
Будто в подтверждение слов, он взял мою руку и положил на свой напряженный пах и судорожно вздохнул, а затем покрыл поцелуями мою шею. Я же сжала пальцы, от чего Виктор дернулся и потянулся к подолу моей юбки...».
- Вик, я..., - смущение и волнение заставило кровь прилить к лицу. – Не стоит. Я снова причиню тебе слишком много проблем.
Но он будто не слышал, склоняясь все ниже до тех пор, пока наше дыхание не слилось в одно.