The holiday heart | Отпускное сердце

27.04.25
Костя довёз меня до дома, заставил выпить чаю, а потом я попросила оставить меня одну. Он долго не соглашался, но я сказала, что мне нужно побыть одной. И он уехал.
Я думала, что усну сразу. Но лёжа в темноте, я смотрела в потолок и слушала, как стучит сердце. В голове крутились его слова, его голос, его взгляд, когда он уходил в темноту. Я перебирала всё, что произошло за эту неделю. Сообщения, съёмки, разговор по телефону, вчерашний вечер. Искала, где я сделала что-то не так. Где могла ответить иначе. Но ответа не было.
Уснула я только под утро, когда за окном начало светлеть небо.
Проснулась в обед. Тело было ватным, голова тяжёлой, настроение - никакое. Я лежала, глядя в потолок, и не хотела вставать.
Телефон мигал уведомлениями. Костя волновался и просил ответить. Кая писала, что надеется, я уже лучше себя чувствую. Кира тоже интересовалась, как я, и говорила, что она рядом. Я ответила каждому - коротко, что всё хорошо, что отдыхаю. И от этих ответов, от того, что кто-то ждал моих слов, переживал, спрашивал, стало немного легче. Даже в чужой Москве у меня были близкие люди.
Я позвонила Лике. Она работала, но всё равно ответила. Мы поболтали немного - я рассказала ей только позитивное: про Светлану Яковлевну, про съёмки, про то, что завтра моё первое мероприятие как лица бренда. Лика радовалась, гордилась, говорила, что скучает. Про Влада я не сказала ни слова. Не хотелось портить ей настроение и заставлять переживать. Пусть думает, что у меня всё хорошо.
Я уже собиралась налить себе ещё кофе, когда в дверь позвонили.
Я открыла - на пороге стоял курьер с большим букетом и коробкой клубники. Я приняла их, поблагодарила и пошла на кухню. В цветах нашлась маленькая записка.
На секунду в голове промелькнуло: а вдруг от Влада? Сердце ёкнуло, но я сразу одёрнула себя. Не от него.
Я развернула записку. Почерк Кости. Он писал:
«Софи, не расстраивайся. Завтра потрясающий день - твоё первое рабочее мероприятие. Ты справишься. Я горжусь тобой. Костя».
Я улыбнулась. Костя всегда знал, что нужно сказать. И как поддержать.
Я поставила цветы в вазу, открыла коробку с клубникой - крупной, свежей, красной - и взяла одну ягоду.
Я смотрела на букет и думала о завтрашнем дне. Первое мероприятие. Лицо бренда. Важный шаг. Я должна быть красивой, уверенной, профессиональной. Я должна улыбаться и говорить нужные слова.
Но внутри всё сжималось при мысли, что там будет Влад. Что я снова увижу его. Снова буду рядом. Снова должна буду делать вид, что меня это не задевает.
Я откусила ещё одну клубнику. Сладкую, почти приторную.
Я справлюсь. Я должна.
28.04.25
Понедельник начался с того, что я проснулась за час до будильника.
Солнце только начинало пробиваться сквозь шторы, за окном чирикали птицы, а я лежала и смотрела в потолок, перебирая в голове, что нужно сделать сегодня. Платье висело в шкафу - я выбрала его ещё вчера вечером, долго сомневаясь между двумя вариантами. Остановилась на длинном глубоко-синем платье с открытыми плечами и бантом сбоку. Элегантно, женственно, но без лишней вызывающей откровенности. К нему - туфли-лодочки на среднем каблуке и маленький клатч в тон.
Волосы я решила собрать в элегантный пучок, макияж сделать тёмным - акцент на глазах, смоки айс, губы нейтральные.
Я встала, приняла душ, выпила кофе. Руки слегка дрожали, но я старалась не обращать на это внимания.
В девять пришло сообщение от Алисы: «София, напоминаю, сбор в 15:00. Водитель приедет за вами. Платье привезли?»
Я подтвердила, что всё готово.
Остаток утра я пыталась занять себя чем угодно. Перечитала новости, полистала ленту, даже попробовала позаниматься йогой, но мысли всё равно возвращались к одному. Как я посмотрю на него? Как буду рядом? Смогу ли улыбаться, будто ничего не случилось?
В двенадцать позвонил Костя.
- Ну что, звезда, готова? - спросил он бодро.
- Почти, - ответила я, - Нервничаю.
- Это нормально. Ты справишься. Я в тебя верю. И, Софи...
- Что?
- Ты самая красивая. Не забывай.
Я улыбнулась.
- Спасибо, Кость.
Он хотел ещё что-то сказать, но передумал. Пожелал удачи и отключился.
Ровно в три в домофон позвонили. Я спустилась. У подъезда ждал чёрный автомобиль с затемнёнными стёклами. Тот самый водитель, который встречал меня в аэропорту. Он вышел, открыл дверь и мило улыбнулся.
- Добрый вечер, София. Выглядите потрясающе.
- Здравствуйте! Большое спасибо, - я поблагодарила его и села в машину.
А ехала я не одна.
Влад сидел на заднем сиденье. Он был в строгом костюме, белой рубашке, без галстука. Смотрел в окно, и даже не повернулся, когда я села. Только бросил короткое:
- Пристегнись.
Всю дорогу мы молчали. Я смотрела в окно, он - в своё. В салоне играла тихая музыка, и я считала про себя, чтобы не думать о том, как близко он сидит. Ни одного взгляда, ни одного слова.
Мероприятие проходило в старинном особняке в центре. Нас встретили у входа, проводили в гримёрную. Алиса уже ждала с визажистом и стилистом.
- Софи, вы чудесно выглядите, - сказала она, оглядывая меня, - Но давайте немного освежим макияж.
Я села в кресло и закрыла глаза, пока визажист колдовала надо мной. Влад был в соседней комнате - я слышала его голос, сухой и отрывистый. Он явно был не в духе. Иногда доносились обрывки фраз: «не то», «давайте быстрее», «мне всё равно». Я сидела и пыталась унять сердцебиение.
Когда всё было готово, Алиса провела нас в главный зал.
Зал был красивым - высокие потолки, лепнина, хрустальные люстры. Играла живая музыка - струнный квартет. Гости уже собрались - элегантные дамы в вечерних платьях, мужчины в костюмах. Некоторые смотрели в нашу сторону, перешёптывались.
Я сделала глубокий вдох. Руки дрожали. Всё внутри сжималось от напряжения. Слишком много людей, слишком много взглядов, слишком много ответственности. И он рядом - холодный, обиженный, чужой...
Мне стало не по себе. Я тихо сказала Алисе, что сейчас вернусь, и вышла из зала.
Небольшой балкон нашёлся в конце коридора. Я толкнула дверь и вышла на прохладный воздух.
Влад уже стоял там. Он курил, прислонившись к перилам, и смотрел в ночное небо. Услышав шаги, повернул голову, но ничего не сказал. Просто выпустил дым в темноту.
- Я не помешаю? - тихо спросила я.
- Уже всё равно, - ответил он сухо.
Я подошла к перилам, встала рядом, но на расстоянии. Глядела на огни города, пытаясь унять дрожь.
- У тебя всё получается, - вдруг сказал он. Голос был ровным, почти без эмоций, но в нём не было привычной колкости. Я молчала.
- Ты профессионал, София, - продолжил он, не глядя на меня, - Ты справишься. Просто делай то, что умеешь. Улыбайся, говори, будь красивой. Остальное неважно.
Он докурил, затушил сигарету и развернулся ко мне. В его глазах не было тепла, но не было и злости. Только усталость и что-то, похожее на честность.
- Ты не одна здесь, - сказал он тихо, - Я тоже на сцене. И я не дам тебе упасть. Даже если между нами всё кончено.
Он развернулся и ушёл в зал, оставив меня на балконе.
Я постояла ещё немного, глядя на огни. Его слова прозвучали сухо, почти резко. Но они помогли. Я сделала несколько глубоких вдохов, поправила платье и вернулась.
Влад уже стоял у микрофона, листая какие-то бумаги. Он поднял голову, когда я подошла, и коротко кивнул. Ни улыбки, ни тепла. Но в его взгляде я прочитала что-то вроде «молодец, что вернулась».
Мы выступили. Говорили о бренде, о планах, о сотрудничестве. Я почти не смотрела на Влада - только когда нужно было передать ему слово. Он был собран и профессионален. И это помогало держаться и мне.
После выступления начался ужин. Гости рассаживались за столиками, официанты разносили закуски, звучала приглушённая музыка. Я сидела за главным столом рядом с организаторами и партнёрами бренда. Влад был напротив.
Я улыбалась, поддерживала светские разговоры, отвечала на вопросы. Влад иногда бросал короткие фразы в мою сторону: «София хорошо справилась», «да, мы давно знакомы», «она профессионал высокого уровня». Сухо, по-деловому, но это грело.